Кто ты?

Олег жил один уже четыре года, два месяца и семнадцать дней. Хотя скорее не жил, а существовал. В этом не было ничего сложного. Он вообще с детства так привык. Быть, ни к кому не привязываясь, отвечая только за себя было намного удобнее и безопаснее: если никого не любишь, никого не потеряешь. А потом его перевели в другой детдом, где он встретил Сережу. В день знакомства Волков поссорился с рыжим, по неосторожности сбившим его на лестнице. И в тот же день сломал нос, ввязавшись в драку, теперь уже заступаясь за него. Не смотря на совершенно разные характеры, мальчишки быстро спелись, став лучшими друзьями на многие годы. Они вместе сидели в школе, где Сережа усердно учился, а Олег безбожно у того списывал. Вместе отбивались от шайки дворовых ребят, когда Олег раздавал тумаки и получал по лицу, а Сережа потом осторожно тащил его в комнату, доставал из под кровати аптечку и долго-долго обрабатывал тому ссадины дрожащими руками. Вместе даже поступили в университет, выбив в общаге одну на двоих комнату. Волков старался, правда старался. Но теперь они учились на разных факультетах, а Олег с каждым днем все больше и больше понимал, что ему это совершенно не нужно. Он привык жить просто: если тебя бьют, надо бить в ответ. А вот что делать, если тебя бьют бесконечные долги, а добивает сессия, Олег понятия не имел. Еле дотянув свою тушку до второго курса он понял, что нет смысла оттягивать, лучше забрать документы добровольно и уйти в армию. К тому же, она его вполне устраивала. К тому же, уйти была и другая причина. Олег пропадал уже неделю, не ходил на пары, ссылаясь на важные и неотложные дела. В общагу приходил поздно, а после утыкался в бесконечные кипы бумажек, где-то подписывая, что-то печатая у соседей по этажу. Когда он, в очередной раз отмахнувшись от вопросов Сережи, был припечатан им в спинку кресла, оттягивать неприятный разговор смысла уже не было. - Ну скажи уже наконец, что происходит, - почти зашипел Сережа, с отчаяньем вглядываясь в лицо друга, - что, мышь твою, ты делаешь? Олег прирывисто вздохнул и отодвинулся от рыжего, не в силах больше смотреть на его прикушенные в волнении губы, которые так хотелось укусить самому, провести пальцами по щеке и зарыться ими в непослушные мягкие волосы, чуть потянуть на себя, а потом.. Его размышления прервал сам объект желаний, который оказывается уже несколько минут вещал, словно стенке, о безответственности некоторых Волков, о важности учёбы и степендии, о приближающейся весенней сессии. Олег прикрыл глаза, чувствуя, как по телу разливается жгучая тоска, ощущается почти физическая боль и приближающееся одиночество, как этот противный комок чувств собирается где то в районе сердца. Он очень не хотел уходить, но ещё сильнее он боялся остаться. Боялся своих чувств к этой рыжей, а сейчас и очень сердитой макушке, боялся все сломать и испортить. Он ведь в этой жизни только и умеет, что ломать. - Сереж.. Я в армию ухожу. Гневная тирада резко прервалась, а лицо напротив мгновенно сделалось несчастным. Разумовский вскочил и нервными шагами начал мерить малюсенькую комнату. Он знал, что друга не переубедить, понимал, что тот мучается в институте и так будет для него лучше. Но как же он не хотел его отпускать, не хотел вновь остаться один. Слишком привык, слишком дорожил. - Надолго? - смиренный, и в то же время ещё полный надежды вздох. - Да... Я сразу подписал контракт. Вперёд на два года. Весь вечер две сгорбленные и до предела грустные фигурки просидели в разных углах комнаты, где каждый злился на весь мир, друг на друга, на себя. Но до отъезда Волкова оставалось всего две недели, на ссоры времени уже не было, и друзья старались провести как можно больше времени друг с другом. А спустя два с половиной года прерывистых звонков, неотправленных писем, продленных контрактов и созданной соцсети Сереже пришла маленькая неприметная