Джокер под защитой Короля

      Ведущий стоит за столом учителя. Лицо закрыто маской, глаза солнцезащитными очками, а голова накрыта капюшоном. Позади него стоят его последователи, также скрывающие свои личности. Конец занятий, пришло время для обновления ролей в игре.       Что за игра, кто и когда придумал ее? Для всех загадка. Эти люди – лишь те, кто продолжают чью-то безумную задумку. Каждый месяц идёт перераспределение. По зданию и двору учебного заведения раскидывается случайным образом колода карт, ученики в свою очередь снуют в поисках наилучшей картонки. В ранге все просто: находишь короля – становишься им, считаешься лучшим в классе, твои просьбы и приказы выполняются беспрекословно. Ограничений нет. Ниже, но также на вершине общего рейтинга располагаются валеты, дамы. Ну и следом оставшиеся: десятки, девятки, и так далее. Однако не стоит забывать ещё об одной карте. Джокер. Самая пугающая для учеников карта, которую получать никто явно не хотел. Джокер – это своего рода игрушка для битья, изгой, по факту становится просто мишенью для других.       Пойдёшь против правил игры, или не будешь им следовать – жди наказания. И лучше не знать, что ждёт нарушителя. Все уже давно воспринимают игру как данность, обычное дело. Бунтуют и негодуют только переведенные, новые ученики, которым поначалу сложно ужиться в такой обстановке. Но даже они привыкают. Ибо выбора нет.       Знают ли учителя обо всем этом? Возможно. Но ничего не делают. В прошлом месяце новоизбранного Джокера почти на глазах преподавателя заставили ползать на коленях и умолять прощения, за то, что он, по их мнению «наговорил лишнего». Хотя были случаи и похуже: многочисленные попытки, и случаи изнасилования, публичное унижение, частые избиения. И по большей части на такие поступки шли одни и те же люди. Удивительно, что они постоянно занимали одни из главенствующих мест, хотя скорее большое значение здесь играла их собственная хитрость.       Неизвестный повторно начал объяснять правила классу. Будто бы они за столько месяцев не запомнили их. Но каждый раз все стоят в оцепенении, в глазах застывает хорошо читаемый ужас. Многие согласны на простую «двойку», что стоит по рейтингу в самом низу, лишь бы карта Джокера досталась другому и обошла их стороной. – Как только находите – подходите ко мне для регистрации, – закончил объяснять правила ведущий, – не затягивайте с поисками. Ну что же, начнётся же новая «Королевская битва»!       С последним словом кабинет вмиг опустел. Все ринулись искать. Пару раз, чуть не подравшись, в панике ученики бегали вдоль коридоров, заходя в отдельные кабинеты, кто-то выходил на улицу. Еще не отходя от ролей прошлой игры, некоторые помыкали своими «пешками», заставляя искать себе карту. Один из таких вальяжно расселся прямо на лестнице, выдыхая дым от сигареты, чудом не вызывая пожарной тревоги.       Спустя каких-то десять минут к ответственному человеку по игре стали подходить ученики, нашедшие свои карты. Четверка треф, восьмерка пик, червовый валет. По большей части никто не стремился забрать Короля. Но это не значит, что людей, стремящихся к лидерству, не было. Да, слово Короля здесь – закон, но «не пойман – не вор», как говорится. Даже валет, каких в игре аж четыре, может вполне подчинять себе кого угодно ниже уровнем. Вместе с тем удивительно, что Король был всего один. И каждый раз разная масть. Прошлый месяц «правил» бубновый Король, и по факту самый жестокий. Точно настоящий тиран.       Наконец, последние учащиеся начали подтягиваться к ведущему. Большинство всех самых значимых ролей уже розданы, за исключением одной. Высокий брюнет протянул короля масти треф. Последний из вышестоящих. – Я Вас поздравляю. Представьтесь, пожалуйста. – Заведующий взял ручку и замер в ожидании. – Арсений. Арсений Попов. – Спокойный, хладнокровный взгляд голубых глаз наблюдал за появляющимися буквами его имени на бумаге.       Наверно, Арсений не из тех, кто яро рвался за место под солнцем. Его, по сути, не так сильно волновал этот «бред», каким он и называл это действо. Попов уже подходил к проему двери, как в нем появился еще один парень, подавленный, но уверенно шагающий в класс. Глаза их на секунду встретились. Парень встал напротив стола, а Арсений замер на месте. Все-таки любопытство брало верх в этот момент. – Антон Шастун. – На стол полетела карта.       Арсений сразу увидел изображение: чёрный, с красными деталями шут, и буквами «J», располагающихся в верхних правых углах. Ведущий понимающе кивнул. Брюнет только безмолвно посочувствовал. Даже он, в принципе не воспринимающий игру как что-то весомое, понимал, как несладко придётся Антону. – На этом распределение закончилось. Списки будут вывешены рано утром, так что по приходу каждый сможет изучить положение своих соучеников. – Организаторы вышли, а дверь за ними с грохотом закрылась.       Теперь в кабинете воцарилось спокойствие, все как обычно стали переговариваться между собой. Выделялся только один. Парень, которому повезло «вытянуть» Джокера, опустил взгляд в пол, и в таком положении покинул общество своих одноклассников. Арсений лишь посмотрел тому вслед, не найдя каких-либо слов поддержки.

