Три месяца весны

Йосано сегодня должна была была приехать в больницу позже, чем обычно, так что женщина успела отвести сына в школу, чего не делала уже очень давно, и только после этого отправиться на работу. Акико была не только хирургом, что в принципе является очень сложной и выматывающей профессией, но и главврачом. Несмотря на постоянную усталость, женщина выглядела просто великолепно. Строгий стиль одежды в сочетании с медицинским халатом, удобными туфлями на небольшом каблуке, делали её ещё более статной. Раньше Йосано носила ещё заколку в виде золотой бабочки, что подарил ей муж, но женщина перестала носить её около месяца назад. Она не знает почему именно тогда, пожалуй, ей понадобилось слишком много времени, чтобы окончательно отпустить мужа, но она справилась. — А ты сильная. — Вырвал её из размышлений, асестирующий врач, после удачной апперации. — О чём ты, Ранпо. — Йосано уже давно работала с ним и успела заметить что всё что говорит Ранпо — он говорит не просто так. — Заколку больше не носишь. — Объяснил мужчина, прищуривая глаза, как он любил делать. Многие в коллективе из-за этого думали, что у него плохое зрение, он ещё и очки носит, все так удивлялись, что он главный хирург. Но Акико знала о том, что в очках вместо линз, обычные стёкла, а привычка взялась неизвестно откуда, но никак не связана со зрением. — Давно надо было, --задумалась главврач. — Наконец решилась. Ближе к обеду, Йосано встретила медсестру, с которой раньше заигрывал Дазай, но с появлением в его жизни рыжего, совсем позабыл о ней, и Акико знала причину. — Здравствуете, — мило улыбнулась девушка. Женщине даже стало жаль её, она наверняка не знала о возрасте её сына, вот и повелась. — Извините ещё раз, что с Дазаем так вышло. — Повторила в который раз она. Девушка уже извинялась за тот случай. — Ничего страшного, он сам виноват. — Понимающе улыбнулась Йосано. — Но впредь, будьте осторожней. — Да, обязательно. — Вытянулась, словно струна, девушка. — Он кстати сильно изменился, стал жизнерадоснее. — Медсетра искренне радовалась за подростка, возможно потому что была не в курсе причины, таких изменений в Осаму, а возможно она и впрямь была такой добродушной. Акико лишь подумала, что тяжело ей придётся в медицинской сфере, если второй вариант правдив.

***

— Дазай, проснись и пой. — Стучал по парте, указкой математик, когда подросток уснул на его уроке. — Урок идёт 20 минут, а ты ничего не написал. У нас новая тема вообще-то, или ты сам всё знаешь? — Мужчина был раздражён такому наплевательскому отношению, к его уроку. — Извините, извините, — тёр глаза тыльной стороной ладони Осаму, пытаясь прийти в себя, после резкого пробуждения. — Просто не выспался. Телефон в кармане завибрировал, когда математик отвлёкся от парня, сообщение было от Накаджимы, сидящего на последней парте вместе с Акутагавой, сочувствующе смотрящего на сонного Осаму. Ацуши: Дазай, ты как?

Всё в порядке, не переживай)

Просто уснуть не смог

Ацуши: Что-то случилось? Ты точно в порядке?

Да да, всё в норме

Могу сказать только то, что вчерашнее свидание удалось)

Ацуши: Понимаю Из-за сонливости Осаму не заметил изменений в его одноклассниках, к нему только сейчас пришло осознание, того что они начали встречаться. Дазай, которому обычно было всё равно на чувства и жизнь других, был рад за ребят. Как же сильно он изменился за последнее время.

