Чайку не нальёте?

- Джейн, открывай! – Тереза подбавила в голос суровости и от души стукнула кулаком по двери чердачной каморки, служащей несносному консультанту жилищем. – Открывай, иначе… - Иначе что? – дверь слегка приоткрылась и в проеме показалась хитрая и улыбающаяся физиономия штатного гения-менталиста и трепателя нервов всего КБР. – Отправишь меня сидеть в засаде ночью? Или перебирать твои бумажки? - Отберу диван, - строго заявила агент Лисбон, пытаясь состроить суровое выражение лица, что у неё, как всегда, не получилось. Патрик Джейн был слишком обаятелен, и в последние восемь лет ей становилось все труднее держать между ними дистанцию. – И запрещу валяться на нем в рабочее время. - Так отберешь или запретишь валяться? – Джейн улыбнулся, глядя на напарницу. – Потому что, видишь ли, Лисбон, это действия взаимоисключающие. - Перестань болтать и сбивать меня с толку, - Тереза, как всегда, проигнорировала болтовню Патрика, понимая, что себе дороже. – У нас дело… то есть… в общем, мне нужна твоя помощь. - И дело явно неофициальное, судя по тому, как ты отводишь взгляд, - Патрик выскользнул из своего жилища, поправляя неизменную жилетку. – Кажется, мисс Лисбон собирается нарушить несколько правил и втянуть в это безобразие и несчастного консультанта? - Да, - Тереза, нисколько не удивляясь проницательности Джейна вздохнула, понимая, что придется сразу все рассказать, чтобы не служить объектом патрикова внимания больше, чем следует. – Дело в том, что мне позвонил старый знакомый моего бывшего шефа и попросил содействия. У них там взорвали клуб, а они с таким давно не сталкивались, вот и попросили помощи. Конечно, неофициально, но… инспектор Хорват в свое время очень помог нашему отделу… в общем, Патрик, я тебя очень прошу – поехали со мной в Питтсбург. - Пенсильвания? – удивленно спросил Джейн. – Но, Тереза, это в другом конце страны… да и как ты собираешься там быть, если это неофициально? А работа? - Я отпросилась у Бертрама на три дня по личным обстоятельствам, а Чо сказал, что возьмет на себя нашу текучку пока меня не будет. Ригсби и Ван Пелт тоже согласились нас прикрыть, - четко проговорила Лисбон, и Патрик, как всегда поразился собранности своей напарницы. У неё всегда всё было строго расписано и разграничено, в отличие от него самого. Дело Кровавого Джона было единственным, которое он выверял и проверял до последнего дюйма, понимая, что здесь поставлена на карту не только месть за его убитых жену и дочь, но и жизнь тех, кто ему дорог в настоящем. И пока маньяк не пойман и не уничтожен он просто не сможет жить нормальной жизнью, каждую секунду подвергая друзей и коллег смертельной опасности. Чо, Ригсби, Ван Пелт, Лисбон… особенно Лисбон. Патрик уже давно решил, что когда все закончится, он спросит Терезу о том, не хочет ли она с ним встречаться. Он знал, что Лисбон хочет, но спросить надо будет обязательно, зная её самостоятельность, независимость и суровый характер. Однако пока жив Кровавый Джон он не должен даже думать о том, чтобы признаться Терезе в своих чувствах, которые давно вышли за рамки дружеского общения по работе. - Патрик, ты поедешь? – тихо спросила Тереза. – Я знаю, я не имею права просить тебя, но… - Я никогда не был в Питтсбурге, - радостно улыбнулся Джейн. – Когда едем? Терез, просияв, молча выхватила из кармана два билета. - Самолет через час, - проинформировала она огорошенного менталиста. - Нечестно! – воскликнул он, невольно улыбаясь. – Ты знала, что я соглашусь!? - Не только ты умеешь устраивать свои фокусы, читая мысли и якобы видя человека насквозь, - Лисбон с превосходством усмехнулась. – Я жду тебя внизу через десять минут. Стуча каблучками, она пошла к лифту, но у самой двери повернулась и негромко проговорила: - Спасибо, Патрик! - Да на здоровье, всегда пожалуйста, - консультант широко улыбнулся, помахав боссу рукой. – Питтсбург так Питтсбург… я чувствую, что будет весело! *** - Блять, сколько