Часть 17
28 апреля 2022 г., 10:00
Небеса медленно краснели. Яркое восходящее солнце расписывало большие северные территории, которые были скованны самыми низкими температурами которые только помнили местные старожилы. Во дворце же во всю кипела подготовка к завтраку. Пока прислуга бегала звеня тарелками и кружками, в покоях ярла слышались тихие разговоры, которые разбудили спящую. Шепард решила осторожно приоткрыть один глаз, и, увидев кто стоит перед камином, тут же закрыла глаза. Можно было и по голосам догадаться чей тяжелый и серьезный голос мог ее разбудить. Ульфрик разговаривал с Галмаром. Даже пускай шепотом, но все равно они спугнули болезненный сон.
— Так и что по итогу? Что ты узнал?
Капитан снова приоткрыла глаза, услышав возню и тихие шаги. Ульфрик раскрыл руку, показав свой амулет Талоса. Галмар же тихо усмехнулся, и скрестил руки на груди, переведя взгляд на девушку. Он последний раз видел его на ней. И прекрасно понимал что это не простая деревяшка. Ярл же опустил руку и сам повернулся к спящей в своей кровати, крепко сжав амулет в руке:
— Я не знаю что теперь делать. Если я его одену ей обратно, то ее снова закроет собой Талос.
— А если ты не будешь этого делать? — Поинтересовался военачальник.
— Тогда она умрет. — Ульфрик пожал плечами, — Но, видишь, ее тянет обратно на корабль. Ее люди беспокоятся за нее.
— Жрица тебе врать не будет. Так что тут уже твой выбор. — Галмар хмыкнул, и посмотрел на ярла, — Уж извини, но мне кажется она тебе не нужна. Да и своим людям не нужна. Йорлейф сказал мне о том, что ее люди выпихнули ее с корабля. Просто не пустили.
— Ты не забывай, что туда вернулись все прокаженные. А скольких мы в лесах выловили? Какая гарантия что они здоровы?
— Так чем же она вылечила своего ебнутого? — Галмар прошелся по покоям, и, приоткрыв дверь на балкон, пропуская в тепло ледяной воздух, подошел снова к камину, смотря на огонь, — Я был вчера в Данстаре. Там все такие. А тех бедолаг, которых мы отправляли туда за помощью, вместе со жрецом распотрошили на улицах. Нам надо знать чем она вылечила своего человека от влияния Вермины. Иначе от Данстара ничего не останется. Там люди умирают уже просто от истощения.
— Не знаю. Она мне не признается. — Ульфрик опустил голову, рассматривая свой амулет, обкрутив мягкую ниточку вокруг своего запястья, — Ты же понимаешь, что она тут, потому что ее Талос держит тут. Из-за него ее не тянуло обратно. И я не хочу ее отдавать. Как бы ты не был против, Галмар, она нам нужна. Наша война еще не выиграна. Я просил ее у Талоса именно ради победы в войны. И он ее вылечит от этой черноты, если я верну ее под защиту.
— Так ты же сам этого хочешь. — Галмар хмыкнул, — А она не знает как действует этот амулет. Для нее это просто твой подарок. Так что я не вижу в этом проблемы. Не то, чтобы я буду сильно рад видеть эту ебнутую во дворце, но если она и правда единственная, из-за чего мы продолжаем одерживать победу за победой, то пускай остается.
— Тогда я пойду против ее воли.
— Ульфрик, — Военачальник повернулся к ярлу, — она просто баба. У нее не может быть своего мнения. Ты тут главный. Во всем городе и всех ближайших территориях только с тобой и твоим мнением считаются. И последние, кто этого не делают, это Империя, влияние которой осталось только на Маркарте и на Морфале. Все остальные как один склоняют тебе голову. Надевай на нее амулет, и заканчивай с этой войной. К тому же, ты знаешь, что если она уйдет, то мы проиграем эту войну. Этого никто не хочет и этого никому не надо. Ты слишком сильно считаешься с ее мнением. Делай так, как нужно тебе. Бери победу любой ценой.
— Она так не смогла поступить. — Ульфрик отрицательно покачал головой, — У нее была возможность уйти, но она осталась, не взяв свою победу любой ценой.
— Потому что ты вовремя ее к себе привязал. — Галмар кивнул, — Не оттягивай этот момент снова. Пока она лежит без сознания и не в состоянии тебе сопротивляться, кидай на нее хомут, и заставь ее тебе подчинится.
— Ладно. Надо подумать. — Ярл хмыкнул, и спрятав амулет в кармане одеяния, повернул голову к Галмару, — Там в тюрьме второй эмиссар сидит. Кажется, зовут Ондолемар. Раньше в Маркарте работал. Развлекайся.
Галмар лишь усмехнулся, и, похлопав его по плечу, довольный ушел вместе с ним. Сознание дало сбой, и снова потерялось во времени. Когда она снова открыла глаза, за окном уже была кромешная тьма. Слишком много свечек было зажжено в округе. Ульфрик задумчиво уткнул взгляд в пол сидя рядышком с ней на кровати, да раздумывая о том, мог ли сейчас и правда пойти против ее воли. Услышанное не так давно перед рассветом дало ему точное понимание что она бы хотела вернутся обратно. И он обещал попытаться посчитаться с ее мнением. Услышав тяжелый вздох, поднял взгляд на Джейн, и тихо сказал, мягко проведя рукой по ее седым волосам:
— Я рад, что ты очнулась. И у меня к тебе серьезный разговор. Только скажи мне сначала, ты тогда сбежала от меня полная злости, ты ведь убежала к своим?
— Да, к своим. Но они меня выкинули. — Она тяжело вздохнула, сонно завозившись в кровати, — Уважаемый ярл я не в состоянии думать.
Капитан вытянула обе руки из-под одеяла. Чернота уже достигла плеча. Руку приходилось насильно двигать. Ульфрик же отрицательно покачал головой, и достал свой амулет из кармана, показав его потерянным серым глазам, но лежащая лишь отрицательно покачала головой. У нее не было ни на что сил. Даже думать, кажется, было больно. Сознание спутанное. Она снова не понимает сколько времени тут прошло. Быть может несколько суток. Но скорее всего точно больше. У ее друга борода стала длиннее. Неужели уже пошел и третий месяц как она тут лежит?
— Тебе придется подумать. — Он кивнул, и перешел на шепот, — я забрал его у Эленвен. Пришлось наврать Галмару, что разговаривал не с ней, а со жрицей из храма. Я могу его сейчас одеть на тебя. Милость Талоса к тебе вернется, пускай и не сразу. Твое здоровье вскоре восстановится, мысли упорядочатся, и к тебе вернется твоя удача. Но в тебе пропадет все желание возвращаться на корабль. Либо я оставляю этот амулет у себя. Ты лишишься этой руки, которую полностью сожрала чернота, если останешься у нас, если не обеих. Но тебя продолжит тянуть к своим. Возможно твой… — Ульфрик задумался, пытаясь вспомнить незнакомое слово, — …твоя врач сможет тебя вылечить. Потому что у Вунферта не получается. Но ты не захочешь больше жить здесь. Все вернется так как было три месяца назад.
— Я не могу думать. Мне больно. Давай короче. — Шепотом попросила девушка, прикрыв глаза, которые покраснели и начали жутко болеть и слезится, едва улавливая потерянным взглядом висящую деревянную подвеску.
— Хорошо, давай короче: ты останешься со мной или пойдешь к своим?
— Я не знаю.
Ульфрик дал ей паузу на подумать, но, не получив толкового ответа, задумался. Надо было спросить чуть по-другому. Но так, чтобы она точно знала на что идет. Склонившись к ней, вытер мягким рукавом ее текущие слезы по бледным щекам.
