Всё ради него

Этот вечер до убогости похож на предыдущий. Тот же бренди, та же сигара и даже та же книга, раскрытая на одной странице. Та же закрытая поза и пустой взгляд тёмных равнодушных глаз во мрак за окном. Так было вчера. Так было позавчера, неделю, месяц назад и так же будет завтра. Замкнутый круг, из которого не выбраться, даже если напиться вусмерть. Ничего не помогало избавиться от страшной боли, и что только держало здесь человека, которому не зачем больше жить - одному Богу известно. *** Высокий крепкий мужчина, сидящий в глубоком кожаном кресле, казался каменной статуей - безжизненной и холодной, и даже мерцающие отблески огня в камине не могли оживить и добавить красок в бледное, словно алебастровая маска, лицо с замершим на нём выражением глухой скорби. Ещё полгода назад этот человек - Эрик Слингби, был счастлив, ибо рядом с ним находился тот, чей портрет на тумбочке сейчас причинял страданий больше, чем все круги Ада. Милый светловолосый юноша с широкой озорной улыбкой и вечной смешинкой в глазах, который был предан своему дому (доминанту) душой и телом, стал жертвой грязных игр нарушившего правила Темы участника, слишком опрометчиво решив прогуляться в одиночку по улицам города. Его полуобгоревший труп со следами жестокого насилия нашли под мостом и Эрик, прибывший на место преступления самым последним, до сих пор видя в кошмарах любимый образ: истерзанный и опороченный, - просыпался, захлёбываясь слезами и криком. А в тот день он почти сошёл ума от увиденного. Если бы не старый друг Уильям Ти Спирс, который, мигом сориентировавшись, увёз Слингби от места происшествия к себе домой и напоил до бессознательности, то финал жизни Эрика был бы весьма понятен - пистолет он всегда носил с собой, чтобы защитить в случае чего своё любимое чудо. Которое не сумел спасти. Бренди снова щедро наполнило бокал и было выпито одним махом. Немного захмелев, мужчина всё-таки дёрнулся и ещё глубже "ушёл" в кресло, сжимая голову руками. Под воздействием алкоголя его разум начал постепенно затуманиваться и изображение на портрете постепенно расплывалось, смазывая черты дорогого лица. Не желая и одновременно отчаянно стремясь удержать образ как можно дольше в сознании, Слингби протестующе потряс головой и в этот момент подскочил от резко прозвучавшего в тишине комнаты телефонного звонка. Эрик огляделся прояснившимся взглядом; взяв аппарат с тумбочки, он прочёл на дисплее: "Уильям" и вскинул брови. На дворе было примерно второй час ночи и только по очень важной причине и очень близким друзьям разрешалось звонить Слингби в столь позднее время. Уильям как раз и был этим единственным близким другом и его неожиданный звонок не мог оказаться глупым розыгрышем, а потому Эрик не стал сбрасывать вызов, а всего лишь сделал движение пальцем и... - Эрик, добрый вечер. Ти Спирс числился как невероятный педант и аккуратист, а потому его официальная сухая вежливость были вполне понятны. - И тебе того же, - в своей привычной манере отозвался Слингби. - Прости, но я сейчас... - Это ты меня прости, - вдруг прервал его Уилл. - Но тут произошло нечто из ряда вон выходящее... - Не сомневаюсь, раз ты звонишь на ночь глядя. - Не иронизируй, - голос Уильяма стал строже. Эрик заткнулся и кашлянул, давая понять, что слушает. - Дело касается тебя напрямую... - Это по убийству мое... - мужчина даже приподнялся с кресла, но голос в трубке возвысился и он замолчал. - Не совсем. Но тоже про смерть. Приезжай ко мне срочно. - Ладно, - Слингби скрипнул зубами, но как обычно отказать Уиллу было невозможно - тот был не таким человеком, чтобы дёргать по пустякам. То, что Эрик был не совсем трезв, мало волновало самого мужчину, а потому бизнесмен беспрекословно встал и, накинув на плечи пиджак, вышел из комнаты. Вскоре чёрный "BMW" уже катил по ровному шоссе, направляясь на другой конец города к дому Ти Спирса. *** Дом Уильяма не отличался особенной архитектурой или декором, но всё-таки привлекал к себе внимание своим строгим, почти офисным видом. Создавалось ощущение, что это филиал какого-то серьёзного заведения - настолько скупым, лаконичным и правильным было внешнее оформление здания. Однако, так было только для непосвящённых, Эрик же знал, насколько разительно отличался интерьер коттеджа от строгого внешнего вида. Конечно же - этот дом был истинным воплощением Уильяма в бетоне и стекле. С секунду задержавшись у въезда на территорию особняка, Слингби развернул машину и спокойно подкатил к самому подъезду. Взбежав на крыльцо, он протянул руку и позвонил в звонок. Вот и первая неожиданность дома Ти Спирса: вместо ожидаемого