Живые и мертвые.

Куросаки Ичиго. Подножье горы Гленн.       Ичиго сидел у костра. В кои-то веки не хотелось курить. Наверное, по причине, что этот безумный для подростков и эмоционально выматывающий для него самого забег наконец закончился. Буллхед уже был вызван и должен был прилететь в течение нескольких часов. Студенты тихонечко сидели у костра и пили чай — единственный напиток, который остался, спустя неделю практики. Несмотря на все опасения Куросаки, они весьма достойно выдержали все тяготы, которые он на них сбросил недрогнувшей рукой. Не сломались, выдержали. Закалились. Но устали. Очень устали. Это было видно невооруженным взглядом, об этом кричало множество мелочей. Два дня назад Жон оборвал рукава своей любимой толстовки и сейчас сидел, опершись спиной на воткнутый в землю щит, правя клинок, Янг за неделю укоротила свою гриву на десяток сантиметров, Кресент Роуз Руби лежала рядом на земле безо всякой подложки, Рен слегка посерел лицом и не выпускал из рук оружия… Все четверо сидели лицом к лесу. У всех четверых были одинаковые взгляды…       Ичиго неслышно хмыкнул. Да уж… Выгулял, называется, детишек… Несколько раз Куросаки казалось, что он перебарщивает, что можно быть и помягче, что им еще учиться и учиться, что время есть… Но нет… Интуиция твердила, что времени-то как раз нет, а интуиции Ичиго привык доверять даже больше, чем законам физики. За эту неделю студенты узнали, что такое НАСТОЯЩАЯ жизнь Охотника. Бои на истощение, ночевка в походных условиях, помывка в ледяных ручьях, подгорелая каша, караулы и недосып, отсутствие нормального технического обеспечения, охота и разделка зверя… Да, мельком, но… Больше пока и не нужно. Это лишь первый выход. А будет их еще много. Ичиго снова окинул взглядом компанию у костра. Или не будет… Всё зависит от него… Мысли тут же скакнули на сутки назад.

***

Куросаки Ичиго. Шестой день. Гора Гленн. Потерянное поселение. Ночь.       Ичиго мчался над мертвым городом, усиленно вслушиваясь в свои ощущения. Он искал то, чего здесь быть никак не должно — живых или следы их присутствия. Задачка была та еще, ведь относительно просто найти только уже знакомую душу или же ощутить любую на малом расстоянии, а вот незнакомые, да еще и на расстоянии свыше десяти-двадцати метров… Но Ичиго старался. На его стороне играл тот факт, что абсолютно любые души будут именно теми, которые он ищет, а учитывая количество бойцов БК, шанс найти искомое был. Ну, а в случае неудачи у Куросаки был план «Б».       В конце концов, где еще прятаться толпе фавнов в мертвом городе, кроме как в подземельях? Правильно — негде. И Ичиго озаботился поиском архивных планов с указанием всех входов в эти подземелья. Но этот план был сопряжен с некоторыми рисками. Ведь подземелья были весьма обширны, по ним можно было блуждать часами, а время парня было ограничено. Плюс всегда оставался шанс нарваться на патруль и запороть всю разведку, всполошив террористов. А если Ичиго спалят… Ну, то, что он отобьется, — факт. А вот то, что Синдер и, соответственно, Салем узнают, что им буквально на пятки наступают… Это уже будет нехорошо. Так что нужно было быть крайне аккуратным.       Внезапно в голову парню пришла простая и крайне своевременная мысль, которая сыграла роль противотанкового ежа, на который налетел автомобиль по имени «Куросаки Ичиго». Роман Торчвик! Нео! Они же должны быть вместе с Белым Клыком! Ичиго от этой мысли замер буквально на полушаге. Замер и неслышно выматерился. Вот что делает переутомление и недосып… Простейший выход, практически гарантировавший успех! Ичиго сосредоточился, вызвал в памяти ощущение души Романа, и… Искомое вспыхнуло на границе сознания, подарив чувство направления. Роман был тут. Под землей. Всего в паре километров от самого Ичиго.       Парень выдохнул и двумя «шагами» достиг нужного места. Теперь нужно было как-то выманить Торчвика на поверхность. Вопрос — как? По всем прикидкам, Вор был на глубине не менее полусотни метров, и вызвать его у Ичиго не было никакой возможности. Но нужно. Куросаки задумался. Что делать? Как дать понять Торчвику о том, что его вроде как ждут на поверхности? Как?       Шли минуты, Ичиго всё никак не мог ничего придумать. В голову не лезло ничего, кроме как проникновения на базу. Вздохнув, парень смирился с тем, что не способен придумать ничего более оригинального, и принялся просеивать пространство под ногами в поисках патруля или поста охраны, которые просто обязаны были быть. И такой пост действительно нашелся, и даже не один. Три фавна в форме БК сидели в полуразрушенной пятиэтажке и контролировали второй пост — у входа в подвал, в котором должен был быть переход в подземное убежище, связанное с другими убежищами сетью тоннелей. И тут… Мысли в голове парня замелькали с сумасшедшей скоростью.       