Ботаник

Вампиров нельзя назвать тугодумами. Да, они зачастую с трудом принимают новшества и не то, чтобы следят за модой, зато обладают огромным опытом и умением применять этот опыт, когда следует. Поэтому, лишь в зале запахло жареным (в прямом смысле), гости разделились на два лагеря: за нынешнего Короля и за будущего. Ведь зачем ещё мог прийти на Бал древний, как не за титулом? Но, разделившись, вампиры не стали бросаться друг на друга, а постарались побыстрее смыться из помещения. Вот когда один из них победит, придет время выгрызать свое место у трона, истребляя несогласных, а сейчас… Короли сражаются — простолюдины умирают. Увы, сбежать из зала не получилось бы, так как системы защиты, примененные уже умершим Кевином, были направлены на всевозможную защиту от сородичей Дракулы. Не пробиться силой, не сломать замки, не просочиться дымом, не пройти насквозь материю, не телепортироваться тенью. Поэтому вампиры просто рассредоточились по стенам на максимальном расстоянии от двух претендентов на звание сильнейших вампиров. Несколько секунд прошло в напряжённом молчании, после чего Дракула поинтересовался, ради собеседника перейдя на латынь: — Айма Кровавый, первый Хранитель Кодекса? — Я удивлен, что кто-то меня ещё помнит. Я хорошо потрудился, вырезая тех, кто меня помнил в этом качестве. Но удивлен приятно. Полагаю, ты знаешь, зачем я здесь? — отозвался древний, готовясь к бою и прикидывая тактику. У Сюзерена Всех Вассалов было серьезное преимущество — в этом зале собрались как раз всё его прямые вассалы, за некоторым исключением. Следовательно, первым делом необходимо отрезать от противника его ресурсы. — Вернуть Кодекс. Я поражён твоим стремлением. Ведь это просто уничтожит вампиров! А четвертый пункт напрямую ведёт к вымиранию! — экспрессивно воскликнул вампир, делая несуразные взмахи руками, всем телом показывая, что не желает боя. Но Айма прекрасно видел, как напряглись золотые нити связей с вассалами, готовые по малейшему желанию владельца передать приказ, игнорировать которых невозможно. Король готовился к чему-то невероятному, к чему-то, подобное чему не происходило никогда. — Да, четвертый пункт я изменю. — благодарно кивнул Айма, действительно планировавший это сделать. Этот пункт действительно немного устарел. А в следующий миг события понеслись вскачь. Секунда — Кровавый сорвался к слабейшему (чтобы тот не смог избегать удара даже секунду) из присутствующих вампиров и пробил его грудь. Вассалы Дракулы одновременно распороли запястья, и тысячи струй алой жидкости, наполненной силой и энергией вассалов полетели к Королю, чтобы напитать его мощью, неподвластной никому из когда-либо живших. Айма схватил сердце погибающего в его руках вампира и произнес Вето: — Изменяя мир, создаю рамки: нельзя отдавать силу крови! Вампир исчез, превратившись в красную волну, что разошлась по помещению, испепеляя недолетевшую до Короля кровь и заставляя вассалов повалиться на пол в корчах боли. Вето — пожалуй, верх магии крови, если её так называть. Создает аномалию на определенной территории, подчиняющуюся определенным правилам. Для создания требуется или черная дыра, или вампир. В общем, источник концептуальных изменений окружающей информации. Чем сильнее изменяются законы и чем больше область, в которой эта аномалия создаётся, тем сильнее требуется источник. Поэтому для создания Вето, накрывающего всю Землю, Айма выбрал Дракулу. А сейчас смысл имело охватить только зал. Король зло рыкнул и рванул к ближайшему вампиру, хватая обессилевшее тело и впиваясь в него. Нельзя отдавать? Тогда он возьмёт. И Айма его прекрасно понимал, так как сделал ровно то же самое. Вето вытянуло из него все силы, оставив бесконечную усталость и желание заснуть. С трудом заставив себя двигаться, древний бросился пополнять силы самым лучшим способом — забирать их у других. Пошла гонка, кто быстрее выпьет достаточно, чтобы справиться с противником. Айма стремился хотя бы ненадолго вернуться в идеальную форму, а Дракула, не зная, в каком сейчас состоянии противник, не считал себя способным справиться с одним из первых древних без своеобразного допинга. Осмотреть путь, броситься, выпить, и сразу к другому наикратчайшим путем. Дракула готовит огненную волну, чтобы сжечь ещё живые сосуды с силой (не себе, так никому) — расчитать порыв ветра и сотворить, чтобы вихрь подхватил тела и отнес их с пути удара. Повторить, избегая подлянок со стороны противника. Так действовали обе стороны, стараясь помешать друг другу. Из-за того, что на изменение пола и стен тратилось очень много сил, вампиры обменивались лишь прямыми атаками, не пытаясь выставить какие-либо защиты — слишком дорогое удовольствие что-то защищать. Стихии, явления, изменение состава воздуха и поджог его ради создания объемного взрыва, превращение чужого тела в которого только вонзились клыки противника, в углеродистую систему (самое простое преобразование). Как только Айма почувствовал, что сможет создать ещё одно Вето, он решительным ударом уничтожил оставшиеся тела. Решительным — это прямое преобразование части уже осушенных вампиров в уран.