бумажка. Похоронка на имя Олега Волкова. . . . Мужчина зябко поежился и сильнее закутался в потрепанную куртку защитного цвета. Родной Петербург встречал холодным, пронизывающим до самих ребер ветром и плещущим в лицо ледяным дождем. Олегу некуда было идти, и он торопился найти этот затерявшийся в одинаковых, неприметных в темноте улочках, переулок. Его никто не ждал, голодный желудок напоминал о пропущенном обеде, приглушенно ворча, а руку оттягивала военная сумка и ключи от снятой организацией квартиры. Ничего, Волкова это совершенно не смущало. Он отслужил уже четыре года, и если бы не ранение, продолжил бы, пока не отправят в отставку, он так прижился, по другому уже и не умел. Да кому он врал, Олег так не привык быть один. Он надеялся, что очередной длительный контракт где-нибудь в горячей точке поможет избавиться от навязчивых мыслей. Однако, стало ещё хуже. Кроме войны, смерти и мыслей о Разумовском у него ничего не осталось. Огненные вспышки от выстрелов напоминали яркие волосы Сережи, рассказы братьев по оружию про тех, кто их ждал дома, навевали воспоминания о холодных осенних вечерах, когда рыжий забирался к нему в кровать и обвивался вокруг ледяными конечностями в попытке согреться. А в самые страшные и тяжёлые моменты, когда оставалось только лежать лицом в пыльную землю и молиться, Волков думал, какие же красивые у Разумовского глаза, и как же, черт возьми, он хочет увидеть их ещё раз. Олег засунул скулящее побитым щенком чувство влюбленности подальше и упрямо пошел вперёд, прорываясь через непогоду. Не важно, он это переживает. А к другу идти он не имел права, знал, что так будет лучше для Серого. И правильнее им вообще не видеться. Бесцельно провалявшись на скромном диванчике в однокомнатной квартире, где то на отшибе Калининского, он обзавелся парой чёрных водолазок, вполне приличными штанами и набором первой необходимости, которого, на самом деле, может хватить на год. Олег привык жить без излишков, почти в спартанских условиях, но все же одна вещь смогла его соблазнить. Быстрым шагом пересекая продуктовый, закидывая в корзину только самые необходимые продукты, он понял, что теперь может приготовить сам какую угодно еду. Маленький ребенок внутри него, с восторгом, словно при виде парка аттракционов, хватал с полок все, до чего мог додуматься. Поэтому придя домой, обычно расчетливый Волков с удивлением высыпал на стол целый пакет конфет, соусов, необычных продуктов и другой неопознанной шушеры. Тогда то и пришла гениальная мысль: ему срочно нужна работа. Конечно, его, теперь уже прошлая, организация выплачивала пособия, вот и квартиру предоставила. Но плюсом к этому ещё и написала рекомендации на новое место, а сидеть дома смысла все равно не было. Ему нужно было чем то занять себя, что бы отвлечься от навязчивых ярких мыслей, которые при виде родного города радостно встрепенулись и начали лезть в голову с усиленным рвением. Через пару часов усиленных поисков, он нашел идеальный вариант. Олег Волков уже неделю занимал должность охранника на семьдесят девятом этаже Лахта-центра, и ещё ни разу не видел своего босса вживую, общаясь только с его симпатичной секретаршей. Он был готов ко всему: истеричке-начальнику, низкой зарплате, ужасным условиям, но он не был готов к такой откровенной скуке. Он не понимал, такой ли занятой и трудолюбивый у него начальник, или ему все же морочат голову, заставляя сторожить пустой офис. Хотя Олега это мало волновало, ведь деньги платили исправно и хорошо, и даже пошли навстречу, заплатив за два месяца вперёд авансом. Волков уже совсем отчаялся и задумался над покупкой толстого сборника сканвордов, когда к нему подбежала немного растрëпанная и запыхавшаяся Марго, сообщая что Волков в общем-то на сегодняшний день свободен. Дескать босс собирается на благотворительный вечер его фонда, и в офисе вряд ли до завтра появится. Олег