Система героической смерти

В то время как сознание Шань Ке находилось будто в тумане, его разум начал собирать информацию о дельфинах, и он постепенно стал яснее понимать многие аспекты истории своего вида. Хотя эпидемия двести лет назад привела к гибели значительной части популяции дельфинов, они полностью не вымерли. Как и предполагали люди, выжившие дельфины эволюционировали. Их эволюция включала в себя улучшение их способности к размножению. Они могли ассимилироваться с большинством организмов и даже превращаться в выбранный ими вид. Строго говоря, Пламя и Волну нельзя было считать чистокровными дельфинами. Они только подверглись влиянию своих наследственных генов и сохранили форму дельфина. Если бы Шань Ке не появился, Пламя могло бы ассимилироваться в любое водное животное, в то время как Волна, скорее всего, умер бы вскоре после рождения. То, что люди не находили никаких следов дельфинов более двухсот лет, объяснялось главным образом тем, что они в основном превращались в другие виды, но гены дельфина сохранились в их телах. Через определенный промежуток времени ген дельфина будет активирован, и эволюционировавший дельфин сможет менять свою видовую принадлежность. Способность к размножению у этого вида самая сильная, и они могли бы значительно повысить плодовитость других видов. Шань Ке почувствовал, что его тело претерпевает какие-то изменения. Когда его сознание постепенно восстановилось, он медленно открыл глаза… После того, как Шань Ке превратился в белый кокон, Цинь Юань был одновременно напуган и сбит с толку. Чтобы предотвратить беспорядки, он никому не сказал об изменениях, вместо этого установив некоторое оборудование для наблюдения за изменениями внутри кокона. Но оборудование было каким-то образом заблокировано бесформенным барьером, и оно не могло разглядеть ситуацию внутри. Но что успокоило сердце Цинь Юаня, так это то, что он все еще мог отслеживать жизнедеятельность в коконе. Прошло уже несколько дней, а в коконе не произошло никаких изменений. Цинь Юаня допросили в исследовательском институте, и он сумел выкрутиться, сказав, что Пламя отправилось отдохнуть в море. Его ответ вызвал суровую критику, но ему было все равно. С его международным авторитетом и богатством высшие чины не смогли бы ничего ему сделать. Они посмели экспериментировать над Пламенем, так почему же он не мог отпустить его «подышать воздухом»? Сегодня, когда Цинь Юань просматривал информацию в своем кабинете, внезапно сработал будильник на его часах. Он быстро встал и направился к закрытому зданию. Цинь Юань провел своей карточкой и прошел мимо электронных дверей. Как только он приблизился к бассейну, то остановился на полушаге, и удивление отразилось на его лице. Белый кокон, плававший в воде, распускался в широкую полосу серебристого шелка, которая стелилась по поверхности воды подобно серебряному лотосу. В середине лотоса находился обнаженный молодой человек. Его тело свернулось калачиком, как у новорожденного ребенка, спящего в объятиях своей матери. Нежные черные волосы мягко падали на лицо, светлая кожа покрыта каплями воды. В мягком свете он казался необычайно красивым. Кто он такой? Где Пламя? — Цинь Юань постарался успокоиться и тихо подошел к бассейну. Когда его взгляд скользнул вниз по плечу молодого человека, он был поражен, увидев татуировку в виде пылающего цветка, украшающую его грудь, идентичную татуировке Пламени. Этот человек — …Пламя? — Цинь Юань недоверчиво уставился на спящего мужчину. В этот момент серебристый шелк на поверхности воды начал растворяться. Потеряв опору, скрюченное тело молодого человека постепенно вытянулось и начало медленно погружаться под воду. Цинь Юань быстро прыгнул в бассейн и заключил молодого человека в объятия. Когда его руки коснулись теплого тела, в сердце возникло странное знакомое чувство. Он посмотрел вниз, и изящная внешность молодого человека сразу же поглотила его мысли. Его рука бессознательно погладила по чужой спине, кожа была гладкой, как