Stellar

Питер Хан официально утверждён на роль Капитана Кореи ‘Тхэгыкки’*! Добро пожаловать в Марвел ~ [ +8761, -1678 ] это точно не ошибка?!?!? он такой костлявый... [ +3287, -1099 ] ок тэкён единственный капитан корея в моём сердечке! [ + 3001, -876 ] что не так с комментариями выше? Мы должны быть рады, что он нас представляет! питер хан, файтин! капитан корея, файтин! [ +1976, -456 ] разве это не персонаж с эмблемой пепси ㅋㅋㅋㅋㅋ › дизайн такой убогий, вообще не похож на наш флаг ㅠㅠ [ +765, -321 ] как фанат комиксов.,, не думаю, что у него будет большая роль... Проходят недели, и встреча с Джисоном, а тем более его пребывание в доме Минхо, кажется ему лихорадочным сном. От него нет никаких новостей, и Минхо предполагает, что может распрощаться со своей худи навсегда. Сынмин и Чанбин, получив от Хёнджина не совсем точное описание событий того судьбоносного дня, заставили Минхо рассказать им в деталях, Как Он Дошел До Того, Чтобы Целоваться С Мировой Знаменитостью, но в остальное время Минхо старается не думать о Хан Джисоне, также известном как Питер Хан, слишком много. Время от времени Хёнджин, конечно же, скидывает ему статьи, и Минхо либо слишком слаб, либо слишком любопытен, потому что читает каждую из них. — Эй, ребята, вы знаете этого парня, Питера Хана? — как-то спрашивает он у своих коллег после обеда, когда им удаётся уложить детей спать. Это был довольно тяжёлый день. На них троих, Минхо, Бомгю и Чонине, было в общей сложности десять детей: шестеро из них (включая двух близнецов) были в возрасте от трёх до пяти, ещё двое между шестью и семью, и, наконец, одна восемнадцатимесячная малышка, которую мать обычно привозит к ним на полдня. Отец одного из шестилеток, Бонча, недавно вернулся из-за границы и в качестве подарка привёз сыну казу**, который, по скромному мнению Минхо, является самым отвратительно звучащим инструментом в мире. Дети, к сожалению, были в восторге, и, конечно же, им всем захотелось по очереди подуть в него. Даже если закрыть глаза на гигиену и всё такое, тот факт, что дети делили один инструмент на девятерых, не мог привести ни к чему хорошему, тем более, учитывая, что Бонча не был особо щедрым ребёнком. В конце концов, после двух мини-потасовок и множества пролитых слёз (Чонин в какой-то момент и сам выглядел так, будто вот-вот заплачет), им удалось успокоить детей, сформировав музыкальный круг. Бомгю хорошо играет на гитаре, поэтому ему быстро удалось увлечь детей пением, пока Минхо и Чонин убеждали остальных малышей, что на бубнах и маракасах, которых навалом у них в садике, так же весело играть, как и на казу, а может даже и веселее. В итоге, инструмент вернулся к обладателю. Дети, как и они сами, устали и проголодались, поэтому после обеда, который по большей части был приготовлен самим Минхо, оставившим своих коллег наслаждаться пением, все ребята без лишних жалоб пошли готовиться к тихому часу. Теперь, когда последний ребёнок отправился в страну грёз, и мама забрала малышку Хару, Минхо и его сверстники наконец-то могли сделать заслуженный перерыв. Хёнджин снова прислал ему очередную статью о Питере Хане, и Минхо невольно, тихим голосом, поднял эту тему с Чонином и Бомгю. — Актёра? — бубнит Чонин, допивая коробочку кофе с молоком и выглядя очень измученным. Он наклоняется через плечо Минхо, чтобы посмотреть на экран его телефона. — Вообще-то, вчера мы с Джихон смотрели один из его фильмов по кабельному. Мне кажется, он сейчас повсюду, особенно после того фильма с Анджелиной Джоли. — Ну, согласно этой статье, он снимется в фильме от Марвел, — говорит Минхо, бегло просматривая текст. Они синхронно поворачиваются к Бомгю, потому что оба знают, что тот без ума от комиксов и всего, что с ними связано. Когда вышел последний фильм Мстителей, Бомгю прожужжал им все уши о том, как вселенная в фильме отличалась от оригинальных сюжетных линий в комиксах, и был ли он доволен изменениями. Он даже входит в клуб местных любителей вебтунов, который устраивает встречи каждые две недели. Минхо узнал об этом не от самого Бомгю, а от Чонина: тот, будучи лучшим другом Бомгю со старшей школы, как-то раз упомянул об этом. — А да, — кивает он, пожимая плечами, как будто услышал