— Ты будешь на своей войне или останешься на моей?
— Не знаю. — Едва выговорила она.
Ярл задумался. По нему стало видно, что он был немного обессиленный. Потряс амулетом перед пустыми глазами он задал вопрос еще раз:
— Ты станешь моей женой навсегда или вернешься к своему кораблю великим капитаном? Я или они?
Девушка завыла от боли, опять ничего не ответив. Буревестник вложил амулет в перебинтованною руку. У него оставалась небольшая надежда на то, что бы хоть чуть-чуть прояснить ее рассудок, и не навредить ей. Он не готов делать этот выбор за нее. У нее есть свое мнение. Он пообещал попробовать с ним посчитаться.
— Держи крепче, Шепард. — Приказал он ей. — Не вырони его.
Он максимально осторожно укутал ее в несколько теплых одеял, и, взяв на руки, прижал к себе. Дрожащие руки с почерневшими кистями едва держали тонкую нить с деревянной подвеской. Пронеся ее на руках по дворцу, он вышел с ней на улицу, где мороз почти сразу же заставил даже крепкого ярла вздрогнуть. Сильнейший ледяной ветер моментально отмораживал все оголенные участки кожи. На улицах великого каменного города не было ни единой души. Даже нищие все куда-то попрятались. Медленно пройдя с умирающей на руках со своего дворца, ярл почти сразу же с арки свернул направо. Открыв дверь, пригнулся, и вошел в храм, где была полная тишина. Дверь с грохотом захлопнулась. Серые глаза проскользнули по изящному каменному потолку украшенному гербами. Тяжелые шаги ярла отражались от высоких каменных стен. С нескольких оконцев под самым потолком тянулись лучи света.
— Ты находишься в храме Талоса. Только его защита оберегает тебя на этих землях.
Пройдя мимо нескольких рядов деревянных лавочек, ярл остановился ровно перед величественной статуей девятого бога. Многочисленные лампадки освещали своим мягким теплым светом небольшое пространство вокруг алтаря. Ярл медленно опустил девушку на пол перед статуей. Капитан едва нашла в себе силы открыть глаза и открыла от изумления рот, видя перед собой здоровую статую. Она была даже больше той, которую она видела близь Вайтрана. Снова этот серьезный мужчина-норд, опирающийся обеими руками о свое оружие и одной ногой прижимающий к полу нечто змееподобное, обратил свой взор на нее. Именно его она просила похоронить корабль. И именно он был тем, ради кого проливали свою кровь все те, кто шли под синими знаменами и флагами мятежников под предводительством ярла Ульфрика Буревестника. Именно он оберегал ее от влияния даэдра на этих землях. Именно из-за его покровительства ей так многое удавалось. Но сейчас, когда талморский эмиссар всего этого лишила, она почувствовала себя чужой. Всегда была плата за покровительство. Это обязательство остаться на этих землях. Да, ты будешь сильной и ловкой, тебя не поймает ни один эмиссар, а любой договор будет с легкостью подписан. Но тебя перестанет тянуть туда, где ты нужна. Тебя перестанет тянуть домой. Надевая на свою шею амулет, она согласилась оставить тут свою душу, в обмен на удачу. И когда Эленвен этот амулет сдернула, она нарушила все договоренности и нарушила все условия, которые ее спасали. Капитан хотела вернутся к себе на корабль. Но часть ее все еще хотела остаться. Теперь ее часть навсегда останется тут. Ярл же взял небольшой кувшинчик с водой, стоящий прямо у алтаря, и, усевшись рядышком с Шепард, аккуратно провел рукой по ее седым волосам, тихо сказав:
— Держи его крепче. Закрой глаза. И просто подумай над моим вопросом. Хочешь ли ты остаться тут или ты хочешь вернутся туда? Только от твоего мнения все зависит. А Талос сейчас даст тебе столько сил, сколько тебе нужно будет, чтобы ты все решила. — Он кивнул ей, и осторожно напоил прохладной водой, которая показалась ей сладковатой, — Я же обещал тебе. Твое мнение равно моему. Даже если все в этом городе против. А теперь просто подумай. У тебя есть столько времени, сколько ты захочешь.
Девушка едва кивнула, сжав культей амулет, завороженно смотря на статую. Вокруг тянулся приятный аромат каких-то нежных едва сладковатых цветов. Чернеющие руки перестали приносить только боль. Опустив голову, капитан внимательно посмотрела на амулет. Она начала чувствовать его веревочку. Предприняв большое усилие, она медленно сжала пальцы, почувствовав подвеску в ладони. Ярл задувал одну лампадку за другой, медленно погружая храм в полную тьму. Когда Ульфрик задул последнюю свечу, серые глаза медленно закрылись. Девушка просто рухнула на пол, провалившись в сон.
На начале одного из не самых приятных по погоде дней, ярл, сидящий на своем троне, задумчиво читал письмо из Маркарта. Ему надо было экстренно решать вопрос с тем, как развернуть войну. Либо ему пора самому садится в седло и отправляться в путь, поведя свою армию, либо отправлять Галмара без всякой надежды, что он вернется обратно победителем. Но отбивать территории ему не хотелось. Услышав незнакомые шаги по пустому главному залу, Ульфрик поднял уставший взгляд от бумаги, и медленно сложил ее текстом внутрь, спрятав обратно в конверт. Охрана осторожно оглядывалась, ожидая какого-нибудь молчаливого приказа от военачальников, не зная чего ожидать от незваных гостей.
— Убирайтесь отсюда! — Вскрикнул Галмар, потянувшись к своей секире.
— Галмар, пропусти их. — Тихо сказал Буревестник, и жестом показал охране дворца успокоится, — Не заметил, чтоли, знакомого лица?
— Долго ли люди этой выскочки будут тут шататься? — Поинтересовался военачальник.
— Пока они не приносят вреда, мы их не трогаем.
Ярл поднял взгляд от пола, спрятав письмо внутрь своей брони, и осмотрел гостей дворца. Их было двое. Первым стоял хромой парень, которого и так едва вылечили. Он сильно сгорбился, трясясь от холода, смотря на главу города с диким страхом в глазах. Но вот личность второго гостя осталось для него загадкой. Это был кто-то, одетый в длинную темно-синюю шубку с мехом. Даже было непонятно, был ли рядом стоящий человеком.
— Кто с тобой? — Спросил Ульфрик, подперев голову рукой.
— Это не важно. — Джефф развел руками, — Уважаемый ярл, прошу вас, хоть подскажите, где можно искать нашего человека? Нашу Джейн. В какой город нам податься? Может хоть где-то ее видели?
— Вы же знаете, что мы не местные. — Тихо сказала таинственная гостья, прячущая личность под длинным капюшоном. Голос у нее был очень красивый, и нежный. Это была девушка. — Джейн многое для вас сделала, вы не могли ее бросить просто умирать.
— Мы нашли всех ваших людей, которые были раскиданы как грибы после дождя, по нашим лесам. Этого достаточно в обмен всего сделанного ей.— Хмуро сказал Галмар, опершись о рукоять своей секиры, встав в такую же позу, в какой стояла статуя Талоса, всем своим видом показывая недовольство. Пока его ярл молчал, стоило встать в позу защиты. — Если мы не нашли вашей выскочки, то мы ее не нашли. Уходите.
Джокер осмотрелся, смотря то на него, то на правителя, на котором лица не было, и тихо повторил свой вопрос еще раз Ульфрику:
— Прошу вас, может вы знаете где ее искать?
