Брачные игрища. Часть третья

      Со времени съёмок прошло уже около месяца. Ребята собрались в репетиционной и сидели уставившись в экран ноутбука, а Йохан беспокойно ходил сзади, потирая руки. Он уже скинул видео Йоханнесу, тот остался доволен и полностью удовлетворён проделанной работой. Но Карлен всё равно переживал за то, как остальные отреагируют на конечный вариант. Джон смотрел внимательно, почти вплотную придвинувшись к ноутбуку, Юнас развалился на стуле, закинув ладони за голову, Тим раздувал ноздри и хмурил лоб, а Хенрик под конец вообще закрыл лицо руками.       — Не вставляйте моё имя в титры, потому что это — не я! — запротестовал он, когда экран потемнел, а музыка стихла.       — Вот только не надо начинать, это лишь значит, что тебе приходится прикладывать колоссальные усилия, чтоб сдерживать себя, — Юнас похлопал его по спине. — А так вон, чистый рок-н-ролл, это ж круто!       — Это какое-то блядство, а не рок-н-ролл. А вы все — говнюки, раз заставили меня в этом участвовать.       — Да не сильно-то и уговаривать пришлось, сам из штанов выпрыгнул, — буркнул Тим. Он тоже был в шоке от увиденного, но, в отличие от басиста, всё помнил.       — А у меня идея. Давайте устроим фотосессию в этих костюмах, напечатаем плакаты, а потом посмотрим, чьи будут лучше всего продаваться, — Юнас призывно посмотрел на режиссера, и тот с жаром поддержал его.       — Ну ещё чего! Джон, ты уже скажи им, — Хенрика передернуло от одних воспоминаний об увиденном.       — Такая новинка отлично простимулирует продажи, — задумчиво произнёс барабанщик, прикидывая в уме, что к чему. — Тогда надо будет их в одно время с клипом заливать на сайт, по горячим следам, так сказать.       — Ты серьёзно? Ну вас, пойду воздухом подышу, — басист насупился и скрылся за дверью.       — Он просто боится, что у его плакатов будет самое низкое число заказов, — хмыкнул Тим, пожимая плечами.       — Что-то мне подсказывает, что всё будет как раз-таки наоборот, — Йохан облегченно вздохнул, премьера прошла гораздо лучше, чем он ожидал. — Ну что, звоним Йоханнесу и просим снова приехать?       — Ага, и заодно ещё закажи смирительную рубашку для бешеной лисы, — хохотнул Юнас. — Боюсь, что мой план во второй раз не сработает.

