Золотые цветы: Никчёмная Вилда

Моя рука легла на шершавую поверхность камня. В свете фонаря плясали тени, что мне не помешало разглядеть древнюю фреску. В этой части храма никого не было уже несколько эпох. Вход сюда был закрыт колонной и парой каменных плит. Я заметил его случайно – прогуливаясь по храму я вертел в своих руках ручку и в один момент она у меня выскользнула. Найти её я так и не смог, но случайно заметил за колонной широкую трещину. Моё лююопытство историка-археолога привело меня сюда. Эти фрески... Я никогда их не видел! Они рассказывают о тех событиях, что не были записаны даже в секретные архивы! Неужели я стану их первооткрывателем? Я сдул пыль с древних текстов, иллюстрированных гротескными изображениями. Это совсем другой стиль, словно их рисовал тогдашний сюрреалист. Некоторые части фрески отбиты, а их фрагменты лежат на полу мелкой крошкой. Похоже, что эту историю мне предстоит прочитать по отдельным кусочкам. "Эра Гроз, (отбито)...год после Вознесения Искупителя. Уже напротяжении нескольких столетий близ города Александровск таинственным образом пропадали люди. Причиной тому были нарушения стабильности Барьера, окружившего гору Эботт и Прибарьерный Лес. Люди попадали туда и не могли вернуться назад. Долгое время обитая там, они построили города, где было безопаснее, чем в глухом лесу. Их всего было три: Орешникова, Степанова и Мологольца..." (Далее фреска обрывалась) Я продолжил осматривать стену. Вот рисунок трёх городов под Барьером. Я его редко встречал, но здесь над ним присутствует изображение Незримого, если я не ошибаюсь, прямо над городом Степанова. Миенно этот город больше всего искажён – просто гора серых фигур с чёрными окнами в самых разных местах, а крыши летают вместо птиц. Следующая фреска изображала, если я правильно её понял, рождение Принца Азриэлья, но не просто его родителей со свёртком ткани в руках. Здесь изображён сам Принц, вылезающий из утроба матери, а окружившие их нелюди представлены в виде безлицых кукол с рогами, длинными ушами, хвостами и прочим. Зачем стоило это так изображать? Кажется, теперь я понимаю, зачем это помещение было так спрятано! О, наконец-то ещё текст! А рядом было изображение человеческой женщины с большим животом и очень длинными руками. Она тянется к огромной чёрной руке с глазом прямо в ладони. Там, где их пальцы соприкасались, они переростали в изображения рукопожатия. "У неё никода не было отца. Неримый её создал в утробе одинокой женщины. Она была его планом, его идеей. Ему нужны были силы, могучие союзники, но вместо этого он создал себе врага. Всё пошло не так..." Дале текст перекрывало изображение золотых цветов. Я опустил взгляд ниже и обнаружил, что из всех щелей в полу растут эти растения. Но как? Тут нету света и влаги почти не наблюдается! Я прикоснулся к цветам – они живые! Словно они росли снаружи, под солнцем и ветром! Раз я первооткрыватель, то мне стоит записать куда-нибудь всё увиденное. К счастью в моей сумке оказался хороший блокнот. Он остался у меня с прошлого семинара – в нём я делал заметки. Так, а моя ручка должна быть... Блин, я же её потерял! Она у меня была единственная. Ну стоило мне так не брежно ей играть? Хотя, с другой стороны, тогда бы я не нашёл это место. Что ж, на вряд ли мне стоит из-за этого переживать. Я хочу увидеть как можно больше, но керосин в фонаре не бесконечный. Мне повезло, что кто-то оставил эту лампу рядом с тем проходом. "Однажды, ватрушка, шелестит горы бегом вагон летит... – стоп, это что-то странное! Может, это какой-то шифр? Я продолжил читать – Финики час назад говорят щебеча направо вернг орап хинит... Ахж... Ооооууу... Инероавк... а... Т... И..." Далее