что-то, о чём давно знал. — Об этом ходят слухи в сети. В роли Тхэгыкки, да? Из того, что я слышал, это, вроде, подтверждено. — Не знаю, наверное? — отвечает Минхо, — Это имя героя? Они серьёзно назвали персонажа в честь нашего флага? И теперь, судя по этой статье, его точно утвердили, — говорит он, взмахивая телефоном. — Да. Он, типа... Корейский Капитан Америка, говоря простым языком, — у Бомгю, по-видимому, срабатывает гиковский переключатель, и он начинает тираду о том, что персонаж, наверняка, будет второстепенным и с минимальным экранным временем; однако, сам Бомгю надеется, что Капитану Корее дадут больше материала, чем представлено в комиксах на данный момент — и как было бы прекрасно, получи он свой собственный спин-офф в будущем! Минхо едва помнит 80% персонажей франшизы MCU, и он ничего не может поделать с тем, что посреди восторженного монолога Бомгю его глаза начинают закрываться. Однако, он быстро просыпается в тот момент, когда Чонин упоминает в разговоре Питера Хана, рассказывая своё мнение о нём, по большей части основанное на фильме, который он недавно смотрел со своей девушкой. Минхо слушает молча, несмотря на то, что этот разговор начал именно он. — Почему ты вообще спросил? — Чонин поворачивается к нему, оглядывая с подозрением. Он, возможно, заметил, что Минхо ведёт себя слишком тихо. — Ты его фанат, хён? — Не-а, — Минхо качает головой. — Не я, Хёнджин, — отвечает он. По крайней мере, это не полная ложь. — Я слышал, Питер Хан снова будет в стране! — однажды ночью восторженно сообщает Хёнджин, без стука врываясь в комнату Минхо. Прошло чуть больше пары месяцев с того дня, как Минхо познакомился с Питером, и сейчас встреча с ним кажется чем-то мимолётным. Они в буквальном смысле просто столкнулись друг с другом, и даже если Минхо потом и посмотрел несколько фильмов с Питером Ханом, значит ли это что-то большее, чем просто способ хорошо провести время и удовлетворить своё обоснованное любопытство? — Хорошо? — он отрывает глаза от книги, которую читает, — Рад слышать? — Говорят, в ближайшее время он снимет в Корее несколько сцен для сиквела Чёрной Пантеры, — добавляет Хёнджин, плюхаясь на компьютерный стул Минхо и счастливо кружась в нём, — А ещё, Сынмин сказал, что компания хочет отправить его на интервью с актёрами! Последняя фраза, признаться, вызывает у Минхо интерес. Встреча Сынмина с Джисоном, даже в профессиональных рамках, заставляет его чувствовать себя так, будто их миры вот-вот снова столкнутся, но не то что бы его это волновало. Или должно было волновать. — Круто, — Минхо снова опускает глаза в книгу, — Попроси Сынмина напомнить ему о моей толстовке, которую он так и не вернул. Хёнджин усмехается. — Из всех вещей, которые ты мог бы...?! На твоём месте я бы попросил Сынмина подсунуть ему твой номер. Минхо пристально смотрит на него. — Итак, во-первых, если бы Сынмин сделал это, это было бы крайне непрофессионально с его стороны. А во-вторых, зачем мне это надо? — Итак, во-первых, использование связей время от времени — это общепринятый вид непрофессионализма, — говорит Хёнджин, и Минхо остаётся только простонать в знак неодобрения, — Но Сынмин из-за этого не потеряет работу. А во-вторых, затем, что он тебе интересен?! — он произносит это таким тоном, будто ответ тут очевиден, и Минхо намеренно всё усложняет, прикидываясь дурачком. Минхо фыркает. Даже если Хёнджин не совсем не прав, даже если Джисон два месяца назад, скажем, заинтересовал его настолько, что Минхо захотелось выпить с ним по чашечке кофе и, возможно, познакомиться поближе, это было два месяца назад. Надеяться на кофе и знакомство с кем-то в стиле Питера Хана — разве это не звучит как фантазия? Причудливое безумие, которое, вероятно, разделяют миллионы его фанатов по всему миру. В конце концов, Питер Хан — всемирно известный актёр, с чего бы ему вообще соглашаться на кофе с Минхо? Фактически, Джисон наверняка уже забыл о нём. — Это не имеет значения, — говорит он соседу строгим тоном, намекая, что разговор окончен. Не то что бы Хёнджина это останавливает. Он фыркает и продолжает свою пламенную речь: — Это будет иметь значение, если ты этого захочешь. — заключает он, щёлкая языком и качая головой. — Я всё