Крушение запретов

Ветер приятно касался кожи, унося с собой запах гари и крови. Птицы давно покинули это место, ведомые инстинктом самовыживания, а животные затаились в своих норах. Шикамару сделал затяжной вдох, впуская воздух в забившиеся от недавних взрывов дымом легкие. Задание, наконец, выполнено. — Мы возвращаемся, — обратился он к своей группе из пяти человек, мысленно испытывая облегчение, за то, что никто не пострадал. Неожиданно внутренний голос произнес: "Чихэру", а в груди появилось странное чувство тревоги. Мужчина бросил окурок и выдвинулся в сторону родной деревни. Чувство тревоги становилось все больше.

***

— Темари, все в порядке? — заметив нахмурившееся лицо сестры, Казекаге нахмурился и сам. С того момента, как она прибыла в Суну, прошло почти три недели. И все это время она пыталась как можно быстрее выполнить задание, чтобы поскорее вернуться обратно. Гаару немного тревожила чрезмерная забота Темари к своей племяннице, но в то же время он понимал, что это не беспочвенно. Чихэру с рождения была слабым ребенком, которая к тому же болела лейкемией. Но благодаря Сакуре, наложившей на нее печать сдерживания, девочка жила спокойно. — Темари? Женщина моргнула, услышав свое имя. Она провела рукой по светлым волосам и со вздохом опустилась в кресло. Кабинет каге обволокла предзакатная дымка света. — Да, вроде, — ответила она после недолгого раздумья. Минуту назад ей стало ужасно не по себе, будто случилось что-то плохое. Сердце заколотилось быстрее, а кровь прилила к ушам, перекрывая внешние звуки. Такое с ней было впервые и ничего хорошего за собой не несло. Тем временем красноволосый мужчина скрутил свиток и убрал его в выдвижной ящик. — Думаю, больше помощи от тебя не потребуется, Темари. Возвращайся в Коноху. — А как же подписание... — Сам справлюсь. Я отправлю с тобой сопровождающих, и на рассвете... — Нет! — внезапно перебила его старшая Сабаку но. Ее руки сжались до белых костяшек, а дыхание участилось. В расширенных глазах читался ужас. Приступ тревоги повторился снова. — Гаара! Что-то произошло с Чихэру! — она не плакала, но из ее глаз потекли слезы, сливаясь на подбородке в единую струйку. Гаара встал и подошел к ней, несильно опуская ладонь на плечо. — Не накручивай себя раньше времени. Ты... —… выдвигаюсь сейчас же, — закончила за него куноичи. — Я должна убедиться, что она в порядке. — Быстро смахнув не прошеные слезы, Темари слегка поклонилась и выбежала из кабинета. "Чихэру", — между тем, продолжало не умолкать материнское сердце.

***

Темари, как и Шикамару, потребовалось целых три дня для возвращения в Коноху. И когда она оказалась у ворот деревни, то издали увидела своего мужа. Солнце жутко слепило глаза, хотя и было всего семь часов утра. — Темари? — глава клана весьма удивился такому скорому приезду своей жены. Ведь по идеи она должна была прибыть только через десять дней. — Ты уже выполнила миссию? — Да, — ответил женский голос. — Шикамару, я хочу увидеть Чихэру. Оба родителя отметились у cмотрящих и прямиком направились в свой дом. Первым делом Темари побежала в комнату своей дочери, но не застав ее там, бросилась искать по всем остальным помещениям. — Чихэру! Чихэру, где ты? — напряженный голос сорвался на крик, а потом и вовсе стих. Тем временем Шикамару тоже обходил все ведомые ему места, но так же никого не обнаружил. — Где она, Шикамару? Где наша дочь? Шикамару никогда не позволял себе курить в стенах здания, но только не сегодня. Он достал одну сигарету и поджег ее, вгоняя никотин в свое тело. Только он сейчас и мог хоть немного успокоить взыгравшиеся нервы и подступающую панику. — Пойдем к Наруто. Возможно, Чихэру просто отправили на задание. — Ее походная сумка в комнате, Шикамару! — Темари! — Сигарета, дымящаяся во рту, упала на пол. — Успокойся, прошу тебя, — сжимая ее плечи, прошептал и без того взволнованный отец. — Поспешим к хокаге.