буквы окончательно спутались и стали похожи на диких существ. Это перешло в огромную картину, тянущуюся всё дальше по коридору. И чем дальше, тем безумнее и страшнее становились изображения. Да уж, пролить свет на историю это мне навряд ли поможет. Тут нужны учёные, что смогут расшифровать это всё, а я должен исследовать хотя бы то, как устроенно это секретное помещение. Не знаю почему, но мне захотелось посмотреть вверх. Лестница? Каменные ступени шли прямо по потолку, уходя всё выше. Это выглядит довольно странно. Заглядевшись на это я незаметил, как пол под моими ногами внезапно стал косым. Шершавый камень встретился с моим телом. Перед клазами всё завертелось. Я помню, как почувствовал себя в воздухе. Счёсаная кожа горела. Удар. Я покатился по каменным плитам и остановился. Во рту хрустел песок, смешавшийся со слюной и, похоже, с кровью. Надеюсь, у меня нет перелома. Поднявшись я увидел рядом с собой горящий фонарь. Как он уцелел после такого? Ладно, хватит на сегодня этих приключений! А то вдруг про меня ещё фильм снимут! Так же нельзя, у меня боязнь сцены! И тем более, я простой археолог! Моё дело не паркуром по гробницам заниматься, а собирать глиненные черепки и косточки и вычислять их возраст, положение до раскопки и прочее! Пусть кто-то другой будет этим первопроходцем! Подобрав фонарь я стал искать отсюда выход. Кругом была темнота и единственное, что я видел, это был каменный пол, который обрывался прямо передо мной. Я развернулся и увидел в переди что-то странное. Из темноты на меня глядели две алые искры. Это хищник!?... Нет, для хищника они слишком неподвижны. Более того поднятая мною пыль блестела в свете лампы, из-за чего это сложно было разглядеть. Может подойти поближе? Возможно, это инкрустированная драгоценными камнями статуя? Нет, ну всякое может быть! Я приблизился и остобенел. Человеческие алые глаза глядели глядели в пустоту. Девушка словно застыла во времени внутри куба, вернее высокого кубоида, из твёрдого и прозрачного материала. Она настоящая? Её лицо не вырожало эмоций, глаза были широко открыты, а руки были сложены на груди – от этого зрелища у меня холодело внутри. Мне доводилось раскапывать пару захоронений и видом человеческих останков меня не так-то легко смутить, но это... Внутри хрустального гроба девушка в дорогом зелёном саване словно только-что умерла. И, к тому же, почему у неё открыты глаза? Я осторожно подошёл к пьедисталу, что дежал хрустальный гроб. Моя рука смахнула слой пыли с позеленевшей медной таблички. Пропустив все эти "Тут покоится...", я сразу взглянул на её имя. Наступила тишина, хотя и до этого я ничего не говорил. Это была Она! Живая легенда, о которой я так много читал. Как я мог её не узнать? Но вместо восхищения у меня на затылке становились дыбом волосы на затылке. Одно дело благоговеть от отваги и силы тигра, другое – смотреть ему в лицо. Глаза бальзамированой девушки шевельнулись. Я почувствовал, как она сверлит ими мне душу. Фонарь в моей руке громко взорвался. Меня окутала тьма. Т-так холодно!... Тишина. – Отец, почему ты так печально смотришь на эти цветы? – Я? Ну, это не простые цветы. Говорят, они растут лишь там, где лились слёзы, где господствовало горе. На полях битв, где крови было по колено, в городах, где умирали от голода дети и старики, где холод забирал жизни, а выживших терзала тоска и скорбь. – Но ведь золотые цветы растут по всему Подземелью! Где их не посади, они везде пустят корни и зацветут! Отец замолчал, став серьёзнее, чем обычно. – Наша земля пережила многое и многое ей предстоит пережить. Просто... Просто не думай об этом! Возможно, именно в наших мыслях эти цветы черпают свою силу...