Система героической смерти

Погода постепенно становилась холоднее. В кладовой львиного племени скопились горы еды, но с их аппетитом ее, вероятно, хватит только на половину зимы. В начале зимы еще можно выходить на охоту и собирать припасы, но уже к середине это практически невозможно. Поле Шань Ке уже принесло свои плоды. Пышные зеленые листья, покрытые инеем, выглядели особенно нежными. На дереве, словно жемчужины, висели маленькие зимние плоды. С другой стороны распустился розовый бархатный цветок, приветствуя зимний ветер и радуя мир своей недолговечной красотой. Шань Ке заново вымостил каменную дорожку перед домом и посадил с обеих сторон зеленые лианы, которые покрыли потрескавшуюся землю слоем зелени. Лианы дотянулись до забора и стен, превратив некогда грубое жилище в нечто сказочное. Это место стало самым красивым в племени. Под влиянием Шань Ке многие женщины начали сажать растения возле своих домов. Но из-за плохого ухода те либо погибали, либо чахли. Львицы приходили к лису за помощью, и тот не отказывал, терпеливо показывая им, как сажать растения, и обучая их различать сорта. В отличие от других мужчин, Яну оказался не грубым и властным, а скорее проницательным, мягким и вежливым по отношению к женщинам. После нескольких встреч он быстро завоевал их признание, стал для львиц кем-то вроде «подружки». Но в то же время он получил немало предложений от молодых девушек. В прошлом Яну редко общался с кем-то из-за своих недостатков, и у него не было друзей. Зверолюди считали его немым, замкнутым и слабым. Шань Ке, менее пессимистичный и более спокойный, сиял. На самом деле, прежний Яну был неплохим: трудолюбивый, добрый и простой, но слишком много внимания уделяющий своим недостаткам, из-за чего он упустил много прекрасных возможностей. Ранее Шань Ке думал, что он путешествует по разным мирам и перевоплощается в разных людей. Но после сцены между Чэнь Сяо и Шоу Мо, у него появилось смутное ощущение, что каждое перевоплощение — это его прошлый опыт, его прежнее «я». Теперь Шань Ке заметил, что он слишком быстро адаптировался ко всем перемещениям. Особенно в последнем мире, когда искал тело, чтобы воскреснуть. Поначалу у него несколько раз ничего не получалось. Возможно, в мире случаются совпадения, но то, что он нашел свое тело, не было одним из них. Словно невидимая рука вела его. Шань Ке решил пока не забивать себе голову этими догадками, а сосредоточиться на работе. Если он выполнит задание, то однажды найдет ответы на все вопросы. — Яну! — Внезапно окликнули лиса по имени. Шань Ке оглянулся и увидел улыбающегося Зайта. Будучи братом Муту, Зайт занимал не последнее место в племени, но лев уже видел его амбиции, поэтому начал намеренно отдаляться от него, даже послав проследить за ним. Зайт быстро заметил, что отношение Муту к нему изменилось, но он не подозревал, что его план раскрыт. Лев лишь думал, что после того, как его брат стал вождем, то пытался укрепить свое положение, ожидая любых проблем. В прошлый раз авани, воспользовавшись возможностью, напали на племя. Это заставило Зайта осознать их коварство, и он больше не осмеливался вступать с ними в сговор. Какое-то время лев молчал и ничего не предпринимал. Однако в последнее время его статус заметно ухудшился, в то время как Муту наслаждался прекрасной жизнью. Это снова разожгло его ревность. Сегодня Муту повел людей на охоту. Говорили, что они нашли стадо горных баранов, состоящее из более чем шестидесяти особей. Муту в кои-то веки не взял с собой Яну, и Зайт решил попытать счастья. Раньше он не обращал на лиса внимание, но, присмотревшись, понял, что зверочеловек действительно хорош собой. Он не уступал женщинам племени, а в чем-то даже превосходил их. Зайт увидел лиса, стоящего под зелеными лозами, его длинные волосы развевались на ветру, а белый хвост легко покачивался. Глаза цвета персика были полны счастья и нежности. Зайт не удержался и сделал несколько шагов вперед. Он подошел к Яну и протянул руку, желая коснуться его талии. Шань Ке отступил в сторону, бросив на льва холодный взгляд. — Не бойся, я просто хочу поближе с тобой познакомиться, — Зайт снова наклонился к лису с безобидным выражением на лице, пытаясь расположить его к себе. Шань Ке прищурился, взял лопату и несколько раз ударил ею по камню. Не понимая, что это значит, Зайт собрался дальше соблазнять лиса, но.