Уникумы

Савелий Егоров завязывает шнурки на спортивных кроссовках, когда Глеб сонно глядит на одноклассника с кровати. — Ты чего соскачил в такую рань? — Самойлов тянется к телефону. — Шесть часов, Сав. Шесть! — Там у Дмитрия Анатольевича пробежка скоро будет, мне нужно у него телефон стырить. Ну, для Васи, — Сава натягивает футболку. Погода за окном обещает тёплое утро, поэтому парень не берёт кофту. — Короче, я побежал. — Удачи, братан, — Глеб поднимает кулак в подбадривающем жесте, закрывает глаза, погружаясь в сон. Егоров аккуратно идёт по коридору, максимально тихо спускается по лестнице. Он заглядывает на кухню, там копошится Алиса. Девушка замечает его присутствие и ведёт головой, на её губах сияет улыбка: — Ты так рано встал. — У меня утренняя пробежка и тренировка, — одиннадцатиклассник хватает печеньку из вазочки. — Ого, — округляет глаза Ткаченко, помешивая яйца для омлета. — У Димы тоже тренировка. Он уже на улице. — Не знал, — Савелий делает самое удивлённое лицо в мире. — Ладно, я пойду. — Ага, приходи потом завтракать. Он выходит на крыльцо, ощущая, как холодный ветер забирается под футболку. Его кожа покрывается мурашками, но парень игнорирует это и начинает бежать вокруг особняка. Дорожка, выстланная из белого камня, ведёт подростка не только вокруг дома, но и к беседки, и к гаражу. Солнце едва освещает восточную часть неба, когда он добегает первый круг. Егоров внезапно чувствует, как позади что-то движется, слышит мягкие шаги. А затем плеча ученика касается учительская рука. Он оборачивается, резко останавливаясь. Шевцов с капюшоном на голове спрашивает: — Разве ты бегаешь по утрам? — Решил привести себя в форму, — пытаясь отдышаться, выговаривает Савелий. — Не думал, что вы бегаете здесь. Вернее, я слышал, что вы бегаете по утрам, просто думал, что вы делаете это в лесу. — Мне тоже не желательно покидать территорию, — Дима разминает ступни, стоя на одном месте. — Пробежимся ещё пару кругов? — Честно говоря, я уже практически выдохся. От непривычки, наверное. У вас длинная дорожка. — Тебе нужно больше заниматься спортом, а не курить. — Кстати о «курить»… — Сигарету не дам, — физрук начинает медленно бежать, и Егорову приходится делать тоже самое. — Хорош травить организм всякой гадостью. — Вы же курите, — фыркает Сава. — Ты меня с собой не сравнивай. Да и не дорос ещё, чтобы у меня сигареты стрелять. Егоров, обидевшись, даже прибавляет темп, но Шевцов в скором времени догоняет ученика, всего запыхавшегося и вспотевшего. Дмитрий Анатольевич даёт подростку совет: — Дыши ровно, не пытайся глотать кислород. И думай о чем-нибудь, так пробегаешь больше. — Как вы думаете, надолго мы здесь застряли? — Савелий косится на учителя. Тот усмехается: — Тебе не нравиться мой дом? — Нравиться, но свой дом мне нравиться больше. — Я не знаю, Сав, сколько это продлиться. До конца недели вы точно останетесь тут, — звук телефона прерывает его, Дима хлопает парня по спине. — Беги ещё один круг, я должен ответить на звонок. Одиннадцатиклассник бежит так, как только может, дабы побыстрее закончить круг и попытаться забрать смартфон учителя. Вот только как именно, он ещё не придумал. Разве что выхватить из руки, пока тот всё также по телефону с кем-то говорить. Савелий тормозит возле Шевцова, оперевшегося плечом о турникет. — Премного благодарен, — отвечает кому-то по телефону физрук. — Конечно, я у тебя в долгу… Да, ко мне её привези. Смотри, чтоб хвоста не было. Давай, до связи. Дмитрий Анатольевич замечает на себе взгляд Савы и указывает на турникет: — Подтягиваешься? — Не, предпочитаю отжиматься. — Тоже хорошо, — кивает учитель, отправляет свой телефон обратно в карман мастерки. Егоров придумывает план по похищению девайса. Пока они вдвоём делают разминку, он то и дело обхватывает себя руками, растирает плечи, привлекая каждый раз внимание учителя. Поначалу Шевцов не реагирует на эти действия, но в конечном итоге выдаёт, снимая с плеч мастерку: — В следующий раз бери кофту. У