раз говорить, что я не знаю, какая мразь могла это сделать! – яростно прошипел Кинни в лицо хмурому инспектору Хорвату. – Это, кажется, ваша работа ловить убийц и преступников, инспектор! - Мистер Кинни, прекратите повышать голос на представителя власти, иначе засажу на пятнадцать суток, - мрачно проговорил Карл Хорват, всем своим видом показывая, что он не шутит. – В конце концов, мне не меньше вашего хочется выяснить, кто мог такое сделать в нашем городе. Четверо погибших, более шестидесяти раненых. И у нас с Дебби чуть не убили Майкла. - Это у меня чуть не убили Майки! - возразил Брайан, но уже на полтона ниже. – Он мой друг. - И сын моей жены, - парировал Хорват. – Поэтому я попросил специалистов из КБР нам помочь. - Что еще за КБР? – подозрительно осведомился Кинни. - Калифорнийское Бюро Расследований, - ответил Хорват. – Неофициально, конечно, но я попросил лучших людей моего бывшего знакомого инспектора помочь нам, они с терроризмом часто сталкиваются, так что… в общем, агент Лисбон и некто Патрик Джейн, консультант, будут здесь завтра. Поэтому, мистер Кинни, я вас попрошу быть здесь к десяти. И Джастина тоже попросите прийти. - Зачем вам Джастин? – мгновенно ощетинился Брайан. - Неужели так обязательно заставлять его вспоминать об этом кошмаре? Он еще не пришел в себя. - Тогда сделайте все, чтобы он был завтра в состоянии ответить на несколько вопросов, - упрямо процедил Хорват. – Я приглашаю не только вас и мистера Тейлора, а еще многих, кто там был. Но раз вы с мистером Тейлором являетесь партнерами и живете вместе, то и прошу прийти вдвоем. И не стоит так рьяно бросаться на его защиту, Брайан, никто ничем ему не угрожает. Хотя, Дебби будет рада услышать о вашем поведении и о том, с какими эмоциями вы бросаетесь на амбразуру за Джастина Тейлора. - Вот уж ни хуя! – Брайан побледнел. – Ладно, мы придем… но ни слова Дебби. А то она меня потом совсем достанет. И еще - я буду здесь сидеть и допрашивать его вы будете в моем присутствии и в присутствии мисс Маркус, нашего адвоката. - Мелани очень милая девушка, - улыбнулся Хорват. – И я не собираюсь никого допрашивать, просто побеседую. А вы, мистер Кинни, слишком истеричны, не думал, что вы такой. - Это только по отношению к тем, кто доставляет неприятности моим близким, - недовольно фыркнул Брайан, даже не обидевшись на то, что его в лицо назвали истеричным. – Но я уже привык к тому, что у отчима Майки плохо с головой. - Это почему еще? - Только человек со странностями мог назвать Мэл «милой девушкой», - вздохнул Кинни, поднимаясь со стула. – Мы придем, инспектор. И заодно посмотрим, что там ваши эти агенты могут... КБР, надо же, хрень какая… С этими словами Брайан стремительно покинул кабинет, довольно громко хлопнув дверью и показывая свое отношение к расследованию в целом и инспектору Хорвату в частности. - Позёр и притворщик! – усмехнулся вслед Карл Хорват. Он-то знал, что Брайан Кинни совсем не такой эгоистичный хрен, каким он любил себя выставлять. *** - … а завтра он попросил нас прийти к нему, и еще эти долбанные агенты будут… - Брайан с недовольной гримасой пересказывал разговор, с плохо скрытым беспокойством глядя на орудующее кистью Солнышко. – К десяти надо там быть… ты свободен? - Даже если не был бы – все равно пришлось, с полицией не поспоришь, - вздохнул Тейлор. – Тем более, у меня сейчас ни работы, ни учебы… и голова раскалывается после этого взрыва. Брайан тревожно нахмурился и подошел к Тейлору, осторожно прикасаясь к его вискам кончиками пальцев. После этого взрыва в нем самом произошли такие разительные перемены, что он сам иногда не верил, что это происходит с ним. Но как только он вспоминал, что мог лишиться Тейлора навсегда, то в душе снова возникал дикий страх пережить это состояние снова. Брайан понимал, что Джастин об этом должен будет узнать, но ему пока просто не хватало смелости говорить на эту тему, да и удачный момент как-то