***

Что сильнее — чары очень сильного вампира, или ядерный взрыв? Как только Дракула понял, что создаёт его противник, он прыгнул в самую дальнюю часть зала, за сферу, и растекся на её поверхности, обращённой от эпицентра, блестящей тьмой. Грянул взрыв. Нет, никакого «грянул» даже Дракула с огромным восприятием, не услышал. Просто почувствовал приближающуюся к нему волну, стирающую всё. Ядерное оружие было не в почете у вампиров. Радиация разрушает информацию, квантовая часть вселенной просто сходит с ума, разрушая любого вампира, зашедшего в место поблизости бывшего эпицентра, почище, если бы тот лег в гроб Господень. Настигни Короля такая напасть в городе или хоть в чистом поле — он бы с лёгкостью убежал. Если бы избежать было бы невозможно — он уничтожил бомбу во время падения. В каком-то случае, когда и это было бы невозможно, он просто ушел в тень и переждал удар. Сейчас же оставалось только подставить свою же плоть под взрыв и надеяться, что никакой подлянки от Аймы не последует. Свет прошел. Радиация — нет. Буквально отвалившись от сферы, Дракула распластался на полу. Его немного подпалило, но, в принципе, не все так уж страшно. Отряхнувшись, вампир медленно обошел зал. Медленно — потому что спешить было некуда. Гонка закончилась и из возможных вариантов решения конфликта остался только прямой, грубый и тупой бой на физике. В туман не превратиться — радиация его разрушит за несколько секунд. В тень не уйти, помощников не призвать, защиту, пусть и неплохо потрепленную (все же на взрыв изнутри она рассчитана не была), не пробить за короткое время… Первого Хранителя нигде не было. Ни силы его, ни информации о нем, которую Дракула пытался уловить из ноосферы. Но вампир не расслаблялся, зная по собственному опыту, что противник может прятаться где угодно. Смог же Кровавый каким-то образом спрятаться под носом у него, не меняя внешности, что известна практически любому вампиру, интересующегося древними? Словно сам Дракула не желал узнавать в подростке-охотнике опаснейшее существо на планете, которое до недавнего времени считалось убитым ещё в восьмом веке. — Ну что, как говорят в кино, раунд второй? — донеслось усталое сзади, и Дракула обернулся. Древний стоял сзади в весьма свежем виде, как для того, кто только что пережил ядерный взрыв. — Ну давай. — нуканием на нуканье ответил Дракула и начал преображаться. Трансформация — самый известный и очень часто применяемый навык вампира. В Средневековье был распространен образ вампира, как чудовища с большими клыками, черным телом, рогами, бледного, некрасивого, с когтями и так далее. Справедливости ради надо заметить, что так описывали в принципе всех, от колдунов до демонов, но все же. Такой образ возник из-за вампиров, часто молодых, что в погоне за силой изменяли свое тело. В принципе, каждый вампир с «рождения» умеет изменять себя — на уровне выдвижения и скрытия клыков, но может. Далее идёт изменение мышц, костей и связок, сухожилий и суставов. И, наконец, органы. Да, вампир изначально машина смерти, но изменив себя, он становится ещё опаснее. Правда, только в физическом плане, поэтому-то дети ночи и не ходят постоянно жуткими страхолюдинами. Свою боевую форму Дракула любил. Именно с её помощью он одолел своего первого древнего четыреста лет назад. Да, тот был ослаблен, ранен и практически сам ушел из жизни, но всё-таки его кровь досталась трехсотлетнему будущему Королю. Убрать глаза, нарастить вместо них сплошную кость и прослойку из мышц для амортизации ударов. В кости провести тонкие каналы для эхолокации, вместо хрупких пальцев нарастить костяные клинки-стилеты, на запястьях сконцентрировать потные железы, изменив их состав на что-то кислотно-ядовитое и дать веществу протечь через канальцы на клинках. Изменить суставы, заменив их шарнирными, мышцы сделать меньше и плотнее, чтобы заковать их в костяной панцирь. Кровеносные сосуды скрыть глубоко в теле, нервы убрать, оставив только те, что непосредственно управляют мышцами. Надо ли говорить, что организм этот совершенно не приспособлен к существованию? Полчаса максимум, зато и совершить насильственное уничтожения невозможно — оно не дышит, не ест, вся энергия берется из расщепления собственного тела.