тебя губы посинели. Возьми пока мою. — Спасибо. Синие губы к моим красным ушам при вранье, надеюсь, в придачу у меня нос позеленеет, — улыбается Сава скорее своему гениальному плану, чем Диме. Подросток просовывает руки в рукава, ощущая тяжесть кармана, потом, когда Шевцов отворачивается, быстро перекладывает смартфон в свои штаны. — Вы будете ещё бегать? Кофта нужна? — А ты уже всё? Назанимался? — тот приподнимает брови, возвращая себе мастерку. Ученик «Уникума» жмёт плечами. — Давай хоть разамнёмся нормально. Егоров делает стойку и, положив руки на бока, говорит, парадируя учительский голос: — Так, ноги на ширине плеч, руки на талию. Наклоны влево-вправо по десять раз. Начинаем. И раз, и два… Физрук не может сдержать тихого смеха, повторяя движения за парнем. Сава наклоняется не в полную силу, дабы телефон ненароком не выпал из кармана, но Дима сейчас не желает играть роль учителя физкультуры, потому не делает замечаний. На самом деле Шевцов пришёл в «Уникум» не за работой, а из-за Матвея, который сказал, что Илья Прохоров желает наведаться в школу-пансион. Им обоим нужно было убедиться в безопасности учеников и преподавательского состава. Дмитрий знает, кто такой Прохоров, и на что он способен. Некоторые задания его «Стаи» были связаны с этим мутантом и его преспешниками. Они занимаются минут пятнадцать, пока их разминка плавно не переходит в отжимания. Савелий становиться напротив Димы, последний предлагает: — Сыграем в игру. Я пытаюсь выбить твою руку, ты — мою. Оба в это время делаем одно отжимание. — Мы так с Глебом играем. А он слабо бьёт, если честно. — Самойлов вообще не выглядит так, словно готов кого-то ударить в полную силу. — Да, он не часто затевает драки, решает всё разговором, — подтверждает Егоров, пытаясь выбить руку учителя. — Тебе бы поучиться у него, — Дмитрий Анатольевич выдерживает удар. — Вы про ту потасовку с Нефёдовым? Я не хотел драться, просто он ударил, и мне пришлось ответить. — Иногда ударять в ответ и не обязательно, — он толкает руку Егорова, тот чуть не падает лицом в землю, но удерживает себя. — Порядок? Савелий смотрит на татуировки, оплетающие предплечья и кисти Димы, точно паутина. Спрашивает, продолжая игру: — Больно было набивать их? — Когда как. Хочешь себе тату? — Родители не разрешат. — Я мнения отца не спрашивал, — серьёзно отвечает Шевцов, потом обрывисто замолкает. — Честно говоря, я бы тоже не спрашивал мнения отца, будь он такой, как ваш. Тяжёлое же у вас детство было с Никой, — Егоров, осмыслев, что сказал, смотрит в зелёные глаза напротив. Дима одним ударом выбивает руку подростка, тот падает на землю грудью и кряхтит. Физрук присаживается возле него на корточках и спрашивает: — Надеялся, что я не замечу твоё воровство? После достаёт из кармана ученика свой телефон, глядя на лежащего Егорова. Парень перекатывается на спину, направляя взор на небо. — К твоему сведению, моё мнение о тебе изменилось в худшую сторону, — выдаёт учитель и встаёт на ноги. — Зачем он тебе нужен был? — Позвонить. — Кому? — вопрос в лоб. — Родителям, — вздыхает Сава, так и оставаясь на холодной земле. — Они предупреждены о вашем перемещении и полностью это одобряют. Возможно, ты с Василисой напуганы происходящим, но это не даёт тебе права воровать мои вещи. И тем более звонить, когда это категорически не разрешается. — Глеб прав, больше походит на тюрьму, чем на безопасное комфортное место. Шевцов складывает руки на груди: — Думай, что хочешь, Сава. Зла я вам не желаю. Лишь помогаю Матвею Артёмовичу. — Он тоже вас «подобрал», верно? Фролов всегда находит тех, кто в этом нуждается. Вопрос лишь в том, что он потребовал от вас взамен? Дмитрий Анатольевич шарит глазами по лицу ученика: — Ничего. — Такого не может быть, — усмехается грустно Егоров. — Он берёт под своё крыло только тех, чьей способностью в будущем захочет воспользоваться. Возможно, у него свои мотивы на особенных. — Не неси чуши. Говоришь так, словно твоей способностью он пользуется, — физрук