***

      Класс сидел группками из нескольких человек, будто отдельные мирки. И как полагается – «придворные короля» общаются между собой, а мелочь ошивается отдельно. Это не значит, что контактировать им вовсе нельзя, однако от этого лучше воздержаться. Высшие – приказывают, младшие – слушаются. Другого отношения быть не может.       Арсения, который раньше спокойно обходился картой «девятки», встретили под громкие аплодисменты. Ни к чему ему эта фальшивая популярность. Да и радоваться точно уж нечему, когда твой друг оказался максимально противоположной ролью. Кстати, его Попов так и не нашел среди присутствующих. – Доброе утро. Присаживайтесь на свои места, начнем урок. – В класс почти незаметно проскользнул учитель.       Павел Алексеевич выводил на доске тему урока литературы. Обсуждение очередного скучного произведения, по мнению большинства сидящих школьников. Но Арсений с упоением слушал все, что говорил педагог. Рассказ прервался на полуслове из-за вошедшего в кабинет Антона. Ничего не сказав, даже не извинившись за опоздание, он приземлился на свободный стул. Воля с удивлением окинул взглядом некогда пунктуального своего ученика. Все-таки урок он продолжил, не обращая внимания на этот инцидент. А тем временем вся концентрация мыслей Арсения была уже давно не на словах учителя.       Арсений с Антоном хорошо общались. Правда. Несмотря на разные интересы, увлечения, они всегда находили общий язык. Всегда отыскивали выходы из сложных ситуаций. И, в принципе, его не волновало положение Антона в этом месяце. Но только его. Вокруг находилось столько «фанатиков», всегда подчинявшихся выдуманным правилам. Низшая карта значила полное отстранение от общества класса. Но кто сказал, что Король не может перевернуть ход игры? И у Арсения была такая привилегия. Но не факт, что каждый пойдет на уступки.       Уроки проходили быстро, и пока довольно спокойно. Обеденное время наступило почти незаметно. Арсений наблюдал за Антоном, пока тот не скрылся в коридоре. Он просто не мог найти в себе силы подойти и заговорить, возможно, из-за страха не подобрать нужные слова. Вокруг собрались одноклассники, бурно что-то обсуждая и вовлекая в диалог Попова, который словно находился не здесь, а в глубине души уже бежал вслед за Антоном.       Спокойствие и мир долго не продлились. Безмятежно зеленоглазый парень гулял по коридорам, засунув руки в карманы и о чем-то размышляя. Дорогу преградила банда парней. Типичного вида хулиганы: одетые во все черное, у кого-то даже присутствовала накинутая на плечи косуха, а ноги украшали кроссовки известной марки, но скорее всего это была обычная паль. Они без особых проблем окружили парня. Вообще, со стороны это могло смотреться несколько нелепо: Антон сам по себе очень высокий, а члены этой «мафии», хоть и ненамного, но были ниже. Это больше напоминало утренник и хоровод танцующих детей вокруг елки. Вместе с тем, Антон скорее выглядел худощавой сосной, а налетчики – дубовыми бочками.       Не выжидая момента, они приблизились вплотную к Антону. Схватив и следом оттаскивая того за волосы, направились в уборную. Рывком впечатали в стену, с характерным звуком. Антон вскрикнул от резкой боли во всем теле, что тотчас окатила его. От вида этой своры, и сопутствующей мысли о своей беспомощности в такой ситуации, ноги сами собой согнулись, а сам Антон медленно стал сползать вниз на пол. Перед ним стояло, по меньшей мере, пять человек, и неизвестно, не стоят ли еще несколько у выхода из туалета. – Никогда бы не подумал, что Шастун у нас может стать Джокером, – сдерживая смех, но расплываясь в сумасшедшей улыбке, заявил один из парней.       