Послушание, ибо будет худо

Вечер вступал в свои права: солнце садилось за гарнизон, на улице включили фонари, люди шли домой с работы, город бурлил своей вечерней активностью. Девчушка, лет 15-ти с волосами цвета каштан средней длины, с голубыми глазами, одетая достаточно по-современному: дутая белая куртка на растапашку, джинсы-клеш и футболка оверсайз, шла по узкой тёмной аллеи с прогулки со своими друзьями, зная, что она получит от своей мамы. Снова она немного выпила, и от неё разило недетским перегаром в своей «компашке хулиганов». Придя домой, Катя, — так звали девочку, обнаружила, что дома гости. Её взор пал на сидевшую на диване и разговарившуюся с её матерью девушку. На вид этой девушке Катя бы дала лет тридцать, никак не больше. «—О, ты уже пришла! —заметила Катю мама». Таинственная незнакомка скромно улыбнулась пришедшей девушке. Между присутсвующими возникла неловкая пауза, которую разрушила мать. Тяжело вздохнув, она проговорила своей непослушной дочери, собираясь с силами: «Собирай вещи. Ты отправляешься в школу для трудновоспитуемых.» Катя была в ступоре от такого заявления матери. «—что? Зачем? Почему?» Ответа не последовало. Незнакомка глянула на часы, которые красовались у неё на руке, затем перевела взгляд на девочку. «—давай быстрей, у нас мало времени. Тебе помочь?» «—нет! Сама справлюсь! — максимально недоброжелательно воскликнула девчушка, убежав в комнату собирать вещи. Её удивляло то, что она не стала устраивать мамочке любимо-обожаемой скандал на тему: «почему ты отправила меня в этот дурацкий интернат, как сироту?!»» Спустя 20 минут девушка нагло ввалилась с спортивной сумкой в гостиную, где её ожидала гостья. «—ну, че? Я готова!» Девушка кивнула, встала с дивана, оделась, попрощалась с мамой девочки. «—ну, раз готова, то пошли».