Уникумы

Шевцов собирает всех собак, что встречаются ему на пути к логову Волкова. Он окружает себя ими, когда заходит на территорию, кишащую охраной. На него наводят оружие. Физрук так доходит до самых дверей, никто не шагает ему наперекор благодаря толпе псов. — Ожидал твоего прихода, — Фёдор самолично открывает дверь, жестом приказывая своим людям убрать оружие. — Ты спятил, если решил, что от нас так легко избавиться, — сквозь зубы проговаривает Дима. — Я не хотел от вас избавляться, — Волков рассматривает грязную одежду и царапины на лице гостя. — Но, вижу, случившееся застало твою команду врасплох. — Это была чистой воды подстава. — Вы были отвлекающим манёвром для полиции, — спокойно поправляет тот, наклонившись поясницей на тумбу в прихожей. — Сейчас все сбегутся туда, и мои люди с лёгкостью достанут так нужные тебе билеты. — Перестрелка тоже была частью твоего плана? — не понимает Шевцов, сложив руки на груди. — Ранение Макара? Убийство того мутанта? Потеря Рената? Чего ты ожидал? Поделись. — Жаль, ядовитый мутант был бы очень полезен, — с сожалением произносит Фёдор и смотрит на руки. — Его кожа выдерживает любые химикаты… Дима делает шаг ближе к мужчине, тот поднимает к нему голову и изучает лицо напротив. Физрук стискивает челюсти: — Не валяй дурака. Ты сильно поставил нас. — И ради чего? — в ответ интересуется Волков. — Ради твоего шанса попасть на конференцию, чтобы увидеть арест известнейшего бизнесмена. Лицезреть крах всемогущей компании. Разве не это твоя мечта детства? Ткнуть собственного отца лицом в грязь. — Ты будешь на конференции? Поможешь в этом? По лицу Фёдора тянется зловещая улыбка: — Я тоже желаю увидеть падение своего брата. Ведь это он засадил меня за решётку благодаря своему подкупному суду, вычеркнув из семейного завещания. Я должен был стать миллиардером, а не он. — Он нас обоих скрыл от людей, чтобы потом не было ненужных вопросов и обвинений, — Шевцов усмехается. — А совсем скоро он будет никем. Пустышкой. Опозорившийся бизнесмен, который избивал своих детей и скрыл родного брата, чтобы получить наследство. Думаю, это будет лучшая конференция в его жизни. — Величайшее падение в истории, — улыбается ещё шире Фёдор, представляя, как на руки брата цепляют наручники, как Анатолия выводят в сопровождении полиции. — Он так боялся семьи, а в итоге семья то его и уничтожит. Мужчина смотрит на волчий след на шее Шевцова. Ему всегда нравилась эта татуировка. Она скрывает скрытый смысл для тех, кто не в курсе их родства. Волков был отдан на воспитание обычной семье, а те даже не подозревали о его даре. Он сам выбрал себе эту фамилию, когда стал совершеннолетним. А после и Дима назвал свою команду «Стая» только из-за этого. Дмитрий с самого начала общался со своим спрятанным дядей. Это его он не убил благодаря появившемуся Матвею Фролову, приглашающему получить помощь. Фёдор поддержал эту идеи, снабдил оружием и помог бежать от Анатолия. Одержимые мыслью об отмщении, они слажено работали в поисках новых членов команды. Никто не знал об их общении в таком плане, «Стая» думала, что Дима общается лишь из-за дара Волкова и его влиятельным связям в преступном мире. Фёдор сжимает плечо племянника: — Ещё немного, Дима, и он сгорит в своём чеславие. Нам останется лишь не дать этому огню потухнуть. — А что делать с Прохоровым? — С ним разберусь я. Твоя задача — сохранить работоспособность «Стаи» и своих гостей из «Уникума». Они все пригодятся для нашего дела. * * * Василиса просыпается из-за света, бьющего из-под двери. Кто-то пробегается по коридору, говорит неразборчиво, скрипят открывающиеся двери соседних комнат. Девочка смотрит на Диану, потирающую глаза и откидывающую