Чайку не нальёте?

- Спасибо что приехали! – инспектор Хорват от души обрадовался приезжим. – Много о вас слышал… особенно о вас, Патрик. - Правда? – весело изумился менталист. – Приятно слышать. И поздравляю с недавней женитьбой. - Спасибо… но как вы узнали? – с недоумением спросил Карл. - Вы кольцо на пальце все время теребите, - объяснил Джейн. – Это не нервное, вы по натуре флегматик. Значит, не привыкли еще, не так давно носите. Это просто. - Да уж… - Хорват широко улыбнулся, удивленно качнув головой. – Вы и правду так наблюдательны, как о вас рассказывали. - И так же несносен, - тихо пробурчала Тереза, но по глазам было видна, что она гордится своим консультантом. – Так что, мы приступим к делу? - Да, давайте… прошу вас, садитесь, - Хорват сразу стал серьезным. – Основную информацию вы знаете, я вам переслал практически все, что было по этому делу. Вы, наверное, захотите поговорить со свидетелями и осмотреть место происшествия? - Да, в первую очередь – с владельцем клуба, - кивнула Тереза. – У нас к нему есть пара вопросов. - Брайан Кинни… - задумчиво кивнул инспектор. – Понимаю, вы, должно быть, в первую очередь подумали, не связан ли он как-то с этом. Разумеется, я пригласил его. Но могу вас уверить – он здесь не причем. Конечно, мы не верим словам, но… в общем, он сейчас придет. - Вы так уверены в его невиновности? – спросила Тереза, краем глаза глядя, как Патрик рыскает по кабинету, с любопытством засовывая нос во все углы. – Это факты или личное мнение? Вы знаете его? - Знаю лично, - задумчиво произнес Хорват. – Он лучший друг детства моего пасынка, а моя жена ему – как вторая мать, хоть это и звучит сентиментально. Он… сложный человек и его жизнь не слишком добродетельна, но… в общем, я потом расскажу, если захотите. Лучше поговорите с ним сами, чтобы у вас не складывалось предвзятое мнение. И да, слов, естественно, недостаточно, вот его бумаги и налоговые декларации, и документы на «Вавилон»… в общем, вы, конечно же, захотите проверить его денежную отчетность. Так вот, здесь настолько все в порядке, что комар носа не подточит. У Брайана прекрасный бухгалтер, Теодор Шмидт. У него были раньше проблемы с законом, но финансовых махинаций они не касались. В общем, документы идеальны. - Есть какие-нибудь подозрения, кто мог подложить бомбу? – Тереза решила зайти с другой стороны. - Две бомбы, - поправил Терезу Джейн, который уже обнаружил электрочайник в шкафчике в углу и с удовольствием болтал в чашке пакетиком черного чая, найденным там же, на полочке. - Не возражаете, если я тут похозяйничаю? Обожаю чай. - Пожалуйста, будьте как дома, - слегка удивленно пожал плечами Хорват. – Да, две. Одна не взорвалась по каким-то причинам, наши саперы с нею разбираются. И слава богу, что не взорвалась, иначе жертв было бы как минимум в два раза больше. Но пока мы только отрабатываем версии. - Инспектор, там пришли свидетели по делу о взрыве, мистер Кинни и мистер Тейлор, - заглянул в дверь секретарь. – Впустить? - Да, пусть проходят оба, - разрешил Хорват, делая знак Терезе занять место за столом. Патрик, судя по всему, сейчас интересовался больше видом из окна, чем свидетелями. Но Хорват кое-что слышал о методах работы этого странного консультанта, поэтому не стал заострять на этом внимания. Они специалисты, вот пусть и работают, как привыкли. Только бы Брайан не полез в бутылку, если какие-то вопросы ему покажутся скользкими. Инспектор Хорват вздохнул. Зная Брайана Кинни, он мог с уверенностью утверждать, что в бутылку тот все-таки полезет. И дай бог им всем терпения. *** - Добрый день, мистер Кинни, мистер Тейлор, - Тереза цепко смотрела на появившихся перед нею мужчин. – Я агент Лисбон из КБР, а это – консультант Патрик Джейн. Патрик, прихлебывая чай из синей чашки с котятами беззаботно помахал рукой, улыбаясь. Однако Терезе было не до улыбок. Честно говоря, не таких геев она ожидала увидеть перед собой… черт её знает, как они ей представлялись по той информации, что у неё была, но воображение совершенно не совпало с реальностью. И если Джастин Тейлор еще с натяжкой, но походил на образ художника-студента, если не брать в расчет серьезное выражение голубых глаз, то владелец клуба «Вавилон» являл собой