сухого "Дзынь!" в ответ раздались заключительные такты всем известной мелодии Бетховена "К Элизе". Эту музыку часто используют изготовители музыкальных шкатулок. Вторым сюрпризом этой "шкатулки" для непосвящённых бы стало то, что через несколько минут ожидания за дверями послышался дробный стук каблучков и на пороге возникла ОНА - мечта всех топов Лондона и близлежащих городов. Стройный, гибкий как тростинка, с длинными ярко-алыми волосами и безупречным вечерним макияжем юноша кокетливо улыбнулся и с воплем: "Эричка приехал!" - повесился на шею мужчине, счастливо болтая ногами в воздухе. Эрик и тут не удивился, а лишь осторожно, как хрупкую статуэтку, обнял красавца и, в пределах норм поведения чужого топа, похлопал его по спине. - Я тоже рад тебя видеть, Грелль. - Моя леди! Алый, к которому были обращены эти слова, обернулся, но рук не разжал. Эрик вскинул взгляд на новоприбывшего и уважительно склонил голову: - Уильям, здравствуй. - Ещё раз доброй ночи, - черноволосый молодой мужчина, строгий и красивый, как античный бог, поклонился в ответ и протянул руку к своему сабу. - Моя леди, я же просил тебя. Ты знаешь прекрасно - ЧТО мне неприятно. - Прости, господин моих желаний! - искренне воскликнул Грелль и перепорхнул в объятия Уилла. - Я сегодня сам не свой, не пролей гнев свой на мою голову, хотя-а... - Тут он лукаво усмехнулся и провёл пальцами по груди Ти Спирса сверху вниз, - я буду рад принять и наказание... - Не сегодня, - Уильям прикрыл глаза и осторожно убрал руку своей пассии. - Эрик, заходи, тебе стоит про это узнать. И увидеть лично. - Уже увидел, - незлобно хмыкнул Слингби, намекая на разыгранную ранее сцену, но Ти Спирс покачал головой. - Поверь, там совсем не это. В гостиную. *** И вот они уже сидят в уютнейшем месте на земле. Внутренняя обстановка дома - вот третья неожиданность для тех, кто судил по внешнему виду Уилла, не зная о его характере. Мягкая мебель, ни одного острого угла - даже столы и очертания камина, весело трещавшего вишнёвыми поленьями, имели скруглённые формы. Цвета преобладали насыщенно-тёмные, но гармоничные - создавалось ощущение, что они сидят в покоях знатного аристократа, а не в современном коттедже XXI века. Теплота, комфорт и роскошь были основными определениями обстановки; как же это всё разительно отличалось от запущенного бардака в доме Эрика! Уильям сел на низкое удобное кресло, Грелль устроился у его ног на бархатной алой подушке и положил голову на колени своему "господину"; Эрик сел в другое кресло и сложил руки на груди. - Рассказывай, - суховато потребовал он. Уилл сверкнул очками и начал: - Говорить буду кратко. Начало не совсем понятно. Естественно, новости ты сейчас не смотришь, а потому для тебя станет событием то, что неделю назад ночью сгорел дотла дом Рауля Боско - этого известного в наших кругах скандалиста и скота. - Радостная весть, - холодно откликнулся Эрик, мрачно ухмыльнувшись. - Хозяин сгорел вместе с домом. Он как всегда напился, а потому даже не почуял, как огонь поджаривал ему пятки. Но очевидцы пожара говорят, что потом орал он громко... Сатклифф залился счастливым смехом. Казалось, что здесь обсуждалась не страшная трагедия, а забавный случай на вечеринке. Ти Спирс кашлянул, притронувшись к волосам любимого, намекая на серьёзность ситуации, и тот замолк, блаженно щуря изумрудные глаза и ласкаясь к ладони, как ручная пантера. Эрик взлохматил волосы. - Но нам-то что с того? Сдох и сдох - туда ему и дорога. Или мы всё-таки складываемся на похороны и организовываем поминки? - Слава Богу ни то, ни другое. Ему уже достаточно того, что он был кремирован как фараон - вместе со всем своим добром, которое, однако, на том свете ему уже бесполезно. Плакать о нём тоже никто не собирается. Да и забудем же, наконец, об этом существе. Важно не это. Уилл поправил очки, выпрямляясь. Грелль, чувствуя напряжение Ти Спирса, поднял голову и снизу вверх внимательно смотрел на своего любовника. Эрик тоже заметно собрался. - В ту ночь свершилось нечто. Соседи вызвали-таки к финалу пожарную бригаду. Дом почти прогорел, тушить там было уже нечего, однако... - Уилл прокашлялся вновь. - Однако на первом этаже, когда особняк заливали чисто для проформы, они услышали зов о помощи. Это было поистине чудо - пробравшись к источнику крика, пожарные увидели в небольшом чулане полу-задохнувшегося молодого человека. Мальчика лет семнадцати. Он был жив и даже почти не тронут пламенем. Ему было не сбежать - запертый, он был прикован за ошейник к стене чулана и спасло его только то, что у этого "укрытия" были каменные толстые стены. Юношу извлекли