Личная коллекция мадам Пинс. "Глинтвейн пьют горячим."

Вы никогда не задумывались, какое воспоминание придёт вам на ум, когда вас попросят вспомнить о маме? Наверное, перед глазами встанет её лицо, озаряемое тёплой улыбкой, которой она улыбается только вам. Или вы вспомните, как она сидела рядом с вами на кровати, когда вы болели. Или как в её глазах стояли слёзы, когда вы впервые шли в школу и когда шли туда в последний раз.  Я очень часто ругалась со своей мамой. Нет, не так. Я постоянно это делала. Из-за таких глупых вещей, как, к примеру, уборка в комнате или мытьё посуды. И ни единожды я уезжала в Хогвартс, даже не попрощавшись с ней, потому что накануне мы опять повздорили из-за того, что мне взять с собой.  Я никогда не задумывалась, какое воспоминание придёт мне на ум, когда меня попросят вспомнить о маме. А сейчас... Сейчас я вспоминаю, как она прощала мне все мои выкрутасы, с обидой в глазах, но не обижая в ответ. Я вспоминаю, как мы готовили с ней булочки с корицей. Моя мама ненавидела корицу, но мы с папой её просто обожали. И она готовила.  Простите, что наши очередные уютные посиделки перед камином я начинаю с совершенно отвлечённой темы. Моя мама умерла неделю назад. И я просто хотела бы попросить вас не повторять моих ошибок.  Но вернёмся же к моему рассказу. Закройте по обыкновению глаза. Сегодня я хочу, чтобы вы перенеслись из этой гостиной в ваши детские спальни, те, которые с такой заботой и любовью обустраивали ваши родители. Перенеситесь в своё детство. Каждый из вас.  Вы сидите на своих таких родных кроватках, в пушистых тапочках или босиком, укутавшись в то детское одеялко, которое осталось живо лишь где-то глубоко в вашей памяти. У вас под боком уютно устроилась ваша кошка или собака, которые были рядом с вами всё ваше детство, а затем, когда вы выросли, ушли, оставив навсегда след в вашем сердце. Сегодня они снова будут с вами. * * * Дверь с громким стуком захлопнулась, а в замке безжалостно повернулся ключ, обрекая двух блондинок на нелёгкие часы совместного времяпрепровождения.  Марлин оскалилась, резко обернувшись к ненавистной Мэри Уильямс. Виновница торжества с мерзкой улыбочкой уселась верхом на стул, ни сколько не заботясь о том, что вовсю светит своим нижнем бельём. Марлин презрительно посмотрела на неё, судорожно придумывая, как бы врезать хорошенько этой потаскушке и не вылететь из школы. - МакКиннон, сделай лицо попроще, - поморщилась Уильямс, выуживая из гольф маггловские сигареты и зажигалку. - Ты же не собираешься... - прошипела Марлин, угрожающе приближаясь к Уильямс, но та уже успела сделать первую затяжку. Марлин скрипнула зубами, сжимая кулаки. Как же её бесила эта идиотка. Мерлин. - Смотри не пукни, - хохотнула Уильямс, поднимаясь со своего места. МакКиннон побелела от злости, сдерживая себя из последних сил. Мэри почти вплотную подошла к ней. Малявка Уильямс была почти на голову ниже Марлин, но сейчас, хорошенько задрав голову, она всё равно умудрялась смотреть на МакКиннон сверху вниз. Марлин не собиралась отстраняться, задав себе установку прицелиться и выбить Уильямс передние зубы. Мэри сделала ещё одну затяжку и смачно выдохнула весь дым в лицо МакКиннон. Это было последней каплей. Марлин в долю секунды размахнулась и, зарычав, врезала кулаком по лицу Мэри Уильямс. Видимо наглая блондинка не рассчитывала на это. Марлин удалось нанести ещё пару ударов. МакКиннон предприняла попытку запрыгнуть на противницу и повалить на пол, но Уильямс наконец пришла в себя. Она