Чёрное солнышко

***

Утром парни разъехались по разным местам: Юра к Даниэлю, Сеня к Лере. У обоих были дела, Юрке нужно было решить все-таки пару вопросов с Даниэлем, а Сене ночью написала Лера с просьбой приехать утром, что-то у них случилось. Юрка заранее знал, в каком состоянии будет его друг, и понимал, что ни кричать ни давить на него точно не надо. Парнишка открыл ему дверь, едва не падая с ног. Его немного трясло, сам он был завернут в одеяло. Очевидно, не лучшим образом себя чувствовал. — ты зачем?..— спросил он, пропуская Юрия в комнату. — я к тебе,— Юрка протянул ему несколько упаковок таблеток,— держи, пей все, полегче будет. Он сунул медикаменты в руки ничего не понимающему парню, налил ему стакан воды, сгреб все таблетки с тумбочки и убрал их в ящик: — нурофен и парацетамол хуже сделают, феназепам тем более. Даниэль следил за ним глазами, сидя на краю кровати. Наконец, Юрка закончил бегать туда-сюда и сел рядом с ним. — совсем плохо? — бывало и хуже,— улыбнулся Даниэль, шмыгая носом, читая названия всех препаратов,— из дома принес? — купил тут. Себе оставишь. Даниэль кивнул. — проснулся давно? — спросил Юрка, когда парень перестал так трястись — часа четыре назад. Я сейчас получше уже, меня не тошнит пока, уже хорошо.. я ничего лишнего не сказал вчера?— вдруг спросил он — нет, ничего. Все все равно привыкли уже к тебе такому. — а тебе я ничего не говорил? Юра посмотрел на него немного отстраненно. — почти ничего. Ты, кстати, в состоянии сейчас выслушать достаточно серьезные вещи? Даниэль пожал плечами, тихо произнося что-то похоже на «наверное». — злишься на меня за то, что бросил тогда просто так? Блондин глянул на него и подпер подбородок рукой, поджав губы. Он думал. — я даже не знаю, вопрос сложный. Не злюсь, наверное. — но помнишь? — конечно помню, такое забудешь. — мне нужно было извиниться тогда,— проговорил Юра, слегка трогая друга за плечо,— в плане сразу после этого. — да необязательно, ты же не знал. Ты потом извинился, и все нормально. — знал, в этом и проблема. Даниэль резко повернулся к нему, слегка нахмурившись: — в смысле «ты знал»? Когда? — сразу. Давай с тобой договоримся: ты меня прощаешь, я больше не боюсь, что такое снова случиться, ок? Даниэль долго смотрел на него, пока не подавился водой. Откашлявшись, он ответил: — я простил давно, ты чего? Я ж не совсем тупой, я знал, что у нас вряд ли получится что-то, забыли все уже об этом.. — а ты нет. Честно скажи: думаешь, все уже не будет, как раньше? — ну может частично,— Чернышевский немного пристыжено опустил глаза,— я все-таки сказал тебе что-то? Юра кивнул. — смотри. Я не стал хуже относиться к тебе, ты все еще остаешься моим лучшим другом. Я просто боюсь, что у тебя осталась какая-то обида или недосказанность, и пить с тобой немного боюсь, потому что не хочу, чтобы это снова случилось. Я запретил тебе прикасаться ко мне в какой-то момент только потому что знал, что ты не забыл всю эту ситуацию. Я не отказывался от тебя, у меня нету больше таких, как ты. Все в порядке, мы друзья, и я не перестану с тобой общаться в дальнейшем. Ты пойми только для себя: у нас с тобой ничего бы не вышло, и вряд ли когда-нибудь выйдет. Я люблю тебя очень, но не так, как ты этого хотел, и с этим ничего не сделать. Ты все еще мне дорог и ты все еще мой лучший друг. Но не более. Тебя еще полюбят так, как ты хочешь, как твое сердце хочет. Но это все будет не со мной. Даниэль смотрел на него очень долго. Его щеки стали на несколько оттенков краснее, но он сам, кажется, все понял. — доходчиво,— мертвым голосом сказал он,— доходчиво. Юра вздохнул. Даниэль смотрел вниз. Юра аккуратно погладил его по голове. — у даже меня давление упало,— проговорил блондин,— Кажется.. ты надолго тут? — хочешь побыть один? — нет. Не хочу. — ты поговорил с родителями? Даниэль покачал головой, смотря вниз. — почему? — им будет стыдно за меня. Не знаю, как объяснить им, что я бросил универ, никого себе не нашел, не работаю.. позор. Скажут:«кем ты стал, Даниэль?». А я никем не стал. Пью да и только. И это еще..