***

— ... до сих пор не нашли? — донеслась обрывочная фраза до четы Нара. Темари резко открыла дверь и вошла в кабине Узумаки. За ней следом вошел и Шикамару. Разговарившие друг с другом хокаге и анбу синхронно посмотрели на них. Мелькнувшее на долю секунды удивление на лице Наруто мгновенно сменилось хмурым видом. Он встал из-за стола и подошел к пришедшим родителям. Он явно знал причину их прихода. — Шикамару, Темари, вы уже в курсе, да? — Чего именно? — Темари сжала вспотевшие руки, в то время как сердце было готово выпрыгнуть из груди. Наруто набрал побольше воздуха, готовясь донести ужасные новости. В комнате нарастало напряжение. — Ровно семь дней назад Нара Чихэру завершила свою миссию и вернулась обратно. В тот же день она снова покинула деревню, судя по выходным записям, но до сих пор так и не вернулась, — закончил хокаге, смотря прямо в глаза шокированным родителям. — Мы обнаружили это только пять дней спустя... Шикамару, я... — Ты не виноват, — отозвался Нара. Он подошел к своей остолбеневшей жене и нежно взял ее за руку. — Наруто, мы присоединяемся к поиску. — После невесомого кивка, кабинет опустел ровно на двоих шиноби. Уже на улице Шикамару догадался, где могла быть их девочка, но Темари предпочел не говорить. Он отвел ее к Сакуре, попросив дать ей снотворного. Проблем с такой просьбой не возникло, потому что Темари перестала реагировать на что-либо. Склонившись в поклоне в знак благодарности, глава клана поспешил к предполагаемому месту.