— Насколько мне известно вы же вышвырнули ее. — Ярл нахмурился, — Даже если бы я знал где она, какая выгода мне говорить об этом? Добить ее хотите? Нет, этого не будет. На моих землях только я имею право решать кому жить, а кому умереть. Чего вы сейчас хотите от меня?
Буревестник подпер голову рукой, пытаясь понять что за таинственная девица рядом с просителем. Она переминалась с ноги на ногу, будучи тоже явно сильно замерзшей. Галмар же, крепко сжав в руке свою секиру, подошел к просителям. Встав напротив Джеффа внимательно осмотрел его. Он выглядел полностью адекватным. Никаких признаков помешательства. Никаких физических увечий. Чем же она его вылечила?
— Это было ошибкой. — Девушка кратко посмотрела на стоящего рядом, и подняла голову на ярла, внимательный взгляд которого прекрасно заметил необычную вещь. — Мы с ним против захвата власти. Мы принимаем только нашего капитана, и другие нам не нужны. И мы вернемся на корабль не вдвоем. Но если же вы не скажете нам где наша Шепард, нам нет смысла возвращаться на корабль. Тот человек, который сейчас захватил там власть, он одержим только склоками и вечной руганью. Вы видели его сами, уважаемый глава территорий. — Лиара выпрямила спину, но стояла максимально аккуратно, чтобы одежды, шитые не по ней, не выдали ее цвета кожи. — Вы слышали его слова. Сами понимаете, что такой капитан корабля долго не продержится. Нам нужна наша Шепард. Что мы можем предложить вам, чтобы узнать хотя бы где она?
— Думаю, у вас есть чем со мной поделится. Покажите мне руки, таинственная незнакомка. — Попросил ярл.
— Я не буду этого делать. — Тут же отказала ему незнакомка.
— Началось. — Усмехнулся Галмар. — Я понять не могу, у них все такие принципиальные на корабле или просто мы такие везучие на дебилов? — Военачальник Братьев Бури лишь злобно посмотрел на Джокера, и вернулся на свое место по правую сторону от каменного трона. — Повторюсь для тех, кто прогуливал лекции. — Он указал на Буревестника, — Он глава этого города, он будущий Верховный король Скайрима, и его слово в этом городе закон. Вы стоите перед ярлом Виндхельма, во владениях Истмарк, которые его по праву. С ним нельзя спорить.
— Лиара, — Джефф кивнул, — покажи. Не стоит с ним спорить, это правда. Не опасно, но все равно бесполезно.
Ей ничего не оставалось. Девушка осторожно вытянула руки из кармана длинной шубки и протянула их ярлу выставив на свет и опустив голову. Ее ярко-синяя кожа заставила многих растеряться. Такого цвета кожи они не видели даже у данмеров. По залу послышались удивленные вздохи многочисленных наблюдателей. Буревестник же хмыкнул, и сказал:
— Хорошо. Придите ко мне с этой просьбой завтра с утра. Думаю, через час после того как солнце взойдет. Я дам ответ на ваш вопрос.
— Мы не можем так долго ждать! — Сказала девушка, явно расстроившись.
— Не спорь с ним. — Прошептал Джефф, — пошли. Мы и так три месяца ждем. Еще ночь потерпим.
Он вдвоем синхронно откланялись ярлу и ушли. Галмар подняв голову и смотрел на Ульфрика, который задумчиво проводил пальцами по бороде.
— Ужинать будете, уважаемый ярл? — Поинтересовался управитель.
— Сегодня без меня. — Тихо сказал он, — Заседлайте мне Бергльёт. Через пол часа поеду.
Поднявшись с трона, ярл прошел по залу и встал в штабе командования, смотря на карту. Если он все правильно понял из многочисленных доносов и писем, то двигаться в сторону Морфала будет смертельно опасно. Рядом встал Галмар, сложив руки на груди. Буревестник же склонился над бумагой, продумывая какими путями пойти, даже не поднимая головы. От него ждали конкретных действий. Но если он ринется в бой, то это может поставить под вопрос всю их битву. Если он полной тишиной и молчаливым согласием ярлов затянул к себе под флаги Вайтран и Фолкрит, а сейчас пойдет проливать кровь в Пределе или Хьялмарке, то возникнут вопросы как у одних, так и у других. Ему нужна его Шепард и возможность сторговаться. Но что если она очнется не скоро, а даже если очнется, сбежит к себе на корабль и ему снова придется все выбивать силой? Его будущая жена была слишком серьезной переменной, появление или непоявление в любом из трех оставшихся регионов, может перевесить чашу весов.
— Ты определился?
— Пока нет. Меня не радует количество людей. Этого слишком мало. Мы можем проиграть. — Он хмыкнул, — Мне надо знать какой из ярлов добровольно примет мою сторону.
— Мне пойти разбудить твою выскочку?
— Не надо ее трогать. Если Талос будет благосклонным к ней, то она должна встать скоро сама. Она спит уже четвертые сутки.
— И куда же ты тогда едешь? — Галмар усмехнулся, — Выбирать ей место на кладбище? Ульфрик, разреши вопрос.
— Давай.
Ярл отвлекся от горных хребтов в Пределе и поднял взгляд от карты, продолжая стоять сгорбившись. Они стояли вдвоем, и царившая что в главном зале, что в самом штабе, атмосфера довольно сильно морально давила на того, у кого вопросов стало больше чем ответов. Галмар же кратко осмотрелся вокруг, и, встав ровно напротив него, начал говорить очень тихо:
— Слушай, что ты прицепился к этой бабе? Какого даэдра ты думаешь, что она пришла по твоей воле с небес? У тебя есть хоть какие-то основания верить в это?
— Я тебе уже отвечал на этот вопрос. Она приведет нас к победе. Если мы прямо сейчас вышвырнем ее на мороз, то ничего кроме забвения нас не ждет.
— Она помощница Империи. Убери ее с нашего дворца.
— Это не так. — Хмыкнул ярл.
— Это был не вопрос. — Галмар наклонился к нему и прошептал, — Я много с кем разговаривал по этому поводу. И что-то мне подсказывает, что ты знаешь об этом. Но тем не менее тягаешь ее по дворцу, заботишься о ней, еще и осквернил этой имперской шлюхой храм Талоса. Неужели она на тебя магию подчинения наложила? Я не могу понять твоей мотивации. Что тобой движет, что ты продолжаешь ее держать слишком близко к себе?
— Я доверяю ей. Она приносит мне результат.
— Она работает на Империю! — Вскрикнул Галмар, ударив кулаком по столу. — Она может быть бесконечно эффективной в тактике ведения войны против Империи, раз за день до этого договорилась с этой самой Империей как ее вести. Ульфрик, остановись. Она предательница!
— Отъебись от нее. — Приказал Буревестник так же повысив голос, — Я не дам тебе выебываться на нее. Она будет тут столько времени, сколько необходимо. Я точно знаю что она тут по воле Талоса. Ты же видишь, драконы не нападают на наши территории, все наши маневры оканчиваются победами, а все крепости берутся легко.
— Я не понимаю почему ты ей так легко доверился.
— Я знаю о ней достаточно. Эта тема закрыта. — Ярл выпрямил спину, и кивнул, — Она делает вид что работает с Империей, но по факту это не так. Если я ей доверяю, значит на то есть повод. И я не просто так дал ей сам выбрать, хочет ли она под защитой Талоса остаться или нет. Если она не наденет амулета, значит я в ней ошибся.
— Куда мы выдвигаемся?
— Ждем моей команды. Отдай пока приказ всем стягиваться к Вайтрану. Как раз пару дней у вас все займет.