даже немного обрадовался внеплановому выходному, думая, не сходить бы ему в музей или на выставку. Пока он спорил с самим собой, подходит ли ему такой элитарный досуг, житель семьдесят девятого этажа в первые за две недели покинул своё логово. Олегу стало любопытно, на кого же он все таки работает, и он, притворившись, что проверяет, не забыл ли свои вещи, задержался около охранного поста. А потом воздух словно стал свинцовым, не позволяя вдохнуть, и он, словно выброшенная на берег рыба, мог лишь открывать и закрывать рот, смотря на самого дорогого в его жизни человека. Неожиданный ступор прошёл, и Олег, хоть и обещал себе не приближаться к Серёже, сиплым голосом прохрипел: - Сер..Серы...Серëжа?! Рыжее чудо нервно оглянулось, и, заметив охранника, поспешно кивнуло в знак приветствия, и, равнодушно проскользив взглядом по темной фигуре, заторопилось дальше. Волков стоял ни жив, ни мертв, совершено не понимая, что это было. Добравшись до дома со скоростью света, он надолго засел перед ноутбуком, изучая историю создания соцсети Вместе, владельцев и арендаторов Лохта-центра, и, конечно, скудную биографию Сергея Разумовского. Его Сергея. Прошло ещё несколько дней, Разумовский опять засел в своём офисе, а подавленный Олег думал, что ему это все привиделось. Определённо, Сережа не мог его не узнать. Молодой наёмник безусловно окреп, вырос, стал сильнее, но внешне он почти не отличался от себя-студента, будучи уже тогда достаточно спортивным. Не может быть, что бы Серый настолько его ненавидел, что бы не поговорить со старым другом. А если эта дружба для него ничего не значила, и только Олег цеплялся за неё, словно тонущий котенок за ветку? Может быть, рыжий думал, что Волк его предал, и не смог простить его за уход в армию? Он нервно запустил пятерню в волосы и несильно потянул, в попытке привести мысли в порядок. Нет, все не то. Он видел глаза Сережи, в них не было ненависти, грусти или хотя бы узнавания. Его взгляд был скорее.. расстерянным, удивленным. Именно таким смотрят на новую клумбу во дворе, или нового работника, с которым точно не провели вместе все детство, которого видят вообще впервые в жизни. Это было очень запутанно и странно, а Олег Волков ненавидел тайны. Он решил разобраться с этим во что бы то не стало. Через неделю офис снова был покинут своим хозяином, и Олег, знатно накрутивший себя за это время, бросился вслед за боссом. - Серёжа! Сергей, подождите! Рыжик удивленно остановился, подумал несколько секунд, а потом понимание мелькнуло в его глазах и он проятнул руку для приветствия: - Здравствуйте, вы, должно быть наш новый работник безопасности? Кажется.. Олег, эмм, извините, не знаю, как вас по отчеству. Волков, чуть зависнув, протянул руку в ответ: - Можно просто Олег. - Рад, очень рад. Только извините, я очень спешу, если у вас есть вопросы, обратитесь к Марго. Всего доброго, Олег. Рыжий вихрь умчался по делам, оставив поражённого Олега, который тревожно всматривался в спешно удаляющуюся, до боли родную фигурку. Через пару минут Олег очнулся и побрел к рабочему посту, у которого заметил слегка взволнованную и явно что то знающую Марго. Секретарша смущенно и как то стыдливо улыбнулась, словно она виновата в таком состоянии охранника: - Я могу вам чем то помочь, Олег? ... Он не знал, сможет ли секретарша ответить на его вопросы, но выбора у Олега определенно не было. Насколько он понимал, за все эти годы Сергей так и не обзавелся друзьями или хотя бы близкими знакомыми. А личная помощница? Должно быть, именно она знает Разумовского лучше всех. Волков попытался подавить в себе поднимающееся раздражение. Противный внутренний голос явно злорадствовал. Может эта замечательная Мар-го не такая уж и простая секретарша. Она точно что-то знает, а откуда она могла узнать про них, если не от него? Охранник усилием воли заставил себя сосредоточится. Кем бы она не была, он