одеяло в сторону. Они выходят из спальни, озираясь, пытаясь найти причину суматохи. Особняк оживает в ночи. В коридор выходит Глеб с взлохмаченными волосами, а следом за ним высовывается Савелий в одних спальных штанах. Оба парня едва проснулись. Ника идёт быстрым шагом навстречу ученицам, проходя мимо, произносит: — Зайдите в комнаты. Был отбой. — Что случилось? — пытается узнать Гордеева, но Вероника уже скрывается за поворотом. — Ребят, у меня плохое предчувствие. Самойлов осматривает рентгеновским взглядом дом, указывает влево: — Они собрались в медпункте. — Похоже, задание Волкова прошло неудачно, — когда подростки идут в медицинский отсек, Егоров выглядит взволнованным. — Это ты видела в будущем, Вась? — Я не уверена, — дрожащим голосом отвечает его сестра. — Что-то точно поменялось. Не всё, лишь части, но этого достаточно, чтобы координально изменить будущее, которое было. Ученики «Уникума» заглядывают в медпункт, там как раз происходит оживление. Матвей Артёмович трёт лицо, расспрашивает о произошедшем. Макар Ильич опущен на койку, возле него стоит металлический столик на колёсиках с разными медикаментами. Рустам удерживает рану на животе учителя. Ника буквально залетает в помещение, принимаясь разматывать бинт. Глеб отшатывается назад, его придерживает Сава. — Кровь, — Самойлов закрывает рот ладонью. — Мне нужно на воздух… — Лучше выйдем, — Егоров уводит друга в коридор, попутно спросив у уходящей Ники. — Где Дима и Ренат? — Дима у Волкова, Рената ищет Игнат, — Шевцова торопится за необходимыми препаратами. — С дороги, мальчики! Одиннадцатиклассники уходят, а Василиса и Диана стоят в проходе, не осознавая, что все действия происходят ради спасения Герасимова. Фролов не пытается всех успокоить, кажется, у него самого плохо выходит контролировать свои способности. Директор замечает Егорову и тут же подлетает к ней: — Ты видела смерть Рената? — Даже если это был он, сейчас всё меняется, — девятиклассница говорит спокойно, давая время Матвею придти в себя. — Мы должны сохранять адекватность. — Ренат жив, — выдаёт уверенно Диана, сразу ощущая взгляд директора. Вены возле её карих глаз успокаиваются. — Я бы почувствовала его смерть, или он бы пришёл ко мне. Ника вновь возвращается с новыми бинтами и ватой, просовываясь через толпучку. Она оборачивается к гостям: — Здесь становится тесновато. — Мы уже уходим, — Фролов берёт под руки девочке, но Егорова выворачивается и оказывается возле койки с раненым учителем русского. — Ты будешь мешать. Василиса ведёт головой, молча насчёт высказывания. Она поднимает пропитанный кровью бинт и осматривает отверстие в животе. Рустам вытирает о полотенце руки, когда светловолосая девочка говорит чётко: — Ранение пулевое. Пуля не задела жизненно важные органы, но осталась там в мягких тканях. Нужно достать её и зашить рану. Возможно, потребуется дополнительная кровь, — повисает молчание, только кряхтение Герасимова продолжается. — Что? Я разбираюсь в биологии. Спустя секундное молчание Вероника выдыхает: — Хорошо. Ты можешь ему помочь? — Принесите нож и спирт, — командует Василиса, полностью собравшись с силами. — Я позову Викторию Николаевну, — директор выводит вместе с собой Диану. Шевцова рыщет по ящикам, Рустам хочет ей помочь, но девочка указывает на кровавый бинт: — Убери лишнюю кровь, мне нужна хорошая видимость раны. — Такой сойдёт? — Ника показывает медицинский тонкий нож. В ответ кивок. — Спирта совсем немного. — Я обработаю им рану, — Василиса берёт бутылку, когда рана вокруг очищена насколько это возможно. Девочка глядит на Макара. — Будет больно. Я сделаю разрез, потому что ваша регенерация стянула немного края. — Делай, что считаешь