Еще раз взяв Антона за светлые волосы, он притянул его ближе к своему лицу. Всмотрелся в серьезную мордашку с нахмуренными бровями, за которой прятался хорошо скрываемый страх. Сейчас сделать ничего нельзя. Лишь надеяться, что все обойдется парой синяков, не более. – Это даже лучше, чем колотить каких-то четырехглазых, над которыми и просто так можно поиздеваться. Но ты, Антошенька, – имя прозвучало как из уст родителя, стоящего над ребенком, мерзко и слащаво, что Антон еще сильнее скривился, – ты совсем другое дело.       Стоящий парень в центре группы в предвкушении потер руки. Каждый из пятерых внес свою лепту: пару ударов в живот, бока, многочисленные пощечины, от которых горели щеки, а полость рта заполнилась привкусом железа. Глаза намокли, но скатиться слезам Антон не позволял. Самое противное оказалось не ощущение и привкус крови на губах, а действие, как казалось парню, главаря шайки. Бесцеремонно он уперся ногой в часть тела ниже пояса, в самый пах Антона. Через ткань черных брюк больно надавливал, заставляя того корчится от неприятных и болезненных ощущений. А сам наслаждался. «Гребанный садист». – Да вы же только и умеете, что скопом избивать. Просто трусы, пытающиеся показать себя важными «шишками». Бейте дальше, сколько влезет, но вы сами прекрасно знаете, что останетесь лишь кучкой дерьма. Просто. Идите. Нахуй. – Последние слова Антон отчеканил, точно смакуя, а после выплюнул смесь слюны и крови рядом с ногами их главаря.       Поведение Антона их явно не устраивало. Ещё бы. Как он может, находясь в подобном положении что-то высказывать? Самое страшное, что мог только предполагать Антон, кажется, настанет в следующую секунду. – Ребят, преподадим внеклассный урок Тоше? – Тихо и протяжно произнеся этот вопрос, он повернулся к своей свите. – Делайте, что душа пожелает. Я откланяюсь, хорошо повеселиться.       И он покинул мужской туалет. А стоящая стая, словно диких собак, уставилась голодными глазами. Антон огляделся в поисках помощи. Конечно, ни о какой помощи и речи быть не могло. Сейчас, даже если кто-то и войдет, либо испугается что-то заявить, либо просто не захочет никаких проблем в будущем с этими мерзкими животными.       Грубая мужская ладонь ухватилась за шиворот парня, дергая ей вниз, отчего парень повалился на землю. И снова этот противный вкус, обволакивающий рот, вдобавок с разбитым носом. Пока Антон чуть ли не выл от вновь нахлынувшей волны боли, противники просто так не стояли. Приподнявшись на локтях, парень старался изо всех сил встать. Но каждый раз сталкивался с чужими ногами, втаптывающих его еще сильнее в кафель. Он почувствовал, как медленно, но верно с него сползали штаны. «Черт, неужто они настолько низко опустятся?» Антон уже не в силах был даже встать, не то, что отбиваться от домогательств. Трое ухватились за конечности парня, удерживая его от лишних телодвижений, пока четвертый начинал вытворять свои грязные дела. Влажный язык прошелся по уху Антона, перемещаясь точно к шее. Стало до невозможности противно. Челюсть сжалась до хруста, скулы напряглись.       Чужая рука нырнула под резинку боксеров. В глазах потемнело, а вместо четкой картинки замелькали звёзды. Дыхание в край сбилось, сердце стучало как бешеное. Сейчас точно изнасилуют, и от этого уже не отвертеться. Антон успел пройти через все стадии принятия. Он просто лежал, в компании чувства омерзения. – Отойдите, – у выхода послышался до боли знакомый голос, – я сказал, отошли отсюда. – Шаги приблизились, остановились точно около головы парня. Но сил посмотреть наверх и узнать, кто это, совсем не было. – Чтобы через секунду я вас здесь не видел. Раз!       Хватка на руках и ногах Антона ослабла. Парни точно засуетились, и, бурча что-то под нос, ушли.       