всё не попадался. Было бы совсем некрасиво говорить о своей любви сейчас, когда Джастин еще не оправился от произошедшего. Да, был у Кинни соблазн сказать это прямо там, у клуба в ночь взрыва, но его удержала неуместность этого признания. В конце концов, этого хотелось ему. Сказать об этом как можно быстрее, чтобы вернуть Джастина в свой дом и свою жизнь. С тех пор, как он ушел от него и жил в этой обшарпанной и страшной комнатушке на краю города, не было и минуты, чтобы Брайан не чувствовал себя плохо. Без Джастина Тейлора ему плохо, вот в чем суть. И надо набраться смелости и просто это сказать, давая ему возможность выбрать самому – остаться или уйти. И Брайан признавался самому себе, что он молчит именно из-за чертова страха, что Джастин уйдет. И поэтому он даже сейчас не решался схватить Тейлора в охапку и увести к себе домой из этой убогой конуры, хотя хотелось просто нестерпимо. В конце концов, Брайан всегда привык получать желаемое, но с Солнышком эта система не работала. Потому что тут Кинни столкнулся с не менее твердым и принципиальным характером, чем у него самого. Джастин научил Брайана уважать себя и свое мнение. Научил любить, как бы пафосно и противно это не звучало. Но Брайан уже это понял, и понял, насколько ему нужен Тейлор. И отпускать его не собирался, даже если он и попытается качать права. Потому что упрямство и убежденность Брайана Кинни не поддались бы даже алмазному резаку. Поэтому он сейчас бродил по комнате Тейлора, недовольно морщась на грязные потеки на стенах и трещины на потолке, но молчал, выжидая удобного момента, чтобы заговорить на интересующую его тему. - Ты домой вообще собираешься? – не выдержал он, приближаясь к Солнышку, который что-то вдохновенно рисовал, делая вид, что он полностью поглощен своим занятием. Однако Брайан замечал бросаемые в его сторону взгляды из-под ресниц и довольно усмехался, тоже делая вид, что ему все равно. Он не любил такие игры, но с Тейлором даже они превращались в сплошной секс и настоящую жизнь. - А я, по-твоему, где? – ненатурально удивился Джастин, прекрасно понимая подоплёку вопроса. – Это мой дом, Брайан, и я здесь живу. - Вот уж ни хуя! – фыркнул Брайан, злясь неимоверно, но понимая, что сейчас приходится играть по подлым правилам гадского Солнышка. – Ты здесь прячешься. А живешь ты на углу Тремонт и Фуллер. - Ты, кажется, назвал свой адрес? – улыбнулся Джастин, однако заметив серьезную злость в глазах Кинни, улыбка сразу же исчезла, уступив место рассудительности и взрослости, которые иногда так бесили Брайана. Просто потому, что он понимал, что Тейлор прав. Солнышко и в самом деле частенько рассуждал взрослее его самого. - С учетом того, что мы живем там вместе уже больше четырех лет, адрес – наш общий, - заявил Брайан, понимая, что сейчас придется вступать в бой с ужасным упрямством Тейлора. – И, пожалуйста, не надо пиздеть, что мы расстались, и у тебя новая жизнь и квартира… если это гнездо безумного бобра можно так назвать! - Не буду я ничего говорить, потому что ты это сделал сам, - вздохнул Джастин, грустно улыбнувшись на «безумного бобра». – И у бобров, кстати, хатки, а не гнёзда. - Будешь умничать – въебу прямо в лоб, - угрюмо пообещал Кинни. – Без тебя знаю. Значит, хатка безумного бобра, который, к тому же, разъебал эту самую хатку вдребезги и живет в полном грязи болоте. - Здесь много света и мне удобно рисовать, - возразил Джастин, но, судя по вялому тону больше возражений на описание его нового жилища у него не нашлось. – Да, здесь не слишком чисто, но это мой дом, за который я плачу деньги. - А у меня и денег платить не надо, и грязью зарастать не придется, - мрачный тон Кинни показывал, что спорить с ним сейчас не стоит, что Тейлор и сделал. Пожав плечами и не втягиваясь в спор, который, скорее всего, закончился бы крупной ссорой, он молча продолжал рисовать. Брайан по этой же причине тоже молчал, хмуро ковыряя ногтем засохшую краску