Что тут делает пост? Охраняет? Вряд ли. Такие посты ставят не как точку обороны, а скорее, как средство раннего обнаружения. Что в первую очередь должен сделать постовой в случае любой непонятной ситуации? Правильно — доложить по инстанции. Что сделает старший по постам? Правильно — уточнит ситуацию, если так же ничего не поймет, доложит еще выше и вышлет поисковую группу, которая должна будет проверить окрестности. В случае, если поисковая группа ничего не найдет, а «непонятности» продолжатся, высшее начальство будет обязано разбираться с этими непонятками лично. Исходя из этих размышлений, оставался ровно один вопрос — как создать непонятную ситуацию, чтобы бойцы БК нихрена не поняли, зато понял бы Роман? Но и тут всё было достаточно просто.       Легкое духовное давление накрыло центр мертвого города. Учитывая, что тут и так царила не самая дружелюбная атмосфера… Посты под Ичиго мгновенно возбудились и начали активно водить стволами автоматических винтовок, выискивая источник весьма неприятных ощущений. И, естественно, ничего не нашли. А Ичиго ждал и «придавливал». Почти нежно, не позволяя фавнам скатиться в панику, но лишая их покоя, порождая смутное беспокойство, нервозность, тяжесть, затруднения в дыхании… И это дало свои плоды. Постовые с каждой секундой продолжали нервничать всё сильнее. Так продолжалось несколько минут.       А потом из подвала вывалилась группа в два десятка фавнов, вооруженных до зубов. Значит, доклад прошел, и поисковиков выслали. Ичиго видел, как вывалившиеся бойцы нервно передернули плечами, коротко переговорили с постовыми и, разделившись на тройки, разошлись. Ичиго усмехнулся и снова чуть-чуть усилил давление. Совсем чуть-чуть, но результат… Белый Клык, полагавшийся до этого на природное ночное зрение, тут же включил фонари и зашарил ими по окрестностям. Фавны нервничали. То, что нужно.       Такая ситуация не могла продолжаться долго. В конце концов, если источник угрозы не получается обнаружить — логично отступить на подготовленные позиции и укрепиться на них, приготовившись к обороне. Вот и командиры БК пришли к тем же выводам. Через двадцать минут безуспешных поисков фавны свернулись и организованно отступили в подземную часть города, сняв внешние посты. Но самое главное было в другом. Ощущение от «духовной ленты» Романа изменилось. От неё повеяло… предвкушением. Ичиго кивнул своим мыслям и, свернув «давление», принялся ждать. У него было еще около трех часов до побудки студентов, и парень надеялся, что Торчвик всё правильно понял, а не решил, что в округе завелся какой-то странный гримм. Но Торчвик в очередной раз доказал, что мозг у него есть, и он умеет им правильно пользоваться. Спустя полчаса ожидания Роман и Нео, а точнее их «духовные ленты» направились к поверхности.       Уже через десять минут Ичиго стоял у совсем другого выхода из подземелий. Тут тоже был пост, но… Роман, прикрытый иллюзией Нео, выскользнул, даже не потревожив постовых, и не спеша направился вниз по улице. Стоило вору отойти от них подальше, как Нео скинула иллюзию, а Ичиго спустился на землю. Взгляды двух рыжих встретились. — Хех! Ну, здарова, гроза животных! — Роман усмехнулся и, покрутив в руках сигару, спрятал её во внутренний карман. Ичиго окинул взглядом друга и то, что он увидел, ему не понравилось… Впалые щеки, лихорадочно блестящие глаза, излишняя бледность кожи, легкий тремор пальцев… БК круто прошлись по нервам вора. — Ну, здорова! Хреново выглядишь, друг… Нео! Я всё чувствую! — раздался хрустальный звон, Нео с независимым видом появилась в паре метров за спиной Ичиго и прогулочным шагом прошествовала к Роману. А вот дальше… Нео подхватила своего напарника под руку, потерлась щекой о его плечо и довольно зажмурилась, заставив Куросаки слегка опешить. А Роман ухмыльнулся и, высвободив руку, подхватил миниатюрную девушку за талию. — Хех! Ну у тебя и рожа, Куросаки!       Ичиго выдохнул и улыбнулся: — Ох, Роман… Неужто ты наконец заметил, что рядом с тобой всё это время была весьма красивая девушка?!       Роман фыркнул, но тут же улыбнулся: — Хе-хе! Ну да! Я тоже человек! И я имею право на маленькие слабости! — Нео на этих словах недовольно зыркнула на своего… уже парня? И Роман этот «зырк» заметил. — Ну извини-извини! Ну я же исправился! Заметил! Ну, подумаешь, немножко тупил!       Новый «зырк», и выражение лица девушки сменилось на довольное. Роман был прощен. Интересно, какой раз за последние дни? А Ичиго про себя подумал, что «тупил» в этом плане Роман не «немножко», а уже пару лет! Но вслух он этого не произнесет никогда… — Ладно. Рад за вас. Серьезно, рад. Но… времени мало. Я и так оставил подопечных на самих себя, и лучше бы мне вернуться как можно скорее, пока их там не сожрали без моего присмотра.       Взгляд Торчвика тут же изменился, став безмерно усталым. — Эх… Ладно. Я так понимаю, что ты пришел выяснить, что же тут делают наши пушистые «друзья»?       Ичиго кивнул. Это было очевидно. А Роман… — Пошли. Тут недалеко есть укромное местечко… И даже относительно чистое. Разговор… В общем, тут полный пиздец.       