из горящих развалин и доставили в больницу. В моё отделение. Невероятное везение - выжить в огненном аду и... в аду, в котором он жил все эти годы. - Постой, ты хочешь сказать, что... - Эрик вскинул брови, догадываясь, что хочет сказать Уилл. Ти Спирс понимающе кивнул, идя на опережение вопроса. - Спасённый пять лет был секс-рабом сгоревшего извращенца, - брюнет ослабил галстук. - Я лично осматривал пострадавшего и признаюсь честно - такого ужаса я ещё не встречал в своей практике уже года три или четыре. Аловолосый саб Ти Спирса всхлипнул и тот утешающе что-то прошептал ему на ухо, погладив по локонам. Эрик сидел, поражённый, раздумывая над услышанным. - Это было действительно страшно, - продолжил Уилл, как только Грелль перестал шмыгать носом. - Обследование показало, что организм юноши, его тело, почти не пострадавшее в огне, были на износе от голода, побоев и сексуальных экспериментов, которые регулярно проводил над ним тот ублюдок. Я взял юношу под своё кураторство, ведь ты сам знаешь - как опасно доверять такое деликатное дело, как Тема, непосвящённым. О том, как я лечил его, я промолчу, достаточно сказать, что приходилось не раз прибегать к помощи специального психиатра и приобретать дорогие медикаменты. Но неважно - результат стоил всех усилий. Мальчик сейчас идёт на поправку. Медленно, срываясь, но идёт. Позавчера я взял его к себе домой. Юноша не помнит родного дома, с трудом удалось помочь ему вспомнить его имя... Он славный парнишка, мне его искренне, да, искренне жаль, - в голосе Уилла прозвучала плохо скрытая боль. Эрик тяжело выдохнул и, подавшись вперёд, сцепил пальцы рук на коленях. Уильям истолковал это по-своему. - Ты желаешь узнать своё участие в этой истории. Так вот... - тут доктор умолк. Слингби выжидающе молчал. - Эрик, я знаю тебя много лет. Никогда за всё это время ты не подводил меня, был тем единственным человеком, ради которого стоит идти на многое. И я шёл не задумываясь, - бизнесмен согласно кивнул. - Так вот, - судорожно повторился Ти Спирс. Эрик поднял брови - впервые в жизни он видел друга таким взволнованным. - Прошу тебя, ради всего, что было, пожалуйста. Я знаю о твоём горе, я скорблю вместе с тобой, мой друг. Но... жизнь не должна стоять на месте, твоё существование сейчас подобно смерти. Есть шанс это исправить. Не откажи мне - возьми мальчика к себе. Блондин настолько резко вскинул голову и выпрямился, что Уилл невольно вжался в спинку кресла и даже чуть приподнял руку, словно желая защититься от возможного удара. Сатклифф, ощерившись на своём месте, выдвинулся напротив вперёд, готовый к броску, как дикий зверь. - Ты... в своём уме? - тихо-тихо прошипел Эрик, справившись с собой и избежав первых необдуманных действий. - Абсолютно, - к Ти Спирсу вернулось былое хладнокровие. Он тоже выпрямился и успокаивающе положил руку на макушку Алого. - Зачем он мне сдался? - Слингби медленно кипел, накалившиеся до предела чувства желали выплеснуться, но блондин сдерживался. - Повторюсь - мне больно видеть тебя в таком состоянии, в котором ты пребываешь последние полтора месяца. Мы все помним Рона, мы все были поражены и долго не желали смириться с его гибелью, но ни наше, ни твоё пустое отчаяние не вернёт теперь уже несчастного, как бы ты ни желал этого. Но сейчас... Эрик, тот спасённый юноша, его судьба была похожа на последние минуты жизни Рона. С той только разницей, что страдания его длились гораздо дольше, чем у твоего бывшего саба. Пойми, лучшего, более чуткого, нежного и ласкового доминанта, чем ты, нам для этого мальчика не найти. Отпускать его или запирать в психиатрическую больницу равносильно убийству - юноша никогда не сможет жить нормальной жизнью, он принадлежит Теме, вернее, её самой грязной и бесчеловечной стороне. Ты же можешь показать ему иную сторону - полную любви и заботы. Не отказывайся, Эрик! Ты обещал мне отплатить - и иной оплаты, кроме этого одолжения, я больше не спрошу. Я буду приходить к нему, лечить бесплатно, но оставить у себя... - Уилл легонько прижал к груди снова начавшего всхлипывать Грелля, который перебрался к нему на колени и обнимал, пряча лицо. - Ты понимаешь меня, друг? И Эрик понял. Глаза его, ранее горевшие неукротимым пламенем, потухли, руки разжались и он грузно осел на своё место. - Я хочу его увидеть, - тихо сказал бизнесмен, совсем иным взглядом смотря на брюнета. - Это возможно? - Моя леди, - тихо окликнул Уилл своего саба и тот, кивнув головой, молча соскользнул с колен Ти Спирса и бесшумно исчез за дверью. - Спасибо, Эрик. Тот молча кивнул головой и вымученно улыбнулся другу. Ждать пришлось недолго.