на колченогом шкафчике. - Брайан, я уже пытался тебе объяснить, почему я ушел, - внезапно сказал Джастин, не выдержав. – И ты ни слова не сказал против, когда я уходил. И не удерживал меня. Вообще. Тогда зачем ты сейчас заводишь этот разговор? Только потому, что на тебя так подействовал этот ёбанный взрыв? Так успокойся уже, Майки выздоравливает, «Вавилон» отремонтируют, а полиция найдет ублюдка. И все станет как прежде. И ничего не изменилось и не изменится. Ты по-прежнему не хочешь и не можешь дать мне то, что нужно мне. А я по-прежнему не могу жить с тобой, потому что мне не хватает того, что ты не хочешь и не можешь мне дать. Ты же сам понимаешь, что выход в этой ситуации только один, зачем еще пытаться что-то сделать, если здесь сделать ничего нельзя? - Знаешь, что я больше всего ненавижу, Тейлор? – разозлившийся Брайан в мгновение ока оказался рядом, схватив за руку юношу. – Когда ты, блять, такой весь из себя рассудительный, пытаешься все расписать и разложить по полочкам, что твой ёбанный бухгалтер. И, знаешь, что я скажу? Пошло оно все на хуй! Брайан быстро выхватил кисть из руки Тейлора, бросив её на пол, и жестко поцеловал ошеломленное таким неожиданным напором Солнышко, размыкая его губы языком. И, не давая возможности возразить, быстро потянул его к матрасу, служившему художнику постелью. Впрочем, к своему глубокому удовлетворению Брайан видел, что Джастин возражать и не собирается, автоматически отвечая на поцелуи и сильно притягивая его к себе. Привычно сорвать друг с друга одежду было делом техники, которой оба за последние четыре года овладели просто виртуозно. - Давай так: ты здесь будешь рисовать, а жить – вернешься домой, в лофт, - пробормотал Кинни, прикусывая ключицу и скользя языком вниз по груди. – Хотя бы на время… на неделю, ладно? Договорились? Его губы быстро добрались до твердого члена Джастина, который, подавившись возражениями, смог издать только возбужденный стон. - Нет… блять, Брайан, что ты делаешь? – Тейлор неосознанно притянул голову Кинни, вцепившись обеими руками в его волосы. – Это... шантаж... да, ещё! - Да? – коварно прошептал Брайан, на мгновение выпуская член Джастина изо рта. – Не поверю, что ты скажешь нет… от хорошего минета ты еще не отказывался! - Сволочь ты… хорошо, хорошо… да! – задыхаясь, выкрикнул Тейлор, чуть ли не сгибаясь пополам. – Но… только на… неделю! И не отвлекайся, блять! - А вот теперь – другое дело, - промурлыкал Брайан, и, полностью довольный вырванный согласием, продолжил отсасывать у Солнышка, с удовольствием прислушиваясь к стонам бойфренда. Пусть он и обманом вынудил Тейлора согласиться, но неделя – это огромный срок для Брайана Кинни. И за неделю он обязательно придумает, как заставить Джастина остаться и выбросить из блондинистой головы все мысли об их расставании. Потому что Брайан Кинни не собирался с ним расставаться, пусть даже небо падало бы на землю, а педики всего мира стали бы натуралами. Джастин останется с ним – и точка. А то, что для этого и ему придется сильно себя ломать совсем не пугало. Потому что Брайан знал, что ради этого хитрого солнечного пиздёныша он готов на многое… на очень многое. А после взрыва, после этого кошмара, когда он чуть не сдох от страха за Джастина, он готов, пожалуй, даже на всё. Без исключения. Вот только бы набраться еще смелости и сказать ему об этом. И вылизывая до последней капли член содрогающегося под ним Тейлора, он знал, что сделает это, как бы сложно ему не пришлось. Потому что… ну, не отдаст он его никому, блять, неужели кто-то ещё думает иначе? - Встаем, я тебе помогу вещи собрать, - Брайан, не желая терять зря времени, шлепнул расслабленного Джастина по соблазнительной заднице. Трахнуть его хотелось до искр в глазах, но лучше он его сначала привезет в лофт, чтобы никуда сбежать не мог. – Неделю ты у меня. Дальше – сам решишь. А сейчас – домой. И он прижал к себе Солнышко, затыкая ему рот поцелуем. И