Он пошел вниз, и, заскочив в седло, поехал по городу, где слышались оживленные разговоры. Уставший за столько дней сидеть спрятавшись по домам от лютых морозов народ, теперь праздно шатался мимо лавочников и кузнеца, прицениваясь к товарам. Появившийся в городе ярл лишь еще больше оживил толпу народа, которая радостно поприветствовала своего правителя, махая ему руками, шапками, обрывками одежды и всем тем, что попалось под руку. Молодые девицы любовались ярлом, открыв рты от изумления. Но вот стоявшие в сторонке чужаки начали тихо переговариваться. Лиара и Тали сидели на каменных ступенях около «Очага и свечи» с книжкой в руках, прикинувшись нищими.
— Глянь, он не выглядит радостным. — Тихо сказала Тали, натянув на голову капюшон, который аккуратно вместе с деревянной маской скрыл ее от лишних вопросов, — Мне кажется, он должен знать где Шепард.
— Эй, бездна знаний, у тебя есть ответ на этот вопрос? — Шепотом спросила Лиара, закинув голову к вечернему небу, где начали виднеться миллиарды звезд.
— Он знает ответ на ваш вопрос.
— А ситуация с человеком, который решит проблему с драконами, стала ясна?
— Пока нет. — Отозвалась тень от чаши в которой горел огонь, прогоняя тьму, громко и мерзко хлюпая, — От ваших действий зависит будущее этих территорий. Делайте каждое решение осторожно. Слишком быстрое или слишком медленное решение ваших проблем может оборвать нити всех судеб этих людей, и тогда все что им останется, это жить в проклятом мире, созданном вашими руками.
— Мы сами живем в таком проклятом мире. Меня не обманешь, жизнь не бывает счастливой. — Лиара плюнула и поднялась со ступеней, захлопнув книжку, пошла следом за ярлом, — Пошли. Пора спросить с него.
— Это может плохо закончится. — Прошептал голос в голове Тали.
— Будто она меня спрашивать будет. — Тали фыркнула, и быстро побежала за предводительницей, — Сказала пора, значит пора. И ты не спорь.
Девушки вдвоем побрели вон из города следом за крупной светленькой лошадью. Бергльёт громко фыркнула, свернув около конюшни, бредя в сторону Рифтена.
— Что тебя беспокоит? — Спросил ярл.
Потянув за повод, остановил лошадь на границе между Истмарком и Рифтом. Стояла полная тишина и непроглядная тьма. Бергльёт повернула мордочку и аккуратно развернулась. Ярл лишь усмехнулся, увидев своих двух преследовательниц, спрыгнул с лошади. Сняв с пояса топор, крепко сжал его рукоятку, и встал перед ними.
— Я не люблю, когда за мной следят. — С улыбкой сказал Буревестник, — Вы же с команды Шепард?
— Все правильно. — Сказала Лиара, стоя перед ярлом в капюшоне, полностью скрыв лицо, и скрестив руки на груди, — И мы знаем, что вы знаете где она. И не культурно на девушек с топором идти.
— У нас опасные территории. — Он хмыкнул, когда лошадь мягко положила свою голову на его крепкое плечо, тяжело фырча, — Ее и кролики могут напугать. Топор для ее спокойствия. К тому же, я привык не доверять тем, кто прячется под маской.
— Сожалею, что тот факт что вы не видите моего лица уже делает из меня врага. В нашем мире вы бы долго не просидели. — Спокойно ответила Тали. — Спрячьте оружие. Мы просто поговорить хотим.
— О чем же я с вами могу поговорить, если я ваших лиц не вижу, хотя перед вами полностью открыт? — Он мягко погладил лошадь по мягкому носику, но все же топор убрал. — Хотя бы одна должна мне показаться, иначе я просто сяду обратно и слушать вас не буду ни сейчас среди ночи, ни в любое другое время во дворце. И к тому же мне некогда, я не на прогулку вышел.
Лиара переглянулась с Тали, и, жестом показав ей молчать, сделала несколько шагов вперед, встав перед ним на расстоянии вытянутой руки. Медленно расстегнула коротенькую синюю шубку, медленно открывая его взгляду свою белую броню. Ухватившись за меховой капюшон, досчитала до трех, и откинула его. Ярл пошатнулся от ужаса увиденного, едва не упав под ноги лошади, которая сама попятилась назад. Азари слабо улыбнулась и повернула голову к подруге. Буревестник прекрасно увидел ее гребни, и, не удержавшись на ногах, свалился на дорогу, в ужасе отползая от нее.
— Тихо, куда? — Азари рассмеялась, — Уважаемый, как вас там, Буревестник вроде бы, ну я же не страшная. У вас тоже синекожие есть на ваших землях. Что случилось-то? Не думала я, что вы свой топор для красоты таскаете. — Она присела перед ним на корточки, и развела руками, — Я хочу знать куда делась моя капитан корабля. И не надо говорить, что вы не знаете где она.
Бергльёт осторожно наклонилась к чужеземке и осторожно к ней принюхалась. Оперевшись спиной о ее крепкие ноги, ярл в ужасе закрыл лицо руками, покачав головой. Что же за чертовщина перед ним? Что же за порождение даэдра? Он настороженно повернул голову к вставшей за спиной Лиары Тали и тихо спросил:
— Она такая же?
— Я еще хуже. Где наша капитан?
— Я не скажу вам. Зачем она вам нужна?
— Не надо отвечать вопросом на вопрос. Она капитан моего корабля. — Лиара кивнула, — Я хочу улететь отсюда. И нас таких пятьдесят с лишним душ. Только вот незадача, из-за Шепард, а потом из-за смены власти мы лежим тут третий месяц. И, кажется, вы знаете где она.
— Я не хочу вам ее отдавать.
— Это не вам решать. — Тали положила руки на плечи Лиары, — Нам надо уходить.
— Вы ее не заберете. И даже дело не в том, что я не хочу ее отпускать. Эти земли берегут ее.
Тали тяжело вздохнула и сняла свою деревянную маску, и так же сняла капюшон с варежками. Показав ему свои руки и свое лицо, закрытое шлемом, быстро и очень злобно сказала:
— Слушайте, я не могу дышать вашим воздухом, не могу есть вашу еду и даже воду пить мне нельзя. Я уже четвертые сутки ничего не ем. Вы хотите моей смерти? Единственный кто ее бережет, это наш военврач и наш пилот. Нам надо ее забрать. У нас кровопролитная война идет. Наши планеты горят ясным огнем. Наш корабль возвращался с моей родины, которую едва вытащили из пламени войны. Нам некогда больше пререкаться, и тем более ждать. Мы договорились с кем только можно, издеваемся над людьми как можем, чтобы они залатали наш корабль и как можно быстрее улетели. А тут появляетесь вы такой красивый, и не сотрешь вас ничем. Во имя богини…
— Вы не понимаете. — Ярл опустил голову, — Она не выживет у вас. Ей нужно время.
— Что значит не выживет у нас? — В ужасе спросили девочки.
— Я вам ее не отдам. — Повторился он.
— На нашем корабле мы самые добрые. — Тихо сказала Лиара.
— И самые красивые. Есть страшнее. Уверены, уважаемый, что готовы и им объяснится что не так? Она у вас?
Буревестник прислушался нахмурившись и обернулся. Со стороны Рифтена кто-то верхом на лошади довольно быстро шел. Только этого не хватало. Его хоть кто-то найдет его в окружении этих чудовищ, к нему будет очень много вопросов. Особенно пока он валяется на земле вжавшись от ужаса в ногах лошади. Сейчас он всем своим видом позорит свой род. Лишь бы это был не тот, с кем он договаривался встретится.
— Девушки, красавицы, давайте вы придете ко мне в дворец тогда, когда я вам сказал. И мы все обговорим. Не сейчас.