увернулась, схватив МакКиннон за волосы, и резко дёрнула на себя. Марлин зашипела от боли, рухнув на колени из-за подсечки Уильямс. Уильямс дёрнула за светлые спутанные пряди МакКиннон, запрокидывая её голову и вынуждая смотреть в глаза. - Что ты творишь, больная?! - прошипела она, обдавая Марлин запахом дешёвого табака. МакКиннон хотела было вырваться, но Уильямс пригвоздила её к полу неожиданной для хрупкой девчонки силой. Из губы Мэри сочилась тёмно-бордовая кровь, доставляя МакКиннон мрачное удовольствие. Уильямс в упор смотрела на Марлин, слегка ослабляя хватку. Марлин дёрнулась, и Уильямс сильнее вцепилась в волосы блондинки. МакКиннон поморщилась. Мэри встала на колени рядом с полулежащей соперницей, всё ещё не отпуская её волосы. Она заглянула ей в лицо, поднимая её голову. - Почему ты такая, МакКиннон? - тихо спросила Уильямс. Блондинка слабо мотнула головой, пытаясь избавиться от рук Уильямс на своих волосах. Мэри села на пол, рывком развернув МакКиннон на спину. Не ожидавшая этого, девушка больно ударилась коленом об каменный пол. Марлин вскрикнула. - Прости, - без тени сожаления сказала Уильямс. Она положила руки на плечи девушки, силой заставляя откинуться к себе на колени. Марлин попробовала сопротивляться, но сегодня Уильямс проявляла просто таки чудеса рукопашного боя. - Полежи, отдохни, - Уильямс похлопала МакКиннон по плечу. - Тварь. - Выплюнула Марлин, чувствуя, как саднит ушибленное колено. Мэри тихонько рассмеялась, выуживая свободной рукой ещё одну сигарету. Марлин лежала в неудобной позе, подогнув одну ногу под себя, и не могла пошевелиться. Тело начало затекать. Уильямс выдыхала клубы дыма, запрокидывая голову. Её спутанные волосы касались лба МакКиннон, неприятно щекоча её кожу. Марлин не совсем понимала, какого чёрта надо этой Уильямс. Она не понимала, какого чёрта та держит её в лежачем состоянии. Да ещё и на своих коленях. МакКиннон резко дёрнула головой, когда до чёртиков надоевшие патлы Уильямс в очередной раз больно кольнули её прикрытые глаза. Мэри опустила голову, чтобы встретиться глазами со злобным взглядом своей жертвы. - Успокоилась? - поинтересовалась Уильямс, откидывая в сторону окурок. - Катись к чёрту, тупая кретинка! - Ну-ну, Ма-арлин, - покачала головой блондинка. - Какие нехорошие слова. И как ещё Эванс с тобой дружит? - Не смей даже произносить её имени, тварь! - зашипела Марлин, выворачиваясь из её рук. Впрочем, Уильямс её уже не держала. Мэри залилась визгливым, лающим смехом, от которого неприятно закладывало уши. Марлин вскочила на ноги, на всякий случай отходя пока от блондинки. Мэри сидела на полу, прислонившись к ножке парты. Она накручивала на палец белокурый локон, смотря на МакКиннон с мягкой полуулыбкой. Марлин, прищурившись, изучала Уильямс. Она ведь даже и не раскаивается в содеянном. А ведь она жила в одной комнате с Лили, да и знала её довольно давно. Неужели можно быть такой беспринципной сволочью? Марлин хмыкнула своим мыслям, опускаясь на парту. В классе повисла напряжённая тишина. Настолько напряжённая, что казалось, можно вытянуть руку и потрогать её пальцами, вот только в ответ тебя изрядно шибанёт током. - МакКиннон, - наконец нарушила тишину Уильямс. - Нам здесь ещё долго сидеть, так что... Неужели она наконец собирается признаться в своих прегрешениях и в конце концов раскаяться? Марлин удивлённо вскинула брови, сверля блондинку глазами. Интересно, она начнёт с извинений? Интересно, удастся ли ей уломать Марлин и вымолить её прощение? Вряд ли. - Так что, может