драгоценные камни, и ему это нравилось. — Пламя… — Палец Цинь Юаня провел по чертам лица другого мужчины, когда он прошептал имя, и его сердце начало неудержимо биться. Он нес молодого человека, быстрыми, но осторожными и решительными шагами, направляясь к своей резиденции. Придя в спальню, Цинь Юань уложил юношу на кровать. Сосредоточенный взгляд Цинь Юаня окинул человека с головы до ног. После того, как он, казалось, что-то подтвердил, то провел рукой по шее, плечам, рукам, талии, ногам… независимо от места, он чувствовал, что тот ничем не отличается от обычного человека. Глядя на молодого человека на своей кровати, чувство, в котором Цинь Юань раньше не был уверен, наконец прояснилось. Ему нравился Пламя. Он хочет его. Если бы он продолжал быть обычным дельфином, то Цинь Юань защищал бы его. Но теперь, когда тот превратился в человека, это, без сомнения, хоть и приятный, но шок. Цинь Юань наклонился и нежно поцеловал губы юноши, прошептав: — Мое Пламя… Теплый солнечный свет проникал сквозь французские окна и освещал просторную спальню. Молодой человек на кровати медленно открыл глаза и ошеломленно огляделся вокруг. Когда он заметил, в какой обстановке оказался, то на мгновение растерялся. Шань Ке сел на кровати и посмотрел вниз, чтобы проверить свое тело. Сейчас он явно был человеком, что заставило его задуматься, не переселился ли он снова. Перебрав информацию в уме, он, наконец, прояснил свое нынешнее состояние. Это была особая способность эволюционировавших дельфинов — ассимиляция видов. Из-за того, что его организм получил шок от внешних наркотиков, он превратился из дельфина в человека. Шань Ке думал, что всю оставшуюся жизнь будет обычным дельфином. Было приятным сюрпризом обнаружить, что он способен переключаться между видами. Когда Цинь Юань вошел в комнату, то увидел, что Шань Ке тупо смотрит на свои руки, все еще сбитый с толку тем, что произошло. Заметив появление Цинь Юаня, Шань Ке поднял голову. Его ясные глаза, казалось, освещали все вокруг. Сердце Цинь Юаня сбилось, и он быстро подошел к человеку на кровати. Шань Ке рефлекторно попытался выполнить обычное сальто назад, когда увидел его. Он подпрыгнул только на полпути в воздух, когда пара рук остановила его, а затем последовал голос, который привел его в необузданный восторг: — Пламя, ты сейчас не в воде, будь осторожен, чтобы не упасть. Шань Ке открыл рот, чтобы ответить, но звуки, которые вырывались из его горла, все еще были звуками дельфина. …Ему нужно время попрактиковаться, прежде чем он сможет нормально говорить. Шань Ке обнял Цинь Юаня за шею и повис на нем, как коала. Цинь Юань с благодарностью отметил, что Пламя приобрел вес обычного человека, когда трансформировался. Если бы он все еще весил больше ста килограммов, каким бы сильным Цинь Юань ни был, он не смог бы нести его. Цинь Юань мягко спросил: — Ты голоден? Я приготовлю для тебя что-нибудь вкусненькое. Шань Ке кивнул, потер свой живот, затем потер живот Цинь Юаня. Хорошо, хотя у него не было таких явных мышц, как у Цинь Юаня, лишний жир отсутствовал. Цинь Юань внимательно следил за каждым его движением. Он чувствовал, что у Пламени всегда найдутся силы, чтобы рассмешить его. — Позволь мне сначала помочь тебе одеться. — Пламя только превратился в человека, так что он, конечно, не привык ко всем этим неприятным человеческим любезностям. Цинь Юань очень хотел быть его учителем, независимо от того, был ли это образ жизни, здравый смысл или эмоциональная помощь. Он приходил в восторг, просто думая об этом! Цинь Юань положил молодого человека обратно на кровать и подошел к своему шкафу, чтобы достать рубашку, которую он лично помог ему надеть. Шань Ке радостно позволил Цинь Юаню обслужить его, широко улыбаясь. Он радостно готовился сыграть роль белого лотоса, в то время как его двойное дно было спрятано. Одевшись должным образом, Цинь Юань взял Шань Ке на руки и отправился в столовую. Цинь Юань беспокоился, что Пламя не сможет есть приготовленную пищу, поэтому