— Не надо с нами торговаться. Она у вас?
— У меня. Но обо всем завтра.
Лиара поднялась с земли, и накинула капюшон. Синхронно с ней Тали надела свою маску и варежки. Безмолвный путешественник остановил свою лошадь рядом с Бергльёт. Ярл тяжело вздохнул, но оборачиваться не стал. Лиара жестом показала молчать ему, и, взяв Тали за руку, быстро пошла с ней обратно в зимний город.
— Да, Ульфрик, давно ты так низко не падал. — Послышался надменный женский голос, пробудивший в ярле ужас. Он понял кто это был.
Всадница спрыгнула со своей кобылки. Каблучки ее высоких сапожек украшенных золотыми узорами громко цокали по каменной дорожке. Загородив собой звездное небо и одну из спутников планет, перед Буревестником встала Эленвен. Поправив черный плащ, изящные ручки с тонкими пальчиками развязали шелковые ленты. Она прятала под невзрачной накидкой свое восхитительное черное с золотым одеяние. Видимо, этой конспирации ей хватало, раз она выбралась настолько далеко и ни у кого по пути ее следования вопросов не возникло. Хотя, даже если и возникли бы, первый эмиссар Талмора легко их решит. Не все же только еретиков потрошить.
— Ты же знаешь, я не люблю ждать. Итак, — Она уселась перед ним очень изящно, и слабо улыбаясь подперла голову рукой. — чего же ты такой красивый и на дороге валяешься?
— На кроликов смотрю. — Буревестник хмыкнул, — Почему ей легче не стало? Ты мне обещала.
— А Империи Талмор обещал, что мы их не тронем, если они не будут нарушать условия Конкордата Белого Золота. — Ее тонкие пальчики коснулись покрасневшего лица ярла, — А тут ты нарисовался. Очень удобно. И как раз с условиями нарушения Конкордата. Не только же ты имеешь права нарушать обещания. Кто те двое, перед которыми ты валяешься на земле как бездомный пес?
— Я не буду тебе отвечать на этот вопрос.
— Куда ты денешься? — Эленвен выпрямилась, и с отвращением отряхнула свое одеяние, сложив за спиной, встав к нему полубоком. Легкий прохладный ветерок придал ее силуэту загадочности. — Хочешь чтобы твоя девочка проснулась?
— Хочу.
— И что же, твой напыщенный божок в которого ты веришь, не верит в тебя и не хочет тебе ее обратно отдавать? — Первый Эмиссар повернулась спиной к нему, любуясь Виндхельмом стоящим у самого предгорья, — Быть может его не существует? Не думал об этом? — Она кратко глянула на него и усмехнулась, — А пора бы начать, дорогой ярл. — Она закинула голову, смотря на звездное небо, — Я не хочу чтобы она мешала нашей политике и нашей войне. Пора мне лично взяться за тебя. Всегда приходится переделывать за придурками все самой. — Эленвен начала почти шипеть, — Я готова допустить ее существование в этом городе только при условии, что ты отдашь все что забрал Империи и еще, в качестве извинения, отдашь им Рифтен. Это будет честно.
— Этого не будет. Она останется у меня. И Рифтен, и Вайтран, и Фолкрит тем более. Мы выбили Империю честным боем. — Он уперся руками в дорогу, и попытался встать. Эленвен тут же развернулась, резко наступив на его крепкое плечо своим сапогом и вжала ярла в ледяную дорогу. Бергльёт попятилась назад, недовольно заржав, и отскочила с дороги, когда ее попыталась лягнуть вороная кобылка, лишив своего хозяина малейшей защиты. — Я не за тем начал свою войну, чтобы сейчас согласится на такое же унизительное условие которое подписала Империя с вами. Этого не будет. То что я раз тебе сдался, не означает, что я и сейчас этого сделаю.
— Ты забыл мое звание? — Удивилась Эленвен, наклонив голову, — Забыл кем я являюсь? Эта баба тебе никто. И она ничего из себя не представляет. Она врет тебе. Она не пришла с небес. На небесах нет твоего божка, перед которым ты стоишь на коленях и молишь о победе. Иначе тебе хватило бы сил довести эту Гражданскую войну до логического завершения. Раз за столько лет сколько ты в него веришь, он к тебе и твоим мольбам не прислушался, задумайся, быть может его не существует?
— У меня другое мнение. — Хрипло сказал Буревестник, закрыв глаза. — Дай противоядие. Она сама решит останется или уйдет. Я с ней не спорю.
— И со мной тоже не стоит начинать. Ты же помнишь чем все кончилось в прошлый раз. — Она рассмеялась, — Я буду не против снова увидеть тебя на коленях в наших темницах. Буревестник, я жду ответа. Ты отказываешься от Фолкрита, от Вайтрана и отдаешь нам Рифтен. И я отдам тебе противоядие. Правда я дам совет Туллию избавится от ярлов, которые слишком легко расписались в твоих бумагах. Но, решать, конечно, ярлу Элисиф Прекрасной и генералу Туллию. Надо ли тебе сейчас ссорится с Талмором? Стоит ли оно того, Ульфрик?
Ярл открыл глаза, почувствовав ее теплое дыхание на своей шее. Она слишком близко наклонилась к нему. Его тошнило от сладости ее кожи и недовольного лица. Что же это за проклятая ночь? Он словно сам лишился всей удачи.
— Дай ей очнутся. Если она решит остаться, я отдам вам все. Если она решит уйти, то я продолжу свою войну.
— Тебе лишь бы бабы, Буревестник. — Эленвен аккуратно убрала волосы с его лица, и, оскалившись, сдернула амулет Талоса с его шеи, вышвырнув его в черноту леса, — Я тебе говорила не носить эту погань! Хорошо. Я дам ей время очнутся. Вдруг твой выдуманный друг решит раздобрится над ней и вылечит? Но если ты не сдержишь своих слов, будь готов стать последним из рода Буревестников. — Вцепившись острыми ногтями в крепкую шею, она склонилась к нему, смотря в напуганные глаза, и перешла на шепот, — Только ты же сам должен понимать, что если ты ее отпустишь, как минимум Вайтран ты потеряешь. Что от тебя останется, вожак восстания? Что же ты из себя будешь представлять, если разом все потеряешь? Кажется, тебя казнят. Это будет платой тебе за твою глупость и за твою веру в то, чего не существует. Твоего бога не существует, зато есть мои. Они сильны. У них есть сила выдернуть у тебя ковер из-под ног. Делай что хочешь, Ульфрик. Я дам тебе выбор, который даешь ярлам. Ты можешь мне подчинится, потеряешь власть везде кроме Истмарка и так уж и быть, на сдачу тебе оставлю Винтерхолд. И я дам тебе противоядие против нашего яда, который довольно быстро ее убьет если она его не получит. У тебя осталось меньше чем трое суток до того, как яд начнет разъедать внутренние органы твоей пустоголовой кукле. Но если ты решишь взбрыкнуться и откажешься от меня, откажешься соглашаться на наш маленький Конкордат, то тогда знай, что яд убьет твою девку, и куда бы ты не пошел, Империи хватит сил дать тебе отпор. И потом, — она сделала паузу, сжимая крепкую шею, — к тебе возникнут вопросы, почему ты не можешь защитить владения, которые отбивал от Империи и Талмора. Когда польется чужая кровь по чужим городам, твоя голова полетит первой. Только теперь не Империя за тобой придет, а твои же люди. Одна из самых страшных вещей для тебя будет похерить все свое влияние. Ты забвения уже не переживешь.