***

Желудок скрутило так, будто в него залили качественный супер-клей. В голове все еще было пусто, а тело не желало исполнять даже такие элементарные команды, как открыть глаза. Но то, что легкие наполнялись живительным воздухом, уже радовало. — ...д...ла... ...ы... и... ..к... ? Постепенно мышцы начали отвечать на импульсы мозга, и, повинуясь, стянули сухожилия пальцев. Руки медленно сжались, загребая под себя сырую землю с примесью острой травы. — Я... ш.. п... на... Кто-то что-то говорил, но слух улавливал только ничтожные обрывки от слов, не позволяя полностью осознать сказанного. Во рту было сухо, а горло чесалось так, что хотелось раскарябать его, срывая кожу до кости. Зато нос улавливал лесную сырость, в связи с чем немного оклемавшийся мозг сделал вывод о недавно прошедшем дожде. Чем больше проходило времени с момента пробуждения, тем быстрее возвращался контроль над телом. — Так ты не сдохла, — донеслось до ушей разочарованным мужским голосом. Слух восстановился полностью. — Жаль. Картина стала проясняться, и глаза разглядели склонившегося мужчину и ясное небо над ним. Все механизмы пришли в норму. POV Чихэру В какой-то момент я решила, что для меня все закончено. В какой-то момент я испугалась этого, но потом перестала что-либо ощущать. Любовь, ненависть, дружба, забота, страх, испуг — все это в какой-то момент стало настолько незначительным, что не хотелось ничего, кроме смерти. Сейчас же я не ощущаю ничего, кроме разъедающей каждую клеточку моего тела боли. Она будто взяла под контроль все нервные связки, дергая их в самые неожиданные секунды. Я жива... — Жаль, — услышала я, когда попыталась приподнять голову. Но как бы я ни старалась, голова продолжала неподвижно лежать на холодном грунте. — В-воды-ы, — с неимоверным усилием мне удалось произнести главную мысль, мучившую меня. Но вместо этого я была с силой поднята и оттолкнута в сторону. Изо рта хлынул сгусток крови. Тяжело дыша, я подняла глаза и увидела усмехающуюся рожу отступника, того, кто чуть не отправил меня к праотцам. — Охренеть, я, блять, был уверен, что ты отдашь концы! — с восторгом в ядовито красных глазах с примесью розового засмеялся он, раскинув руки в стороны. — А ты везучая, сучка! — все так же продолжал он, игнорируя мои просьбы о хотя бы капле воды. В ушах гулом отдавалось биение собственного сердца. Но голос я все же слышала. — Поздравляю, девка, теперь ты стала на шаг ближе к желаемой силе! Встань! "Он издевается?" — пронеслось у меня в мыслях. Но после повторного приказа, мне пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не закричать от острой боли во всем теле, когда я поднималась на локтях. Хидан же сгреб мою одежду и бросил мне под нос. — Одевайся. — Н-не м-мо... гу. — Я снова упала на землю, расцарапав кожу на лице. — Слушай сюда, девка, если я что-то говорю, ты должна это сразу выполнять. Уяснила? — с жёсткостью в голосе крикнул он мне. Его тело было испачкано в грязи, а на обеих руках виднелись кровоподтёки. Он снова указал пальцем на одежду. Краем сознания я понимала, что нахожусь перед ним совершенно нагой, но чувство усталости перекрывало любую мысль о стеснении. Потому я не торопилась облачиться в мокрую, грязную ткань, но когда всё же сделал это, то поняла, лучше бы я оставалась в прежне состоянии. Одежда липла к коже, неприятно хлюпая в районе живота и груди, а сырость, исходившая от неё, мгновенно врезалась в обоняние, перекрывая свежий воздух. Ведь помимо сырости от меня самой несло запахом спекшейся крови. — Что…ха…что ты сде…ха…лал с-со мной? — вперемешку с болезненной отдышкой, я решила выяснить, что здесь, черт возьми, происходит. И хотя слова давались с огромным усилием, мне важно было знать, на что я «подписалась». Хидан на мои слова только сделал недовольную гримасу и со скучающим видом облокотился о землю. Я же стояла, прислонившись к дереву спиной. — О, да, — начал он странным голосом, — тебе сейчас ужасно больно, и это настолько возбуждает, что мой член уже встал под землёй! — не испытывая ни грамма смущения, он сплюнул изо рта травинку, которую жевал всё это время. — Я провёл обряд, который соединяет твою чакру с природной. Но есть одно но: выживает после такого лишь один из ста, — он ухмыльнулся. — Мне…хаа… п-пове…хаа… зло… — После его слов, мне стало даже легче, решила я, недослушав его до конца. — Заткнись. Девка, — его голос стал грубым, — твоя жизнь под огромным хреновым вопросом. Обряд еще не завершен. Сейчас ты потащись свою задницу обратно в деревню, чтобы тебе оказали медицинскую помощь. Как никак, ты провалялась здесь целую неделю, так что твой организм сейчас полудохлый. Ни еды, ни воды семь дней, — Хидан принял задумчивый вид, — я ставил ставку на твою смерть. Странно, что… «Неделю?!», — услышанное поразило меня. Дальше он рассказывал мне, как он удивлён моему стремлению жить, делился приблизительными планами, куда бы он мог потом сплавить моё мертвое тело, чтобы оно не завоняло, но я пропускала всё мимо ушей. Когда я одевалась, то больше не видела тех странных печатей. По всей видимости, дождь полностью размыл письмена, оставив только засохшие кровяные ручьи. Хидан сказал, что я стала сильнее. Но я не ощущала ни одного изменения внутри себя. И его фраза «обряд еще не закончен» волновала даже больше, чем моё осунувшееся тело. — … Великому Дзясину, — закончил он свою длинную речь. Я хотела сказать ему, как меня зовут, но как только открыла рот, меня вырвало желчью. Хидан посерел. — Блять, только не надо здесь подыхать. Как я тебя достану, когда застрял в двух метрах от тебя, а, сука?! Специально решила там откинуться, чтобы я не смог тебя достать? Более-менее отдышавшись и придя в себя, я сообщила ему, что умирать никто не собирается, на что он только скептично закатил глаза. — Возвращайся в деревню. — М-моё имя.. хаа… Ч-чи… — Не важно, — оборвал он меня на полуслове. — Сейчас не важно, — спустя минуту уточнил нукенин. — Выживешь — скажешь мне своё имя, нет — значит, не судьба. Вали. — Потом он просто перестал обращать на меня внимание, будто бы меня и не было. В глазах всё двоилось, и когда я развернулась, чтобы двинуться в путь, то услышала его тихий голос: — Выживи, девка, и возвращайся обратно. Горько усмехнувшись, я всё же выдавила из себя подобие улыбки и скрылась за деревьями. Всю дорогу до выхода из леса Нара я отплевывалась кровью и желчью, каждый раз спотыкаясь и падая на землю. Ноги путались, в ушах звенело роем пчёл, а глаза вечно слезились, размывая дорогу. И так продолжался целый час, пока в одном из лесов на пути в Коноху, я не запнулась о камень и снова повалилась на твердую поверхность. Но в этот раз я так и не смогла встать. Отсутствие еды и воды целых семь дней изрядно сказались на моём состоянии. Лежа на земле, я смотрела на божью коровку, мирно ползущую по зеленой травке, и думала только об одном: «Это…конец?». Конец POV

