Сказки немёртвого бастарда

Не пугайся, малыш… Няня дремлет давно. Из волокон-минут мрак-паук полотно ткёт, вплетая в узор тень ушедшего дня. Коль не спишь до сих пор — значит, слушай меня. • • • Был мальчишка нескладен, костляв, бледнолиц, сторонился парней, опасался девиц. Слабосилен и жалок — насмешников рой молчаливо терпел деревенский изгой. Но менялся в лесу: шёл, как старый знаток — где и как обучился, не понял никто — ведал свойства растений, повадки зверей, зорче глаз становился, и чуял острей. Собирал чародейные травы в пучок. Воронёнок впивался когтями в плечо и нахально, секретов чужих не храня, перекаркивал сплетни прошедшего дня. Как-то парень пропал, не вернулся назад. Если понял бы кто — ворон мог рассказать про развалины храма средь гиблых болот. От него под водою тропинка ведёт — прочитай лишь намёк указующих рун — к средоточию угольно-масляных струй. Шепчет в уши родник, он зовёт, он мани́т, вяжут накрепко взор ведьмовски́е огни, не уйти. Обещает и силу, и власть, обольщает и лжёт тихий бархатный глас: «Окунись же, испей антрацитовых вод, разбуди позабывшее мир волшебство.» Срок придёт — возвратится мальчишка в село и с собой принесёт первородное зло: солнце канет в прожорливый сумрак ночной, плоть сминая, взметнётся над тощей спиной пара кожистых крыльев. На белых клыках отражением звёзд будут блики сверкать… Страх и смерть станет сеять в округе, пока соберут золотишко — нанять ведьмака. • • • Ох, заря занялась, в пруд обратно пора. Не скучай, спи спокойно, малыш, до утра.