— Ты предлагаешь мне оба варианта которые все равно приведут мое восстание к забвению. Я не собираюсь выбирать из двух зол. Давай просто посмотрим что решит моя жена. Если она захочет уйти, я ее отпущу, но территории останутся при мне, и дальше я не пойду. Пускай Империя подавится Маркартом и Данстаром. Но вот если нет, мы с ней будем драться до последней крови. Она так просто это не оставит.
— Надейся, Ульфрик, что ты ее влюбил в себя не обманом, а своим милым личиком. Она спокойно закрывала глаза когда ты ее обманывал потому что на ней был амулет. Но насколько я знаю, он до сих пор не на ней. И ты даешь ей самой решить будет ли она его надевать? Благородно, хоть и крайне тупо. К тому же надо знать все риски, чтобы давать ей такую свободу выбора. Ведь как минимум больше тебе ни единого слова не слетит без урона. — Эленвен вдруг взяла паузу и хмыкнула, с отвращением вытирая руку об мягкий мех накидки, — Она тебе жена? И давно ли?
— Она согласилась быть ей когда Талос ее не защищал. — Буревестник кивнул, — Я слабаков рядом с собой не держу. Она не исключение.
— Конечно. — Эмиссар рассмеялась, — Две тряпки на один дворец слишком много, уважаемый ярл Ульфрик Буревестник. Ты подумай, вдруг твоя ебанутая захочет заключить между вами с Империей мирный договор? Кого бы ты поменял на свои территории? Но знай, что без надзора Первого Эмиссара Талморского Доминиона ни один документ не пройдет. И я тебе Ондолемара не прощу, если ты его хоть пальцем тронешь. В твоих интересах максимально тихо отпустить его. Если он ко мне не вернется живым, противоядия ты не получишь в любом случае. Мне нужен мой посол при Маркарте. И скоро не нужен будешь ты живым. У тебя еще есть время попытаться меня убедить что ты Талмору еще нужен живой. А то с тобой стало слишком много возни. Надо кого-то посговорчивее найти, даже, я бы сказала…дипломатичнее.
Эленвен поднялась, и снова отряхнув свое одеяние, задрала его подол, и, пройдясь по ярлу, заскочила на свою кобылку, скрывшись на дороге ведущей в Рифтен. Буревестник лишь тяжело вздохнул и опустил голову обратно на дорогу, смотря на россыпи звезд. Когда Бергльёт осторожно наклонилась к своему ярлу и попыталась поднять его за накидку с ледяной земли, мужчина лишь усмехнулся и тихо сказал:
— Да иду я. Помереть не дашь.
Медленно усевшись задумался, обратив свой взор на город. Лошадь вытянула передние ноги склонив голову к полу, словно выпрашивая его ехать дальше. Собравшись с силами глава восстания поднялся. Отряхнув от снега себя и свою лошадь, заскочил в седло и отправился в путь. Желания сидеть во дворце и чего-то ждать у него не было. У него может слишком рано кончится терпение. Но план был вполне ясен. Ему нужно только решения своей будущей жены. Если она останется с ним, ему будет легче. Но вот если она откажется, он скорее всего и правда потерпит поражение. Хотя и можно было форсировать события гораздо быстрее, и попробовать с наскока взять и Маркарт и Данстар. Но у него не было настолько много людей в окружении. Должен быть какой-то способ.
Пока ярл неспеша ехал в Рифтен, в «Очаге и Свече» шло обсуждение того, что стоило дальше делать. Вернувшиеся с новыми знаниями девчата должны были бы обрадовать двух бедолаг, но по какой-то невероятной причине не получилось. Сидящие на одной кровати Карин и Джефф сидели и тихо разговаривали о своем, когда Лиара влетела распахнув дверь, затянув за собой ледяной воздух.
— Ужас какой, вы верхом на метели пришли? — Чаквас накинула одеяло на плечи.
Молчаливый и погрустневший пилот поднял взгляд от планшета, смотря на Тали с Лиарой, которые с радостью скинули верхнюю одежду и уселись отогреваться. Им понадобилось немного времени чтобы прийти в чувства и налить себе горячего чая.
— Итак, все что нам остается, это дождаться утра. — Лиара кивнула, — Она у него. Но вот только мне не нравятся его слова, что она у нас не выживет. Джокер, ну что там с кораблем?
— Я подумал немного. — Джефф кивнул, — Я смогу справится с кораблем, только теперь надо на него вернутся и что-то сделать с тем, что Кайден может нам помешать. Что мы с ним будем делать?
— Архангел нам всем в помощь. — С улыбкой сказала ему Тали, — Он справится с каким-то недоумком. Значит, я предлагаю такой план. Раз мы точно знаем где она, мне кажется, есть смысл бежать за ней уже только тогда, когда мы сможем схватить ее за руку и затянуть на борт тогда, когда корабль будет готов к отправке. Если мы прямо сейчас ее притянем, но по итогу придется ждать еще неделю, а то и больше, то мы можем второй раз, если она не дай бог сбежит, уже не поймать.
— А что если она вообще не захочет идти, вы об этом думали? — Чаквас сделала несколько глотков горячего чая с красными ягодками, которые были немного кисловатыми, — Я, сколько с ней была в том дворце, прекрасно видела ее состояние. Она влюбилась в этого ярла не меньше, чем в свое время в Кайдена. И у меня есть небольшие сомнения в том, что она захочет покинуть этот город. Еще не забывайте ее слова которые мы все слышали на корабле.
— А я думаю Шепард тянет домой. У нее грусть в глазах. — Тихо сказал Джокер, — Она никогда бы не бросила Нормандию. Она никогда бы не бросила свою войну и свои идеалы ради этих каменных домиков в морозе.
— Тебя слишком долго не было, Джокер. Все поменялось.
— Да я заметил, Лиара. — перешел на шепот Джефф, и задумчиво провел рукой по своим жетонам.
— Давайте просто не будем гадать на картах, особенно на такую непредсказуемость как Шепард. — Лиара кивнула, — Нам всем пора лечь спать. Завтра спросим у Шепард что она решила. Если она останется тут, то мы ударим ей палкой по голове и утянем на корабль. А если же решит уйти с нами, то искать палку не придется и мы сэкономим немного времени. Но да, Тали права, пока мы точно не будем знать, что Нормандия готова к вылету, нет смысла тащить Шепард обратно.
В комнатке раздался громкий хохот. За разговорами, а следом и со сном, прошло время до утра. Солнце только начало подниматься над городом. Лиара с Джокером оделись и отправились до дворца. В это же самое время в покоях ярла раздался тихий болезненный вздох. Джейн медленно открыла глаза, осторожно делая каждый вздох ледяного воздуха. Через распахнутые двери ведущие на балкон проходил зимний воздух. Стояла полная тишина. Не было слышно ни голосов с улицы, ни птиц. Никого. Слишком тихо. А сознание слишком ясное. Она лежала одна в большой кровати, укрытая двумя одеялами. Собравшись с силами, медленно села. Опустив голову, вытащила руки из-под одеял, положив их на мягкую ткань. Раскрыв правую руку, ее внимательный взгляд увидел знакомый амулет. Пытаясь понять, насколько же руки ее слушаются, она медленно развязала несколько узелков на нитке, а следом засмотрелась на узоры на подвеске. Мягко провела подушечкой большого пальца по резному дереву. С приоткрытой двери ведущей в коридор послышались громкие разговоры и ругань. Кажется, что-то ее смущало в этой подвеске. Откинув одеяло, девушка медленно опустила босые ноги на ледяной пол. Покачав головой, чтобы затекшая шея перестала болеть, поднялась с койки. Взяв с комода рубашку и штаны, надела сверху свою темно-синюю шубку с белыми и золотыми узорами, но застегивать ее не стала. Сжав в руке подвеску, не зная, надевать ее или нет, запрыгнула в сапожки, но засмотрелась на верхушку горы. Пройдя через распахнутые двери, вышла на улицу. Ей не показалось. Она видела северное сияние на светлом голубом небе. Едва заметное, но все же она его видела. Улыбнувшись выдохнула морозный воздух, и, закрыв двери, спустилась вниз. Ее шаги раздавшиеся в зале, резко закончили все разговоры. Когда Джейн побрела к трону ярла, застегивая свое одеяние, на нее все медленно оборачивались.
