Система героической смерти

Призраки продолжали безостановочно охотиться на полуэльфов. Теперь каждый полукровка, родившийся на континенте, немедленно помещался под защиту альянса. После их взросления, они все без исключения становились членами альянса, чтобы помогать в военных действиях. Но несмотря на все попытки, по-прежнему умирало много полуэльфов. Не так давно один из городов альянса пострадал от внезапного нападения призраков, и сотни граждан были убиты. Что потрясло еще больше, так это то, что тридцать пять эльфийских детей оказались посажены в клетки и сожжены заживо. Трагические крики детей вызвали ярость у всех рас альянса. Они немедленно контратаковали и захватили один из марионеточных городов призраков и официально объявили войну. Каждая раса откликнулась на призыв к войне и приготовилась отправиться на поле боя. После рассказа о предыстории событий, которые привели к этому моменту, настроение Шань Ке сильно испортилось. Он подумал о мертвых эльфах, взглянул на своих малышей, играющих в пределах его видимости, и пообещал себе, что не позволит им страдать. Беспокойство Шань Ке было ясно как день написано на его лице, и Айвен попытался утешить его: — Альянс силен, у них есть свои способы борьбы с призраками. — Призраки невосприимчивы к большинству магических и физических атак, при этом хороши в магии огня и золота. В какой-то степени их нельзя убить. — Что еще больше ограничивало альянс, так это то, что во время борьбы с призраками они не могли использовать металлические предметы. — Мы можем, используя природные элементы, запечатать силу призрака. — Айвен протянул Шань Ке темно-золотистую деревянную дощечку. — Это духовно-кислородная печать, которую я разработал. С духовными кислородными шариками в качестве основы, она увеличит мощность. Шань Ке взял предложенную плитку и с любопытством осмотрел ее. Айвен продолжил объяснять: — Но для герметизации потребуется очень большое количество кислорода. Нужно собирать кислород в лесу в течение одного-двух месяцев для создания одной духовно-кислородной печати. Если бы мы могли найти призрачный нефрит и снять печать с Источника Жизни, то создавать печати было бы намного проще. Призрачный нефрит… — Шань Ке отвел свое внимание от печати и взглянул на левый глаз Айвена. Если верить его предыдущей реакции, то призрачный нефрит, который все отчаянно пытались найти, к сожалению, находился в левом глазу мужчины. Интенсивная реакция, наблюдаемая ранее, оказалась вызвана тем, что призрачный нефрит соприкоснулся с силой Тельдрассила. Однако эта информация не сделала Шань Ке счастливее. Он не знал, подвергнет ли жизнь Айвена опасности насильственное снятие печати с призрачного нефрита. Эльф не знал, какой выбор сделает, если ему придется пожертвовать им, чтобы завершить свою миссию. Эльф вернул печать Айвену и направился в свой сад. Мужчина тут же слепо последовал за ним. Шань Ке взял свою корзину и начал собирать цветы, Айвен немедленно сделал то же самое, чтобы помочь. После того, как корзина была наполнена, Шань Ке направился в фруктовый сад. Мужчина продолжал следовать за ним. После того, как они закончили собирать, Шань Ке отнес корзину на кухню и с помощью магии вымыл лепестки и измельчил их в порошок. Айвен очень серьезно помогал ему разводить костер, нагревать воду и мыть кухонное оборудование. Пока Шань Ке месил тесто за каменным столом, мужчина стоял и пристально смотрел на него, словно статуя. Внезапно на эльфа упала тень, отвлекая его внимание от теста: — Тебе что-то нужно? Айвен ничего не сказал, но в его глазах читалась застенчивость. Шань Ке: …Что это за странный взгляд? — Шань Ке… — наконец заговорил мужчина. — Хм? — эльф уставился на него, взглядом призывая говорить громче, если ему есть что сказать. — Ке-ке… — Айвен попробовал назвать его более интимно. — Хн… — Шань Ке показалось, что он видит машущий за спиной Айвена хвост. Мужчина увидел, что эльф не отрицал