нужным, — Герасимов закусывает бинт, дабы крик боли не вырвался наружу. Егорова льёт на отверстие спирт. Мужчина напрягается, всеми силами пытаясь не дёргаться. Нож режет стянувшиеся края, рана повторно кровоточит, как в первые секунды появления. Электрик промакивает живот учителя тампоном. Василиса ищет пинцет, дабы удобнее и безболезненней извлечь застрявшую пулю. Практически в эту же минуту появляется Хабарова. Не теряя времени, она натягивает латексные перчатки, заместо Рустама берётся за удаление ненужной выступившей крови. Василиса ещё раз обрабатывает ранение, прежде чем залезть в неё пинцетом. Макар Ильич тяжело дышит, до скрипа прикусывает зажатый меж зуб бинт. Все замирают. Девочка делает минимум лишних движений пинцетом, Макар выпускает когти, царапает ими кожаное покрытие койки. Василиса в слепую шарит в ране, пытаясь найти инородный предмет в мягких тканях. Она думает о Глебе и его даре. Как же сейчас он ей нужен для такой операции. Егорова нащупывает пулю, осторожно вытаскивает её и кладет на железный маленький поднос. Стук металла о пулю заставляет всех немного успокоиться. Но дело ещё не сделано до конца. Им предстоит зашить отверстие. Кровь продолжает хлестать, Виктория десятый раз откидывает на поднос наполненные ватки и медицинские тампоны. Ника догадывается, что требуется игла и нитка, и вкладывает в руку девочки нужные предметы. — Обдайте остриё иглы огнём, — просит Василиса. — Давай сюда, — Канаев счёлкает зажигалкой и подносит иглу к появившемуся пламени. Ученица переводит дыхание. Ей нужно сосредоточиться. Она должна изменить будущее, в котором видела чью-то смерть. Никому не хочется, чтобы это произошло с Герасимовым или Нефёдовым. Сейчас бы дар Глеба был очень кстати, дабы быть уверенными, что никаких повреждений нет, но парень так напугался крови, потому ничем не сможет помочь. — Я зашью, — Хабарова встаёт рядом с Василисой. — Ты отлично справилась, отдыхай, Ли́са. — Вы сможете? — у Егоровой начинает голова идти кругом от насыщенности событиями. — Я закончила помимо педагогического ещё медицинское образование, — Виктория сохраняет спокойствие даже с иголкой в руке. Рустам приобнимает девочку за плечи, испугавшись, что та может упасть. Опасно покачнувшись, Егорова падает в его спасительные объятия. Она проснулась посреди ночи, сразу взявшись за извлечение пули, потому организм упрямо требует продолжительного и хорошего сна. Они выходят в пустой коридор. Василиса садится на пол, прислонившись к стене, электрик опускается перед ней на корточки. Он убирает пряди светлых волос с лица ученицы школы-пансиона, заглядывает в небесные глаза. Егорова сжимает губы в тонкую полоску, ведёт головой, давая понять, что касание кажутся ей лишними: — Не надо, Рустам. — Я ничего не сделал, — Канаев улыбается уголком губ, но пальцы убирает. — Просто волосы мешают тебе, вот я и позаботился о твоём комфорте. — Ты понимаешь, о чём я, — девочка обхватывает себя руками. — Ничего не получится. — Ты про что? Наверное, я теряю твою мысль. — Я влюблена в другого, — она поднимает на него глаза. — Прости, у нас с тобой ничего не получится. Егорова видела взгляды со стороны электрика. Пусть иногда это выглядело так, словно Рустам пытается просто позабавится, как это делает с Амелией Хабаровой, но Василиса чувствует, что тут не только его привычные шутки. Канаев глупо подкатывал к ней, подмигивал или посылал воздушные поцелуи, едва их взгляды пересекались. С Лией Рустам проделывает тоже самое, чтобы пораздражать Игната, с Василисой же это происходит в корне по-другому. Он влюблёнными глазами смотрит на Егорову, даже если сам до конца этого не осознаёт. Ученица берёт его руку, и тот тут же нежно сжимает