Она остановилась прямо по правую сторону от каменного трона, и внимательно посмотрела на раскрывшуюся сцену. Перед ярлом Буревестником, который был немного поникший, стояли двое ее людей. Джокер и еще кто-то. Хотя синяя рука держащая пилота за рукав, дала Джейн понять, что скорее всего это была Лиара. Слева от трона стояли Галмар и Йорлейф, осторожно переглядываясь.
— Привет, сонное царство. — С улыбкой сказал Джокер, нарушив полнейшую тишину во дворце.
— Не тебе меня упрекать в том что я слишком много сплю. — Джейн подняла голову к ярлу, и развела руками, — Ульфрик, скажи мне, пожалуйста, какого черта тут происходит и почему у вас у всех такие напуганные лица? Я понимаю, что скорее всего выгляжу не очень привлекательно сейчас, особенно со своими руками, но все же…
— Как ты себя чувствуешь? — Спросил ярл, наклонив к ней голову и жестом показав ее людям молчать.
— Неплохо, если не обращать внимания на головную боль и легкое головокружение. И руки чешутся сильно. — Она усмехнулась, и подошла к своим детишкам с радостью обнявшись сначала с Джокером, а потом и с Лиарой. Встав между ними, Шепард хмыкнула, — Так что все-таки происходит?
— Тебя отравили Талморцы. — Сказал Галмар, — Противоядия у нас нет. Но Буревестник очень хорошо попросил одного нашего старого знакомого дать тебе силы. Ты несколько недель до этого не могла вообще пошевелить этими руками, а пару дней назад не могла даже подняться сама с кровати и думать.
— Говорю сразу, что ты себя будешь чувствовать хорошо очень не долго. — Предупредил ее ярл, и медленно поднялся со своего трона, спустившись к ним, встал ровно перед Шепард. Оба ее друга чуть-чуть отошли, спрятавшись за спину капитана. — Ты надела амулет?
— Пока еще нет. — Капитан протянула ему руку и показала подвеску, сжав ее ослабшей рукой за нитку, — Где ты его нашел я догадываюсь.
— Шепард, — тихо сказал Джокер, уткнувшись носом в ее плечо, и с опаской выглядывая на серьезного ярла, — твой друг его тебе отдал не просто так. И спрашивает про него не просто так.
— Ага вот сразу вопрос в лоб вопрос задавать он любит, тут уж ничего не сделать. — Джейн ему улыбнулась, слегка прищурившись от яркого солнечного света, осветившего весь тронный зал. — Знаешь, обычно говорят доброе утро там, или хотя бы здравствуйте.
— Он знает, но это без толку, — усмехнулся Йорлейф, обратив внимание на ярла, который молчаливо ожидал ответа, — Не ты первая, не ты последняя его в этом обвиняешь. Но в этом городе так не принято.
Ульфрик лишь пожал плечами обратил свой взор на Джеффа. Его совершенно не радовал ответ его возлюбленной. Помрачнев, он кратко повернул голову к Галмару и спросил:
— И что нам теперь делать?
— Ты решай, она твоя забота. — Хмыкнул Каменный кулак, оперевшись о рукоять секиры, — Мое мнение ты знаешь.
— Если ты мне сейчас не объяснишь какого черта происходит, я пойду спрошу это у того, у кого ты забрал свою игрушку. И результат тебя очень не обрадует.
— Раз ты хочешь знать, то хорошо. — Буревестник сложил руки за спиной, и медленно пошел мимо собравшихся, опустив голову, — Амулет который у тебя висел все это время на шее, это не просто резная деревяшка. Твою душу оберегает Талос на наших землях. Он бережет тебя словно собственную дочь от всех возможных нападок. К тебе становятся все более лояльны. Твоя удача увеличивается. Тебе начинает сходить с рук все то, что в обычное время не сходило бы. Когда в Посольстве ты его лишилась, ты лишилась этой защиты. — Дойдя до края тронного зала, где за следующей аркой начинался командный зал, он развернулся, пойдя обратно. Лиара с Джеффом вцепились в своего капитана так, словно ее снова хотят выкрасть. — Сейчас тебе поставлено условие, которое я смог выпросить у Талоса. Если ты наденешь сейчас этот амулет, к тебе все вернется. Его вера залечит твои руки, вернет твоей душе и телу удачу. Но если ты откажешься, мы тебе не сможем помочь. Не знаю, справятся ли с этим вопросом твои люди.
— Чего-то в этих условиях не хватает. Если бы вопрос стоял в моем выживании, ты бы не стал давать мне выбора. Насколько мне кажется, ты бережешь меня, и не особо хочешь моей смерти. — Шепард нахмурилась, сжав в руке подвеску, — Есть ли еще что-то чем ты еще хочешь со мной поделится?
— Есть. — Ульфрик остановился ровно напротив нее. — Если ты его наденешь, то больше никогда не захочешь возвращаться на корабль. А даже если тебя утянут насильно, твоя душа останется здесь. Где бы ты не была, в какой бы Обливион не провалилась, тебя будет тянуть сюда.
— Это поэтому я чувствовала себя так, словно потеряла всю связь со своими людьми и своим кораблем? — Удивилась стоящая, — Потому что ты хотел меня оставить тут?
— Для тебя в тот момент это было необходимостью. И ты ведь не знала про это все. Ты продолжала заботится о своих людях. И тебе тогда было необходимо то, что бы Империя закрыла глаза и пропустила тебя к себе. Чтобы Талморцы тебя не убили на подходах к своему посольству. Я позволил тебе бегать достаточно свободно по этим территориям, с дозволенностью, будто ты наш Император. Ты смогла сторговаться со всеми тремя сторонами только из-за того что Талос тебе это позволил. Поэтому я тебе сейчас открываю этот секрет. Сейчас он не вопрос твоей выгоды, а вопрос твоего выживания.
— То есть ты все это знал, но при этом закрывал глаза на то, что я жаловалась тебе что я не хочу возвращаться к себе? — Она искренне удивилась, — И ты считаешь это была нормальная плата? Из-за этого никто больше не в безопасности. Этот твой секрет едва не уничтожил меня. — Джейн хмыкнула, и раскрыла руку смотря на амулет, — Защита твоего девятого бога? И чего же она зависит всего от маленького резного кусочка деревяшки? — Подняв голову она повысила тон, — А какая гарантия, что ты меня сейчас не затянешь обратно на свой фронт? Почему ты не думаешь о том, что моя помощь вам была безвозмездной? Меня нельзя притягивать к себе насильно. Я сделаю вид, что подчинюсь. Ты мне говорил о том, что твой человеческий бог, покровитель драконорожденных, покровитель героев в странствиях, и защитник всех людей, отправил меня сюда для того что бы я помогла тебе в своей войне. Ты же сам прекрасно понимаешь, что я сейчас откажусь и уйду со своими ребятами на свой кораблик. И тогда у тебя навернется мир с Вайтраном и Фолкритом. К тебе же полетят вопросы от того же Рифтена и Винтерхолда о том, сможешь ли ты их защитить от Империи. И когда ты им дашь отрицательный ответ, насколько долго твоя голова удержится на твоих плечах? — Она смотрела ему в глаза, — Сначала видел, как моя душа умирает в заточении, а теперь тебе меня стало жалко? — Покачав головой девушка кратко посмотрела на Галмара который опустил голову. Видимо даже его не посвящали во все происходящее. Ей стало очень мерзко. Сжав руку с подвеской, она почувствовала сильную слабость. У нее затряслись руки, и обе почти сразу же разжались. — Серьезно?