***

      — Хенрик, выходи, я знаю, что ты дома! — Юнас колотил в дверь уже несколько минут, но ответа не было. — Я звонил твоей жене, и она сказала, что сейчас у своих родителей, а ты с ней не поехал!       — Отойди, я сейчас вынесу эту дверь, всё равно выглядит ненадежно, — специально громко произнёс Джон. Эта уловка сработала. Недовольно ворча, басист приоткрыл и выглянул в щёлочку:       — Я же сказал, никуда не поеду.       — А что, Йоханнес зря сюда летел за почти тысячу километров? — Тим решил надавить на его совесть.       — Ну и что, надо было сразу думать, прежде чем на такое соглашаться! — Хенрик снова захлопнул дверь.       — Может, напомнить ему о тех съемках в Германии? Всё же нормально было! — предложил Юнас, в голове его крутилось несколько альтернативных вариантов, но пока он не хотел их озвучивать.       — Ага, он и тогда даже в сауне в трусах сидел, что уж там говорить, — сокрушаясь, Джон предался воспоминаниям. — Вот тогда весело было, да? Никто ни о чём не парился…       В дверном проёме снова возникла кудрявая голова:       — Мне лет-то тогда сколько было? Двадцать? А сейчас уже не по возрасту голым задом светить!       — Твоим задом грех не посветить, — усмехнулся Юнас, думая, что Тим сейчас его как минимум пнёт. Но тому, по-видимому, уже надоело стоять здесь на потеху всем соседям и он промолчал.       — А я говорил, что Йохан добыл тебе новый костюм? — Йоханнес решил зайти с козырей. — Точнее — новые трусы с хвостом. Прошлый-то мы испортили. Потом в редакторе подмажут что нужно, а тебе не придется краснеть.       — Правда? — недоверчиво спросил Хенрик, уже наполовину высунувшись на лестничную клетку.       — Я тебе врал когда-нибудь? — оскорбился вокалист. — Ну давай собирайся, поедем. Ради меня.       — Ну ладно, только если вы меня опять обманули — пеняйте на себя, — по звукам, доносившимся из прихожей было понятно, что басист одевается.       Тим дал пять протянутой ладони Юнаса, и все ребята радостно переглянулись.       — Почему я не могу выглядывать из-за барной стойки? Я же хищник, как-никак, — Хенрик покрутил новеньким пышным хвостом, крепившемся к телесного цвета мелким трусишкам. — Давайте, я буду сидеть в засаде, типа охочусь?       — Тогда никто не купит твой плакат! — подзадорил его Тим, хрустя чипсами, которые они с Юнасом отыскали в гримёрке.       — Тем более, все уже всё увидят в клипе к тому времени, так что нечего стесняться, — поддакнул Кунген.       В итоге Хенрика всё же уговорили усесться на барную стойку. Он завёл руки назад, оперся на её край, оглядывая себя и проверяя, не торчит ли где чего лишнего.       Следующим был черёд Йоханнеса. Он разлёгся на той самой кровати, по которой были разбросаны разнокалиберные морковки. Вокалист так вошёл во вкус, что даже попытался засунуть один из овощей себе целиком в рот. Тим, естественно, успел заснять это на свой телефон, глядя, как по лицу Эккерстрёма катятся огромные слёзы, а Юнас не может унять дикий приступ хохота.       Джону пришлось снять свой медицинский халат и предстать перед камерой в одних трусах и гольфах. На плечо ему повязали белую ленту с красным крестом, а на шею повесили стетоскоп. Барабанщик старался вести себя непринужденно и не смотреть на горящие глаза друзей, потому что его сразу разбирал безудержный смех. Он представлял, как это всё выглядит со стороны и удивлялся, как только они все на такое согласились.       Когда настала очередь Тима, он нехотя стянул толстовку и взобрался на кровать. За несколько секунд до этого Юнас шепнул ему на самое ухо: «Покажи всем какой ты на самом деле котик, а не бревно». Гитарист решил выложиться на полную, выдохнул и стал принимать самые сексуальные, по его мнению, позы. Судя по тому, что Йохан молчал, делая фотографии, всё шло как нельзя хорошо. Юнас не заставил себя долго ждать, сразу попросив режиссера сделать несколько совместных снимков с Тимом для, так сказать, личного пользования. А потом он решил показать всем мастер класс эротических съёмок, поворачиваясь так и эдак, напрягая мышцы, придерживая руками причинные места. Под конец Кунген даже немного приспустил свои кожаные трусы, вызвав бурные овации наблюдателей.       — Ну что, будем спорить, чьи фотки победят? — спросил он, когда Йохан дал команду об окончании работы.       — Да что-то даже как-то не знаю. После того, что мы сейчас увидели — у нас нет шансов, — рассудительно отметил Йоханнес.       — Кто победит — выступает на ближайшем концерте в своём новом костюме, — прыснул Джон, размышляя, выпустят ли их в таком виде на сцену.       — Очень смешно, — пробурчал Хенрик. — Пусть лучше победитель ведёт нас в бар за свой счёт.       — Справедливо, — согласился Тим. — Ему — любовь фанатов, нам — халявное пиво.       Парни сложили свои ладони на ладони друг на друга, немного раскачали их, так как обычно делали перед концертами. Пари было заключено. Теперь можно было идти переодеваться и с замиранием сердца ждать назначенный день.