Я как осень всё понимаю

Пальцы коснулись носослезных борозд, глаза болели и казалось, что высохли. Наконец Ирина дописала объяснительную, которая уже была на почте у чиновника, как тот скинул ей информацию о проведении конференции за городом. Придётся тащиться туда на целый день и ещё не факт, что удастся уйти пораньше. Хирург закрыла «ворд» и наконец смогла вернуться в реальный мир. Но перед глазами ещё мелькали буквы, а в ушах стоял звон отбивания клавиатуры. — Меня это все за-ко-ле-ба-ло, — тяжело вздохнула заведующая, откинувшись на спинку удобного, но уже принявшего форму ее «красивого зада» кресла. Сейчас главной задачей было сохранить спокойствие в отделении, не дать возможность придать огласке данный случай. Никто же не мог прочитать мысли пациента, который на вид был весьма спокойным. «Вёл себя соответственно человеку с ампутированной рукой». Сказал ей Лазарев, когда сидел в кабинете и пытался объяснить, как пропустил главный фактор: красная карта. Она вновь взглянула на рабочий стол компьютера. Внизу был ярлычок «Гугл» — Он не написал, — сказала сама себе Павлова, но неуверенно все же нажала на мышь указательным пальцем. Локти коснулись стола, спина снова выпрямилась. Она лишний раз укусила внутреннюю строну губы, словно пытаясь вернуть саму себя в это мир. Пряди светлых волос коснулись плеч, а челка небрежно начала лезть в глаза. Ирина подула на челку и зашла на почту. Открыть. Владимир. «Ирина, у Вас все в порядке? Вижу, вы прочитали мои сообщения, но ответа нет. Скажите, моя навязчивость привела Вас в шок? Я вовсе не хотел причинить неудобства и уж тем более не хотел вас пугать. Буду рад, если вы примите от меня букет». Сообщение было отправлено девять минут назад. Почему-то именно сейчас душа ликовала. Наконец-то сообщение. И почему ей так стало не хватать внимание незнакомого мужчины? Уж не одинока ли она? «Здравствуйте, Владимир. К сожалению, было много работы и некие проблемы выбили меня из колеи». Она не хотела вдаваться в подробности о том, что правда испугалась за свою безопасность. Теперь Ирина сама боялась оттолкнуть как-то мужчину и не хотела делать поспешных выводов. «Enter» Прочитано. Ее глаза слегка округлились. Не ожидала, что мужчина так быстро прочтёт ее ответ. Видимо, он нетерпеливо ждал. «Да уж, с пациентами бывает не легко. Мне ли не знать» Ирина смутилась. «А я разве говорила о том, что мои проблемы связаны с пациентом?» «Не трудно догадаться. Вы же хирург». — Да уж, не трудно… — Павлова прищурилась. Откуда ему все о ней известно? Черт возьми, ее снова окутало назойловое ощущение того, что она — открытая книга. Никакой загадки. Зато в нем их было предостаточно. «Владимир, кто вы?» «Человек, который интересуется Вами» «Вы можете быть конкретнее? Почему именно почта? Вы же тоже из Москвы, давайте встретимся?» «Пока рано, Ирина» Женщина раздраженно выключила компьютер и прилегла на диван. Смысла ехать домой не было. До конференции осталось всего ничего — день. За это время. Ирина уже основательно поднатаскалась по вопросам, которые могут задать министры после ее речи. А Анатолий, в свою очередь, не сеял панику. Его хладнокровию и устойчивости Ирина по-доброму завидовала. Хоть и сама она далеко не легкомысленная женщина, которая теряется при виде мужчин и соглашается всегда с их мнением, но такого терпения и силы воли ей не хватало. Она была вспыльчива, когда Анатолий Борисович хранит спокойствие и через чур уверенность в себе. Ее эмоции порою не давали сосредоточиться на каком-то деле, а Анатолий находил аргументы, которые произносил