— Шепард, пошли отсюда. — Попросил шепотом Джокер, потянув ее назад, — Мы можем поднять корабль, просто пошли нахер отсюда.
— Она не такая важная, как ты себе придумал, Ульфрик. — Спокойно сказал Галмар, — Мы и без нее прекрасно все это время обходились.
— Ты хочешь знать останусь я или уйду? — Спросила Джейн.
— Да, я хочу знать. Если ты останешься я буду рад, но если ты решишь уйти, я не стану тебя останавливать.
— Учти, что я не в талморское посольство уйду.
— Я знаю.
Шепард хмыкнула, снова смотря на деревяшку. По ней все прекрасно видели, что она тоже не могла с наскока решить этот вопрос, как и тот, кто заставил ее решить этот вопрос.
— Джокер, сколько у меня времени?
— Нормандии понадобится пару дней на то, чтобы подняться. Но там еще и куча других вопросов есть, которые быстро не решить. Там Кайден и все оставшиеся на корабле считают тебя самовольно бросившей корабль и не особо-то ему нужной. И твои руки не особо в порядке, Чаквас не сможет их быстро вылечить. Убежать прямо сейчас не получится, но и не решив проблему с лжекапитаном, вопрос можно продолжать выкидывать в разряд несрочных и не важных, и так никогда и не улететь отсюда.
Краткая сводка новостей очень расстроила стоящую. Она отрицательно покачала головой, задав вопрос уже Лиаре.
— Насколько много времени мы тут потеряли?
— Три с половиной месяца, Шепард.
Услышанное шокировало всех. Одним все время казалось, что они тут шляются всю жизнь, а вторым, что они тут всего ничего. Слишком странно. Даже для самого капитана корабля ответом являлось бы то, что они тут максимум пару недель. Подняв голову, Шепард хмыкнула, смотря на ярла. Она прекрасно понимала, что как бы он сейчас не играл в героя, по своей воле он бы ее не отпустил. От нее зависит исход войны. От нее зависит слишком многое, чтобы просто смирится и отпустить.
— Да, вопрос с твоим восстанием не решить за пару дней. И что же нам делать?
— Если ты примешь решение, пути назад уже не найдется. — Предупредил Галмар, — Хочешь свалить, делай это сразу. Фронту не нужны такие типа тебя.
— Буревестник мне уже один раз угрожал таким уходом. А потом я прилипла тут еще на пару месяцев, на его счастье, на твое несчастье. — Она улыбнулась, — И сколько же времени ты думаешь твой бог дал мне?
— Я просил достаточно сил, сколько тебе нужно будет, чтобы ты все решила. И я обещал тебе, что смирюсь с тем, что твое мнение будет ровне моим.
— Ты же понимаешь, что если я хочу уйти, а ты хочешь чтобы я осталась, но при этом ты отпустишь меня, то это не будет равенством. — Повернувшись к своим, задала вопрос, — Вы справитесь с починкой корабля без меня? Вопрос с Кайденом я смогу решить.
— Придется работать подпольно. Это может затянутся еще на большее количество времени. — Джокер отрицательно покачал головой, — Я один смогу восстановить все, помощи других будет мало. Если Кайден будет сталкивать меня с лестницы даже через раз, мы застрянем тут примерно навечно, плюс минус пятнадцать минут.
— Да и к тому же кроме Кайдена на корабле остается достаточно людей которые будут бойкотировать все остальное. — Лиара хмыкнула, — Надо решать все вопросы сейчас, откладывать их не получится. Не стоит рисковать всем.
Она хмыкнула, и, подойдя достаточно близко к ярлу, подняла голову, заставила его к себе согнуться. В зале повисла полная тишина. Спустя почти пару минут Джейн озвучила свое решение:
— Я ухожу сейчас обратно к себе на корабль. Мне надо пару вопросов решить. А ты садишься и думаешь со своим полоумным руководителем над тем, как можно решить твой вопрос с твоим мятежом так, чтобы он не остался в истории мятежом. Сам понимаешь, что мятеж не может кончится удачей, в противном случае его зовут иначе. Если твоя история станет историей территории победителя, я выполню свою обязанность перед твоим богом, лишу себя одной психологической травмы. Но учитывая все открывшиеся обстоятельства, я еще семь раз подумаю, дать ли тебе такую мелочь, как власть над огромным куском территории. — Она хмыкнула, — Это мое решение. — Развернувшись, улыбнулась своим ребятам, — Выдвигаемся, чего встали? Мое время не бесплатное.
Джокер с Лиарой пошли на выход. Шепард же усмехнулась Буревестнику, и пошла за ними, спрятав амулет в карман. Ярл резко выдохнул, и, закинув голову, улыбнулся. У него получилось выиграть себе время. Захлопнув за собой двери во дворец, капитан пошла по замерзшему городу, спрятав амулет под свои теплые одежды. Лиара с Джокером разговаривали о своем, отправившись к кораблю. Среди леса раздался громкий хохот. С открывшейся шлюзовой двери вывалился Вега, да упал прямо к ногам истинного капитана. Следом за ним в снег выкинули и Стива.
— Не, ну подумаешь какой прием у них вежливый! — Едва выговаривая сказал Джеймс, оперевшись руками в ледяную землю и вынырнув из снега, — И чего мы капитану сделали? Стырили его заначку? Взорвали бунгало? Сожгли любимый бар?!
Он раскрыл рот, увидев перед собой Шепард. Девушка же слабо ему улыбнулась, а вот Джокер начал хохотать, едва удержавшись на ногах.
— Ты на этот раз и правда его достал. Еще бы топлива попросил налить. — Недовольно сказал Стив, и протер руки от снежной завесы, так же резко замолчав. Его напуганное лицо даже Лиару заставило смеяться.
— Ну что, Вега, ищешь смысл жизни на дне бутылки, а она без дна? — Она протянула ему руку, и подняла его на ноги, — Как там наше чудовище у власти?
— Еще хуже чем ты. — Стив лег обратно в снег, не собираясь с него вылезать, — Ты орешь через раз, а он каждый раз, как тебя увидит, и даже не сделает скидку на то, что он шел ругать вообще не тебя.
Лиара с помощью омни-инструмента открыла шлюзовую дверь корабля, и дала краткую справку:
— Вдруг ты не помнишь, считаю нужным тебя предупредить. Ты уже заходила туда не так давно, и Кайден тебя вышвырнул с корабля, поставив на тебе клеймо предательницы. Весь экипаж осведомлен тем, что ты не особо желаешь вернутся на корабль, и в курсе про то, что по твоему желанию мы и не могли его понять. Мало кого осталось полностью на твоей стороне. Стоит заранее придумать аргументы того, как договорится с лжекапитаном Нормандии.
— У меня не так много способов остановить войну. Наша междоусобица ничем не отличается конфликтом между кроганами и турианцами, так же как Империей и Братьями Бури. И варианты решения всегда одни. — Она полезла наверх, — У всех есть своя цена решения конфликта. Попытаюсь найти середину. Не получится, найду общего врага. А если опять не получится, — Капитан гордо отряхнулась от снега встав на пороге, и пошла громко цокая сапогами по металлическому полу, — то можно пристрелить негодяя! Эй, дети, есть кто взрослый в доме?