абсолютно другую картину. Красивый, холеный, стройный и волевой мужчина на вид около тридцати в очень стильной одежде и дорогой обуви являл собой образ успешного по всем статьям американца, однако в его глазах опытная Лисбон видела какую-то странную решимость и готовность биться до последнего. Причем, к нынешнему поводу, по которому они сейчас здесь собрались, эта решимость не имела никакого отношения. Ну, может, чуть-чуть. Очень волевой подбородок, цепкий и чрезвычайно умный взгляд, который, казалось, оценивал её как компьютер, просчитывая все миллионы мелочей, из которых потом и складывался окончательный результат. В общем, перед Терезой был воин, настоящий мужчина, который всегда будет стоять стеной, защищая самых близких и дорогих ценой своей жизни. «Ну и геи у нас пошли, чтоб все натуралы такими были!» - пронеслась в голове мысль, однако Тереза сразу пристыдила себя за стереотипное восприятие. В конце концов, она по работе и в жизни встречалась с представителями разных рас, социальных и культурных слоев, так что, общение с секс-меньшинствами её нисколько не смущало. Её смущал лично мистер Брайан Кинни. Потому что сила, исходившая от него, была совсем нешуточной. И еще – такой не будет подкладывать бомбу. Убьет сам, своими руками, не доверяя технике. А бомба – это не для него. - Доброе утро, позвольте представиться – Джейн. Патрик Джейн, - консультант уже был тут как тут, протягивая руку свидетелям. – Я так понял – вы партнеры? А почему вы были не вместе, когда взорвался клуб? - Патрик! – шикнула Тереза, безнадежно понимая, что тактичность и Джейн в своей жизни хорошо, если друг мимо друга проходили. Однако зная методы его работы, она лишь тоскливо вздохнула, улыбаясь нахмурившемуся владельцу «Вавилона». Художник-блондин же при вопросе консультанта словно бы даже не удивился, быстро отвернувшись, словно предоставив объяснять все своему старшему партнеру. – Прошу прощения, но нас действительно интересует этот вопрос. - Мы с мистером Тейлором были… в ссоре, - нехотя сказал Кинни, бросая угрюмый взгляд на блондина. – И на тот момент жили не вместе и не общались. - А почему? – влез любопытный Джейн, сверкая своей фирменной улыбкой, которая, как знала Лисбон, больше всего выводила людей из себя, включая и её саму. - А это имеет отношение к делу? – саркастически спросил брюнет, и на его скулах от бешенства заиграли желваки. От наблюдательной Лисбон не укрылось, как Тейлор еле заметно дотронулся до запястья Кинни, заставив его успокоиться и взять себя в руки. – Потому что наша личная жизнь не имеет отношения к взрыву в моем клубе, как бы вы сейчас не старались убедить нас в обратном. Поэтому давайте говорить по делу, а не пытаться удовлетворить праздное любопытство, мистер Джейн. - Патрик, просто Патрик! – менталист улыбнулся еще ослепительнее, словно не слышал, что и каким тоном ему сказали. – Ну что вы, я всего лишь спросил. - Мистер Джейн, мы просто решили расстаться потому, что нам нужно разное от жизни, - внезапно вступил в разговор Джастин. Тереза сразу поняла, что в общении он был легче, а сейчас просто старался вызвать огонь на себя и отвлечь внимание от Кинни, чтобы тот не разозлился и не сказал чего-нибудь лишнего. – Это преступление? - Что вы, конечно, нет, - Патрик обернулся к Тейлору. – Вы же понимаете, было бы лучше, если бы мы знали как можно больше подробностей… а сейчас, получается, вы помирились? Этот, казалось бы, легкий вопрос вызвал целую бурю сомнений, отразившихся на лицах свидетелей. Причем, было понятно, что Джастин Тейлор демонстративно молчит, давая возможность ответить Брайану. - Да, - резко бросил владелец «Вавилона», глядя в упор на наглого хама в дурацкой жилетке. – Еще вопросы? - Хотел спросить вас, если вы не возражаете… - Патрик снова обращался к Брайану, совершенно не обращая внимания на его мрачный взгляд, показывающий, что он очень даже возражает. – Вы, насколько я понял, являетесь владельцем самого крупного рекламного агентства в Питтсбурге? - Да, - внезапно ответил за него Тейлор, и Тереза увидела, как он оживился, с гордостью глядя на своего взрослого любовника. – Брайан – лучший рекламщик не только в Питтсбурге, а, может, и во всех Штатах. У него – самое крутое агентство. И