натягивает кофту, скрывая часть татуировок. — Кстати, тебе бы перчатки приобрести. Не нужно смотреть прошлое моих людей. — Чаще всего без разрешения я не заглядываю в прошлое. Мне это не к чему. — Вот и славно, — Шевцов хлопает в ладоши, оглядывается назад, на особняк. — Должно быть, многие уже встали. Идём в дом, нужно успеть позавтракать, пока всё не съели. Савелий поднимается с земли, ощущая себя подавлено и устало. Ему не удалось вытащить смартфон, следовательно, Василиса не сможет позвонить. К тому же он не рад той новости, что теперь Дмитрий Анатольевич будет косо смотреть на него за проделку. Они идут до особняка под стрекот кузнечиков. * * * На кухне кипит жизнь. Большая часть жильцов и гостей уже завтракают, делятся своими впечатлениями об особняке, члены «Стаи» рассказывают друг другу в стороне новости. Матвей спускается по лестнице, думая о том, что выспаться не удалось. Ему было не комфортно на новом месте, он полночи ворочался в кровати, мешая спать Макару Ильичу. Впрочем, тот ничего не говорил, но Фролов ощущал, что тот тоже не спит. Директор «Уникума» слышал, как в коридоре прошлись люди Шевцова, явно проверяя, все ли гости на месте. Матвею хотелось думать, что Ренат не будет бунтовать и нарушать установленные правила. К счастью, когда Фролов оказывается внизу, Нефёдов сидит за столом. Рядом с ним — Диана, Вероника, Глеб, Савелий, Игнат и Дмитрий. Василиса накладывает в тарелки заранее приготовленную кашу. Матвей усаживается на стул: — Всем доброе утро. — Доброе утро, Матвей Артёмович, — отвечает улыбчиво Егорова, ставя тарелки. — Вам наложить? — Если не трудно, — он смотрит на учеников. — Как спали? — Как убитый, — с набитым ртом говорит Глеб. — Безумно удобные кровати. — Кому-нибудь снилось, что он превращается в бургер, который съедает розовый слон, танцующий в облегающих лосинах? — Ренат в ожидании наблюдает за каждым на кухне. — Эм, ну ладно, тогда забудем. — Холодно не было? — Матвей Артёмович и впрямь взволнован о прошлой ночи и учениках, переживших столько потрясений. — Нет, думаю, одеяла можно сменить на покрывала, — произносит Сава, разглядывая содержимое своей тарелки. Он поднимает голову к сестре. — Ты же знаешь, Вась, я не люблю изюм. Егорова мельком смотрит на него: — Предлагаешь мне его убирать? Алиса приготовила для всех одинаковую кашу, можешь сообразить себе что-нибудь на завтрак самостоятельно. Дмитрий, взяв тарелку Савелия, мешает ложкой, избавляет кашу от сушёного винограда и возвращает её обратно Егорову, когда тот готов встать из-за стола: — Ешь и не гунди. — Я пришёл на запах еды, — в арке, соединяющей кухню с гостиной, появляется Герасимов. — Желудок аж сводит. Василиса накладывает ещё одну порцию: — Надеюсь, вы любите изюм, а то некоторые индивидуумы предпочитают обычную овсянку. — Я тебе твоих любимых маслин в суп положу, если не прекратишь, — Сава натягивает улыбку. Брат с сестрой перекидываются острыми взглядами и высовывают друг другу языки. Из прихожей разносится звонок, означающий, что возле ворот появился посетитель. Вероника соскакивает с места и идёт на улицу для проверки. Герасимов располагается возле Фролова, спрашивает тихо у Дмитрия Анатольевича, когда дети выходят из кухни: — Нам не могут дать позвонить? — Извините, Макар Ильич, но даже вам, взрослым, этого не позволено, — Шевцов опустошает стакан сока. — Всем нужно куда-то звонить. Вам то кому? — У меня имеется информатор, он сообщает о передвижениях Ильи. Мы должны встретится сегодня, — откинувшись назад выдаёт Матвей. — Где именно? — В десяти минутах ходьбы от школы. — Там небезопасно. Нет вероятности, что за школой не ведётся наблюдение, — отвечает серьёзно физрук. — Не будем рисковать. Фролов вздыхает, прикрывая глаза: — У него могут быть важные новости, а связи со мной нет. — У меня тоже есть информаторы, наблюдающие за городом. Если бы новости были действительно важные, мне бы уже сообщили. Пока нужно оставаться незаметными. Для защиты детей, в первую очередь. Когда