— он кивнул на собственные руки,— не знаю, как объяснить. Сказать в любом случае надо, но объясняться… Юра молчал. Даниэль вдруг выпрямиться, и посмотрел на него, широко раскрыв глаза: — может, ты сможешь мне помочь? Они должны приехать на днях в гости, и… — хочешь, чтобы я придумал за тебя оправдания? — да нет,— блондин отмахнулся,— хочу, чтобы ты показал, что я не скатился до конца. Ты - авторитет для моих родителей. Ну, не авторитет.. уважают они тебя. Сможешь? Даниэль едва не молил его о помощи, поэтому Юра, вздохнув, согласился: — ладно. Напишешь, когда встретитесь. *** Сеня тем временем успел доехать до удельной, где его встретили Эд с Лерой. Оба выглядели немного обеспокоенными. — а где Женя?— первым делом просил Сеня — у нас. — что случилось? — сейчас все расскажем, давай поднимемся. Ничего серьезного. В квартире было тихо, только радио шипело в углу. Женя сидел на диване. Он выглядел подавленным, поэтому Арсений первым делом подошел к нему и спросил, что случилось и не умер ли кто-то. Тот вытащил наушники из ушей, безрадостно усмехнулся: — да никто не умер. Родственникам какой-то гений сказал, что я во-первых был в отношениях с парнем, а во-вторых он трахнул меня в жопу. Сеня снисходительно улыбнулся. — теперь ты позор семьи? Женя кивнул: — что-то вроде того. — мы тебя как эксперта позвали,— сказал Эдик, садясь рядом с Женей. — экспертом по чему? Я с родителями три года не общался. Моя мама когда узнала, что я гей, отправила меня в ебеня и оборвала контакты со мной, лол. Если твои родители не тупые, то со временем поймут и примут тебя. В крайнем случае можно сесть и поговорить, правильно? — я так и хочу. Насколько правильным решением будет уехать на пару дней в Воронеж? Сеню передернуло. Он пожал плечами. — через неделю можно, пусть сначала остынут. Тебя, в конце концов, не драли как сучку незнакомые люди. Все по обоюдному, с защитой. — Сеня прав,— согласился Эд,— ты ничем не заразился. Никто кроме нас, а теперь и них об этом не знает. Все нормально. Я помню твоих родственников, они поймут, но позже. — они тебя видеть не хотят,— ответил блондин — да похуй, не обо мне же щас. Реально, просто объясни им через время, они все поймут. Но про меня лучше лишний раз не говори. Женя закинул голову назад. — я ебал все это в рот. Сеня похлопал его по плечу. — кто рассказал? Все трое пожали плечами. Наконец, Женя подуспокоился и снова принялся решать какие-то свои биологические задачи, заткнув уши наушниками. Лера поставила чай. — вы расстались?— осторожно спросил Сеня,глядя на Эдуарда. — типа того. У него экзамены сейчас будут, у меня работа. Мы в большом городе. Так будет проще. — на хорошей ноте хоть? — конечно. Мы оба сами можем отлично жить, никто не умрет от расставания. Почти ничего не изменилось, просто нету больше обязательств никаких особых,— усмехнулся шатен, отправляясь за чаем. Сеня кивнул. Лера села рядом с ним, они молчали. — как там Даниэль? — спросила она — Юра с ним. В себя наверное приходит. Очень жалко его. Сеня по порядку рассказал девушке свои переживания по поводу Даниэля. — мальчик просто хочет любви,— сказала она после недолгого молчания,— рано или поздно он найдет, что ему нужно. Просто ему надо переосмыслить себя. Духовно. — он же не любит себя,— сказал Сеня,— сначала полюбить себя надо, потом станет возможным переосмысление чего-то духовного. Если он сам себя не любит, то понятное дело, что не может понять, что кто-то способен любить его. — на тебя похоже. — Лера,— проговорил Сеня, трогая её за руку,— я очень устал. — о чем ты? — мне кажется, я не справляюсь. Лечиться это очень тяжело, я не уверен, что до конца смогу дойти. Прости меня пожалуйста. — боже, Сеня, ты что говоришь такое? Что за дела. Знаю, тяжело, но потом же легче будет. Просто проживи сложный период, если через него перелезешь то дальше реально будет легче. Продержись просто. Потом наступит весна, за ней наступит лето. Все дальше будет нормально. Ты на самом деле сильный. Сеня поджал колени. — мы все очень тобой дорожим и не отвернемся, если ты прекратишь это все. Но для твоей же сохранности лучше продолжить. Не надо делать себе больно. Она похлопала его по спине. Сеня положил голову ей на плечо, молча. Лера тоже молчала. Никто ничего не говорил.

