we fell in love in october.

      Юнги возвращается домой ближе к вечеру. У него немного болит голова, потому что дети сегодня никак не хотели успокаиваться и слушаться его. Они предвкушали несколько месяцев отдыха, потому что зимой обычно взрослым не до учёбы, но Юнги не планировал давать им спуску. Учиться понемногу всё равно было важным, чтобы после длительного отдыха было проще входить в колею и усваивать весь подготовленный им материал. Юные альфочки и омежки не особо обрадовались известию, что им придётся пару раз в неделю посещать школу даже зимой, но в итоге они с этим, видимо, смирились. Альфа вздыхает, заходя в дом и с удивлением отмечая, что тут пусто и темно. Странно, где же Чимин? Юнги проходит в дом, снимая с себя верхнюю одежду. Зажигает несколько подвесных масляных светильников на стенах и, поводя плечами, решает растопить камин. В доме холодно, а беременному Чимину совсем некстати это. Наверняка он скоро вернётся, и было бы здорово, если бы комнаты успели бы прогреться. За окнами начинает темнеть, а с неба сыплет мелкий снег. Начало зимы в этом году какое-то странное. Осень будто вовсе не хочет уходить, и её бесконечную слякоть периодически схватывают ночные морозы, присыпая снежной пылью, чтобы днём это всё снова растаяло и превратилось в кашу. Юнги улыбается, вспоминая, как раздражается Чимин от такого непостоянства природы и вечно ворчит на неё, такой очаровательный при этом. Его самый лучший омега. Который ходит не пойми где. В комнатах уже совсем тепло, когда волнение всё же поднимается в Юнги, заставляя одеться вновь и пойти на поиски. Он вообще не паникёр, да и Чимин – не ребёнок беспомощный. Да и что может случиться с ним в их деревне, где каждая собака друг друга знает? К тому же, Чимин обычно теперь не отходит очень далеко от дома, потому первым делом Юнги направляется сначала к родителям Чимина. А потом к своим. А после заглядывает в продуктовую лавку, где работает Сокджин, с которым Чимин любит иногда зацепиться языками и потерять счёт времени. Но Чимина нигде нет. И Юнги начинает слегка паниковать. Он выходит из лавки Сокджина, чувствуя, как мороз по коже пробирает то ли от налетевшего порыва ветра, то ли от страха за своего беременного омегу. В голове лихорадочно мечутся мысли о том, куда он ещё мог пойти, где его искать, и если там не будет тоже, тогда что дальше? Юнги, пока идёт обратно к дому, успевает себя накрутить до того, что готов организовать масштабные поиски в ближайших лесах. И он почти готов кинуться на поиски старосты деревни и умолять его о помощи, но в почти сгустившейся темноте он вдруг различает идущую ему навстречу знакомую фигуру, укутанную в тёплую куртку. - Чимини, - альфа вздыхает рвано и ускоряет шаг, буквально налетая на своего омегу, который охает и обхватывает его руками, конечно, узнав тоже ещё на расстоянии. - Юнги, ты что, - шепчет он, поглаживая мужчину по затылку, пока его самого стискивают крепче и лбом утыкаются в плечо. - Тебя так долго не было. Я начал волноваться. Думал, что-то случилось, - бормочет тот, стараясь сохранять хоть какое-то спокойствие. - Мой хороший, - нежно шепчет омега. – Пойдём домой, ты совсем продрог. Почему даже шапку не надел, а? - Потому что я спешил, - ворчит Юнги, понемногу унимая колотящую изнутри дрожь от накатившего страха за своего любимого. – Ты важнее моего здоровья, ясно тебе? Чимин цыкает ему на ухо, явно несогласный с подобными заявлениями. Он берёт Юнги за руку и ведёт домой. Благо им недалеко, так что путь по тёмной улице, под всё ещё кружащимся снегом, больше похожим на какие-то крошки, занимает всего несколько минут. - Прости меня, - Чимин помогает Юнги стянуть верхнюю одежду, - я решил навестить Тэхёна, к тому же мне нужны были лекарства. Но мы с ним так давно не виделись, что я потерял счёт времени. Ты так переполошился… - Я привык, что ты надолго не отлучаешься, - повинился Юнги, чувствуя себя дураком, что не подумал о Тэхёне. – Да ещё и погода эта ужасная. Мало ли что могло произойти. Ты сейчас такой уязвимый, я… постоянно о тебе беспокоюсь. Чимин улыбается на эти слова, пока сам раздевается и устраивает всю их одежду на вешалке. А потом снова тянется к понурому альфе, выглядящему таким несчастным. - Любимый, - мурчит Чимин. – Иди ко мне. Мой беспокойный альфа. Юнги обхватывает Чимина снова, утыкаясь носом ему в шею, с трепетом чувствуя нежные прикосновения к своим волосам. Омега касается поцелуями виска, краснеющего кончика уха и горячо выдыхает на покрывающуюся мурашками кожу. - В следующий раз я обязательно оставлю тебе записку, чтобы ты так не переживал. Если вдруг меня понесёт куда-то дальше обычного, - обещает он негромко. Юнги благодарно и несильно кусает изгиб любимой шеи, тут же проходясь по этому месту губами. Там уже стоит его метка, и она пока очень яркая, но лишний раз прикусить чувствительное место рядом с пахучей железой альфа не прочь. Тем более что Чимину это нравится, и он каждый раз реагирует так, что внутри всё скручивает от желания любить и нежить своего омегу. Вот и сейчас Чимин сладко вздыхает, пальцами сжимая волосы Юнги, и весь притирается ближе. Такой чувственный, с ума можно сойти. Юнги подхватывает его на руки и относит в их спальню, опуская на кровать. - Ты голоден? – спрашивает он негромко. - Только по близости с тобой, - шепчет Чимин в ответ. – А ты, Юнги? Ты же весь день работал. - Хочу побыть с тобой, - качает головой тот. – Еда не убежит. Ты нужен мне гораздо больше. Чимин снова улыбается, довольный ответом и такой счастливый. В кровати они напоминают двух котят, потому что переплетаются друг с другом и компактно устраиваются под одеялами, обнимаясь и дыша друг другом. Долго целуются, пока губы болеть не начинают, и только тогда Юнги окончательно отпускает. Альфа внутри убеждается, что его омега в порядке и ему ничего не грозит. Довольно рычит от того, что тот такой мягкий и податливый под его руками сейчас. Когда Чимин засыпает, убаюканный теплом и нежным шёпотом Юнги, тот ещё долго лежит рядом без сна, ладонью касаясь немного округлившегося живота и слушая дыхание любимого. А потом устраивается аккуратно головой на его груди, чувствуя, как ровно и спокойно бьётся сердце Чимина. Тот обнимает его голову, что-то бормочет сквозь сон и глубоко вздыхает. Юнги прикрывает глаза и через несколько мгновений тоже проваливается в сон.