Шастун до сих пор не мог понять кто это, находясь в некой прострации. И только после того, как некто присел на корточки, Антон нашёл в себе силы задрать голову чуть выше: это был Арсений. – Ты в порядке? Давай отведём тебя в мед кабинет. – С грустной улыбкой поинтересовался Арсений.       Синеву глаз-океанов заволокло туманом беспокойства. Он помог Антону привести себя в порядок, насколько это было возможно, и, закинув его руку на своё плечо, приобняв за талию, поволок до кабинета медсестры. К тому моменту начался еще один урок, так что в коридоре не было ни души.       И, как оказалось, кабинет медсестры тоже пустовал. Хотя не удивительно, такое частенько бывает. Арсений не растерялся, открыл небольшой шкаф белоснежного цвета, что сливался с такого же цвета стенами, достал оттуда необходимые вещи. Звук случайно соприкасающихся склянок и баночек эхом прозвучал в полупустой комнате. Антон был усажен на небольшой диван, что выделялся своим темным оттенком средь этого светлого царства. Холодный и, вместе с тем, обжигающий ватный диск коснулся разбитой губы. Парень слегка зашипел, зажмурив глаза.       Арсений чувствовал вину, что не пошёл сразу за Антоном. Когда он осознал, что друга слишком долго нет, тогда и ринулся искать. По стоящим парням, что явно караулили вход уборной, сразу стало понятно, почему тот задержался. – Арс, больно. – Скулил парень, пока Попов обрабатывал раны перекисью водорода. – А так? – Брюнет двумя руками коснулся лица парня, чуть притягивая к себе, и слегка подул на обработанные раны. Вместо неприятной жгучести теперь ощущалась приятная прохлада.       Чуть прикрытые зеленые глаза всматривались в голубые. Арсений в ответ приблизился, все так же оставляя ладони на щеках Антона, пальцем смахивая упавшие прядки волос. Один кончик носа нежно соприкоснулся с другим. Горячее дыхание Шастуна чувствовалось на губах Арсения. Взгляд Попова переметнулся с зеленых глаз на разомкнутые губы парня и, поддавшись вперед, он накрыл их своими. Антон прикрыл глаза, из которых наконец полились слезы, но сейчас они были вызваны приятными ощущениями. Тепло разлилось где-то в грудной клетке, растекаясь по всему телу. Руки упали на плечи брюнета. – Прости, пожалуйста, – разомкнув поцелуй, но не отдаляясь от парня, шепнул Попов. Антон не винил его. Все-таки он не дал другим надругаться над его телом, хоть тот и получил приличное количество ушибов и ссадин. Рядом с ним теперь он чувствовал себя в безопасности. – Не извиняйся, тебе не за что, – всхлипывая, уже совсем не сдерживая потоки слез, еле выдал из себя Шастун.       Ладонь с лица переместилась на шею Антона, все так же нежно оглаживая ее. Еще один поцелуй, на этот раз в солоноватую от слез щеку. Время остановилось, давая им возможность насладиться друг другом. – Можно? – Не понятно о чем именно спросил Попов, но Шастун все равно кивнул. Потому что это Арсений. Он был уверен в этом человеке.       Длинные пальцы невесомо касались и скользили вдоль торса Антона, спускаясь ниже. Изучали каждую родинку, аккуратно поглаживали синяки, которые уже проявились на бледной коже. Остановились на бедрах, следом переместились на выпирающую и уже саднящую часть тела. Осторожно прощупали через ткань черных брюк. Еле слышимый стон сорвался с губ парня. Молния с характерным звуком разомкнулась. – А-арс… – Возбужденно протянул Антон. Он точно скоро сойдет с ума просто от прикосновений брюнета. Еще немного таких тактильных ощущений, и он точно дойдет до предела.       Нижнее белье уже давно было не помехой для рук Арсения и поэтому он, по-собственнически, нежно-нежно проводил вдоль разгоряченного органа. Едва уловимая дрожь пробежалась по телу Антона от главной точки возбуждения до самой макушки. Парень выгибался в спине, то и дело запрокидывая голову назад от удовольствия. Наряду с этим тишину медицинского кабинета разрезали громкие стоны, которые Шастун уже даже не пытался сдерживать.       