***

Они договорились с Юрой встретиться недалеко от дома у чайного, как только освободятся, а это случилось часам к пяти вечера. Юра стоял у поворота, меня шел к нему от метро. — ты без машины?— спросил брюнет, подойдя к нему — без. Юра был в пальто и в сером шарфе, с сигаретой во рту он выглядел как герой каких-то нуар-фильмов. Сеня невольно на него засмотрелся. Тот шел немного впереди, совсем без шапки и без капюшона, а ведь снег падал с неба хлопьями. Сеня постепенно замедлялся и в конце концов вовсе остановился, а Юра все шел и шел вперед. Сеня на мгновение задумался: возможно, именно так закончится его жизнь. Всё пойдет вперед, а он останется. Останется стоять, наблюдать за всем со стороны.. пока остальное будет от него удаляться в темноту. А ведь это могло случиться намного раньше. Он бы прыгнул тогда на какие-то камни головой вниз, и его бы где-то за пятиэтажкой на местном кладбище и похоронили. Никто бы из родных не приехал на похороны, даже не все бы узнали. Может, Юра бы заглянул из интереса. Может, спросил бы, что происходит, смотря, как тело худощавого подростка и длинными ногтями и кучей пирсинга на ушах опускают в гроб, а гроб в могилу. Услышал бы, что «какой-то придурок прыгнул, а кто это никто и не скажет». Только Юра бы вряд ли такое сочувствие почувствовал, вряд ли расстроился бы.. может, он вообще бы не зашел. Удивительно бы построились их судьбы тогда. Точнее, только Юркина судьба. Может, у них бы даже вышло с Даниэлем что-то. А Лера с Женей? Когда Женя заболеет, то его вряд ли увезут в Питер лечиться, а потом и учиться. Умер бы? Тоже интересно. Он медленно шел вперед, витая в своих мыслях. Внезапно, Юра схватил его за капюшон и отдернул, что-то крича прямо в ухо. Перед ними на полной скорости, сигналя, пронесся автомобиль, который сбил бы парня насмерть, будь Юра чуть менее внимательным. Тот что-то кричал ему, пока Сеня пусто смотрел вперед. Он очнулся только когда Юра сильно потряс его за плечи: — але!! Ты слышишь вообще меня, нет?! Сеня поднял глаза, Юрка дернул рукой чуть выше его головы. Сеня моментально среагировал, вжав голову в плечи. — ненене,— Юра резко наклонился, и вкрадчиво произнес: — я не собирался бить тебя, тихо. Ты в себе вообще? — не совсем,— признался брюнет,— извини. — тянет тебя под машины всегда, хоть на поводке держи. О чем задумался? — так.. воспоминаний много,— не стоило говорить Юре свои истинные мысли, они бы точно его не обрадовали. Он поспешил сменить тему: — как там Даниэль? — да как всегда, трясется и лежит с больной головой. Мы поговорили, все уладили более или менее, все хорошо. Забудь про это, пожалуйста. — стыдно? — Сеня. — прости. Тебе без шапки не холодно? — я давно уже так хожу — и не болеешь? — болею немного. Юра улыбнуться. Сеня смотрел на него, не отрываясь. Ему повезло любить такого человека, как Юра. И быть любимым таким человеком тоже. Такое ощущение, что он не слишком благодарен за это. — ты очень красивый,— сказал Сеня, чем, кажется, ввел парня в ступор Тот посмотрел на него через плечо, слегка приподняв брови. — эээ… хорошо, спасибо?… спасибо. Сеня улыбнуться. Юрка обнял его за плечо. — что за духи? — какие-то рандомные. Тебе какая разница, ты не берешь их все равно. У тебя свои стоят в линеечку в ванной, появляются еще откуда-то… — мне Лера отдает. — ах Лера отдает.. а сам? — да пошел ты,— Сеня дернул его за руку, Юра усмехнулся.

