Всё ради него

Дорога от дома Уильяма до дома бизнесмена заняла гораздо больше времени, чем в обратном направлении. Эрик, взволнованный произошедшим, теперь соблюдал все возможные правила движения, ибо теперь он ехал не один. Сидящий рядом с ним юноша был настолько напряжён и скован, что создавалось ощущение, что рядом с бизнесменом сидит приговорённый к смертной казни, но надеющийся на помилование человек. Однако пару раз мужчина всё-таки замечал на себе тревожный и испытующий взгляд, но смущать нового саба не хотелось, а потому Эрик смотрел прямо на дорогу, сохраняя самый независимый вид. Лишь когда автомобиль подъехал к подъезду дома Слингби, блондин, первым выйдя из машины, забрал с заднего сиденья вещи юноши и распахнул перед ним двери. Алан вцепился руками в ремень безопасности и почти с мольбой глянул на мужчину, не желая выходить. Эрик грустно улыбнулся. Он вполне понимал страх юноши, судьба которого в три дня поменялась настолько кардинально, насколько это возможно, однако не стоять же вот так всю ночь? Мужчина в прямом смысле взял ситуацию в свои руки: отстегнув ремень безопасности, бизнесмен подхватил мальчика в объятия и, поцеловав замершего юношу в висок, прошептал: - Не бойся, Алан. Только ничего не бойся. Слышишь? - Да, сэр... Доставив хрупкую ношу до дверей, Эрик на короткий миг выпустил Алана из рук и решительно достал ключ. Дом встретил их молчанием и пылью; едва войдя, Алан громко чихнул и страшно смутился. Но ещё больше смутился сам бизнесмен, который не следил за жильём с момента трагедии. Горничную он отпустил, кухарка тоже была рассчитана; мужчине не хотелось ни есть, ни вставать с места. Лишь в редкие моменты острого голода он шёл на кухню, где открывал банку консервов, съедал содержимое ложкой прямо из упаковки и, оставляя пустую тару на столе, а немытую ложку в раковине, шёл обратно в гостиную, где снова пил до забытья, покрываясь пылью вместе с общим интерьером. Надо ли говорить - какой беспорядок здесь творился? Не зажигая света, чтобы Алан не увидел горы бутылок и банок и слоя пыли повсюду, мужчина повёл своего саба на второй этаж, в самое уютное место в доме - в бывшую комнату Рона. Надо сказать, там тоже царил бардак; Нокс, будучи озорным мальчишкой, обожающим экстрим, скорость и драйв, разбрасывал вещи в произвольном порядке по всему периметру, однако, это был единственный законный беспорядок в некогда чистом доме. Эрик прощал любимому всё. Теперь же, включив свет в комнате, мужчина смущённо хохотнул, запустив одну пятерню в жёсткие волосы, а другую руку положив на плечо Алана: - Э-э-э... малыш, вот твоя теперешняя комната. Но тут такое дело... Здесь до тебя жил один парнишка, сам понимаешь, он любил беспорядок... И он... э-э-э... - А неужели мне можно здесь переночевать? - вдруг тихо спросил Алан. - Где будет сегодня спать хозяин этой комнаты? Улыбка сбежала с лица Эрика. Засунув руки в карманы, он устремил невидящий взор на яркий плакат, изображающий героев любимого аниме Рона, и ответил: - Сегодня он не придёт. И завтра тоже. Но не беспокойся, я думаю, он не будет против, если ты поселишься здесь. Так что не переживай... - лицо Слингби исказила против воли гримаса боли. - Простите меня, сэр... - Алан, увидав реакцию мужчины, вновь упал на колени перед Эриком, ткнувшись лбом в пыльный пол. - Простите за бестактность... - Алан! - воскликнул испугавшийся бизнесмен и, подхватив юношу с пола, прижал к себе. - Никогда, слышишь, никогда не смей так больше делать, отныне я запрещаю тебе стоять на коленях передо мной и перед кем-либо другим! Ты понял? - Да, сэр... И Слингби, перешагнув порог комнаты Нокса вместе со своим новым сабом на руках, уложил его на не расправленную кровать. Самолично сняв с юноши кроссовки, Слингби поправил подушки и сел рядом. - Пока побудь тут, сейчас я принесу чистое постельное бельё и мы устроим тебе