с таким же спокойным выражением лица. Один раз она даже задала ему вопрос: «Вы когда-то были не в силах сдержать себя? Такое чувство, что вы не живой человек и родились уже с понятием, что хотите от жизни». Анатолий Борисович тогда этот вопрос не прокомментировал. Не считал нужным. Павлова приехала домой чуть раньше, чем обычно. Нужно было ещё раз пройтись по плану, составленному коллегой, принять душ и придумать образ. Выглядеть нужно было соответственно. Все это время Ирина и «Владимир» не прекращали общение, она вновь получала цветы, странные записки с отрывками из стихотворений. Личность Владимира на была раскрыта, но как же ей этого хотелось… Слава Богу, что Алеников помог Павловой быстро закрыть дело с проблемным пациентом и замял историю. Выйдя из душа, Ирина сняла с головы бежевое полотенце и начала сушить волосы. Когда причёска была готова, женщина продумала детально, что завтра наденет и легла в мягкую постель. Иногда казалось, что они взаимно скучали друг по другу. Прочитав «И Вам спокойной ночи» Павлова обратила внимание на то, что ее начальник тоже в сети. Неужели ещё работает? Пронеслось в мыслях. Но хирург не стала задавать себе не нужные вопросы и, укрывшись хлопковым одеялом, погрузилась в сон. Дверь чёрного минивэна открылась. Из машины вышел мужчина в идеально отглаженном костюме. — Прекрасно выглядите, Ирина Алексеевна, — но мужчина лишь мельком взглянул на подчиненную. А затем взгляд устроился на ручные часы. Она выглядела куда лучше, чем он произнёс это. Ей даже показалось, что что-то в ее внешнем виде не так. Может, туфли не те? Бордовая юбка-карандаш, легкая блузка цвета вишни и сверху пиджак. Цвет подчеркивал ее строгость и в то же время придавал невероятный шарм. Легкий аромат цветочных духов, немного сладких, а на ногах бежевые туфли-лодочки. Сейчас можно было смело сказать, что выглядели они оба так, как будто собирались продемонстрировать не презентацию, а свой отменный вкус. Он аккуратно помог залезть в машину. Коснувшись ее лопаток, мужчина следом залез в минивэн и приказал водителю отправляться. — Вы готовы? — Анатолий взял лежащую рядом папку с отчетами. — Думаю, да… — неуверенно ответила женщина, глядя в окно. — Никогда не надо сомневаться в себе. Сколько раз я вас учил? — вздохнул Алеников, перелистывая один лист за другим. Сейчас он напоминал ей личного коуча по управлению гневом и эмоциями. Павлова лишь недовольно сверкнула на коллегу взглядом и решила сохранить молчание, что образовалось, когда оба оказались в своих мыслях. По приезде в небольшое здание, где уже их ждали сотрудники, двое зашли в зал заседаний, где на удивление почти не было свободных мест. Ее начало трясти. Руки нервно сжали ручки сумки, а нога легла на ногу. — Мы вторые, Ирина Алексеевна, — тихо сказал Алеников. Он забил последнюю крышку гроба. Мало того, что придётся выступать на широкую публику, так ещё и повторить ещё раз совсем не осталось времени. Ирина Алексеевна пыталась сохранить самообладание до самого выхода на сцену. Ей казалось, что если она даст волю эмоциям, проиграет чиновнику. Он же чувствовал себя уверенно, почему она должна биться в истерике? Это всего лишь такие же люди. Гордо подняв взгляд, женщина вышла на сцену. «трусость гадкую — долой» вспомнились ей строки из стихотворения. — Вы были убедительны, — решил поддержать заведующую министр. Они направлялись в кафе напротив. — Спасибо, — едва заметно улыбнулась хирург. Сейчас ее мысли не были с этим мужчиной, ей безумно хотелось скорее зайти на почту и проверить новые сообщения от Владимира. Мужчина