поиграем во что-нибудь? - закончила Уильямс, после небольшой паузы. У МакКиннон на долю секунды отвисла челюсть. Она вперилась в блондинку глазами, не веря своим ушам. В ответ же Мэри просто удовлетворённо улыбалась. - Прошу прощения?! - переспросила Марлин охрипшим голосом. - Извинения приняты, - быстро откликнулась Уильямс, - так как насчёт поиграть? - Ты издеваешься? - Отнюдь. Марлин спрыгнула с парты и подошла к Уильямс. Сквозь пыльные стёкла просачивался свет тёплого американского солнышка. За окном слышалось шелестение листвы и тихое щебетание птиц. Класс был маленьким - всего три ряда парт, по две в каждом. Старая коричневая доска на стене была как будто из прошлого века, что вполне могло оказаться правдой. Парты были так же не новы, с потёртыми краями и сколотыми углами. Марлин любила такого рода помещения, они казались ей уютными и очень атмосферными. Как будто, находясь в одном из них, она находилась в той эпохе, историю которой могло повидать это место. Но сейчас она не чувствовала себя уютно. Мэри Уильямс, с её подселения в их с Лили комнату, заставляла МакКиннон испытывать какое-то странное чувство чего-то неправильного, лживого и оттого страшного. А сейчас, стоя так близко к ней, глядя на неё сверху вниз, она чувствовала это будто бы в сто крат сильнее. - Ты правда считаешь, что в этом нет ничего такого? - сглотнув, поинтересовалась Марлин. - В том, что ты натворила? Ты быть может ей жизнь сломала. - А как же заявления, что она не для Поттера? - язвительно поинтересовалась Мэри. - Она вся светилась, когда приходила со свидания. - Марли тяжело вздохнула. - А быть может, ты всё правильно сделала. По крайней мере, теперь Лили знает, ЧТО он на самом деле. И не будет связывать с ЭТИМ свою дальнейшую судьбу и... - Не смей так о Джиме! - прикрикнула Мэри. - Ах, он уже Джим... - Ты не понимаешь, МакКиннон. - Ну конечно, куда уж мне! - разозлилась Марлин. - Ты просто самовлюблённая тупоголовая эгоистка! Надеюсь он бросит и тебя тоже, и тебе будет так же больно как и Лили! Мэри запрокинула голову и расхохоталась. Марлин вдруг резко дёрнулась как от удара, отшатнувшись на добрый шаг от блондинки. Она смотрела на смеявшуюся девушку сквозь пелену внезапно застлавших её взор слезами. Посмеиваясь, Мэри наконец перевела глаза на МакКиннон и резко замолчала. Уильямс вскочила на ноги, встревоженно глядя на Марлин. - МакКиннон? - Мэри сделала шаг к девушке, но та попятилась назад, напоровшись на угол стоящей позади парты. - МакКиннон? Марлин! - Ты! - Марлин подняла на блондинку полные ненависти глаза. - Ты! Бесчувственная тварь! Из-за таких как ты все постоянно рушится, ломается! Почему они выбирают всегда таких, как ты?! - Эй, успокойся, МакКиннон! - Мэри уже кричала во всё горло, пытаясь угомонить забившуюся в истерике Марлин. - Да что с тобой такое?! - Вам плевать, что вы рушите семьи, жизни! - из глаз Марлин хлынули слёзы. - Вы делаете это просто ради собственной забавы! Ради того, чтобы в очередной раз убедиться в своей неотразимости! - МакКиннон с силой ударила кулаком по парте, рассекая руку об неровные край. - Кто мы?! - Мэри попыталась перехватить её руку, но Марлин ударила об парту второй раз, не замечая, заструившейся из пореза крови. - РАДИ МЕРЛИНА, ЧТО ТЫ НЕСЁШЬ?! Марлин зарыдала в голос, молотя кулаками по столу. Сбитая с толку Уильямс кое-как смогла перехватить её руки и прижать истеричку к парте. Марлин не сопротивлялась, вдруг резко обмякнув в руках ненавистной соседки по комнате. Она тихонько заплакала, уткнувшись