ещё не могу поверить, что он был прямо здесь, в нашей квартире, и ты никак не воспользовался этим! — А что я должен был сделать? — Точно не знаю, но тот день был словно сон. Между вами была такая ощутимая химия! Но ты даже не попросил фото или автограф, хотя он выглядел так, словно был готов сказать «да», если ты внезапно упадёшь на одно колено и попросишь его выйти за тебя. Минхо чуть не подавился слюной. — Хёнджин, пожалуйста. Прекрати драматизировать. И прекрати вести себя так, как будто лично ты что-то потерял, хотя с тобой ничего и не случилось! — Да уж, чёрт возьми. А так хотелось бы. Минхо смеётся. — Тогда попроси Сынмина подсунуть ему твой номер. Тем более, кое-что всё же случилось. Этому парню сошло с рук то, что он не вернул одну из моих любимых толстовок. Я должен ненавидеть его как минимум за это. Хёнджин фыркает и закатывает глаза. — Хён, серьёзно? Ты пролил на него кофе и испортил ему рубашку от Givenchy. Бьюсь об заклад, она стоит минимум в два раза дороже твоей базовой худи. Одним субботним утром так называемый сон, который так оплакивал Хёнджин, начинается снова. Минхо не сразу понимает это: по факту, возможно, он начался раньше, когда его друзья шушукались за его спиной, явно что-то замышляя. Сынмин и Чанбин пригласили их с Хёнджином на бранч в недавно открывшемся ресторане в Каннаме. Видимо, шеф-повар работал в ресторане с рейтингом Мишлен, или обучался у другого шеф-повара с рейтингом Мишлен, что-то в этом роде. Минхо особо не придаёт значения подобным ярлыкам или достижениям, но у него есть желудок, который нужно кормить, и язык, который может наслаждаться хорошей едой. В этом ресторане достаточно сложно получить бронь, но компания семьи Чанбина помогает владельцу с поставщиками, поэтому тому удалось-таки выбить им столик. Кто Минхо такой, чтобы отказывать друзьям? Хёнджин спрашивает, может ли сесть за руль, и Минхо соглашается. Несмотря на то, что машина принадлежит ему, он не особо любит водить. Половину пути он дремлет, так как не спал всю ночь, работая над своей диссертацией, и, открыв глаза, очень удивляется, когда видит, что Хёнджин остановился перед четырёхзвёздочным отелем и уже отдаёт ключи от его машины камердинеру. — Не знал, что мы будем обедать в ресторане отеля, — бубнит он, хотя это уже начинает обретать смысл. Его друзья даже заставили их с Хёнджином надеть классические рубашки. — Должно быть дорого... Хорошо, что Чанбин платит. Хёнджин на это хихикает, предположительно в знак согласия, и торопливо затаскивает Минхо внутрь, в вестибюль отеля, где они сразу же замечают ожидающих их Чанбина, Сынмина и-... Оператора с его работы?! — Давай же, — Сынмин берёт Минхо под руку, как только они подходят, — Мы опаздываем, — добавляет он, без всяких объяснений, как будто Минхо должен знать, что, чёрт возьми, здесь происходит. — Опаздываем куда? — спрашивает он, позволяя другу утащить себя, но перед этим бросая пару непонимающих взглядов на Чанбина и Хёджина, которые хихикают и машут им вслед. Хёнджин выглядит искренне взволнованным, будто предвкушает что-то, в то время, как Чанбина, очевидно, веселит замешательство Минхо. — На интервью, — сухо отвечает Сынмин. — Какое? — Минхо не дурак. Сейчас он начинает понимать полную картину, но всё ещё отказывается верить. Сынмин смеётся. — Знаешь ли, сегодня здесь проходит пресс-конференция... Минхо стонет, понимая, что его предположения оказались верны. — Это дело рук Хван Хёнджина? По крайней мере, у Сынмина хватает совести одарить Минхо виноватой улыбкой. — Не могу поверить, что ты согласился на это! — он разочарованно смотрит на друга. Сынмин только пожимает плечами. — Мне показалось слишком заманчивым предложение посмотреть на то, как ты корчишься в дискомфорте, — объясняет он. От смущения и раскаяния не осталось и следа, ухмылка резко превратилась в дразнящую. — Что? — морщится Минхо. Он даже не может злиться, потому что Сынмин прав: уже когда тот показывает свою аккредитацию прессы и они заходят в конференц-зал, Минхо чувствует, как скручивает живот от волнения. Зал переполнен репортёрами, и всё, что остаётся Минхо — это держаться поближе к Сынмину и его оператору. Когда возникает внезапный переполох, он сразу же понимает