***

Солнце нещадно палило, создавая неудобства на пути. Шикамару выругнулся про себя, но привал делать не стал. Вот уже как два с половиной часа он находится на пути к клановому лесу, в котором предположительно мог быть его ребёнок. Преодолев холм, он вошёл в чащу леса. Ветки деревьев были удобно распложены, что позволяло передвигаться по ним без особых усилий. И когда мужчина, перепрыгивая с одного ствола на другой, чуть было не сорвался вниз из-за скользкой поверхности, внезапно остановился. На какой-то миг его нос уловил терпкий запах железа. Пятнадцать минут ушло на обследование места. Завернув за очередное огромное дерево, Шикамару наткнулся на источник запаха и окоченел. Перед ним лежало измазанное в крови и грязи тело Чихэру. В руках появилась дрожь, а в черных глазах застыл немой шок. Впрочем, шок отступил сразу же, когда испуганный отец нащупал женский пульс. «Слава богу, жива», — мысленно помолился он. Аккуратно подняв тело дочери, Шикамару незамедлительно выдвинулся в сторону деревни. Чем ближе они подходили к Конохе, тем слабее становилось дыхание девушки. Когда Нара забежал в ворота, то закричал во всё горло, требуя немедленного оказания помощи. К счастью, медики подоспели быстро, и во главе с Сакурой забрали Чихэру в больницу. — Шикамару, — задержавшись, обратилась к нему Сакура, — за Темари присматривает Рюу. Ты можешь забрать её, но она всё еще спит. И еще, — женщина опустила глаза, — я думаю, ей пока не стоит знать все подробности возвращения. Обоюдный кивок, и двое взрослых людей разошлись в разные стороны. Одна – отправилась прямиком к раненой, второй – к своей жене. Уже в доме Учиха глава клана Нара смог спокойно перевести дух. — Отец на задании? — поинтересовался Шикамару, отпивая глоток горячего зеленого чая. — Да, — коротко отрапортовал Рюу, почему-то не смотря в глаза. Обычно этот юнец говорил всё прямо, не пряча взгляда, но сегодня он был подозрительно растерян. Он отложил кружку в сторону и неожиданно упал на колени, прислонив голову к рукам. — Шикамару-сан, я должен вам что-то сказать, — возбужденно начал он, не поднимая лица. Нара удивленно вскинул брови, но перебивать не стал. — Ваша дочь убежала из деревни по моей вине. Я сказал ей то, что не должен был говорить. И сейчас отчетливо это понимаю. Мужчина помрачнел: — Что ты сказал ей, Рюу? — Сказал…, сказал, что ей нечего делать в рядах шиноби. Примите мои извинения! — выкрикнул он, не вставая с пола. Шикамару глубоко вздохнул и поднял паренька с колен. — Моя дочь не настолько слаба духом, чтобы пытаться покончить с собой из-за таких слов. Так что её теперешнее состояние — не твоя вина. — Но она же исчезла именно в тот день, когда мы прибыли обратно, — нахмурился младший Учиха, встряхивая ноги. — Если не я, тогда кто или что сделало с ней это? — Я не знаю, — послышался горький вздох. На минуту воздух заполонила тишина, но её прервал стальной женский голос: — Ты нашёл Чихэру, — скорее утверждение, чем вопрос. Шикамару чуть ли не подавился от неожиданности. — Ты уже проснулась? — Отведи меня к ней, — женщина проигнорировала его вопрос. — С ней что-то случилось, верно? Шикамару, не молчи! Я всё равно узнаю! Мужчина потрепал свои волосы, прежде чем выложить всё как есть. — Темари, присядь. Да, я нашёл Чихэру в лесу, в двадцати километрах от деревни. Она была в ужасном состоянии, но наружных повреждений на ней не было. Она была просто истощена. Сакура сказала, что у нас нет повода волноваться. Шикамару встал с пола и подошел к своей жене, мягко обняв ее за плечи и вдыхая запах ее волос. «Всё уже хорошо, слышишь? Всё в порядке», — шептал он ей на ухо. Темари уткнулась носом в его жилет и облегченно выдохнула. Ей хотелось расплакаться, но сейчас было не до этого — мозг матери уже обдумывал, как бы полностью оградить своего ребенка от подобных происшествий. «Так и поступим», — произнесла про себя женщина, вперив взгляд в деревянные доски. Поблагодарив Рюу, они покинули дом Учиха и отправились в больницу.

