Связующая нить

Кирилл. Мальчишка дрожал передо мной, словно испуганный зверек, веселя этим. Тревоги отступили, мне впервые за долгое время стало спокойно и легко. Подняла голову моя темная сущность, вынужденная ранее быть запертой. Как же я хотел броситься на него! Заставить бояться еще больше, вжать в диван собственным телом, насмехаться над его слезами… Но я еще держался в рамках. Уже сам не зная, растягиваю удовольствие или даю время убежать, усмехаюсь, не двигаясь, и лишь смотрю на него. Я знал, когда родилось это мое я. Темное, порочное, опасное… Четырнадцать лет назад, когда мне было всего 13, я увидел, как собираются насиловать девушку, и попробовал вступиться. У меня, ходящего на борьбу, тогда было очень острое чувство справедливости, и я вступился, не подумав. О да, девушку я спас. Она убежала сразу, пока я еще пытался противостоять троим мужчинам. Когда меня повалили на землю, я еще не до конца понимал, что меня ждет. В ту ночь я заменил собой незнакомку, раз за разом оказываясь под мужским телом и принимая чужую похоть. Первое время я еще надеялся, что спасенная приведет помощь или позвонит в милицию… Но надежды оказались глупыми и тщетными. Удовлетворившись, пьяные насильники пригрозили перерезать мне горло, если я попробую что-нибудь рассказать. И оставили в подворотне мое распростертое тело, в слезах, крови и сперме… Не знаю, сколько я смотрел стеклянными глазами в стену, мечтая умереть или уже умирая. Но апатия вскоре кончилась. Я плохо помню, как едва добрался домой, как ужаснулись родители, как меня лечили, как допрашивали, как стала почти бесконечной череда психологов… Я молчал, собирал себя по крупицам, смеялся над своей наивностью и построил новую личность, вполне успешно оставаясь прежним для окружающих. О нет, я не собирался подыхать или размазывать сопли, жалея себя. Я желал мести. У меня было достаточно терпения, чтобы найти каждого из тех, кто разрушил мою прежнюю жизнь и заставить заплатить так, чтобы на меня не пало ни тени. Это было просто с тем быдлом, что насиловало меня. Пьяная драка, передозировка… Подстроить это не стоило ничего. Но и о неблагодарной дамочке я не забыл, однако ее оставил на потом. Я стал для нее неплохим ухажером через пять лет. Сделал ей предложение. Она не помнила меня и была достаточно слепа и глупа, чтобы в это поверить. Ее я увез в лес, где она и заблудилась, стоило мне отвернуться. Искать я ее не собирался, но и гробить целенаправленно не стал. Даже на следующий день «перепуганный» попросил помощи в поисках невесты, которую так и не смог найти. Два дня поисков увенчались ее трупом, моим «горем» и полной презрения к умершей мысли, что туда ей и дорога. Она была так же виновата в той тьме, что прочно пустила корни в моей личности, как и мои насильники. В целом я пережил произошедшее довольно легко, по сравнению с некоторыми подобными жертвами. Я вполне спокойно получал удовольствие в объятиях обоих полов, не стал запуганным зверьком, не думал о смерти… Но даже если меня и тянуло завести серьезные отношения, этого не выходило. Я не мог постоянно изображать благодушие и рано или поздно срывался, показывая безразличие и опасную, циничную натуру. Вот тогда от меня бежали как от огня. Парнишка сглотнул, пытаясь унять дрожь и пробормотал: — Я не собирался бросаться под машину… — Да что ты? — хмыкнул я и взял его за подбородок, жестко сжимая пальцы. — Однако бросился! — Это я его толкнул. Не пугай ребенка, — раздался бархатный голос от входной двери, заставивший меня резко повернуться и напрячься. А потом изумленно выдохнуть, отпуская мальчишку, которого просто хотел припугнуть. Алые глаза напротив с насмешкой следили за мной. — Как ты…? — Ты думаешь, это так сложно, Кирилл? Дыр в пространстве непочатый край. Я счел, что вполне имею право преследовать тех, кто мне интересен, — усмехнулся вампир, от которого не раз и не два мы убегали. И, кажется, в последний раз он все же убил Мелиссу, судя по рассказам Дениса. Хмурюсь, не сводя с него взгляда, а юнец соскакивает с дивана и прячется за нежданного гостя. Тот щурится, в глазах искрится веселье. — Ты страшнее меня, забавно, не так ли?.. — Что тебе нужно? — Даже не пытаюсь сдержать холода и ненависти в своем голосе. — Чтобы я привел тебя к Лисе? — И это тоже, — кивает этот наглец. — Кстати, меня Альер зовут. — Оно мне надо? — безразлично отмахиваюсь и оказываюсь в тисках рук вампира, не уследив за ним. Его дыхание обжигает губы, вызывает протест, но не дергаюсь, смело глядя ему в глаза. — Очень. Ты даже не представляешь, насколько, Крокодил. У меня несколько причин преследовать вас, и ты одна из них. Смирись. Так же мгновенно он возвращается к мальчишке и уводит его. Тот на миг оборачивается у дверей и одними губами шепчет свое имя. Виталик. Оставшись один в квартире, постепенно окутывающейся вечерними сумерками, ударяю рукой о стену. Этот кровопийца не оставит меня в покое. Что он тут забыл, зачем я ему? Да что в последнее время творится с моей жизнью?