Куросаки мгновенно стал намного серьезней. Если уж Роман начал материться в относительно спокойной обстановке, то… дело действительно дрянь. Роман отпустил талию Нео, и направился к относительно целому зданию. Путь занял пару минут и привел компанию в… когда-то это было кафешкой. Кафешкой, в которой будто кило огненного праха рвануло. Роман уверенно зашел в помещение, прошел вглубь и направился к дверному проему, ведущему на «кухню». Там сохранился стол из нержавейки и пара пластиковых стульев, на один из которых уселся Вор, а на второй указал Ичиго. Нео тут же оккупировала колени Торчвика и, поерзав, успокоилась.       Ичиго осторожно уселся и требовательно уставился на Романа. А тот достал из внутреннего кармана пальто пол-литровую фляжку и пару металлических складных стопок, поставил их на стол и плеснул в них. Ичиго хмыкнул и взял свою. Судя по запаху, там был коньяк. — В общем… — Роман снова нахмурился, не зная, как продолжить. Но, кивнув чему-то, не чокаясь, выпил, и продолжил: — Они собираются взорвать бронеперегородки и впустить в Вейл гримм.       От таких новостей Ичиго вздрогнул. Он мог ожидать многого… Теракта на Фестивале, минирования города и выдвижения требований… Да много чего, но гримм… Гримм внутри городских стен в обход обороны, это… Это немыслимо. Это объявление войны. Это… Это пиздец. Ичиго выдохнул, одним глотком залил в себя коньяк и требовательно подвинул Роману свою стопку. Новость следовало запить. Торчвик невесело усмехнулся и разлил снова. — Подробности, — Ичиго переполняли эмоции.       Гримм в Вейле… Если твари прорвутся в город во время Фестиваля, это будет такой всплеск Страха, Ужаса, Ненависти, что… На него стянутся все твари континента. Никаких Охотников, даже с учетом студентов, не хватит, чтобы сдержать их… Даже сил Ичиго не хватит… Хотя бы потому, что он один. Сила гримм не в отдельных древних тварях… Настоящая сила гримм — в количестве. В возможности устраивать бесконечный «зерг-раш». При наличии такого источника отрицательных эмоций, как Вейл, Орды будут зарождаться одна за одной, а появление Тварей будет происходить настолько быстро, что… В общем, это будет мясорубка. Вейл падет. И вообще, единственная причина, по которой человечество еще существует, — децентрализованность тварей. Даже Салем не может захватить контроль над всеми… По крайней мере, Куросаки на это ОЧЕНЬ надеялся. И Роман понял, какими путями бродят мысли друга. — Хех… Тот прах, что я украл… В общем, насколько ты, надеюсь, знаешь, когда затевался проект Горы Гленн, Вейл был готов приложить все возможные силы для расширения. Были проработаны десятки проектов, учтены тысячи деталей, и прочее, прочее. В общем, Гору Гленн и Вейл связывает подземная железнодорожная магистраль. Она должна была послужить для снабжения нового поселения. Ну, или для эвакуации в случае провала.       Ичиго кивнул. Это не было новостью. Роман взял стопку и протянул Ичиго. Парень механически взял. Коньяк вновь обжег горло, растекшись теплом по пищеводу. — Ну так вот. Не помогло. Гленн пал за одну ночь. Спастись смогли немногие. Твари просто смели все оборонительные сооружения и устроили в городе резню. Что там произошло на самом деле, никто не знает, но по официальной версии оборону проломили Голиафы… Это на самом деле неважно. Важно то, что проект подземной железной дороги был весьма проработан, и по всей длине ЖД пути расположены полтора десятка бронированных стальных переборок для отсечения прорвавшихся гримм. Ну и, как мне кажется, для повторной попытки закрепиться на Горе. Вот сейчас часть наших «пушистых» и кровожадных друзей режут эти самые переборки. А другая часть готовит некоторое количество сверхмощных бомб для подрыва свода над этим тоннелем. Как-то так…       Ичиго сидел и переваривал новость. За время рассказа Романа он успел взять себя в руки и уже в бешеном темпе просчитывал свои действия, стараясь не упустить ни одной детали. Получалось… В общем, вроде как получалось. — Так… Давай еще раз, но помедленней. На какой стадии находится производство бомб? Сколько переборок уже разрезано? К чему приурочен теракт? Были ли какие-то иные распоряжения или дополнительная подготовка? Сколько у нас, в конце концов, времени?!       Роман на эти вопросы только хмыкнул: — Хех… На самом деле, всё только в начальной стадии. Не так-то и просто подготовить железнодорожный состав для прорыва в Вейл… Нужно сделать автоматику для отцепки вагонов в нужном месте, подготовить сами вагоны, бомбы еще… Да и резка перегородок — дело небыстрое… Пока смогли прорезать только одну. Но даже так… Поезд будет готов через пару месяцев. Но это только поезд, — Роман выдохнул и продолжил: — Тут к нам Адам Таурус заходил… Премерзотнейший персонаж, доложу я тебе… Но да ладно, если бы просто заходил… Но он притащил еще почти сотню бойцов БК, и… полтора десятка Паладинов.       Ичиго вопросительно выгнул бровь. — Эх… В общем, Паладин — это новейшая разработка Атласа. Секретная. Представляет собой здоровенного антропоморфного боевого робота, который может действовать как сам, так и управляться пилотом. Естественно, что в автономном режиме он мало отличается от обычных болванчиков этих вояк, а вот с пилотом… Всё же Атлас так и не смог превзойти человеческий разум, так что в руках живого человека эти машины будут в разы эффективнее. Ориентировочно, по боевой мощи они соответствуют Охотнику, проигрывая в мобильности и скорости.       