своего прозвища и был полон экстаза, несмотря на то, что ничего из этого не отразилось на его лице. Он спокойно проговорил: — Ты можешь продолжать делать то, что делаешь. Я буду снаружи. Если понадоблюсь, позови меня. — После этих слов он немедленно ушел, и внезапно показалось, что его тело излучает лучи света. Шань Ке: …И в чем смысл? К полудню Шань Ке приготовил любимые эльфийские цветочные пирожные и вегетарианский суп и накормил всех. Затем он отправился на прогулку в лес, раздумывая о проблеме с призрачным нефритом. Череда ритмичных шагов нарушила ход его мыслей, за которыми последовало теплое тело, прижавшееся к нему. Дыхание донеслось до его уха, заставив слегка задрожать. Айвен уставился на него, и его сердце бешено заколотилось. Он не смог сдержаться и обнял Шань Ке за талию, пытаясь стать с ним более близким. — Ке-ке… — В голосе мужчины слышались нотки нервозности и решимости. Айвен силой овладел эльфом и полностью осознавал, что он не ровня Шань Ке, но все равно ничего не мог поделать с желанием в своем сердце. Если его нужно наказать за то, что он испачкал эльфа, то он готов заплатить всем. Это был первый раз, когда Шань Ке встретил версию любимого мужчины, которому так не хватало уверенности в себе. Он повернулся лицом к Айвену, широко улыбаясь, и признался: — Ты мне нравишься, Айвен. Айвен ошеломленно уставился на него в ответ, как будто не услышал его. Шань Ке потянул его за воротник, приблизившись, и спросил: — А я? Я тебе нравлюсь? Нравишься, нравишься так сильно, что я никогда не смогу освободиться от этого чувства! Айвен уставился в ясные глаза Шань Ке, и его сердцебиение ускорилось вместе с дыханием. Эльфа не смутила ни его уродливая внешность, ни грубое оскорбление. Эльф сказал, что он ему нравится! Айвен немедленно обнял Шань Ке и неистово поцеловал его. Шань Ке закрыл глаза и позволил счастью мужчины захлестнуть себя. Одним был Тельдрассил, а другим — призрачный нефрит, запечатавший Источник Жизни. Если ему суждено пожертвовать своей жизнью, то он хотел бы наслаждаться своим счастьем с этим человеком до тех пор, пока его жизнь не подойдет к концу. В тот день Айвен официально вошел в домик на дереве Шань Ке и на мягкой кровати еще раз проделал все, что он делал в своих влажных снах. Всю ночь это место сотрясалось, в результате чего с дерева упало бесчисленное количество листьев. К счастью, у Айвена хватило предусмотрительности заранее установить границу, чтобы избежать каких-либо зрителей. Если бы он этого не сделал, все невинные эльфята были бы сбиты с пути в ту же ночь. На следующий день Айвен покинул дом на дереве полностью отдохнувшим и сразу же был окружен эльфятами, от которых исходили злые ауры. Этот человек держал Ке-ке у себя всю ночь! Целую ночь! Их сказка на ночь исчезла, их игры исчезли, и их колыбельная тоже исчезла! Мало того, он даже установил границу вокруг дома, не давая приблизиться. Это непростительно! Эльфята уставились на человека с жаждой убийства в глазах. Когда Шань Ке проснулся, перед ним немедленно предстало зрелище Айвена, за которым гналась группа эльфят. Дети, заметив, что эльф проснулся, немедленно направились к нему и обняли. Шань Ке позволил им наброситься на него. Его глаза наполнились радости, которую невозможно было скрыть. — Хорошо, а теперь отпусти меня… — Шань Ке презрительно оттолкнул развратное и счастливое лицо Айвена. — Ке-ке, что ты делал, прячась в доме с этим человеком прошлой ночью? — возмущался Пузырек. — …Будьте хорошими детьми, не спрашивайте о чем-то столь тайном. — Шань Ке принял на себя ауру родителя. Ммм, в этом было много «тайного». — Айвен пригнулся, чтобы заглушить свой смех. Замешательство отразилось на лицах всех эльфов. Они не поняли, что могло быть такого тайного? — Ке-ке, ты больше не можешь спать с этим человеком! — Пузырек упорно боролся за все свои права. — Ты наш! Айвен спрятал улыбку и величественно произнес: — Только победитель