Вообще, парни уже давно забыли, где находятся. И их уже даже не волновал тот факт, что медсестра может вернуться на своё рабочее место в любое время, но точно надеялись, что ее ещё долго не будет.       Антон переместил свои руки с плеч Арсения на его шею, обхватив руками, точно повиснув на ней. За спиной брюнета на соседней стене висело зеркало, в котором парень не сразу узнал собственные черты: красное от смущения лицо, вместе с тем кончики ушей, приоткрытый рот, жадно глотающий воздух, и растрепанные от прикосновений Арсения волосы.       Момент, и протяжный стон Антона уходит куда-то в губы Арсения, а рука партнера, ласкающая член, становится влажной. – Тош… – Арсений похлопал по своей ноге, – садись.       И Антон, может и нелепо, с трудом, но перебрался на колени Арса. Теперь в движение пришла молния на штанах Попова. Антон даже приподнялся на своих острых коленках, чтобы совсем уже ненужная одежда без проблем спустилась вниз.       Не выжидая момента, брюнет поднес тонкий палец к девственному колечку мышц Антона. Хриплый выдох. Губы уже становятся сухими от частого дыхания через рот. Арсений вводит еще один палец, потом третий. Парень ответно мычит, крепко сжимая рубашку любовника, когда тот находит простату, нежно массируя ее. – Попов, блять, не тяни, – запрокидывая голову, жмурясь, протянул Антон, уже не стесняясь своих желаний.       Арсений сам не мог уже ждать. И это стало понятно, когда тот уверенно схватил парня за ягодицы, еще сильнее пододвигая к себе. Усадил на уже возбужденную плоть. Толчок. Комната наполнилась максимально пошлыми и громкими звуками. Антон закатывал глаза от удовольствия, Арсений стискивал зубы. Грудь Шастуна попутно исследовалась руками брюнета, иногда позволяя им слегка прокручивать соски. Светловолосый парень уже вовсю сам насаживался на член, тот входил во всю длину, дотягиваясь до самой приятной точки. Еще пара сильных толчков. И вот, мышцы внутри сжались, попутно сжимая и достоинство Попова, а сам Антон наконец-то дошел до пика возбуждения и кончил. По телу прошлась приятная дрожь. Следом кончил и Арсений, не выходя из партнера.       Антон продолжил сидеть на коленях Арсения, прижимаясь к нему всем телом, опустив голову тому на плечо. Одновременно пытался восстановить в край сбившееся дыхание. Попов запустил всю пятерню в волосы Антона, немного поглаживая макушку. – Если не поторопимся, можем столкнуться с непонимающим взглядом недовольной женщины, – посмеиваясь, по-доброму сказал Арсений, другой рукой легонько похлопывая Шастуна по спине. – Ещё минуту-у…– Протянул в ответ парень.       Арсению оставалось только смириться. Хотя желание оставить парня в объятиях возвышалось над страхом быть пойманными. Но, как и обещал, Шастун спустя минуту, с большим нежеланием, оторвался от брюнета. Оба собрались быстро, чудом не застав возвращающуюся в кабинет медсестру. Для них учебный день мог считаться законченным. Ну, так они совместно решили. Оттого недолго думая, в приподнятом настроении, с переплетенными пальцами рук, те покинули территорию школы. Даже не оглядываясь и не опасаясь взглядов других людей.

***

      Месяц имел возможность оказаться сложным. Да, роли никуда не делись. Но впредь Арсений не собирался даже на секунду спускать глаз с Антона. Наверно, такое случалось впервые в истории «Королевских Игр»: Король защищал, казалось бы, никому не нужного Джокера. Джокер под защитой Короля. Странно, как ни посмотри. Но и вместе с тем прекрасно, как пробившийся цветок через толщу асфальта. Им позволено пойти против системы и правил. Почему? Давайте скажем, что так решила судьба.