её в ответ. — Ты хороший, хоть и пытаешься быть эгоистом, — улыбается девочка. — Но мне нравится другой. Это не значит, что я не хочу с тобой общаться. Я, правда, хочу дружить с тобой, просто… — Просто исключаешь нас, как пару, — договаривает Рустам с грустным лицом. — Я не вправе обижаться на тебя за такое. У всех свои идеалы. — Я рада, что ты меня понимаешь. Может у тебя мимолётная влюбленность на фоне войны. Как в фантастическом романе. Канаев усмехается: — Себя я знаю. Это не мимолётно, далеко не мимолётно. В конце коридора появляется Игнат с незнакомой девушкой на руках. Он тащит её в медпункт, пока Василиса переглядывается с Рустамом. Видать, жертв за эту ночь куда больше, чем было в прошлом будущем. А так же мужчина пришёл без Рената, значит, парень до сих пор в городе в неизвестном месте. * * * Игнат укладывает девушку на свободную койку, проверяет пульс, поставив палец на вену под её челюстью. Вероника заглядывает через его плечо на принесённую незнакомку: — Это ещё кто такая? — Без понятия, — Емельянов приводит дыхание в норму. — Нашёл возле склада, была в отключке. Надышалась дыма, наверно. — Нафиг ты притащил её сюда? У нас и так хватает проблем, — негодует Шевцова. — Гляди, — он закатывает футболку незнакомки, демонстрируя аккуратное тату в виде слова. — Что это за язык? — Ника пытается почесть написанное. — Армянский, — огнемёт поднимает низ майки. Внизу живота, среди других татуировок, находится практически на том же месте идентичное слово. — Многие семьи клеймили рождённых мутантов в Армении. — Дак она особенная, — утверждает девушка. — Что она делала возле склада в разгар перестрелки с полицией и пожара? Мужчина смотрит на умиротворённое лицо лежащей девушки: — Думаю, шпионила за нами. Или пришла к тому мутанту. Или просто оказалась в ненужном месте. Всё может быть. Стоит перестраховаться. Принеси наручники. Как очнётся — расскажет нам о себе. — Рану я зашила, — встревает аккуратно Виктория. — Сможете сами вколоть обезболивающее, если потребуется? — Ника кивает. — Ему нельзя есть, но поставьте рядом стакан с водой. Сейчас Макару нужно отдохнуть. — Спасибо вам, — Вероника склоняет голову в благодарном жесте. — Мы бы справились гораздо хуже. — Что там у вас случилось? Матвей беспокоится за Рената и, судя по всему, не напрасно. — Мальчика я не нашёл, — тихо говорит Емельянов, открыв дверь, где Василиса и Рустам сидят под подоконником. — Всё обошёл, нигде его нет. — Ренат пропал? — вскакивает встревоженно Егорова. — Будем надеятся, что он ещё вблизи склада. Я поеду его искать, а вы дождитесь Диму и введите его в курс дел. Ника следует за огнемётом тенью, хоть тот и делает вид, словно не замечает её. Девушка останавливает его перед выходом и выдаёт в попыхах: — Слишком опасно покидать дом. Если Волков ведёт свою игру и намеренно пытался нас убить, подставив с ОМОНом, ты будешь мишенью его особенных. — Ренат остался в городе совсем один. Мы не можем его бросить на произвол судьбы. Я не стану думать, что мальчик самостоятельно найдёт нас и придёт невредимый, — Игнат запрятывает пистолет за пояс и поворачивается к подруге. — Ты остаёшься за главную. Проследи, чтобы та девушка не сбежала или не натворила глупостей. — Тоже самое относится и к Рустаму, — Вероника тихо хихикает. — А что сказать Лии? — Она здесь причём? — Она будет волноваться за тебя. — Ну и пусть. От волнения не умирают, — холодно бросает в ответ огнемёт, взявшись за дверную ручку. Ника касается его плеча: — Прекрати вести себя с ней, будто она ничего для тебя не значит. — Будто я что-то значу для неё, — безэмоционально проговаривает Игнат. — С каких пор ты упорно видишь в нас с Лией влюблённых в друг друга