***

И снова всё как тогда: светлая комната, пропитанная запахом различных лекарств, белые шторы и слегка жёсткая кровать. В последний раз Чихэру попадала в больницу три года назад. Дверь в палату отворилась, пропуская двух людей в халатах. — Мама… Папа… — прохрипела девушка, сглатывая подступивший комок. Она знала, что родители так просто ей эту выходку с рук не спустят. Впрочем, сейчас она была счастлива, потому что в момент, когда она была готова умереть, её спас любящий отец, за что она будет благодарна ему до конца своих дней. — Не разговаривай, — тихо прошептала Темари, подходя к кровати. Она осторожно, словно тончайший китайский фарфор, обняла своё дитя и только теперь позволила себе тихо заплакать. — Ты напугала нас с отцом, Чихэру. Шикамару, подошедший следом, обнял обоих своих сокровищ: — Вы обе такие проблемные, — без капли сарказма облегченно выдохнул он. Семья в сборе.

***

С того дня прошла неделя. Чихэру выписали из больницы и дали месячных отдых. По настоянию Темари никто не стал расспрашивать девушку о случившемся, хотя сама ночами изводила себя, создавая всё новые и новые версии произошедшего. Тем не менее жизнь снова наладилась и вошла в привычную колею, разве что теперь каждый день к ним наведывался Рюу. Он приходил утром, но никогда не напрашивался в гости. Его просто интересовало состояние здоровья наследницы клана. В один из таких дней, когда шатенка стала уже передвигаться по дому, она услышала разговор в гостиной. Тихо притаившись за дверью, она решила узнать, о чем могли беседовать её родители с семьёй Учиха. Услышанное заставило её замереть в шоке. — Тогда завтра объявим о помолвке, — голос веселой Сакуры звонко отдавался во всем помещении. — Рюу, ты точно согласен? — обратилась она к сыну. Тот молча кивнул, чем снова поверг в шок и без того оторопевшую куноичи. — Темари-сан, согласна ли Чихэру? — обратился он к хозяйке дома. — Да, она согласна, — без доли сомнения ответила она. — Вы должны знать, что после замужества в клане Учиха, женщины перестают ходить на задания, почти теряя статус шиноби. Темари снова кивнула, сжав покрепче руку мужа. Шикамару же считал эту затею несправедливой по отношению к их дочери, но если она будет в безопасности, то он не будет вмешиваться. Главы семьи дружелюбно поклонились друг другу. Договор заключен — после окончания экзамена на джонина их дети поженятся. Чихэру прижала ладонь ко рту, пытаясь прийти в себя. Она не могла поверить, что родители так легко раскалывают её жизнь. Замужество?! Да ещё и за самого ненавистного ей человека?! Это был явный перебор, считала она. И опять к голове прилила кровь, а в ушах заложило. В глазах появились радужные круги, вызывая очередной приступ головной боли. Нара младшая схватилась за волосы и повалилась на деревянный пол. С того дня, как Хидан провел свой странный обряд, с момента её пробуждения её начали мучить ужасные болевые ощущения по всему телу. Осмотр у доктора подтверждал её стопроцентное здоровье, когда как организм каждую ночь корчился он жжения по всей циркуляции чакры. В теле шиноби чакра течет по определенным каналам, которые девушка знала наизусть. И именно они приносили ужасные ощущения, стоило ей только попытаться собрать энергию вместе. Чихэру почти заползла в свою комнату, прислонившись спиной к кровати. Сейчас она должна была обдумать многое. «Я почти в порядке, не считая кратковременных вспышек боли. Я дышу, питаюсь, двигаюсь, думаю… Я смогла выжить, в конце концов. Хидан ждёт меня, но как мне выбраться из дома, когда за мной следят глаз до глаз? Мама решила выдать меня замуж. Что же делать?». Поток мыслей прервал неожиданный стук двери. В комнату вошла Темари. — Ты всё слышала, да? — в лоб спросила она, прислоняясь к стене. — Да. Зачем, мам, я не понимаю? — Для твоей же безопасности. Чихэру, я не стала бы причинять тебе вреда. — Но причиняешь! — девушка зло скрипнула зубами. — Мне всего шестнадцать! Если я выйду замуж, да еще и за этого Учиху, то не смогу больше быть шиноби! — Сможешь, ты… — Мама, ты тоже слышала, что сказал Рюу, — Чихэру спрятала лицо в коленях. — Если ты соглашаешься на помолвку, значит, тоже больше не веришь в мои способности, — прошептала она. Темари на секунду закрыла глаза. — Я делаю всё ради тебя, — закончила она, несильно хлопнув дверью. «Тогда и я сделаю всё, ради себя, — шепнул внутренний голос наследницы клана. — Я сделаю это сегодня ночью».