***

— ай блять нет! — Сеня схватил Юру за плечо, слегка царапая длинными ногтями кожу,— сука я простил не тр.. Юрка перехватил его руку и провел языком по заживающим порезам. Сеня ахнул, дергаясь всем телом: ему внезапно понравилось. Он хныкнул, Юрка сделал резкий толчок, все еще держа его за руку. Парень наклонился, целуя брюнета в шею. Тот рефлекторно зарылся свободной рукой ему в затылок, кусая губы. Он знал: Юра никогда не зажмет ему рот рукой насильно, даже не всегда скажет быть потише, но точно об этом подумает. А как-то портить репутацию Юрия среди соседей не хотелось, поэтому все свои эмоции он выражал в каких-то полусудорогах. Было жарко, душно и немного больно. Но Сеня не мог даже двух слов связать нормально, чтобы попросить Юрку быть немного понежнее. Но тот, кажется, и сам все понял, тихо прошептал на ухо Сене «извини» и немножко замедлившись. Сеня впился в его плечи ногтями, сдавленно хныкая. Больно не было, непривычно не было. Было как-то… как-то необычно захватывающе. В буквальном смысле, он еле дышал, умудряясь как-то двигаться и издавать какие-то звуки. Он откинул голову назад, услышал, как Юрка сказал «ой блять нет» и как тот начал останавливаться. — нет, зачем?— спросил Сеня, притягивая его к себе за шею,— я в порядке. — у тебя идет кровь,— прошептал Юра, смотря на нос парня. Тот лишь фыркнул, затягивая Васенкова в новый поцелуй, размазывая свою кровь и по его лицу. Юрка слегка прикусывал его губы, но слава богу, не до новой крови. Сеня тихо стонал от каждого толчка кавалера, что только нравилось второму. Юра погладил его по по щеке, шепча что-то невнятное. Сеня едва заметно улыбнулся, но после этого тут же запрокинул голову назад, шумно выдыхая. Юра схватил его за запястье и прижал руку к кровати, чтобы тот не царапал его еще сильнее. Юра смотрел на его шею, плечи и ключицы. Он аккуратно провел но ним пальцами, Сеня позволил обхватить себя пальцами за плечо, слегка отворачивая голову. Юра смотрел на него всего, поражаясь, как же до этого дошло. Когда они познакомились, он и представить не мог, что будет так. Он никогда не представлял до этого Сеню так. Что он будет вот так.. вот так. Наверное, Юрка бы никогда не подумал, что у паренька так видны шрамы на теле, прокол на пупке, что оказывается засосы на его бледной коже так красиво контрастируют… что у него так видны кости, когда он дышит или выгибает спину. Он бы не подумал об этом, в их первую встречу. И стоны его он бы тоже не представил такими, какими они были. И никогда бы не представил, как именно он двигается.. Сеня вытянулся, прикрывая рот рукой, вздрагивая всем телом. Затем еще раз, потом еще раз. Юрка сначала просто улыбался, потом рассмеялся. Сеня тоже улыбался, кажется. Он схватил парня за предплечье, чтобы прийти в себя. — ты чего дергаешься?— спросил Васенков, наблюдая, как ногти паренька впиваются в его руку Сеня не ответил, лишь сделал движение, похожее на то, что он пожал плечами. — я не покалечил тебя никак?— спросил Юрка, зашторивая окна — нет,— немного охрипшим голосом сказал мальчик, закинув руку за голову,— у меня немножко.. дыхание сбилось.. — воды? Сеня покачал головой. Юрка сел рядом с ним, погладив его по плечу: — точно в порядке? Сеня кивнул. Юра вытер ему кровь из под носа и аккуратно поцеловал в шею.