вы начнёте тренировать отражателя? — Ксюша не до конца окрепла. Дай ей время, — директор школы-пансиона смотрит на Диму, его карие глаза наблюдают за каждой эмоцией. — У неё погибли родители, черепно-мозговая травма. Нужно подождать хотя бы пару дней. Шевцов поднимается на ноги и продолжает смотреть на Матвея Артёмовича: — Вы должны понимать, что времени у нас в обрез. Стоит Прохорову узнать наше местоположение, как тут же дом окружат его мутанты. Он собирает сильнейших. Нам не справиться, одновременно печась об учениках. — Родители Глеба Самойлова в другой стране, Егоровых — тоже. Диана Гордеева из приюта. Женя Макеев на обеспечении мачехи, той ещё ненавистнице особенных. А Ренат очень надеется на мою защиту, — выговаривает Фролов на одном дыхании. — Детей некуда пристроить. Я ручаюсь за их жизни, понимаешь? То, что ты приставил к ним своих людей, похвально, но я не уверен, что, будь выбор между ребёнком и спасением члена команды, твои люди будут на стороне первого варианта. — Что-нибудь придумаю с этим вопросом, — отвечает физрук вместе с голосами из прихожей. Втроём они идут на звук радостных возгласов. Едва Матвей переступает порог, как взору представляется картина: Ника обнимает крепко рыжую девушку, вместе с ней шатаясь из стороны в сторону. Незнакомка смотрит на вошедших через плечо Шевцовой. Фролов сразу узнаёт эти глаза, так похожие на глаза Виктории. Он знал о существовании младшей сестры учительнице биологии, но встречаться с ней ему не приходилось. Виктория рассказывала о ней, и в голове Матвея была лишь картинка, представленный воображением вид этой девушки. Её миловидное лицо, рыжие пряди волос, стройная фигура, глаза, что искрят молниями при использовании способности. — Где же ты была? — Вероника выпускает девушку из объятий. — Угодила не в то место в ненужое время. Пришлось импровизировать, — отмахивается та. — Почему не выходила на связь? Так трудно найти телефон? — подаёт голос Игнат, в упор глядя на неё. — Я тоже рада тебя видеть, разноглазка, — улыбается рыжая. — Мне сказали, именно ты попросил выдвинуть отряд раньше положенного времени. Спасибо, что спас. — Не хочется оттирать твои кишки от паркета, — Емельянов скрывается за поворотом. Фролов ощущает его смешанные чувства: радость и трепет волнения. Чтобы это могло значить? Вероятно, на голоса приходит и Хабарова. Она обводит всех взглядом, останавливается лишь на младшей сестре. Чудом выбравшись из толпы членов «Стаи», рыжая девушка заключает Викторию Николаевну в тёплые объятия. Их волосы смешиваются, никак не отличаясь даже на одни оттенок. Виктория шепчет: — Ли, ты меня напугала. Я думала, что ты в особняке, но вчера тебя не увидела. Не повторяй такого, Амелия, ясно? Я до жути перепугалась. — Не знала, что ты здесь, — Амелия Хабарова отстраняется и переводит взгляд с сестры на Дмитрия. — Что-то случилось с «Уникумом»? — Тебе предстоит многое узнать о вчерашнем дне, — кивает главарь. Фролов остаётся стоять с Хабаровой, пока остальные расходятся по особняку. Ему хочется спросить, почему она не сказал, что Амелия состоит в «Стае» Шевцова, но он молчит, не хотя испортить момент. Виктория улыбается, Матвей ощущает её счастье, будто собственное. — Вы похожи с ней, — единственное, что произносит директор, прежде чем она поворачивает к нему голову. — Но не характерами, — усмехается учительница биологии. — Слишком она энергичная, в отличае от меня. — Ты не много говорила о ней. — Она находится в команде Димы, у них не принято распространяться о своих союзниках. Фролов вскидывает брови: — Нельзя было говорить даже мне? — Я просто пыталась не думать о том, что Ли подвергает себя опасности каждый день, — Виктория Николаевна поправляет рубашку, в которой приехала в дом. — Желаешь поговорить за чашкой чая? — С удовольствием, — улыбается Матвей и пропускает Хабарову вперёд. — Вик, расскажешь об Амелии и её способности? Не до конца понимаю: она управляет погодой или владеет элементами, сочетание которых изменяет погодные