Ичиго всё же не выдержал и выматерился. Просто прекрасно. Просто. Прекрасно. А Роман только ухмыльнулся: — Согласен. Всё именно так. Я уж даже не знаю, какими способами эти животные смогли добыть сверхсекретную и экспериментальную разработку железных болванов из Атласа, да еще в таком количестве, но… Есть подозрение, что на Салем работает очень сильный хакер… Хакер, который долгое время работал на Атлас и знает всю их кухню изнутри. Ну, или же предатель в совете Атласа. Иных вариантов по добыче Паладинов я не вижу.       Куросаки снова тяжело вздохнул. Выводы Романа были насквозь логичны. Но Гримм!!! Вот еще и это!!! Сначала директор Хейвена, до сих пор находящийся под подозрением, теперь кто-то в верхушке Атласа! А завтра окажется, что Озпин вообще муж Салем?! Угу… А директор Шейда — их внебрачный сын… И вот тогда точно будет финиш… — Ладно… — Ичиго с силой потер лицо. — Еще что-то?       Роман с сочувствием посмотрел на друга. — Да, в принципе, почти всё. Остались мелочи. БК сейчас осваивает Паладинов, Синдер куда-то пропала и на связь выходит только через электронные письма… — Торчвик задумался, по всей видимости, перебирая в уме, всё ли он рассказал. Ичиго его не торопил. — Ах, да! Таурус же сейчас в Вейле! Долго ли он тут будет, не знаю. Но когда он узнал, что ты почти зарубил Лейтенанта, и он теперь в лапах копов, то ругался весьма эмоционально. Есть у меня подозрение, что Адам полезет его вытаскивать из застенков, — Роман пакостно усмехнулся. — Я бы мог его вызволить… И даже мог бы сделать это тихо, хе-хе! НО! Адам ОЧЕНЬ не любит «человеков», а значит, ко мне не обратится никогда в жизни и полезет сам! А тихо этот бычок действовать не умеет, так что у тебя есть все шансы прихватить его на горячем. Думаю, как раз дня через три. Раньше он не успеет перебросить бойцов с оружием и подготовить пути отступления.       Куросаки хмыкнул. Ну да… Поймать или прибить Адама будет полезно… По крайней мере, не вредно. — Хех… Спасибо за наводку. Пожалуй, я его покараулю. Вдруг действительно попадется.       Роман кивнул и продолжил: — Ну, а в остальном, вроде, всё. — О-хо-хо… Ты и так дохрена на меня вывалил… Ладно… пойду я. Скоро побудка, надо быть на месте, а то возникнут неприятные вопросы… для которых пока что не время.       Роман кивнул, Нео соскочила с его колен, он поднялся и протянул руку. — Ладно, друг. Удачи тебе. Если что, я буду тут каждое четное число месяца с двенадцати ночи до полпервого. Это если я тебе вдруг срочно понадоблюсь.       Ичиго тоже встал и ответил на рукопожатие. — И тебе удачи, друг. Нео, присмотри за этим безбашенным. И если будет хоть малейший намек на раскрытие, бросай всё и бегом в Бикон. Я прикрою и перед Озпином, и перед законом. Ты и так уже сделал для города больше, чем упер за всю жизнь. — Хех! Ну, пока что меня моя жизнь полностью устраивает. До встречи. — Смотри… Если что, предложение в силе. До встречи.

***

Куросаки Ичиго. Настоящее время.       Ичиго вынырнул из воспоминаний. Роман, конечно, сумел его загрузить. Но сейчас, спустя сутки, Куросаки успел снова обмозговать ситуацию и пришел к выводу, что всё не так страшно, как казалось. По крайней мере, минимум два месяца у него еще есть, план Синдер Фолл уже известен почти в деталях… Остался ровно один-единственный, но самый важный вопрос… Какую цель преследуют Салем и Синдер? Уничтожение Вейла? Возможно… но что-то подсказывало Куросаки, что не всё так просто. Есть какая-то скрытая причина! В конце концов, Салем могла бы провернуть нечто подобное уже давно! Почему всё закрутилось именно сейчас? Спросить бы у неё самой… Да только где она сейчас?       Ичиго достал сигарету. Задумчиво покрутил между пальцами и прикурил. Раздался писк Свитка. Буллхед прибудет через час. — Внимание!       Студенты, сидевшие у костра, встрепенулись, обернулись к нему и внутренне напряглись. Еще бы им не напрячься! Все семь дней это слово не предвещало ничего хорошего. Ичиго снова обвел их взглядом и позволил себе улыбку. Первую за эти тяжелые дни. И это всех выбило из колеи. Глаза Руби и Янг расширились, а Жон чуть не выронил меч. Рен остался невозмутимым, но всё равно чувствовалось, что он удивлен. — Ну что же. Я могу вас поздравить. Ваш выход почти закончился. Буллхед прибудет примерно через час. Но пока его нет, я хотел бы сказать несколько слов, — Ичиго затушил недокуренную сигарету. Курить снова расхотелось. — Теперь вы знаете, что такое жизнь Охотника. Хотя не так. Теперь вы ПРИМЕРНО представляете, что такое жизнь Охотника. То, что ждет вас после выпуска из Бикона. Через четыре с небольшим года вы будете вспоминать эту неделю не иначе, чем с улыбкой, ведь срок нахождения в подобных условиях для вас вырастет в разы, а врагов будет больше, и они будут сильнее. Но станете сильнее и вы. Научитесь многому, привыкните. Суть останется неизменной. Много врагов и всего несколько друзей за спиной. Вчетвером против всех полчищ гримм. А сейчас я… я хочу сказать, что горд вами. Вы выдержали! Не сломались! Смогли. Сворачивайте лагерь… Мы летим домой.