***

— Ух ты, какая бронированная хрень! — восхитился бы Айма, если эта хрень не пыталась его убить. В изменении тела Дракула однозначно превзошел все ожидания древнего, а красота и скорость изменения вызвали искренний восторг. Сам древний так быстро измениться не мог, поэтому прыгнул в сферу, оставшуюся невредимой после взрыва. Стены беспрепятственно его пропустили, все же не зря он её переподчинял почти все время нахождения в гостях у Короля. Кровавые ошмётки Кевина пошли на дело — ими Айма ещё раз подкрепился. Увы, практически все системы трона Дракулы были бесполезны. Щиты и так уже стояли, турели в стенах и потолке сломались, как и вся электроника в здании, бомбы взорвались ещё при атомном взрыве… К тому же, по приказу вампира ирландец израсходовал все ресурсы на щиты, поэтому какие-то дополнительные аргументы активировать был невозможно. Если Дракула выбрал скорость, броню и силу, Кровавый пошел путем недосягаемости. Ты быстрый? Я ещё быстрее! Ты бронированный? Я нанесу один всепроникающий удар. У тебя клинки с ядом? Выработаю систему фильтрации от яда и просто не буду подставляться. Каждый сосуд превратить в крошечное сердце. Сделать кости гибкими, мышцы направить только на взрывную мощь, сухожилия скрутить, создать в руках каналы и покрыть их изнутри сталью, повторить увиденное на арене. Как они это назвали? Пушка Гаусса? Вот-вот. Создать там огромное напряжение, но пока не создавать снаряд. Почему не отсидеться в сфере? Все просто: уже не хватит сил. Чувствовал себя Айма медведем, которого разбудили посреди зимы и дополнительно накачали снотворным. Ещё немного — и он просто впадет в спячку, даже не заметив этого. И последнее. Отключить регенерацию, стремящуюся поддерживать в организме гомеостаз, и ударить по надпочечникам, заставляя их выделить огромное количество адреналина. Мозг тут же заработал почти как надо, но долго это не продлиться — измененный организм просто не протянет сколько-нибудь долгое время без регенерации. У него попросту не будет энергии. Желудка нет, лёгких нет — все ради боя. А теперь на выход. После прохождения через стену металла, Айма с трудом успел увернуться от безмолвно скрежетавшего Дракулы и на пробу ударил его молнией, поместив в области различных потенциалов. Никакой реакции. Следующие десять секунд вампиры изучали друг друга. Непрямые воздействия были практически невозможны ввиду отсутствия каких-либо предметов в помещении, поэтому в ход пошли кислоты, огонь и холод, взрывчатые вещества, яды, звук, свет, электричество, сконцентрированная радиация, искажения пространства, гипноз, иллюзии… В итоге выяснилось только равенство сил. Древний скакал по всему помещению, полностью используя потенциал гибких и пружинистых костей с сухожилиями. Он ждал того момента, когда Дракула раскроется для атаки. В него плевались кислотой и пытались достать костяными кинжалами, но тщетно. Наконец, кульминация. Насадившись на кинжалы таким образом, чтобы их заклинили кости и дополнительно сжав вокруг мышцы, Айма создал стальные стрежни в полостях и выстрелил в упор, ломая панцирь на груди. — Вот и всё. — спешно воссоздав голосовые связки, проскрипел древний, засовывая руку по локоть в плоть Дракулы и нащупывая сердце. — Ты погубишь вампиров! Они не смогут противостоять агрессии людей! Сейчас не пятый век, у них совершенно другое оружие. Нас сотрут с лица Земли! — раздалось прямо в голове. Ох, как Айме нравился этот голос и звучавшие в нем эмоции! Несколько месяцев постоянного звучания в этом голосе приказов, превосходства и презрения привили Айма ненависть к нему. И желание отомстить. В принципе, надо было взять Дракулу в рабство и хорошенько поработать, но так тоже ничего. — Не беспокойся за вампиров, братец. Они справятся, я в них верю. — надо было бы сказать, но древнему было лень. Это вообще было уже скучно. Всё это приключение, планы, лёгкое напряжение смогли развлечь его на несколько месяцев. А теперь пора спать. — Изменяя мир, создаю рамки… И тут Дракула вышел через дверь, которую боятся люди, перед этим вякнув что-то про то, что он не даст безумцу погубить его расу, созданную править. Короче говоря, он умер, добровольно превратившись в туман, уничтоженный радиацией. Айма пытался его спасти, оградить от излучения, но Дракула создал новый источник прямо внутри себя.