***

Сегодня Акико предупредила, что будет работать допоздна, так что Дазай не сильно торопился в больницу. Вместо этого, он решил прогуляться с Ацуши и Рюноске. Парни жили по соседству, так что часто ходили домой вместе, но тут от нечего делать, к ним присоединился ещё и Дазай. — Может за мороженным? — Предложил Осаму, убирая руки в карманы. — Хорошая идея. — Улыбнулся Ацуши. Он всегда, сколько Дазай его помнит, был лёгок на подъём, при том что они особо не общались до этой весны. — Я не против. — Менее холодно, чем обычно отозвался Рюноске. Подростки завернули в супермаркет, который был по пути, им конечно придётся сделать небольшой круг, после этого, но сейчас важнее было поесть мороженного. На кассе, чёрная лента которой двигалась вперёд, приближая покупки к кассиру, лежало клубничное мороженное — для Ацуши, шоколадное — для Осаму и пломбир с шоколадной крошкой — для Акутагавы. — Дазай, — позвал того Накаджима, когда они шли, медленно поедая мороженное. — А ты сейчас домой пойдёшь, или ещё куда-то? — Не-а, я в больницу. — Шагая в развалочку отвечал Осаму. — К маме? — Уточнил Акутагава. — И к ней, и к Чуе. — Объяснял Дазай. — Он же вроде выздоровел? — Не понимал друга Ацуши. — Я тебе потом расскажу. — Чуть холоднее, сказал Рюноске, осаждая парня. — Чуя мне рассказывал. — Произнёс он, обращаясь уже к Дазаю. — Тогда приходи его навещать иногда. — Улыбался Осаму, радуясь что рыжий стал более открытым. — Втроём сходим. — Сказал Рюноске, подходя к дому Ацуши, который жил чуть ближе его самого. Дазай был весьма удивлён этими словами от Акутагавы. Он «вдвоём» то мог сказать крайне редко, а тут «втроём». Похоже отношения и впрямь могут хорошо повлиять на человека. Ацуши уже ушёл домой, когда Акутагава попрощался с Осаму и бросил напоследок: «Береги его.» скрываясь за дверью уже своего дома. Дазай, лишь расплылся в улыбке, понимая, что Рюноске стал теплее, чем был раньше.