***

Руби Роуз. Буллхед.       Руби сидела в кресле Буллхеда. Рядом сидела сестра, напротив — Жон и Рен. Она сидела и всё пыталась осознать одну простую мысль: этот кошмар наконец закончился! А был действительно кошмар… Как-то не так девушка представляла себе жизнь Охотника… Конечно, сидя в своей комнате и рисуя эскизы оружия, она представляла, как будет повергать полчища тварей, спасать людей, а с ней будут верные друзья… Ну вот… полчища тварей были, как и Друзья. С большой буквы Друзья. Но вот чего она не представляла, так это того, что полчища — действительно полчища… Что их, оказывается, приходится рубить часами, буквально на износ, рвать жилы ради каждого удара, превозмогать собственные возможности… Тогда Руби понятия не имела, что от усталости можно просто упасть и потерять сознание, не представляла, как же страшно, когда Друга ранят…       Жон первым упал без сознания… Жон первым получил рану… И только сейчас Капюшончик поняла слова Ичиго на их первом занятии… Жон тогда был действительно слабак. И он действительно мог бы погубить собственную команду… Мог бы. Если бы за него не взялся Ичиго. Теперь назвать Жона слабаком язык не повернется ни у кого, а тот, кто назовет… Ну, мир его праху, Руби будет первая в очереди на объяснение неправоты того несчастного. Ну или Янг и Рен… Всё зависит от того, кто из них окажется ближе.       Но всё это лирика… Что действительно поразило девушку, так это поведение Ичиго. Всегда добрый, готовый помочь, потренировать… В этом выходе он превратился в какую-то жестокую версию себя. И, в принципе, Руби понимала, что и для чего было сделано… наверно. И даже не обижалась или злилась… Разве что самую малость. Но она понимала, что, действительно, лучше уж так… Руби не была дурой. Да и слепой не была. Она и, наверное, Рен, успели заметить несколько моментов. Старых, крупных или особо опасных тварей не было. Совсем. На них пер только молодняк или относительно неопасные твари.       Куросаки почти не ночевал в лагере. Точнее ночевал, но… Но спал он даже меньше, чем они. Пара часов дремы у костра, можно сказать, и не в счет. А вот где он пропадал?.. Хороший вопрос. Ответ на который находится в первом моменте. Старых и особо опасных гримм не было, хотя они просто обязаны были быть! Куда тогда они делись? Ответ один — их уничтожили. Кто? Глупый вопрос. Кроме Ичиго некому.       Момент третий… Очень странный и, наверное, даже… опасный? Те слова… «Хадо №63: Райкохо» Да и речитатив перед ними странный был… Будто… Будто заклинание? Но магии же не существует! Или всё же существует? Руби бы свалила всё на Проявление, но… Зангетсу же! У Ичиго Проявление Зангетсу! Разумное Оружие! Тогда как?! Двойное Проявление?! Но так не бывает! Вот уж точно не бывает! Хотя и разумных Проявлений тоже, вроде как, быть не должно… Интересно, может ли быть своё Проявление у Проявления, если первое Проявление разумно? Руби протерла руками лицо. Мысли девушки метались как угорелые. И почему она начала рассуждать на такие темы? Прислушавшись к себе, Руби внезапно поняла. Её отпускает. Вся эта безумная неделя была настолько тяжелой, что… И вот теперь, сидя в Буллхеде… её начало отпускать.       Мысли Руби снова скакнули в сторону Ичиго. Как назло, тут же заворочался в памяти разговор с Янг. Что они действительно знают о Куросаки?! Ничего… Просто знакомый незнакомец… Человек-загадка… Девушка бросила взгляд на мирно сидящего в кресле у кабины пилота Ичиго. Взглянула, и… её просто прострелило. Вся фигура просто излучала усталость. Лицо слегка осунулось, показывая, что и для него всё не прошло бесследно, под глазами залегли тени, лицо слегка посерело… Как же это всё было ей знакомо… Сколько раз дядя Кроу возвращался с заданий в таком же состоянии? А папа? Когда она была маленькой, любила залезть на колени к только что вернувшемуся дяде и потребовать рассказать о его приключениях… Где был? Сколько гримм зарубил? Скольких спас? И дядя рассказывал, вымученно, как стало теперь понятно, улыбался, пытался шутить… Иногда отводил взгляд… И Руби точно теперь знала — она никогда не захочет знать, что стояло за этим отведенным взглядом… Ибо правда может оказаться слишком жестокой и кровавой.       Руби отвела взгляд и толкнула локтем сестру. Та будто очнулась, вынырнула из своих мыслей и посмотрела на Руби слегка мутным взглядом. В глазах блондинки появилась осмысленность и вопрос, Руби кивнула на Ичиго, и Янг тоже посмотрела на него. Недолго, секунд десять. Потом повернулась и… кивнула. Она поняла. За эту неделю понимание между сестрами выросло неизмеримо… Теперь хватало взгляда, наклона головы или выгнутой брови, чтобы понять друг друга. Взгляд Янг стал задумчивый, снова скользнул на Рыжего и вернулся к сестре. — Как старик Кроу или отец после отлучек. — Угу.       И снова воцарилась тишина. — Что такое «Райкохо»? — этот вопрос показал, насколько одинаково мыслят сестры. — Не знаю. Спросим? — Руби с сомнением посмотрела на фигуру профессора. — Думаешь, стоит? — Янг так же с сомнением посмотрела, встряхнула головой, и… — Если не сейчас, то можем и не решиться. Да и на неделю снова уйдет.       Руби кивнула. — Ичиго!       Молодой мужчина слегка вздрогнул и, встряхнувшись, вопросительно уставился на девушку. Руби слегка поёжилась, обвела взглядом салон транспорта и увидела, что на неё также смотрят Жон и Рен. Но отступать поздно. — Ичиго… А что такое «Райкохо»?       Ичиго вздохнул и медленно обвел всех четверых взглядом, получив в ответ немой вопрос. Это интересовало всех. — Хо-о-о… Райкохо — это заклинание. Разбросанные кости зверя! Пик башни, алый кристалл, стальное колесо. Помчитесь и обратитесь ветром. Остановитесь и обратитесь ничем! Свист летящих копий да наполнит пустой замок!. Так звучит полный текст. Создает шар молний, которым можно ударить как в ближнем бою, так и на дистанции. На дистанции можно ударить единичной молнией, а если пересытить энергией, то будет то, что вы видели, — сокрушительная волна разрядов, перемалывающая всё, что попало под неё.       В Буллхеде воцарилась тишина. Но ненадолго. — Ичиго! Если не хотел говорить, то хоть не врал бы! — Янг не поверила. Да и Руби никак не могла поверить в сказанное, но… Недавние мысли… Что-то подсказывало, что Ичиго не врет. Но просто поверить в существование магии? Это было сложно. А Куросаки пожал плечами. Он не собирался сейчас ничего никому доказывать. И это Руби поняла. А потому… — Янг! Стой, Ичиго… Прости, пожалуйста, но… заклинание… Это же магия? Но… магии не существует! Даже «праховые маги»… Они только называются «магами», на самом деле имеют особую ауру, которая позволяет взаимодействовать с «прахом» напрямую!       Ичиго снова вздохнул: — Это в этом мире магии не существует. Ладно. Я всё равно собирался посвятить вас в мою историю. Но сразу предупреждаю! То, что я сейчас расскажу, знает обо мне всего несколько фавнов во всем мире. Те, кто меня спасли и выходили. И я бы предпочел, чтобы количество посвященных в это увеличивалось строго с моего ведома. Строго. Меня все поняли? — Куросаки обвел всех тяжелым взглядом, заставив поёжиться Жона, сглотнуть — Рена и буквально вдавить голову в плечи Руби с Янг. — Вижу, поняли. Ладно… Тогда мне, пожалуй, стоит начать с того, кто я такой. Я — Синигами.