имеет право решать. Если вы, ребята, хотите отобрать у меня Ке-ке, вам нужно сначала победить меня. Маленькие эльфы сначала посмотрели друг на друга, затем как один подняли кулаки и заревели на своего общего врага: — Бей его! Издав боевой клич, они бросились к мужчине. Айвен немедленно увернулся и ловко побежал в лес, маленькие эльфы последовали за ним. Хаотичная битва постепенно затихла, и воцарилась тишина. Шань Ке покачал головой в связи с юмористической ситуацией и направился на кухню. К тому времени, как Шань Ке закончил готовить, Айвен вернулся с группой удрученных детей. Он подошел к Шань Ке и положил руку ему на талию, его поведение было полно высокомерия победителя. Все маленькие эльфы надулись, глядя на него с большой горечью. Шань Ке присел на корточки рядом с деревянным тазом и махнул им рукой: — Идите вымойте руки. Дети повиновались и, окружив таз, медленно вымыли руки. Воспользовавшись случаем, пока Айвен ходил за едой, Шань Ке прошептал им: — Не расстраивайтесь, сегодня вечером я преподам ему урок. Я гарантирую, что он понесет свое наказание. У всех эльфов тут же загорелись глаза, когда они прошептали в ответ: — Правда? Шань Ке уверенно кивнул, показывая им поднятый большой палец. Ему ответили шестнадцатью детскими большими пальцами. В ту ночь все маленькие эльфы не спали. Вместо этого они окружили домик на дереве, пристально вглядываясь в полупрозрачную границу. — Пузырек, как ты думаешь, Ке-ке сможет победить этого человека? — обеспокоенно спросила Лоринда. — Абсолютно точно сможет! — Пузырек ответил без колебаний. Другие эльфы тоже кивнули в знак согласия. В их сердцах Ке-ке не было равных! Внутри домика Айвен ритмично входил и выходил из тела Шань Ке, хрипло спрашивая: — Итак, как ты планируешь «наказать» меня? Шань Ке перевернул их, чтобы сидеть сверху. И воспользовавшись случаем, пока мужчина стонал от удовольствия, он наклонился и прикусил его шею. Глаза Айвена потемнели. Он обнял Шань Ке за талию и быстро направил свою талию вверх. Шань Ке ахнул, его глаза на мгновение затуманились от внезапного удовольствия, прежде чем снова оставить еще один след от укуса на ключице мужчины. Айвен сел, прижал Шань Ке к изголовью кровати и снова стал входить и выходить из него. С каждым укусом, который оставлял на нем Шань Ке, Айвен менял позу. В конце концов, на шее Айвена остались следы от укусов, в то время как Шань Ке тоже был основательно обработан, в результате чего все его конечности болели. Но по-настоящему пострадали не они, а то дерево, которое постоянно сбрасывало листья: Черт возьми, ребята, неужели вы не можете быть поаккуратнее! Если так будет продолжаться и дальше, это дерево станет лысым! Маленькие эльфы не ложились спать, пока не стало очень поздно. Проснувшись, они сразу же побежали посмотреть на результаты вчерашней ночной «битвы». Они увидели, что Айвен покрыт фиолетовыми синяками на коже, в то время как кожа возле его губ вся исцарапана, как будто бесчисленные насекомые решили его укусить. Эльфы были ошеломлены этим зрелищем. Они хотели, чтобы он получил урок, но теперь, когда они увидели его «опустошенный» вид, то не могли не посочувствовать ему. — Ке-ке, мы прощаем его. Отныне позволь ему спать с собой. — Все эльфы проявили свое сострадание. Терпеть такое бесчеловечное обращение, но все еще хотеть спать с Ке-ке… этот человек был «настоящей любовью» Ке-ке. Шань Ке: …Что с вами случилось, ребята? Айвен показал Шань Ке победный знак. Шань Ке: … Счастливые дни всегда пролетают быстро. Коммуникатор Айвена замигал красным огоньком, указывая на то, что война начинается. Айвен обратился к Шань Ке: — Мне нужно идти, дождись меня. Шань Ке обвил руками его шею и нежно поцеловал: — Будь осторожен. Глаза Айвена были полны нежности, и, немного потискав эльфа, он забрал свои вещи и неохотно ушел. Глядя вслед удаляющейся фигуре, Шань Ке пробормотал себе под нос: — Айвен, давай снова встретимся на поле боя.