самое преуспевающее. Он… - Лучший, мы поняли, - прервал его Джейн, снова улыбаясь. – А где мистер Кинни работал до того, как открыл свое лучшее и самое преуспевающее агентство… как оно называется, кстати? - «Киннетик», - буркнул Брайан, вступая в разговор. – Это Джастин придумал… И он посмотрел на сидевшего рядом блондина таким взглядом, что Тереза чуть не вздрогнула, почти физически ощущая исходящую от мистера Кинни сексуальную энергию. Тейлор слегка покраснел, но, усмехнувшись, легко ткнул партнера локтем в бок, словно призывая прекратить показывать на людях то, что предназначено только им двоим. Да, между этими двумя явно существовали сложные, многоступенчатые и очень близкие отношения, в которые не стоило влезать. Но разве убедишь в этом Джейна, если он вбил себе в голову куда-то влезть? Остаётся только стиснуть зубы и лезть вместе с ним, держа руку на кобуре пистолета и озираясь вокруг, пока её безбашенный консультант с детской непосредственностью ворошит осиные гнезда и ковыряется в змеиных норах. И она будет стоять рядом и охранять его, потому что знает, что зря Патрик ничего не делает. И доверяет ему. - Я работал в агентстве «Вангард», - произнес Брайан, сбитый с толку неожиданным вопросом. – Но это было уже почти год назад, как я ушел оттуда, вернее, меня уволили. И все оказалось для меня к лучшему. - А за что уволили? – спросил Джейн, внимательно вглядываясь в собеседника. - За то, что я гей, - спокойно пояснил Кинни, так же прямо глядя в пронзительно синие глаза слегка смутившегося консультанта. – Это была основная причина, по которой мы не сошлись во мнении с владельцем «Вангарда» и нашим тогдашним главным клиентом. Он снова переглянулся с Джастином и они быстро улыбнулись друг другу, словно вспомнили что-то важное, то, что знали только они двое. - Ага, понятно… спасибо, что рассказали, - Патрик повернулся к инспектору, словно потеряв к свидетелям весь интерес. – Инспектор, а можно съездить на место преступления? - Конечно, - удивленно кивнул Хорват. – Так что, вопросов больше нет? - Пока нет, - сказала Тереза, поддерживая своего напарника. – Благодарю, мистер Кинни, мистер Тейлор… если что, мы с вами еще свяжемся. - Был рад познакомиться, - дружелюбно кивнул Джастин. – А… вы почти ничего не спросили у меня. Я же был там, во время взрыва. - Это совсем не обязательно, - отмахнулся Патрик, допивая свой чай. – Все и так понятно. Вы стояли недалеко от стойки бара, произошел взрыв, вам заложило уши и вы ненадолго перестали ориентироваться в пространстве, очнулись, были выведены из помещения подоспевшим мистером Кинни. Так? - Да, - растерянно кивнул Джастин. – Собственно, вы правы… больше ничего ценного я вам не расскажу. - Ну вот, видите, давайте не будем терять зря время… значит, это все на Либерти-авеню? - Джейн еще раз оглядел Кинни и Джастина и, чему-то улыбнувшись, поспешил выйти из кабинета, не обращая больше ни на кого внимания. - Прошу прощения за моего коллегу, - извинилась Лисбон, про себя посылая Патрика в такие места, которые в порядочном обществе не упоминают. – Джейн… он – человек творческий и своеобразный… если что, мы с вами свяжемся. Постарайтесь быть в пределах досягаемости. - У инспектора Хорвата есть мои контакты, - проворчал Кинни. – Держите меня в курсе. А теперь – позвольте откланяться. И зацепив за рукав чему-то улыбающегося Тейлора, он практически выволок его за дверь. *** - Ну, и чего ты зубы скалишь? – Брайан с неприязнью оглянулся на оставшийся позади полицейский участок, а затем перевел взгляд на веселящееся Солнышко. – Тому, что этот кучерявый болтун лез не в свое дело, да еще и явно меня подозревает в том, что я, блять, взорвал свой собственный клуб? - Да ничего он не подозревает, - ухмыльнулся Джастин. – Ты что, не видишь, что он специально тебя злит и выводит из себя. Такой у него стиль работы. - С чего ты взял? - прищурился Брайан. – Ты так хорошо разобрался в его стиле работы? Или тебе не терпится, чтобы меня засадили за решетку? - Перестань пороть херню, - отмахнулся Джастин, нисколько не обижаясь. – Никто тебя не посадит за то, что ты не делал. Я инспектору верю, он не стал бы привлекать к делу непонятно кого. А этот Патрик – он прикольный. И, кажется, действительно, свое