***

— …и вот теперь я сижу здесь.       Рассказ о самом себе даже в сильно урезанном виде затянулся на целый час. Ичиго без имен и подробностей кратенько описал собственный жизненный путь с пятнадцати лет и до нынешнего момента, естественно, умолчав о «миссии», повешенной на него тем странным существом в междумирье, ну, и о собственной смерти тоже. В конце концов, говорить подросткам, еще не отошедшим от боя, что-то типа «Ну, я там помер, а потом меня воскресили, попутно поручив спасти ваш мир» он посчитал ненужным. Так что: ранили, попал в междумирье, выпал из междумирья на Ремнанте, и хватит с них.       В «брюхе» Буллхеда царила тишина, каждый думал о своём, а Ичиго… Ичиго просто ждал. Всё, что мог и хотел, он уже рассказал. Осталось только ждать реакции. Первым в себя пришел от таких «сногсшибательных» новостей Рен. Встряхнув головой, он обвел всех взглядом. — Кхм… Профессор… Поправьте меня, если я вдруг чего не так понял… Значит, вы… Эм… Проводник душ… Бог Смерти… Мда… Звучит как редкостный бред, но… Как же сложно… — Рен с силой протер глаза и задумчиво посмотрел на сигарету в руках Куросаки. — Будь у меня чуть хуже обоняние, я бы поинтересовался, что вы курите вместо табака, но, к сожалению… Это действительно табак… — Вау… — а это уже очнулась Янг. — Охренеть… Такого я явно не ожидала… Боги, Пустые, Квинси… Соглашусь с Реном… Звучит как бред… — Мда… Вот только этот «бред»… слишком логичен. А оттого еще страшнее. — Ичиго… — а вот и Руби. — Ты говоришь, что Занпакто — это часть твоей души… То есть я… слышала… твою душу?       Куросаки вздохнул. Ожидаемый вопрос… тем более от Руби. — Не совсем. Зангетсу сформировался из части моей души, слепка моих сил и кривого отражения моей же личности. Точнее её темной части. В конце концов, дух меча и должен быть несколько… агрессивным. Но в моем случае сыграл свою роль Пустой, который перебрался в мою душу, а до этого жил в маме, подавляемый силами отца. В итоге, вместо относительно благожелательно настроенной ко мне личности получился… Зангетсу. Тот, кто подчиняется силе. И тот, кто под угрозой захвата моего тела буквально пинками гнал меня же к личной силе. Вот такая извращенная логика…       Руби задумалась, а Рен даже слегка потряс головой, стараясь уложить в ней слегка пространные, основывающиеся на чистых ощущениях и понимании, слова Ичиго. — А… почему… я его уже давно не слышала? Что-то случилось?       Куросаки хмыкнул. — Хм… Ну да… Мой триумвират сил наконец пришел в себя после разбалансировки. Я вообще был крайне удивлен, что кто-то кроме синигами смог услышать занпакто, а уж тем более чужой. Но также я подозреваю, что именно из-за дисбаланса и предельного доминирования Пустого-Синигами ты и смогла его услышать. Сейчас всё стабилизировалось, баланс восстановлен, и вновь его могу слышать только я. Хотя Зангетсу и превратился в редкостного молчуна. — Ичиго… — Янг что-то решила. — А… насколько сильные синигами? И… насколько сильным был ты? А то… как-то мало в твоем рассказе подробностей.       Хех… Янг есть Янг. — Ну… потенциально я один из сильнейших. А по факту… Я сходился в бою с четырьмя капитанами, и победил всего один раз. И то… ценой лишения всех своих сил. Среди синигами есть такое понятие, как подавляющее превосходство в силе. То есть, если сила одного синигами превосходит силу другого на порядок, то у второго физически нет возможности победить. Меч не сможет пробить кожу, любое заклинание будет проигнорировано… В общем, Айзена я задавил просто на краткий момент, превзойдя его уровень сил на порядок. Так что это даже боем назвать было нельзя. А так… лет десять непрекращающейся мясорубки, ну, или лет триста тренировок, и я мог бы стать если не сильнейшим, то в тройку сильнейших вошел бы.       И снова тишина. Каждый обдумывал и обдумывал что-то своё. — Профессор… — на этот раз вопрос решился задать Жон. — Вот вы говорили, что в вашем мире есть Генсей — мир живых, Сейретей — мир мертвых, Уэко Мундо — мир Пустых. Но в то же время вы говорите, что Пустым может стать любая душа, слишком долго задержавшаяся в Мире Живых… Как-то это странно.       Хм… А Жон сумел задать правильный вопрос! — Хех! Очень хороший вопрос, ответ на который я нашел только после того, как лишился сил. Уэко Мундо — это не противопоставление Обществу Душ. Мир Пустых — это… свалка. Измерение-ошибка. Как, в принципе, и все Пустые — ошибки. Изначальный круговорот душ выглядит примерно следующим образом. Есть поток душ. Души выпадают из него и рождаются в Мире Живых, живут, приобретают опыт, совершают какие-то действия, умирают, вливаются в поток, где с них обдираются воспоминания, навыки, личность, а взамен сама душа немножко усиливается, потом вновь рождается, ну и… В общем, круг без начала и конца. Другое дело, что однажды душа становится слишком сильной для потока, и тогда после очередной жизни она оказывается в Обществе Душ. И тут… В общем, я считаю, что Общество Душ — это место, предназначенное для быстрого усиления душ. Усиливают их именно для того, чтобы они могли следить за нормальным состоянием потока, вовремя возвращая в него души, которые по той или иной причине не смогли попасть в него, так