причину: режиссёр нового фильма Марвел вместе с актёрским составом заходит в помещение. Минхо, конечно же, сразу же замечает Джисона. Неважно, что он находится в окружении других известных актёров (по крайней мере, Минхо считает, что они такими являются): он бы не смог назвать их имён, даже если бы ему предложили за это миллион вон. Его взгляд останавливается на Джисоне — Питере. Сейчас на нём макияж, в отличие от предыдущих разов, когда Минхо виделся с ним (точнее, сталкивался). Его рубашка немного обтягивает мышцы на руках, и Минхо подмечает, что он в целом стал крупнее, чем пару месяцев назад. Наверное, Джисон намеренно подкачался для новой роли. «Он красивый» — это первые слова, которые приходят на ум Минхо, но в то же время они лишь подчёркивают расстояние между ними. Эти мысли делают ещё более очевидным тот факт, что Питер Хан недосягаем, и Минхо злится с того, что друзья всячески подталкивают его, пытаясь заставить признать свою глупую влюблённость в актёра. Потому что, ладно, может у него и есть маленький краш, но это не значит, что из него может что-то родиться. Точнее, это совершенно невозможно. Он настолько отвлекается на вспышки от десятков камер, играющие с контурами лица Джисона, что почти пропускает тот момент, когда Сынмину выпадает возможность задать вопрос. Когда его друг начинает говорить, спрашивая что-то о местах съёмок, которые они выбрали в Южной Корее, Джисон переводит взгляд в их сторону, и в этот момент их глаза встречаются. Минхо не знает, показалось ли ему, но выражение лица Джисона будто автоматически меняется: его улыбка становится шире, глаза начинают блестеть ярче, и, может быть, это самонадеянно с его стороны, но Минхо не может не задаться вопросом, имеет ли он к этому какое-то отношение. После окончания пресс-конференции Минхо остаётся только ждать, пока оператор Сынмина, Чанмин (как он выяснил) сложит свои принадлежности, в то время как Сынмин ведёт светскую беседу с коллегой, который работает в другом новостном издании. Судя по всему, ресторан, с помощью которого его выманили из Сеула, на самом деле существует, и Хёнджин с Чанбином ждут их там. Когда Сынмин завершает обмен мнениями со своим коллегой-журналистом и направляется к Минхо с Чанмином, один из сотрудников американского стаффа перехватывает его, сообщая о чём-то с серьёзным видом. — Питер Хан хочет видеть тебя, — это первое, что он говорит Минхо, когда возвращается. — Меня? — Минхо показывает на себя, сводя брови к переносице. Сынмин кивает. — Он ясно сказал: «парень с репортёром из Entertainment Weekly». Репортёр из Entertainment Weekly, — он показывает на себя, — Это я. А парень со мной — кивает на Минхо, — Это ты. Минхо моргает. — Но... Зачем? — Откуда я знаю? — пожимает плечами Сынмин, — В любом случае, он тебя ждёт, — добавляет он, указывая в сторону сотрудника стаффа, бледного парня с кудрявыми волосами и широкими плечами, стоящего позади и внимательно наблюдающего за ними. — Что... Но, — он вздрагивает, бросая взгляд на парня, а затем снова на Сынмина. — Просто иди, хён, — говорит ему Сынмин, — Не думал, что это действительно сработает так, как планировал Хёнджин, — смеётся он, — Но сработало? И если ты упустишь эту возможность, его хватит инфаркт, так что иди! Если что-то пойдёт не так, я напишу тебе адрес ресторана. Минхо сомневается, но Сынмин прав насчёт Хёнджина. Тем более, что, в конечном счёте, он может потерять? Он делает глубокий вдох и медленный выдох, когда подходит к ожидающему его сотруднику. Парень жестом показывает идти за ним. Минхо думает спросить у него, чего от него хотят, но его разговорный английский не особо хорош, поэтому он решает промолчать. Минхо не говорит ни слова до тех пор, пока его не заводят в комнату на десятом этаже. Первое, что он видит, когда входит — это Джисон, стоящий около огромного зеркала от пола до потолка и будто о чём-то глубоко задумавшийся. Минхо тихо прочищает горло. — Привет? Джисон немедленно поворачивается, его щёки расплываются в широкой улыбке. — Минхо-щи, какие люди! — он смеётся мягко и до странного знакомо, даже несмотря на то, что на самом деле они почти не знают друг друга. — Бог любит троицу, а? — Минхо бы не подумал, что это возможно, но