условия? — Тебе правда интересно знать это? — удивляется Виктория. — Почему бы нет? — Фролов и Хабарова проходят гостиную, где Макар читает какой-то девочке произведение Шекспира «Ромео и Джульетта». Директор останавливается, чтобы поинтересоваться: — Не рановато для её возраста? Герасимов останавливается и поворачивается к другу: — Снежка сказала, что уже читала эту трагедию. Дима про неё ничего не говорил? Она вундеркинд, к тому же у неё отличная память. — Мне нравиться, когда говорят «интелектуально развитый ребёнок для своего возраста», — поправляет учителя русского девочка с двумя хвостиками. — Интересно, — беззвучно говорит себе под нос директор, поскольку Герасимов может услышать. — Считается ли это даром? Мутацией ДНК? Ладно, разберёмся после. — На чём мы остановились? — Макар Ильич обращает внимание на Снежану, восседающую на горе подушек посреди ковра. — Бенволио спрашивает: «Ты по любви тоскуешь?», а Ромео отвечает: «Нет». Нашли? — девочка в ожидании продолжения, кажется, здесь ей мало уделяют времени. — У тебя и впрямь шикарная память, — изумляется Герасимов, листая книгу, ища нужную страницу. — А ещё я скалдываю в уме пятизначные числа, — улыбается девчушка, и Матвей вместе с Викторией уходят наверх, дабы поговорить обо всём на свете за чашкой чая. * * * Егорова стоит возле окна с Дианой, когда рядом с ней появляется Рустам со словами: — Звонили из рая, сказали, что сбежал самый прекрасный ангел. — Звонили из ада, — проходящая мимо Вероника тормозит возле электрика. — Сказали, что для людей с такими подкатами имеется отдельный котёл. — Не нуди, — закатывает глаза Канаев. — Мешаешь мне знакомиться с нашими гостями. — Что-то не видно особого рвения побеседовать с другими. Там тебя, между прочим, Дима ищет. Говорит, ты срочно должен подойти к нему. — Если ты не заметила, я специально избегаю твоего братца. Достал, честное слово, как нянька со мной возиться, — Рустам машет Нике рукой, дабы та шла дальше. — Иди, скажи, что я занят, или что ты меня не нашла. — Он будет недоволен, — предупреждает Шевцова. — Он вечно чем-то недоволен, — растягивая слова, отвечает электрик. Когда Вероника скрывается за углом, Василиса поворачивает голову к Канаеву: — И часто ты игнорируешь просьбы Дмитрия Анатольевича? — Чаще, чем ты можешь себе представить, милашка, — он подмигивает ей. — Я же бэд бой. — Ммм, понятно, — улыбается наигранно-мило Егорова, придвигаясь к Рустаму ближе. — А у бэд боя есть телефон? — Допустим, а ты с какой целью интересуешься? — с внезапной серьёзностью спрашивает парень. Девятиклассница надувает губы: — Тебе не идёт быть серьёзным. А телефон нужен, чтобы… чтобы… На помощь подруге приходит Диана: — Поиграть в игры. У тебя же есть игры на телефоне? — Да, а у вас своих телефонов нет? — Хочу в твой сыграть, — вновь улыбка сияет на лице Василисы. — Может даже оставлю тебе небольшое послание. Рустам вертит в пальцах смартфон, затем подаёт его девочкам. Он задерживает руку на кисти Егоровой: — Чувствуешь электричество между нами? — Надеюсь, это образно, — закатывает глаза Гордеева, тут же включая телефон. — Требует пароль. — Скажи дату своего рождения, — просит парень Василису. Та называет. — Теперь смотри фокус. Он прикасается к девайсу пальцем, и тот сам вводит пароль, самостоятельно изменившийся на день рождения Егоровой. Диана едва не роняет от неожиданности телефон, но вовремя успевает ухватить его способностью так, чтобы этого никто не заметил. Рустам подмигивает напоследок и уходит. — И что это было, Ли́са? Ты строила ему глазки для получения телефона? — Гордеева включает набор номера и передаёт вещь подруге. — Что в этом плохого? Конечно, он не мой типаж, но знать ему это вовсе не обязательно, — отмахивается Егорова, вводя номер. — Кому звонишь? — Навряд-ли ты его знаешь, — она прислоняет смартфон к уху. — Гудки идут, значит, связь возможна. — И всё же, кто вытащит нас отсюда? — Фёдор Волков, — кидает в ответ Василиса, прежде чем её вызов оказывается принят.