сказать, штатным порядком, то есть, чтобы эти души стали синигами. Погибая в Обществе Душ, душа вновь вливается в круговорот, рождается, умирает и снова попадает в Общество Душ, но уже немножко сильнее. Скорее всего, именно из-за этих достаточно сильных душ, что могут сохранить крупицы памяти в потоке, сформировалось представление об Обществе Душ как о загробном мире, хотя это не так. А Пустые… Людей много. Они умирают постоянно, и нет ничего удивительного, что то тут, то там синигами пропускают души, которые потом перерождаются в Пустых. Да и из потока, что-то мне подсказывает, нет-нет да выпадает душа-другая. А вот кто создал Уэко Мундо и для чего… Хороший вопрос. Ответа на него у меня нет. Может, Король Душ решил складировать ошибки в одном месте, чтобы они не нарушали баланса, может, это какой-то способ экстренного регулирования круговорота душ, а может, и сами Пустые, из тех, кто развился в Васто Лордов, коллективно создали для себя спокойное место, где не придется драться с первым встречным синигами и можно просто спокойно сидеть и никуда не бежать. В общем, не знаю. — Ичиго… А… — Куросаки уже по одному тону Руби понял, что вопрос ему крайне не понравится… — А… Тут… Эм… В смысле, в этом мире… Есть свое Общество Душ? Не знаешь?       Руби смотрела с такой надеждой, что… Ичиго вздохнул. Он подарил ей надежду, что её мама может быть где-то совсем рядом. И, может быть, они еще увидятся. Но нет. — Не знаю, Руби… За пять лет я не видел ни Пустых, ни призраков. Извини. Может, что-то подобное тут и есть, но… Мне туда, по всей видимости, хода нет.       Девушка опустила голову и замерла. Янг тут же обняла её и зашептала что-то успокаивающее. — Профессор… — снова Рен. — Вы же знаете, что считается, что у гримм нет души… — вот и еще один крайне неприятный вопрос. Но на него Ичиго соврет. И никогда в жизни ни один житель Ремнанта от него не узнает правды. — Я понял вопрос, Рен. Да. У гримм душ нет. Они просто биороботы, ведомые заложенной программой. И да, я понятия не имею, откуда они взялись и зачем их создали. А то, что создали, — факт.       А на душе у Ичиго было паршиво. Ведь душа у гримм всё же была. Хоть и в качестве батарейки. Уже несколько лет, как Зангетсу восстановился до конца. А вместе с вернувшимся балансом вернулась и чувствительность. Тогда-то он и поведал Куросаки страшную правду. В этом мире право на перерождение имели только крайне сильные души. Те, кто в прошлом мире как минимум испытывал бы голод. Всё, что слабее, становилось источником энергии для тварей. И самое плохое, что гримм всё же питались. Убивая, они заключали душу убитого в своё тело, увеличивая «энерговооруженность», и, накопив достаточный запас, росли. Так появлялись гиганты. И именно поэтому Ичиго так остервенело старался их вырезать везде, где находил. Всё же душа — тоже штука устойчивая, так просто её не истощить, так что вовремя убитая тварь могла стать спасением для некоторого количества душ. По крайней мере, именно к этой теории он пришел вместе с Зангетсу, ориентируясь на ощущения последнего. — Спасибо. И… Я рад, что хоть в этом наши ученые оказались правы.       Ичиго кивнул и уставился в иллюминатор. Остро захотелось выпить. Не выпить — нажраться. Один вопрос сковырнул весьма болезненную рану. И пусть у него нет на Ремнанте никого из родных, но… Сама ублюдочная ситуация… Она его бесила. Бесила и вызывала желание крепко пожать шею тому, кто сделал так, как сделал. Будь он Бог, Демиург или еще кто… В конце концов, Богов Ичиго уже убивал.       Встряхнувшись, Куросаки осмотрел притихших студентов. — Ладно. Кто я — вы теперь знаете. В принципе, это не такая уж и тайна, просто… Эх… Если это всё всплывет, то ко мне выстроятся в очередь разные умные люди, нихрена не понимающие в теме, будут задалбывать, рассказывать, как я должен по гроб всему человечеству и их лабораториям в частности, а может, и попытаются захватить… А я Воин. Я в этих горних высях понимаю примерно как свинья в апельсинах. Лучше уж я буду ходить по миру и спасать людей, чем без всякого смысла просиживать штаны по исследовательским центрам. Ну или разносить очередной, в случае попытки захвата. В общем, сохранение тайны — сугубо вопрос комфорта. И я снова попрошу вас не распространяться об услышанном. Максимум внутри команды, ибо хрен вы чего от них в тайне сохраните. И да, Руби! Кроу и Тайянгу тоже знать не нужно!       Капюшончик и Бомбочка вскинулись. — Почему?!       Ичиго снова вздохнул, не выдержал и закурил. — Пф-ф-ф… Потому что, и Кроу, и Тай работают на Озпина. А у меня есть весьма серьезные основания считать, что у него «течет» со страшной силой. Да и сам он… В общем, Озпин тот еще мутный тип, крутящийся в кругу таких же мутных типов! И доверия у меня к нему ровно столько же, сколько к любому другому мутному типу — то есть ноль. Ну, может чуть больше. Но не настолько, чтобы информировать его о моём иномирном происхождении.       Рен и Жон молча кивнули, признавая справедливость желания Ичиго о сохранении своего «инкогнито». А вот Руби… Руби буквально кипела. — Ичиго! Директор Озпин — великий Охотник! Он всю жизнь защищал людей от тварей! Он, в конце концов, директор Академии, которая этих Охотников обучает! Как он может быть «мутным»?       