приготовил сашими. Однако для себя он приготовил барбекю из трав, маленькие блинчики и суп. Шань Ке сел рядом с Цинь Юанем. Он посмотрел на свое сашими, затем перевел взгляд на дымящееся барбекю. Это несправедливо! Воспользовавшись тем, что Цинь Юань пил суп, Шань Ке взял себе маленький блинчик. После того, как он съел его, то воспользовался вилкой, чтобы стащить кусок барбекю. Когда Шань Ке собирался взять второй, Цинь Юань остановил его: — Не переусердствуй. Подожди, пока я проведу полный осмотр твоего тела, и когда мы убедимся, что с тобой все в порядке, ты сможешь есть все, что пожелаешь. Шань Ке не настаивал. Его ситуация сейчас, безусловно, была уникальной. Если бы он получил пищевое отравление из-за жадности, это было бы настоящей трагедией. Цинь Юань задумчиво погладил Пламя по голове, увидев, как тот хорошо себя ведет. После того, как они поели, Цинь Юань повел Шань Ке в медицинский отсек, чтобы провести полный осмотр. Результаты, которые он получил, заключались в том, что структура тела и телосложение Пламени идентичны нормальному человеку, но для получения дополнительной информации нужно провести более углубленное тестирование. — Пламя, ты все еще можешь превращаться в дельфина? — спросил Цинь Юань. Шань Ке немного подумал, затем кивнул. Однажды трансформировавшись, он сможет свободно переключаться между двумя видами. Губы Цинь Юаня радостно изогнулись, он был очень доволен ответом. Они вдвоем вышли из здания, и Шань Ке свистнул в сторону бассейна. Вскоре после этого из воды выпрыгнул Волна. Сначала он посмотрел на Цинь Юаня, а затем на Шань Ке, прежде чем начал осматриваться. Странно, он ясно слышал свист Пламени, так почему же его не видно? Шань Ке присел на корточки, улыбаясь и махая Волне: На что ты смотришь? Я здесь, рядом. Глаза Волны расширились. Его первой реакцией был не шок от того, что Пламя превращается в человека, а ужас от того, что на его голове был длинный мех! Почему ты так ненавидишь себя! Волна чувствовал, что его эстетический взгляд подвергся серьезному нападению. Шань Ке посмотрел вниз на сверкающую морскую воду и не смог удержаться от искушения. Он на мгновение напряг свои конечности и уже собирался прыгнуть, когда Цинь Юань схватил его. — Подожди. — Цинь Юань обнял его за талию и повел в другую сторону. Что мы делаем? — Шань Ке поднял голову и вопросительно посмотрел на Цинь Юаня. — Я создал для тебя новую личность. Тебя зовут «Хай Ян», новый заводчик морского корпуса. — объяснил Цинь Юань. Хай Янь? Пламя + Волны? Может ли твой вкус в названиях быть еще более скучным? Почему бы тебе не спросить моего мнения? У меня может быть свое собственное имя! Цинь Юань повел Шань Ке в зал. Сотрудники, которые всегда видели директора Цинь с каменным лицом, теперь смотрели, как он интимно обнимал кого-то, и не могли поверить своим глазам. Они смотрели на Шань Ке, и все были привлечены его выдающейся внешностью. Он был не только красив, но и его глаза сверкали, как пара чистых сапфиров. Цинь Юань был недоволен, видя, как все уставились на Пламя, не в силах отвести глаз. Он дал примерное представление, которое длилось около трех минут, и ушел вместе с Шань Ке. Он не хотел давать им ни малейшего шанса приблизиться к нему. Цинь Юань внезапно почувствовал некоторое сожаление. Ему не следовало так рано показывать Пламя публике. Он должен был позволить ему познакомиться с человеческой жизнью, а затем планировать дальше. Но он просто очень хотел, чтобы все знали, что Пламя был его сокровищем. Цинь Юань посмотрел вниз на молодого человека у себя в руках. Он не знал, как выразить свои чувства. С тех пор как Пламя проснулся, Цинь Юань был особенно взволнован. Но с его естественно холодным лицом люди просто не могли этого понять. — Пламя. — Цинь Юань тихо позвал его. — Хм? — Шань Ке поднял голову и издал звук, за которым последовало теплое ощущение на его губах. Он сразу же поддался жару и страсти, языки осторожно исследовали, а зубы нежно прикусывали, когда двое потерялись друг в друге…