Страшные истории маленьких человечков・Writober 2021・2022

      — Тяните жребий.       — Как же хорошо, что сегодня можно просто послушать страшную историю и пойти домой спать.       — Ещё только пятое октября, а я уже как выжатый лимон.       — Я буду рассказывать сегодня, — Петуния поднялась, показывая фантик с тыквой, который вытянула из шляпы, и тут же села обратно на свою подушку.       Человечки переглянулись друг с другом и все, как один, уставились в пол.       — Подожди, не рассказывай, — Горошек быстро поднялся и ушёл куда-то, но очень скоро вернулся с носовыми платочками и бумажными полотенцами: — Тут должно хватить на всех.       Петуния — молчаливая тихая девочка, которая чаще всего не участвует в разговорах, однако, её час наступал в такие моменты, как сейчас: когда только она могла говорить и никто не имел право перебивать.       — Я тогда тоже подготовлюсь, — сказала девочка и убежала домой за граммофоном и пластинками.       Никто ничего не говорил, потому что каждый в комнате знал без слов: Петуния будет говорить долго, в середине забудет о том, что история должна быть страшной, и перейдёт на что-то печальное. Потом она включит свой граммофон и будет по кругу пускать одну и ту же грустную песню, а в итоге вся история скатится к слезоточивой истории о матери. Всегда так было.       — Петуния, не забудь, что нужно рассказывать страшную историю, потому что октябрь, — предупредил Горошек.       — Хорошо! Итак, я начинаю, — с улыбкой ответила девочка, завела граммофон и начала рассказ: — Где-то далеко отсюда жил да был человечек. Он был хорошим мальчиком, никогда не делал зла. Друг этого мальчика тоже был хорошим. Они каждый день вместе проводили время. Но однажды вдвоём совершили плохой поступок. Очень плохой. Что именно они сделали? Кто тут скажет? Для кого-то сорвать яблоко в чужом огороде будет просто забавой, а для кого-то преступлением. У каждого свои границы дозволенного, и мы не можем справедливо судить о том, насколько серьёзное преступление совершили те два человечка. Однако, они оба были схожи в том, что считали свой поступок плохим. Даже если всё произошло случайно, если они не хотели этого… Время не повернуть вспять и не изменить. Вы знаете, о чём я говорю?       Песня закончилась, поэтому Петуния сделала паузу, чтобы переставить иглу на начало. Она услышала, как рядом зашептались сёстры Вишенки о том, что история совсем нестрашная, но продолжила свой рассказ как ни в чём не бывало:       — Не важно, что именно сделали человечки, важно, что они поклялись другу другу никому не рассказывать. Скрестив мизинцы, они пообещали, что тот, кто не сдержит обещание, должен будет съесть рыбу-ежа целиком. Несколько дней всё было хорошо, человечки уже начали забывать то событие, но потом пришла мать. Мать, глаза которой видели насквозь. В движениях рук, в его улыбке, во взгляде и на кончиках пальцев видела, что её мальчик совершил плохой поступок. Никто не сказал ни слова, но она откуда-то знала, что мальчик дал обещание скрыть произошедшее. А она — мать, она не может закрыть глаза на это и не может притвориться, что ничего не было. Мать всегда должна знать, что происходит, потому что она же мать. Кто ещё сможет защитить? Кто отдаст свою собственную жизнь ради счастья своего дитя? Она спросила у человечка, глядя прямо в глаза, что произошло, попросила ответить честно и ничего не скрывать. Мальчик смотрел на неё и, что самое страшное, в глубине этих глаз видел искреннюю заботу, волнение, бесконечную любовь и ни капли лжи. Он молчал, а мать сказала, что видит его беспокойство и просто хочет, чтобы тот был счастлив. Он смотрел на неё и знал, что мать говорит правду. Он не мог чувствовать то же, что и мать, потому что только другая мать может понять мать. А… Сейчас…       Пластинка снова заиграла ту же грустную песню. Некоторые девочки шмыгали носом.       — Когда ты растишь в своём теле новую жизнь и практически кормишь своей плотью, а потом отдаёшь свою кровь, чтобы вырастить из этого комочка настоящего человечка, разве сможешь спокойно смотреть, как твоё дитя страдает? Мать каждый день готова сдохнуть самой ужасной смертью, лишь бы не видеть слёзы и печаль её дитя. Так было, есть и будет. Человечек видел всё это в глазах матери. Как он мог предать её? Ведь ложь — это тоже предательство. Он рассказал всю правду. Он понял, что попал в ловушку и в любом случае оказался бы предателем. Вопрос был только в том, какой путь выбрать, кого предавать: друга или мать.

…I let you know… ...to find away ...to run away…

      Слова песни всё больше обретали смысл, делая историю ещё печальней. Человечки уже не могли сдерживать слёзы, и платочки с полотенцами разошлись по комнате.       — Человечек рассказал другу о том, что не смог сдержать обещание и готов съесть рыбу-ежа. Его друг тоже не мог ничего сделать, потому что обещание на мизинчиках — это вам не шутки. Он принёс рыбу-ежа в пластиковом ведре и передал мальчику, который тут же её проглотил. Рыба-ёж раздулась внутри и своими иглами проколола внутренности мальчика, ядом отравила тело. Кровь сочилась тонкими струйками из тысячи дырок, окрашивая одежду в ярко-красный цвет. А из-за действия яда, изо рта выступила розовая пена. Он уже почти умер, и только сердце продолжало стучать в груди, потому что оно не хотело смириться. В сердце человечек был предателем, но он им не был.       Петуния в который раз переставила иглу граммофона на край пластинки. Она была увлечена своим рассказом и не замечала, какими хмурыми, с покрасневшими от слёз глазами, стали человечки в комнате. Этот вечер должен был быть другим.       — Сердце предателя всё билось и билось в груди, оно не сдавалось, а искало выход из этой безвыходной ситуации. В конце концов, сердце предателя отрастило рот и сожрало рыбу-ежа. Человечек выжил, но из его груди торчали тысячи игл, которые остались от рыбы. Теперь можно было ничего не скрывать, потому что каждый знал, что мальчик проглотил рыбу-ежа, а значит, он был предателем. Многие говорили о том, что до этого никогда не видели сердце предателя и не знали, что оно такое колючее. Но знаете, для меня тот мальчик всё равно очень хороший и честный. И я не считаю его предателем. Разве кто-то из вас смог бы проглотить рыбу-ежа из-за нарушенного обещания? И смог бы жить после этого?

And you'll be, probably, like me… We' ve never know…

      Песня закончилась в тот момент, когда Петуния завершила свой рассказ. Она посмотрела на сидящих в комнате и сказала: — У этой истории есть продолжение. Сердце матери предателя.       — Нет! Уже поздно. Давайте расходиться! — поспешно перебил её Горошек.       Остальные человечки ничего не сказали. Молча поднялись и в обнимку с подушками вышли в октябрьскую ночь. Вдыхая холодный воздух, каждый думал о чём-то своём. Горький комок в горле не позволял сказать ни слова, они так и разошлись по домам в полном безмолвии, покрытые тяжёлым одеялом безысходности, даже не надеясь на то, что завтра будет лучше, чем сегодня.