голубков? — Ты дурак, Игнат Емельянов, — девушка шутливо бьёт его кулаком в плечо, где тату принадлежности Игната к «Стаи». — Ставлю все деньги на то, что ты вернёшься с мальчиком. — Готовь деньжата, — хмыкает тот и выходит на улицу. * * * Егоров выводит одноклассника через заднюю дверь особняка. Перед ними раскидывается вид на сад с низкими деревьями и голыми кустарниками, готовыми к холодной погоде. Глеб запрокидывает голову к звёздному небу, втягивает носом свежий лесной воздух и проговаривает: — Я там чуть не блеванул. — Давай без подробностей, окей? — Сава разглядывает забор, скрытый за ним тёмный лес. — Ты же помогал школьной медсестре, а тут испугался крови. — У неё не было сто литров разлитой крови, — бурчит обиженно Самойлов. — И вообще я не испугался, меня просто затошнило от того ужасного запаха. Они, наклоняясь на перила, молчат какое-то время, пока Глеб не начинает: — Спать что-то расхотелось. — А я бы вздремнул до утра. Всё равно самое страшное позади, — отвечает Сава и прикрывает глаза. — Ты не видел Макеева? — Он выходил из своей комнаты, когда мы шли в медпункт. Может, ему тоже кровь не по душе, и он решил не идти с нами. — Наверное, сейчас дрыхнет в постели, — проговаривает растянуто Егоров. В его бок тычет одноклассник: — Иди спать, если хочешь. Я немного постою здесь и приду. Или найду сначала девчонок, чтобы узнать, всё ли хорошо с Макаром Ильичом. Или дойду до Матвея Артёмовича, попытаюсь его приободрить после пропажи Рената. Короче, меня не жди. — Знаешь, Матвею Артёмовичу нужна Виктория Николаевна для утешения, а не ты и твои рассказы о тошноте, — смеётся подросток и поправляет белые волосы. Самойлов подавляет смешок. — Ладно, я желаю найти свою кровать и досмотреть сон. А ты найди Васю и Дину, попроси, чтобы потом рассказали, что происходило в медпункте после нашего ухода. — Спокойной ночи, братан, — говорит ему вслед Глеб и принимается рассматривать лес, спрятанный за высоким железным забором, на котором поставлены камеры или датчики движения. — Действительно тюрьма какая-то. * * * Рано утром Сава оказывается близко к медпункту, когда оттуда слышится голос Герасимова. Парень тормозит и заглядывает в щель. Макар слышит его дыхание, чувствует знакомый запах и смотрит на ученика, наполовину скрытого дверью. — Твоя сестра спасла мне жизнь, — улыбается Макар Ильич, медленно усаживаясь на койке, держась за обмотанный живот. — Я у неё в долгу. — Вы же её знаете, она делает это не за что-то, а ради спокойствия, — отмахивается Егоров и проходит в комнату. Он улавливает движения в другом углу. Там сидит девушка с открытыми глазами, одна её рука пристегнута наручниками к каркасу кровати. От неё отодвинули все столики с препаратами, и она выглядит смутившейся от такого расклада. Савелий опять смотрит на учителя: — Давно она в сознании? — Уже сидела, когда я проснулся, — Макар изучает незнакомку. — Мы мило поговорили с ней. Её зовут Олеся Ефремова, она была у Прохорова в заложниках. Не помнит, как оказалась возле склада. — Вы сообщили об этом кому-нибудь из «Стаи»? Из «Стаи» в особняке находятся все помимо Димы. Игнат, пришедший под утро с плохими новостями, отмахнулся от предложения Амелии и Алисы обработать ссадины и пошёл отсыпаться после бурной ночки. Все поняли, что он приехал один, хоть огнемёт ничего и не произнёс. Рената он не нашёл, где бы не искал. — Она не опасна, — твердит мужчина. Сава пропустил половину сказанного учителем. — Лишь пленница Ильи, чудом оказавшаяся на свободе. — Она может рассказать о Прохорове полезную информацию, но не будем исключать, что она может быть заслана им к нам для разведки. Вы же всё расскажете? — подросток обращается к девушке. Олеся кивает: — Конечно, у меня нет смысла скрывать это от вас. Кто-то из ваших спас меня, хотя мог оставить на улице. Сава идёт за членами команды Шевцова и находит Нику, беседующую с Матвеем о своём даре. Он повествует им о девушке из медпалаты, когда они втроём шагают по коридору. Фролов подходит к Герасимову, дабы узнать о самочувствии друга, а Вероника останавливается в метре от койки с Олесей. — Как долго ты была у Прохорова? — не церемонясь, задаёт вопрос Шевцова. Девушка поправляет рыжеватые волосы, до этого заделанные в небрежный пучок, и отвечает с лёгким акцентом: — Несколько недель. — Общалась с ним? — Нет, но пару раз видела его. Он собирает мутантов, и для этого избавляется от ненужных пленных. Кто-то оставил дверь комнаты открытой, и я вышла, когда было тихо. Нас держали всех вместе, чтобы в скором времени убить, но мы выбрались на улицу. Дальше провал. Очнулась уже здесь, — Олеся вздыхает и смотрит на наручники, удерживающие её на кровати. — Это необходимо, верно? — Какой у тебя дар? — Ника видит, как замолкает Ефремова. — Ты же особенная, мутант из Армении, так? Мы должны знать о твоей силе. Та немного мнётся и шарит глазами по присутствующим. Взгляд замирает на Герасимове, говорящем: — Мы не несём в себе опасность, если ты лишь жертва Прохорова. Мы должны знать о тебе больше. — Я… — Олеся останавливается. Наверное, в Армении, откуда она родом, к мутантам относятся с осторожностью. — Я знаю разные языки. — Типо переводчика? — спрашивает Савелий. — Что ещё за «типо»? — делает замечание Макар Ильич. Это слово режет его слух. Учитель русского до мозга костей, чего с него взять. — Да, вроде того. Я могу свободно говорить и читать на всех языках, которые были или есть в настоящее время, — Ефремова вертит пристёгнутой рукой. Появляется Алиса с подносом горячей еды в руках. Герасимов говорит о запрете питания на некоторое время из-за ранения, и та оборачивается на вторую занятую койку: — Завтрак положен и нашей незнакомки. Омлет с луком и свежий сок. А вот Олеся внезапно встаёт на ноги, наклонившись к каркасу кровати, дабы наручники сильно не давили кисть. Её тёплые карие глаза обращены на вошедшую Ткаченко, которая застывает на месте от резкого движения. Фролов успевает удержать поднос, едва не опрокинутый вниз. — Алиса? — в голосе Ефремовой проскальзывает удивление и замешательство. — Верно, — блондинка не понимает, к чему бывшая пленница Прохорова соскачила. — Мы знакомы? — Ну ты же Алиса? — повторно спрашивает Олеся. — Что не так? — хмурится та. — Я Алиса Ткаченко, член «Стаи», мутант пятого ранга, умею управлять водой. И я уверена, что мы с тобой не знакомы. Олеся опускается обратно на кровать, разглядывая пол: — Должно быть, я обозналась. — С кем ты её спутала? Наша Алиса точно запоминающаяся, — Ника передаёт Ефремовой тарелку с недавно приготовленным омлетом. — Не важно, — тихо говорит девушка и показывает на наручники. — Я могу поесть без них? Если вы думаете, что меня следует пристегнуть повторно, то я не буду сопротивляться. — Не думаю, что ты опасна, чтобы нацеплять наручники, — Вероника расстёгивает металлические браслеты. — Останься лучше здесь. У тебя сильное обезвоживание и недостаточность веса. Тебя нисколько не кормили там? Олеся берёт ложку и перемешивает в тарелке приготовленный Алисой омлет: — Прохоров, или как там его, особо не заботится о пленных. Рада, что никто из вас не был пойман им. — Ренат же может быть у Ильи? — задаётся вопросом Савелий, но остаётся без ответа. Фролов заталкивает мысли, что Ренат может быть похищен именно им, поскольку тогда Нефёдову будет не сладко. Прохоров видит в нём причину разлуки с Матвеем, даже если на самом деле Илья сам виновен в этом.