улыбка Джисона становится ещё шире. — Уже третья случайная встреча, это должно что-то значить, не думаешь? Минхо смущённо съёживается. — Я не уверен, — бубнит он, — Может ли эта встреча быть случайной, если её подстроили мои друзья-идиоты. Глаза Джисона расширяются, и из-за самонадеянной ошибки его щёки покрываются румянцем. — Оу, — усмехается он, отводя взгляд несмотря на поддразнивающий тон, — Эм, я думаю, мне уже нравятся твои друзья. Минхо фыркает, отмечая, что Джисон может быть одновременно и смущённым и игриво-очаровательным. — Я не уверен, что ты понимаешь, о чем говоришь. Мои друзья — это одна сплошная нелепость. Джисон снова смеётся, и в его движениях всё больше заметна нарастающая неловкость. Он наклоняет голову и потирает шею сбоку. — Прости, — говорит он, и извинения — это явно не то, что Минхо ожидал услышать из уст Джисона, — Клянусь, я не делаю так каждый раз. — Как? — Минхо вопросительно вскидывает брови. — Ну знаешь... Просить репортёра... Встретиться наедине? — Друга репортёра, — поправляет Минхо. Как ни странно, нервный вид Джисона успокаивает его самого. Должен же хоть один из них быть расслабленным, в конце концов? — Верно. Друга репортёра, — Джисон глубокомысленно кивает, — Да. В общем, я никогда не прошу своего менеджера хватать парней и приводить их ко мне после пресс-конференций, вот что я хотел сказать. — Да что вы говорите? — поддразнивает Минхо с лёгкой улыбкой. — Да, клянусь-... Но потом я увидел тебя, вспомнил, знаешь, тот прошлый раз, и, да, — смеётся он, — Думаю, мне показалось, что это интересное совпадение, судьба, если можно так назвать. Даже если ты только что разрушил эту иллюзию. — Ты меня помнишь? — Минхо широко распахивает глаза, пропуская остальную часть фразы Джисона мимо ушей и цепляясь только за эту. — Да, конечно, — Джисон выглядит так, как будто удивлён, что тот вообще спрашивает, — Ты-... э... твоё лицо незабываемо. — Он отводит взгляд, снова посмеиваясь, будто пытается успокоить собственные нервы. Однако, это длится всего пару секунд; Джисон делает глубокий вдох и решается посмотреть Минхо в глаза. Уголки его губ приподнимаются в лёгкой ухмылке, как будто он снова набрался уверенности. Это как игра «тяни-толкай»: пока один из них демонстрирует намёк на смущение, второй, не раздумывая, начинает дразнить. — И я никого просто так не целую при первой встрече, знаешь ли. Минхо буквально чувствует, как вспыхивают его уши при одном упоминании об этом моменте. — Это-... Это был не совсем поцелуй, — беспомощно отвечает он, — И ты, по сути, этого не делал, просто... так получилось. Джисон снова смеётся. — Что ж, в любом случае, подобное не случается ни с кем просто так, — настаивает он, — Конечно, я тебя запомнил. — Верно. Эм, — Минхо нужно остановиться. Он вспоминает слова Сынмина о том, что нельзя упускать возможность, и думает о Хёнджине, который обязательно накричит на него за то, что он «ничего не попробовал». Минхо, наконец, собирается с мыслями, потому что прямо здесь, перед ним, стоит Джисон, сделавший первый шаг, и его друзья правы: он будет полным дураком, если хоть как-то не ответит. — Ну? — Джисон смотрит на него большими, круглыми глазами, по-видимому с нетерпением ожидая, что Минхо скажет дальше. — Продолжай, — добавляет он, жестикулируя рукой. Минхо смеётся. — Не стесняйся сказать «нет», — начинает он, — Потому что я не знаю, насколько у тебя загружен график... — Ну-у-у... Съёмки начнутся через пару дней, но до тех пор его легко можно скорректировать, — предлагает Джисон. — А. — Минхо медленно кивает. Притворная самоуверенность снова возвращается к уголкам его губ, и они изгибаются в приглашающей улыбке. — Ты сказал, что тебе уже нравятся мои друзья, и у одного из них завтра день рождения. Мы будем праздновать вечером, и-... — он колеблется, потому что это выглядит глупо — вот так приглашать голливудскую звезду на скромную вечеринку у себя дома. — Минхо-щи? — зовёт Джисон, вероятно, озадаченный тем, что Минхо остановился на полуслове, — Я с удовольствием приду. — Я ещё даже не успел пригласить тебя, — отмечает Минхо, — Ты понятия не имеешь, на что соглашаешься. Джисон в ответ только смеётся. — Не важно. Я всё равно с удовольствием приду.