Рыжий вздохнул и затянулся. — Ладно. То, что я сейчас расскажу, — тайна. Причем намного более серьезная, чем моё происхождение. Директор Озпин состоит в… некоем тайном обществе. Что за общество, их цели и прочее вам знать не нужно. Вот совсем не нужно. И вы не полезете в это! Совсем! По крайней мере, пока не выпуститесь из Академии и не набегаете по лесам хотя бы трех лет! То есть до тех пор, пока в ваших головах не появится собственное мнение, основанное на собственном жизненном опыте! И даже то, что я сейчас скажу, — я скажу только для того, чтобы вы сами не вляпались в крайнем случае! Так вот. Есть у меня крайне серьезное подозрение, что Директор Хейвена сливает Охотников. Для справки — Леонардо Лайонхарт также состоит в этом кружке по интересам. Кому сливают Охотников — я не знаю. У меня даже доказательств нет, только пара совпадений и почти притянутых за уши анализов. Но факт есть факт — я лично встречался с одним охотником на Охотников. Его звали Тириан Кэллес. Он был фавном-скорпионом. И он слишком подозрительно вышел на меня почти сразу после того, как я ДОЛЖЕН был уничтожить Орду гримм. Но я справился раньше и успел немного восстановиться. Он, кстати, тоже был удивлен. И только то, что я справился раньше и успел восстановиться, позволило мне победить и выжить.       И снова тишина. Каждый обдумывал новую информацию. Прямо целый перелет откровений. Но Ичиго уже надоело хранить всё в себе, надоело крутить какие-то непонятные схемы. Душа требовала доброй драки. И, исходя из всей собранной информации, драка будет. Теперь главное — не втянуть в неё студентов. Так что пусть лучше знают и будут осторожны, чем вляпаются по незнанию. — Эм… Профессор… А… — это Жон. — А почему о своих подозрениях вы не сказали директору? — Хех… И что я ему скажу? «Озпин! Лайонхарт — предатель, но это не точно, а просто мне кажется?» Такие обвинения предъявляют только при наличии ЖЕЛЕЗНЫХ доказательств, а не полупритянутых подозрений и основываясь на интуиции. И вы будете молчать об этом. Просто знать и, если что, иметь в виду. Не больше. Маленькие вы еще в эти игры играть и слабенькие.       Студенты заторможенно кивнули. — Ну вот и славно. А вообще, я собираюсь забурится в бар. Неделька была выматывающая. — Пха-кха-кха… — Жон от слов Ичиго даже закашлялся и неверящим взглядом уставился на профессора. — Кха… У вас-то она была выматывающая?! — Жон, заткнись! — а вот Рену было не смешно, что он и постарался высказать своему лидеру. — Что? Я снова что-то не заметил? — Жон оглянулся в поисках поддержки, но со всех сторон на него смотрели… с жалостью? — Хо-о-о… Жон… Ты слишком мало понимаешь. Да, в бою ты уже не ноль. Даже очень неплох в бою, но… Наблюдательности и умения правильно понять то, что ты увидел, тебе явно не хватает… — Рен покачал головой. — Если что, профессор спал меньше всех, прошел минимум в три раза больше, чем мы, и тварей он убил если не столько же, то они были уж явно сильнее, чем всё, что лезло на нас! — Э-э-э… — Жон успокоился и снова начал искать опровержение словам Рена. Не нашел. — Эм… Тогда… Извините… Мне еще действительно учиться и учиться. — Хах… Ладно. Забили. Я сам не лучше был… Лет в пятнадцать, — Жон от таких слов не просто вжал голову в плечи, но ее и покраснел как помидор. — В общем, по прилету я в бар! Желающие могут присоединиться. Так и быть, с меня простава.       Студенты вскинули головы. — Эм… Ичиго… — Руби, смутившись, пыталась что-то спросить, но… — Ох… Я же не силком тащу. Просто если кто надумает, то отговаривать не буду. В конце концов, каждый сам определяет, что ему можно, а чего нельзя. — Вау! Меня пытается споить мой профессор! Это мило! — Янг тут же воспылала энтузиазмом. — А как же… совершеннолетие? Мне же снова не нальют… — Янг… Не люби мне мозг. — Хех! Ладно, уговорил! Вы как? Идете?       Руби пискнула и замотала головой: — Я — нет! Надо Кресент как следует обслужить, да и… Мне точно рано по барам ходить.       Рен тоже мотнул головой: — Я тоже пас… Боюсь, Нора меня не простит, если я, вернувшись, не нажарю ей любимых блинчиков.       Жон также отказался: — Я тоже пас… Руби, ты же в мастерскую? У меня будет несколько вопросов по поводу конструирования оружия. Что-то я совсем себя неуютно чувствовать без огнестрела начал… Хотел, чтобы ты помогла мне переделать мой Кроцеа Морс. Фамильный меч — это, конечно, хорошо, но если мне оторвет голову какой-нибудь Невермор из-за того, что я просто не смог его достать в воздухе, будет не круто.       С каждым словом парня глаза девушки начинали светиться все сильнее. О да! Жон явно нашел способ поднять ей настроение. — Конечно! Как прилетим, так сразу и займемся! За недельку-полторы всё сделаем!       Тут открылась дверь в кабину пилота: — Профессор, через десять минут будем в Биконе!       Ичиго кивнул. — Все слышали? Тогда наводим марафет и готовимся травить боевые байки о трудностях и лишениях, что преследовали вас всю неделю. Ну и, естественно, о том, какой плохой и злобный профессор Куросаки.       Дружный смех сотряс Буллхед. Первый смех, который Ичиго слышал от этой четверки за неделю. И это было хорошо.