***

Дазай пришёл в больницу, ближе к вечеру, поев в «эксперементальной лаборатории» парень, напрочь забыв об уроках, уснул прямо в кресле матери, в её кабинете. У него часто были проблемы со сном, но за время общения с Чуей, он привык спать ночью, как убитый. Сегодня, не спавший всю ночь подросток, не выдержал и отключился. Когда же парень проснулся, он заметил на телефоне сообщения от Чуи и проверив время, обнаружил, что опоздал на час. — Прости, я проспал. — Крикнул Осаму, забегая в «номер отеля» рыжего. — Как ты умудрился проспать, вечером? — Скорее не раздражённо, а удивлённо сказал Чуя. Он боялся что Дазай оставит его одного, как и его предыдущие друзья. Пациент сильно переживал из-за этого. — Я не спал ночью. Но зато, — Дазай посмотрел в сторону окна в палате, поняв что сейчас ночь, и небо достаточно ясное для его задумки, он вернул на лицо привычную улыбку и продолжил. — Я знаю чем мы можем заняться. — Придурок. — Потёр, большим и указательным пальцем переносицу рыжий. — Что ты там опять задумал? — Стараясь скрыть любопытство и выглядеть максимально непринуждённо, спросил он. — Пойдём со мной, покажу. — Осаму вышел из палаты рыжего, дождавшись когда тот выйдет вслед за ним, подросток взял его за руку и сорвался с места. Он бежал сломя голову, сначала к пожарной лестнице, потом вверх по ней, таща за собой запыхавшегося Чую. Затем, добежав до самого верха, Дазай распахнул дверь, ведущую на крышу. — Какого чёрта, Осаму? — Рычал, запыхавшийся, не ожидавший подобного забега, пациент, упирая руки в колени. Отдышавшись, Чуя поднял голову и его взгляду предстал прекрасный пейзаж звёздного неба. Он не разбирался в созвездиях, и никогда не увлекался астрономией, но сейчас пожалел об этом, поняв что он упускал, всё это время. Россыпь звёзд была такой яркой, выглядя словно нарисованной искусным художником, брызнувшим белой краской, но предварительно закрашенный чёрным холст. Месяц, казалось, светил так, что этим светом можно было бы затмить Солнце, хотя Чуя и знал, что Луна лишь отражает солнечный свет, но от этого картина неба, не становилась менее прекрасной, не теряла свою красоту. Дазай же сейчас видел голубые глаза, в которых отражалось всё это. Эти глаза напомнили ему их первую встречу, но сейчас Осаму знал, что если заглянет в голубые глаза, они уже не будут опухшими и заплакаными, он знал что от его взгляда, обладатель прекрасных глаз не превратиться в пыль. — Эта дверь всегда открыта. — Прошептал Дазай, объясняя как они попали на крышу. В ответ рыжий, лишь заворожённо кивнул. Дазай уселся на пол, ожидая пока пациент сядет рядом с ним, и Чуя сел, соприкасаясь плечами. Они около часа сидели в столь приятной, завораживающей и в какой-то степени магической тишине. Осаму готов был остаться здесь на всю жизнь, так и сидеть, облокачиваясь на Накахару, смотря на звёзды, но он чувствовал что рыжий из-за чего-то напряжён, обеспокоин. — Я ничего не знаю про звёзды. — Начал Чуя, будто прочитал мысли Дазая. — Они такие далёкие, они то рождаются, то умирают. Но большинство людей даже не догадываются об этом. Не помнят, про звёзды. — Накахаре было сложно сказать открыто, но Осаму дагадывался о чём он. — Звёзды всё равно живут дольше людей. — Тихо сказал Дазай. — Мне плевать на космос, но я буду смотреть за одной звездой, даже телескоп куплю. — За какой? — Не совсем понимал его рыжий. — Когда придёт время, — Осаму как не старался, так и не смог произнести слова, что так пугали его. — Я куплю звезду и назову её Чуей. — Звёзды называют женскими именами, дурак. — Усмехнулся Чуя, который кажется смог прийти в себя. — Да и как ты её купишь? — Плевать я хотел на то, как их называют. — Наигранно надулся Дазай. — В интернете купить можно, даже сертификат пришлют потом. — Ладно, романтик, пойдём в палату, а то холодно. — Встал Чуя, направляясь в сторону двери, ведущей на пожарную лестницу. Дазай, которого переполняли всевозможные эмоции и чувства, в непонятном для себя порыве, вскочил на ноги и догнав пациента, обнял того со спины. — Что ты делаешь? — Не понимая, что только что произошло, спросил рыжий. — Я люблю тебя. — Прошептал тому в макушку Дазай. Он нашёл единственное объяснение своим действиям, Осаму не хотел больше тянуть, мало ли, что может случиться с ними завтра. Нужно брать от жизни всё — решил сам для себя Дазай, обнимая Чую, пока его сердце бешено колотилось в груди. — И я тебя люблю. — Так же тихо отозвался Чуя, которого мгновенно развернули, и притянули для поцелуя. Он был намного увереннее чем первый, Дазай провёл языком по нижней губе рыжего, как бы прося того открыть рот, Накахара скорее от удивления, открыл его, а Осаму тут же протолкнулся внутрь. Нельзя сказать, что языки сплелись в бешенном танце, нет, это был мягкий комфортный и приятный для обоих вальс, длившийся до того момента, пока воздух в лёгких не начал заканчиваться. Чуя отстранился от Дазая, смущённо буркнув: «Пошли уже.» Сегодняшняя встреча закончилась не обычным прощанием, а предложением начать встречаться, со стороны Дазая и согласием со стороны Накахары. — До завтра, Чуя. — Уже после этого выходя из палаты рыжего, улыбаясь как умамлишённый, бросил подросток. — До завтра, Осаму. — Так же глупо улыбаясь, но стараясь скрыть это выражение лица, ответил рыжий.