***

Второй за последние пять минут взрыв сотряс горы в нелюдимой местности. Не было вспышки, но столб пыли ясно показал, что на этот раз огромный замок не выдержал и осел под собственным весом. Затем раздался короткий взрыв и из-под взлетевших камней показался худощавый подросток. Полностью голый, но при этом чистый, словно только что из душа. Красные глаза с ленцой скользили по земле, а сама фигурка шаталась, словно пьяница, пока ноги выбирали дорогу. Взмахнув руками, словно потеряв равновесие, вампир осел на землю, упав на плоский обломок стены. — Ушел непобежденным, тварь такая. — раздался сдавленный шепот, а произнесший зашелся в жутком кашле, сотрясаясь всем телом. — Ну ничего. Нужно всего лишь сердце… И воля… Кожа разошлась, мышцы обнажились, а рёбра раздвинулись. Изящная рука погрузилась в тело и достала окровавленный кусок мяса, по какому-то недоразумению являющемуся сосредоточением сил вампира. — Из… Меняя мир… Создаю… Рамки. — слова давались ему с трудом, но не произнесенные, правила не войдут в ноосферу. — Пункт… Первый… — прикрыв глаза, древний перечислял пункты Кодекса, которые тысячи лет назад высек на каменной плите. За его спиной стояли другие pallidus, как их тогда называли. И все тогда были согласны, все жаждали Кодекса и определенности, четких рамок… — Не потворствуй жажде, ибо она станет помыкать тобой. Пункт второй… — воспоминания придали вампиру силы и речь его выпрямилась, а формулировки слетали с языка просто и быстро. — Не убивай без причины, иначе бессмысленность подчинит тебя. Пункт третий: не раскрывайся людям… — третий и пятый пункт шли без объяснения, так как Айма, как и много лет назад, не мог найти краткую и красивую формулировку куче проблем, что обрушатся на нарушителей. — Пункт четвертый: не сотворяй больше десяти птенцов, иначе уничтожат они друг друга. В оригинале, когда население Земли было «немного» поменьше, речь шла о двух птенцах. Именно об этом и говорил Дракула. — Пункт пятый: не изменяй чужой личности. Сердце рассыпалось, рассылая по всей планете информацию, защищающую людей от вампиров. А вскоре рассыпаться стало и тело с тихим смехом и хрипом: — Повеселился перед сном…

***

Заяц-русак мирно ужинал каким-то молодым кустарником, обходя его по кругу. Что это за растение, его совершенно не волновало — инстинкты говорили, что оно съедобно. Внезапно лапка укололась об какую-то колючку, но боль быстро прошла, поэтому заяц не придал никакого значения. Пока ему не захотелось крови. Он сорвался с места, пробежал метров двадцать и одним укусом убил мышку-полевку. Это придало ему сил и он снова сорвался с места, следуя за новыми истинктами хищника. Заяц-вампир половину ночи пробегал таким образом, пока не наткнулся на косулю. Вместо того, чтобы загрызть её нормально, заяц буквально вбурился в тело ещё живой жертвы и затих там. А через час странных шорохов и похрустываний шкура разорвалась, выпуская на волю черноволосого подростка. — Ахах, я нашел способ использовать для Вето самого себя и остаться при этом полноценным! Тепе… Недоговарив, вампир упал, едва успев подставить руки, но земля разошлась и Айма полетел в отверстие, которое тут же замкнулось над его головой, следуя последней воле заснувшего древнего.