дело знает. Ты заметил, как он задает вопросы? Вроде молчит и делает вид, что ему все по хер, а потом внезапно как спросит что-то эдакое… а ты от растерянности всё ему и выкладываешь. - Ты такой наблюдательный, да, Солнышко? – проворчал Брайан, слегка успокоившись. – Ну и восхищайся этим улыбчивым хреном, только пусть он ко мне не приближается, а то я ему морду начищу. Сидеть – так хоть с удовольствием. - Прекрати, что за пессимизм, - Джастин смачно поцеловал брюнета прямо в губы, не обращая внимания на косые взгляды окружающих. – Поехали, перекусим к Дебби, а потом разойдемся по своим делам. - Ладно, - подобрев, пробурчал Кинни, возвращая поцелуй так, что Джастин на какое-то время забыл, что они находятся в публичном месте, да еще и, практически, в дверях полицейского участка, чуть ли не повиснув безвольной тушкой на шее Брайана. – Садись в машину, там я хоть могу нормально тебя… в общем, садись и поехали, пока у меня настроение совсем не испортилось. И Брайан, усадив Тейлора в машину и захлопнув двери, уже не стесняясь запустил руку ему в ширинку, глубоко целуя и с удовольствием чувствуя, как тянется и льнет к тему Джастин. И плевать на всех с высокой башни. Машина – его частная собственность и в ней он имеет право делать все, что пожелает. И на хуй ханжей, пусть завидуют молча. *** К Дебби они добрались только через полтора часа, поскольку Солнышко так увлекся успокоением Брайана после допроса, что время перестало иметь хоть какое-то значение. Впрочем, хоть машина и не слишком удобное место для занятия сексом, им двоим это нисколько не помешало. Оба любили экстремальные условия. Они в любых условиях умудрялись получать массу удовольствия вдвоем. А у Брайана улучшилось настроение, стоило ему вспомнить только что произошедшее. По крайней мере, Джастин с таким же желанием трахается с ним, как раньше, значит, эта сторона их совместного существования его вполне устраивает. Остается самое трудное: объяснить упрямому голубоглазому ослу, что это не просто секс. То есть, сделать то, чего Кинни боялся и избегал всю свою сознательную жизнь. Брайану Кинни только вчера, когда они засыпали с Джастином уже глубокой ночью, полностью вымотанные после секса, пришла в голову ужасная в своей простоте мысль: он собирается признаться в ебанной любви в первый раз в жизни. То есть, сделать то, что уже сделало большинство подростков земного шара, не говоря уже о взрослых идиотах, впустую потратившим эти слова по сто раз в своей никчемной жизни. А он, блестящий Брайан Кинни еще никогда и никому. Впрочем, такого человека за тридцать лет жизни Брайана просто не было. А когда он практически разменял четвертый десяток – появился мелкий болтливый мальчишка, младше его на двенадцать лет. И оказался именно тем, кому Брайан, после долгих душевных терзаний и многолетнего бреда скажет эти слова. Просто потому что это правда. Вот к концу отведенной самому себе и Джастину недели соберется с духом и скажет. А пока надо разобраться с этим уебищным агентом в жилетке с длинным языком и наглыми вопросами, который почему-то так понравился Солнышку. Эта Лисбон еще ничего, нормальная и очень рационально мыслящая женщина, вся такая дисциплинированная и спокойная, даром, что натуралка. Но, кажется, к ним, и вправду, отнеслась без предубеждения. А вот напарник у неё – ужасный мудак. Однако Кинни понимал, что злится на этого Джейна в первую очередь из-за его не в меру любопытных вопросов про их с Джастином отношения. Ну, и еще, дико бесило, что консультант заподозрил его в том, что он мог быть причастен к взрыву его собственного клуба, вот чмо кудрявое! Там, где были Майки, Эм, Тед. И Джастин. Да он сам бы себе руку оторвал, только бы больше никогда не испытывать того ужаса и страха, когда он метался по задымленному «Вавилону», чувствуя с каждой секундой, что вместе с тающей надеждой увидеть Джастина он умирает сам. - Брайан! – Солнышко очень чутко ощущал все перепады настроения любовника. – Перестань ты думать о плохом, все нормально. Поехали, ладно? - Едем, - вздохнул Брайан, заводя машину. В конце концов, Солнышко с ним, а с остальным уж он точно справится. Вот только надо придумать, как же сказать эти долбанные три слова, неделя -то идет...