не имеет права даже злится. К тому же, ему нужны были ответы. - Откуда вы знаете меня? - Вы работаете в нашей компании, я знаю всех наших сотрудников. - Нет, Марго, вы не понимаете. Вы явно владеете большей информацией. Вы знаете про наше с Сережей прошлое. Почему он не помнит меня? Она взволнованно сделала пару шагов, а потом, обреченно вздохнув, присела на край стола. - По той причине, по которой я сомневаюсь, стоит ли вообще рассказывать вам про эту ситуацию. Видите ли, Олег, именно вы виноваты в том, что Сергей вас не помнит. В груди защемило тревожным предчувтвием и Олег подался вперёд, боясь пропустить хотя бы одно слово Марго. - Я не понимаю. - Что же тут не понятого, Олежа. Я вас не осуждаю, наверняка у вас были свои причины поступать так. Но оставив Сергея одного, вы разбили ему сердце. Не представляете, через что ему пришлось пройти одному, он сильно страдал без вас. Забыть для него было лучшим выходом. - мягко сказала девушка, с сожалением смотря на растерянного мужчину. - Может быть, я зря вам это говорю, но думаю, вы имеете право знать. Я очень переживаю за Сергея, пожалуйста, не делайте того, о чем потом сможете пожалеть. - Но как это возможно? Таблетки, гипноз? - Вы мне не поверите, но не то, и не другое. Практикующий шаман с Дальнего Востока. Известен под именем Птица. Не знаю, что он там сделал, но он не помнит только вас. Он хотел забыть меня. Я ему не нужен. Как я могу быть ему нужным, если он даже не помнит меня? С этими мыслями Олег попрощался с секретаршей, вышел из офиса и поехал в противоположную сторону от дома. Очнулся он лишь перед неприметной дверью в совершенно обычную квартиру в ветхой пятиэтажке. Это он нужен мне. ... Олег никогда бы не поверил в весь этот бред, если бы сам не убедился, что Сережа его не помнит совершенно. Тем не менее, приехав к шаману, он ожидал увидеть логово мага, сушëные кустики, свешивающиеся с потолка, и разбросанные кости животных. Каково же было его удивление, когда перед Волком предстал темноволосый юноша в обычной квартирке советского типа. Ещё больше он удивился, узнав, что парень, выглядевший явно младше его самого, и есть шаман. В прочем, он и правда напоминал ворона, со своей статной походкой, темными волосами и глазами, слишком мудрыми и серьезными для обычного человека такого возраста. - Эм, здрасьте. Чем могу помочь? , казалось, сам шаман выглядел не менее удивленным, чем Олег. Повисла немного неловкая пауза, словно оба мужчины не могли понять, что другому нужно. - Я.. Кхм. Вы колдун, Птица? Паренек недовольно поморщился такой формулировке, но все же сделал шаг в сторону, пропуская гостя в квартиру. - Я бы предпочел шаман, колдун ассоциируется с уличным шарлатаном, разводящим людей на деньги с помощью дешевых фокусов. Но допустим. Чем могу быть полезен? Олег с интересом оглядел квартиру, в надежде все таки найти что-то необычное, магическое, но так ничего не обнаружив, немного расстроенно обернулся к гостеприимному хозяину. - Я слышал, вы можете стирать определенные воспоминания. А после этого, вы можете вернуть все на место? Парень растерянно моргнул, задумался на пару секунд и немного неловко ответил: - Я.. Я даже никогда и не пробовал. Обычно никто не хочет вспоминать то, что забылось с таким трудом, - он задумчиво покачал головой и небрежно дёрнул хрупким плечиком: Да и к тому же, вряд ли получится. Я не стираю память, я лишь помогаю человеку запихать воспоминания подальше. Возможно, человек должен сам захотеть вспомнить? Попрощавшись, Олег вышел на улицу и взглянул на серое пасмурное небо. Облака, подгоняемые ветром, стремительно бежали по небу, равнодушно смотря на маленькую мрачную фигурку, съежившуюся от холода. Казалось, всему миру безразлично, какое отчаянье поглощает душу одинокого, уставшего и никому не нужного человека. Волков обречëнно и горько вздохнул: - Что же нам делать, Сереженька? ...