то, что Джастин не возразил ни слова, ужасно обрадовало. Так, что где-то в груди тревожно и радостно заколотилось проклятое и слабое сердце. - Только неделю, - упрямо проговорил Джастин, хотя в голубых глазах было видно совершенно противоположное желание. – Потому что... Брайан, секс, что бы ты ни говорил, это еще не всё. Не понимаю, на фига тебе эта неделя вообще нужна? - Просто хочу, чтобы ты был рядом, - Брайан пожал плечами, понимая, что фраза звучит слишком по-лесбийски. Но если он хочет сказать Джастину о том, что он его, блять, любит, то надо привыкать. – И, к тому же, нам будет легче ходить в полицию на допросы вдвоем… потому что я тебя одного не отпущу, понял? - Я не ребенок! – возмутился Джастин, но сквозь нарочитое возмущение Брайан услышал благодарность. - Это спорный вопрос! – засмеялся Кинни, подминая голого Тейлора под себя и чувствуя, что его член становится все более непреклонным в вопросе немедленного секса. – И вообще, тебе что, так трудно поверить, что я за тебя, блять, беспокоюсь? - Вообще-то да, - усмехнулся Джастин, привычно хватаясь за плечи любовника. – Как-то в предыдущие четыре года ты таким альтруизмом особо не страдал. - Ну, тогда привыкай, - Брайан, решив, что до дома еще слишком долго ждать, потянулся за презервативом, доставая его из кармана тут же валяющихся джинсов. – Наденешь его мне или так и будешь болтать? - Не могу отказать в столь серьезной просьбе! – Джастин нетерпеливо раскатал латекс, чувствуя под руками горячую шелковистую твердость. – Давай быстрее уже! И Брайан уже не думая ни о чем постороннем осторожно вошел в тело Джастина, привычно испытывая восторг и возбуждение. И еще кое-что, чему раньше он не смел и не желал дать название. Но сейчас уже было понятно, что именно так вспыхивает в глазах и радостно бьется где-то у солнечного сплетения, заставляя забывать обо всем, кроме любимого тела под собой. Неделя – это чертовски много. И он успеет все сказать так, чтобы Джастин остался. *** - Ну, может, расскажешь, что за таинственное дело ты припасла? – Патрик с любопытством вертел головой, оглядывая улицы Питтсбурга. – Ты всю дорогу в самолете молчала, как немая… нельзя же так бояться полетов, Тереза. - Я не боюсь, вот нисколько! – вспыхнула Лисбон. – А насчет дела… ну, я сама знаю только основное: взрыв произошел в местном клубе «Вавилон», четверо погибших, шестьдесят четыре раненых, шум в прессе. Бомб было две, одна не взорвалась, иначе погибших было бы в несколько раз больше. - А кто владелец клуба? – спросил Джейн, внимательно слушавший напарницу. – Он где был? - Владелец … - Тереза заглянула в папку с бумагами с информацией, которую ей прислали по факсу еще в Калифорнии, - … некто Брайан Кинни. Был на пути в аэропорт, собирался лететь в Австралию на Марди Гра. По дороге услышал новость по радио, сразу же вернулся в клуб. По слухам, там был его любовник. - Любовник? – удивленно переспросил Джейн. - Ну да, - кивнула Лисбон. – «Вавилон» - это гей-клуб, в котором происходил концерт против Четырнадцатой антигейской поправки. И клуб в тот вечер был предоставлен мистером Кинни для гей-сообщества. - Ага… - Патрик задумчиво кивнул. – И владелец клуба предоставил помещение, а сам уехал. И любовник… почему же они были не вместе? Марди Гра, если я не ошибаюсь, это же гей-фестиваль? И этот Брайан Кинни уехал развлекаться, оставив любовника одного? Как-то странно выходит. - Да, подозрительно, - согласилась Тереза. – Вот поэтому мы через час будем у инспектора Хорвата, который и пригласит и мистера Кинни, и его партнера… студента-художника Джастина Тейлора, - снова заглянула она в папку. – Там и узнаем, кому было выгодно взрывать гей-клуб и что это за Брайан Кинни такой. - Гей-клуб… знаешь, Тереза, моя интуиция меня не обманула. Будет интересно! – и Патрик ослепительно улыбнувшись напарнице, снова уставился в окно такси, везущего их в главный отель Питтсбурга, где они должны были остановиться.