вдруг увидел, как сбоку внезапно вылетела черная тень, встав между зверолюдьми. К удивлению Зайта, это оказался бык, которого теленком привел в племя Яну. Теперь у него было крепкое тело и мускулистая грудь, а также блестящая и гладкая черная шерсть. Кроме того, проведя столько времени в племени львов, он стал сильным и властным. Шань Ке погладил быка по голове. Тот тут же перестал сердиться, его глаза радостно сверкнули, и он нежно потерся о чужую руку. Увидев быка, Зайт понял, что сегодня у него нет шансов на разговор с лисом. Пока он колебался, неподалеку раздался предупреждающий свист. Вражеская атака! Шань Ке резко изменился в лице и быстро побежал в центр племени. Не успел он приблизиться, как услышал крики авани. Снова авани? — Шань Ке бросил взгляд на Зайта, бегущего позади него, а затем незаметно покачал головой. Все время лев находился под наблюдением Муту, и у него не было возможности связаться с авани. Кроме того, после последнего «урока» он бы испугался сотрудничать с ними, если только не планировал покончить с собой. Когда они добежали до центра племени, воины-львы уже начали готовиться к битве. Однако, в отличие от прошлого раза, авани не бросились сразу к ограде, а забросали племя мешками. Из мешков полилась черная жидкость с резким запахом. Никто, кроме Шань Ке не знал, что была сырая нефть! Шань Ке открыл рот, чтобы предупредить их, но не смог издать ни звука. Не ходите туда! Многие представители племени львов, на которых пролился бензин, продолжили яростно наступать на врага, не подозревая, что их ждет впереди. Шань Ке не знал, что авани найдут сырую нефть и используют ее как оружие для нападения на племя львов. Мысли Шань Ке понеслись вскачь: Что делать, что делать, что делать? Глядя на высоко поднятые факелы, Шань Ке понял, что уже слишком поздно что-либо предпринимать. Он мог сделать только одно — убивать! Он выхватил кинжал из-за пояса и бросился к забору. Благодаря своему гибкому телу он в пару прыжков добрался до группы авани. В тот же миг, когда он приземлился, позади него раздались приглушенные звуки, и взметнулось алое пламя, словно феникс, расправляющий крылья. Шань Ке поднял голову, его глаза загорелись гневом, и он с криками боли и страха яростно взмахнул кинжалом в руке. Пылающий пожар, клубящийся дым и зверолюди, которых пожирало пламя, приковывали к себе взгляды всех присутствующих. Услышав рев львов, авани взволнованно закричали. Они размахивали оружием и агрессивно бросились на племя. К этому времени клан львов утратил большую часть своего сопротивления. Огонь, который невозможно было потушить, пугал их. Авани легко прорвались через защитный круг. Их цель предельно ясна: сжигать, убивать и грабить! Авани не заметили, как их число стремительно сократилось. Один зверочеловек тихо забирал их жизни, оставляя за собой трупы. Белая фигура, незаметные убийства, брызги крови, ярко-красное пламя и острый кинжал… Все это слилось в ослепительную сцену, которая резко контрастировала с хаосом. По мере того, как падало все больше и больше аванов, они наконец обнаружили существование лиса. Глядя на мертвые тела, усеявшие землю, авани были удивлены и разгневаны, перестав охотиться на других и собираясь убить лиса. Шань Ке был бесстрашен. Он смело встречал их клинки и топоры, размахивая собственным кинжалом и уменьшая их число. Зверодюли из львиного племент вскоре заметили что-то неладное и увидели тонкую фигуру, сражающуюся в одиночку против десятков авани. Кровь стекала по его белой шерсти, окрашивая ее в красный цвет. Длинное лезвие полоснуло Шань Ке по спине, оставив рану, достаточную для того, чтобы достать до кости. Лис споткнулся и развернулся, чтобы избежать смертельной атаки. Львы почувствовали, что силы лиса вот-вот достигнут предела, движения уже не такие ловкие, как прежде, но, несмотря на это, его взгляд по-прежнему оставался холоден. Яну храбро сражался с врагом, в то время как сильное племя львов запаниковало, словно трусы! В их глазах вспыхнули гнев и стыд. Львы взялись за оружие и зарычали на врага. Спокойствие и храбрость Яну незаметно заразили их, и они постепенно преодолели страх перед огнем. Львы вернули себе достоинство воинов и смело сражались с захватчиками. В тот момент им не нужны были слова, чтобы подбодрить друг друга. Достаточно оружия и немного смелости. По мере того, как разворачивалась битва, львы обнаружили, что авани не так много, как они себе представляли. Когда они заметили мертвых авани, лежавших за пределами племени, то поняли, что еще до того, как враг ворвался в племя, лис уже начал сражаться с ним. Эта решительность вызвала искреннее восхищение. Огонь все еще бушевал, но под натиском львов авани постепенно отступили, оставив почти сотню тел. Но как только они сбежали, то встретили Муту и остальных возвращающихся зверолюдей. Увидев перед собой трагическую сцену своего горящего дома, воины-львы разозлились и безжалостно порубили авани на куски. Муту большими шагами вошел в поселение и увидел лежащие на земле трупы, горящие дома и рыдающих соплеменников. В нем закипала убийственная ярость. Внезапно он быстро оглядел толпу и наконец остановил взгляд на знакомой фигуре. Лис, прислонившись к стене, стоял перед домом, охваченным пламенем. Обе его руки были прижаты к телу, но одна из них все еще сжимала рукоять кинжала. Светлые волосы были залиты свежей кровью, а рана на спине пугала до глубины души. Услышав шаги, Шань Ке медленно обернулся и с беспокойством посмотрел на мужчину. Муту, все сгорело. Глаза Шань Ке закрылись. Кинжал с глухим стуком упал на землю, а тело обмякло в чужих руках. [Выполнена основная миссия — защитить территорию львиного племени от вторжения.]