***

Незаметно прокрасться мимо охраны Чихэру не составило труда. Когда она вышла за территорию Конохи, её остановил мужской голос. — Решила сбежать от меня? — облокотившись о дерево, поинтересовался Учиха. — Таким поступком ты только очернишь имя своего клана, Нара Чихэру. Девушка не стала оборачиваться, зная, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Я не убегаю. Мне просто нужно побыть одной, — шатенка врала на ходу, пытаясь придать своему голосу больше убедительности. — И вообще, ты следишь за мной? Парень усмехнулся, спрыгивая с ветки: — Когда мы поженимся, ты навсегда станешь обычной девчонкой. Но я видел твоё имя в списке на экзамен джонина. Ты серьезно рассчитываешь пройти? — Рассчитываю. — Глупо. — Считай, как хочешь, — честно ответила Нара. — Я стану джонином, вот увидишь. Рюу подошёл к девушке, обогнув её с правой стороны, и, когда их глаза встретились, мягко поднял её подбородок. — Давай заключим пари: если ты сдашь экзамен, я разорву помолвку. Чихэру нахмурилась, убрав его руку. — Обещаешь? — Даю слово Учиха, — бросил парень, исчезая в воздухе. Нара же поспешила в клановый лес.

***

Хидан с выражением вселенской скуки вырисовывал на земле какие-то пиктограммы. И когда за его спиной послышался тихий шум листьев, его лицо приобрело маниакальный оскал, а глаза недобро заблестели. — Я говорил уже, что не люблю, когда какая-нибудь тварь подкрадывается из-за спины, — заметил он, смотря на свои рисунки. — Знаю. — Ну так что? — Ты сказал, что тебе не важно моё имя. Не важно, пока обряд не будет закончен. — Ветки деревьев сломались, пропуская фигуру человека. — Моё имя — Чихэру. Думаю, теперь это важно знать. Хидан усмехнулся, поворачиваясь на голос: — Хреновое у тебя имя, девка. Будешь Чоко, — самодовольно произнес он. — Ну, Чо-ко, начнём настоящие тренировки? — Да. Но перед этим: до экзамена осталось меньше трех недель. И еще… если я не сдам его, меня выдадут замуж, — садясь на привычный пенёк выдохнула куноичи. — Не хочешь? — Не очень. — Тогда последним нашим уроком я преподам тебе сюрприз, — оскалился Хидан, делая надрез на своей руке и слизывая проступившую кровь. Чихэру заметно напряглась. — Какой? — Блять! Ты затрахала меня уже своими вопросами! Давай, поднимай свою задницу и показывай, на что ты способна. Живее! Меня задрало ничего не делать! Нара вскочила с пенька, слегка пошатнувшись, и сложила руки в печати, собираясь продемонстрировать свои умения. Если она не станет сильнее до конца этого месяца, всё будет кончено.