в её плечо. - Из-за таких как ты... - тихонько сказала Марлин. - Папа ушёл от нас. А она его потом бросила... Бросила, как наигралась... А мама не простила... Знаешь, я бы тоже наверное не простила. Но ведь он мой папа, понимаешь? Мэри обняла МакКиннон за плечи, мягко прижимая к своей груди, чувствуя как влага её слёз просачивается сквозь форменную рубашку и непривычно холодит кожу. МакКиннон пребывала где-то за пределами реальности, слегка раскачиваясь вперёд-назад, непроизвольно морща нос от резких духов Уильямс. - Из-за таких как ты, - вдруг продолжила Марлин не своим голосом. - Моя мама так и осталась одинока. Она никому теперь не верит. Она так несчастлива. Так несчастлива... - Марлин.... - Из-за таких как ты... мой отец спился и даже не помнит моего имени. - Продолжила Марли. - Мой отец. Не помнит. Моего. Имени. Её плечи вновь задрожали, а Мэри слишком крепко для того, кому было бы всё равно, прижала к себе девушку. Она провела рукой по её волосам, мало представляя, как сейчас может помочь. - Я не спал с ним, Марлин. - сказала Мэри. Но МакКиннон, казалось, её не слышала. Она погрузилась глубоко в свои мысли. - Из-за таких как ты, - Марлин отстранилась от Мэри, сбрасывая с головы её руку. Она смотрела прямо перед собой. Её взгляд был пустым. - Я ненавижу человека, которого люблю. Всегда буду ненавидеть. Он постоянно окружает себя...вами. - Марлин. - Голос Мэри сорвался. Но МакКиннон вновь не услышала её, переведя стеклянный взгляд на запертую дверь. Затем она лишь обречённо покачала головой. - Я призналась ему на третьем курсе... - Марли говорила так тихо, что Мэри едва могла разобрать её слова, перемешанные со всхлипами. - Даже Лили об этом не знает. До сих пор. А он тогда... так странно на меня посмотрел. И рассмеялся. Совсем как ты, только что. Вы вообще смеётесь очень похоже. Может ещё поэтому я тебя так ненавижу. Он рассмеялся и назвал это хорошей шуткой. А затем к нему пришла эта... ну та, которая как ты, их у него потом было очень много. Он рассказал ей о моей классной шутке. А она всё поняла. И поспешила ему разъяснить. Хорошо, что я тогда убежала. Я так долго ещё никогда в жизни не плакала. Даже, когда папа ушёл... - Марлин, я не хотел... - прошептала Мэри, широко распахнутыми глазами глядя на девушку. Марлин резко вскинула голову: - Что? - Марлин, послушай, я... я полный идиот... - Нет, Уильямс, что ты сказала, про Поттера? - Марлин наконец пришла в себя и теперь поспешно вытирала мокрые от слёз щёки, избегая смотреть на собеседницу. - Я не спал... не спала с ним. - Нет? - Нет. - Но что тогда?.. - Это трудно объяснить, малыш, я не могу пока... - Мерлиновы подштанники, не называй меня малышом, Уильямс! - закатила глаза Марлин. Она почему-то поверила Мэри. Ей хотелось верить Мэри. - И, пожалуйста, забудь обо всём, что я тебе здесь говорила, особенно ту часть с Хогвартсом и... не важно. Всё забудь. Поняла? - Марлин... - Мэри протянула к блондинке руку, но резко отдёрнула. МакКиннон в недоумении подняла брови. - Дверь... - Мэри избегала смотреть на МакКиннон. - Я слышал... слышала, как щёлкнул замок. Похоже, нас выпускают на свободу... - Отлично. * * * Мы сидели втроём в нашей комнате в абсолютном моральном опустошении. Мы сидели молча. Все трое. Я, Марлин и Мэри Уильямс, или вернее Сириус Блэк, если верить Джеймсу. Кто бы мог подумать, ведь мы при нём переодевались. Душ принимали. Ме-ерлин! Я украдкой из-под ресниц разглядывала Мэри. Она полулежала на кровати, закинув ноги на стену, отчего юбка