очень часто поддерживал Ирину, а она привыкла к нему. Как бы хотелось видеть его в живую. Заглянуть ему в глаза и понять, что не ошиблась, не дав отпор. Анатолий аккуратно налил в бокалы красное вино, а взгляд его был прикован к тому, как Ирина разделывает форель. — Ирина Алексеевна, — мужчина лёгким движением руки поднял бокал за ножку, — давайте выпьем за удачную презентацию? — его рука поправила неаккуратно висевший галстук темно-красного цвета. — Если только немного, — Павлова также взяла свой бокал. Дзынь! В черёд пошёл второй бокал. Выйдя из кафе, хирург продолжала поправлять пиджак. Вино приятно расслабило, но вовсе не ударило в голову. — Спасибо большое, — ответила Ирина, когда Анатолий помог ей на последних ступеньках, держа аккуратно за холодную руку. — Вы замёрзли? — мужчина внимательно посмотрел на коллегу. — С чего вы это решили? — Да у вас руки ледяные, — Анатолий снова взял ее ладонь в свою. — Говорят, у тех, у кого холодные руки — горяче сердце, — шуткой ответила женщина. Не рассказывать же сейчас ему всю подноготную о своём давлении. — А у вас оно горячее, Ирина Алексеевна? — улыбнулся Алеников и, отпустив руку, положил обе свои в карманы брюк. Шли они не спеша. Машина Анатолия была совсем рядом, а так хотелось хоть немного пройтись после семи часов заседаний. Конференция была утомляющая. Павлова слегка улыбнулась и посмотрела вдаль. Хоть это и не сам город, было тут прекрасно: воздух казался легче, никто не бежит и не слышен шум бесконечного потока машин. Огоньки от фонарей освещали дорогу, но свет не был навязчиво-ярким, нет. Хотелось просто насладиться моментом. — Как думаете, возможно ли влюбиться в человека, если не знаешь о нем, — ей хотелось сказать что-то очень минимальное, но увы, не стала врать самой себе, — не знаешь о нем ничего, — Ирина продолжила смотреть вперёд. — Думаю, нет, — Анатолий Борисович боялся взглянуть на женщину, так как не хотел слышать ее признания в любви совсем другому мужчине. Не ему. — Вот и я так думаю. — тяжелый вздох. — Я немного вас изучил, — наконец их глаза встретились, — Порылся на работе и кое-что удалось найти. Вы в разводе… — В разводе, — кратко произнесла она. Эта тема больше не ранила сердце и не было больно. Было все равно. — Кхм, — мужчина явно наступал себе на горло, когда начинал говорить на тему отношений и прочего добра, не касающегося работы, — это не мое дело, — выдавил он из себя и вновь затих. Анатолий никак не мог заставить себя говорить. Говорить о чувствах открыто, признаться для него было признаком проигрыша. Хотя и сам понимал, что проиграет тогда, когда уже будет поздно сказать о том, что чувствует. — Кажется, ваш водитель уже нас заждался, — сменила тему Павлова и ускорила шаг. Всю дорогу двое молчали. Алеников положил ключи от квартиры на комод. Свет зажигать не торопился. Он сел на белый пуфик и устремил взгляд на свои руки. — Как чертов мальчишка! — казалось, что ему самому было противно в такие моменты. Что-то швырнул с полки. Нервы были на пределе. О чьих чувствах она ему начала говорить? Не влюбилась ли в кого? Анатолий достал из кармана пиджака сотовый. Нашёл на почту и открыл сообщения. Набрать слово не хватало сил. Горечь обиды настигла раньше. Павлова устало плюхнулась на диван. Хотелось пойти в душ, но не было сил. Хотелось просто лечь спать. Напоследок решила проверить сообщения. Ни одного. — Ох, Владимир, — сказала Ирина на выдохе, — зачем же ты меня испытываешь? Положила телефон экраном вниз и ушла в ванную. Телефон завибрировал, но женщина уже была по ту строну двери…