покоилась на её животе, открывая взору худощавые бёдра и розовые трусы в мелкий белый горох. Вероятность того, что Поттер просто наврал мне, равнялась девяносто девяти процентам, и всё же я ему верила. Я попыталась вспомнить все выходки Уильямс и сравнить их с поведением той Мэри, которую я знала. Их поведения абсолютно точно очень сильно разнились. Эта Уильямс вела себя похабно, дерзко, иной раз пошло. Она притащила с собой Огневиски и споила меня, отправив на свидание с Поттером. Другая же Уильямс, которую я знала, часами заседала в библиотеке, была тихоня тихоней и рассказывала о врождённой непереносимости алкоголя. Эта Мэри называет меня преимущественно по фамилии, часами зависает с Джеймсом и в открытую курит в форточку. Моя же Мэри всегда звала меня "Лилс" и ни иначе, краснела, завидев Поттера за добрый километр, и смешно кашляла, когда рядом кто-то курил. Она постоянно жаловалась на больные почки, и тем не менее всегда забывала выпивать необходимые её два литра воды в день. Эта же блондинка почти каждые полчаса что-то хлещет из своей бутылочки. Что-то. Я скрипнула зубами, едва удержавшись, чтоб не шлёпнуть себя ладонью по лбу. Хорошенький из меня зельевар, если за столько времени не смогла опознать оборотное зелье. Мои размышления прервал стук распахнувшейся двери. Марлин вздрогнула, до этого видимо она смогла задремать. Я устало посмотрела на пришедшего. На сегодня мне сюрпризов итак хватало. На пороге стоял мистер Никсон. Очень и очень сильно чем-то недовольный. Он скользнул глазами по нам с Марлин и остановился на лежащей вверх ногами Мэри. - Мисс Уильямс, я прошу вас следовать за мной. - Ледяным голосом сказал Никсон. - Немедленно! - Простите, а в чём дело? - лениво поинтересовалась Уильямс. - В чём дело?! - негодующе переспросил Никсон. - Ах простите, я ввёл вас в заблуждение. Думая вам сразу всё станет ясно, ели я назову вас вашим настоящем именем. Не так ли, мистер Блэк? Ноги Уильямс с грохотом рухнули обратно на кровать. Я почувствовала, как холодок пробежал по моей спине. Что сейчас будет... - Вы... я не понимаю о чём вы, профессор Никсон. - Резко-охрипшим голосом просипела Уильямс. - Да что вы, мистер Блэк. Я думаю, отлично понимаете. Но я могу пояснить. Сегодня в другой школе, где по обмену и должны были находиться вы, девушка по имени Мэри Уильямс, которая должна была находиться здесь, забыла принять своё оборотное зелье, и на занятия по боевому искусству вместо Сириуса Блэка пришла маленькая светловолосая девочка по имени МЭРИ УИЛЬЯМС. - Никсон аж побелел от ярости. - ПРОШУ ЗА МНОЙ, МИСТЕР БЛЭК! На Уильямс, точнее Блэка, было страшно смотреть. Я нервно сглотнула, следя за тем, как за ним захлопывается дверь. Это же международный скандал! Его же могут исключить! И Поттера! Он наверняка ринется его защищать. Чёртовы придурки! Я вцепилась в волосы, только сейчас переведя взгляд на белую, как мел Марлин. Она сидела на кровати, неестественно выпрямившись, будто громом поражённая. Она то открывала, то закрывала рот, растерянно глядя то на меня, то на дверь. - Это... это, что был Блэк? Я осторожно кивнула, не совсем понимая её состояния. Марлин с секунду смотрела на меня, а затем громко расхохоталась. Нервно так, дрожа всем телом. - Марлин? Марлин! - я подскочила к подруге, намереваясь отвесить ей звонкую пощёчину, будучи сама на грани истерики. - Дело дрянь, Лили. - Не то слово. - Он видел меня голой. - Проговорила она, чуть погодя, заставив меня нервно усмехнуться. - А ещё я сказала, что люблю его. Занавес