кровать. И тебе надо домашнюю обувь, только пока не твоего размера будет, это ничего? Ах да, ты есть хочешь? - неловко и невпопад спросил мужчина, вспомнив вдруг об острых торчащих лопатках юноши, выпирающих из футболки Грелля, и о той болезненной истощённости Алана. Алан, поражённо молчавший во время этих действий, поджал ноги в белых носочках и, казалось, боялся поверить в происходящее. Никогда, абсолютно никогда с ним так не обращались! Он всё ещё помнил, как служил собачкой, в прямом смысле бегая на четвереньках с тапками бывшего хозяина в зубах, как спал в грязном чулане и голодал сутками, иногда вытаскивая корки из мусорного ящика, а тут... Слова и действия Слингби с трудом воспринимались юношей, и лишь реакция его желудка, заурчавшего на всю комнату на словах о еде, выдала, что перекусить было бы неплохо. Съёжившись, Алан едва заметно кивнул и опустил глаза вниз. Эрик мягко притянул подопечного к себе и поцеловал в макушку. - Всё хорошо, мальчик. Я постараюсь скоро. И не стесняйся - можешь взять книжку почитать, или телевизор включи, чтобы не скучать. Он выдал юноше пульт управления огромной плазмой, висящей во всю противоположную кровати стену, и вышел, поспешив на кухню. Там он, собрав единым махом весь консервный хлам, запихал его в пакет для мусора и, открыв холодильник, вздохнул. Еды практически не было, на полках сиротливо лежали пара увядших пучков укропа, кусочек масла, лимон и головка чеснока. Лишь морозильник порадовал мужчину наличием упаковки замороженных овощей, половиной куриной грудки и початого контейнера неизвестно как завалявшегося там мороженого. Шоколадного с фисташками, как и любил Нокс. Достав все продукты, кроме сладкого, и выговорив себе за всё хорошее, бизнесмен включил плиту и принялся куховарить - в своё время он частенько баловал Рона блюдами собственного приготовления. Масло с шипением растеклось по сковороде, на него отправилась порезанная кусочками курица, на вторую сковороду были выложены и залиты водой овощи с мелко нарубленным чесноком. Поставив чайник последним, мужчина принялся попутно прибираться на кухне, наводя былую чистоту и порядок. Когда по помещению разнеслись самые соблазнительные запахи, Эрик снял обе сковородки с огня и украсив красиво оформленное блюдо парой веточек вымоченного в холодной воде с лимонным соком укропа (отчего тот посвежел и вернул себе прежние свойства), хмыкнул: давненько он не был так доволен своим кулинарным мастерством. Но вкусовые качества оценивать приходилось не ему: вполне возможно, что Алану не понравится такое. Мужчина, заварив ещё чашку зелёного чая, и проверив состояние мороженого на пригодность, поставил наполненные кушаньями тарелки на поднос и понёс наверх. *** - Малыш, кушать подано! Малыш?.. Его ждало сильнейшее удивление: вопреки всему, Алан сидел всё в той же позе и не шевелился. И пульт лежал на том же месте. - Э-э, Алан? - осторожно позвал мужчина. - Ты чего? - Я... всё в порядке, сэр, - тихонечко откликнулся юноша, не поднимая головы. - Не очень-то похоже, - покачал головой мужчина. - Что телевизор не смотришь? - Я так просто... - внезапно мальчик покраснел, неловко косясь на пульт. И Эрик со внезапной ясностью понял, что юноша, похоже, не знает, как пользоваться данной бытовой электроникой. Не сказав ни слова в упрёк или в высмеивание, бизнесмен поставил поднос с тарелками перед юношей и сел рядом с ним. - Поешь немного. Ты должен набраться сил. Попробуй. Слингби, видя замешательство мальчика, взял тарелку с рагу и вилку. Зачерпнув немного овощей и зелени, мужчина поднёс еду к губам саба и промолвил: - Съешь хоть немного... Конечно, он бы мог и пошутить (стандартное: "Скажите: А-а-а!"), но сейчас любая шутка должна была быть крайне дозированной и продуманной. Эрик знал, что зачастую рабовладельцы имели гадкое свойство сопровождать свои ужасающие поступки всевозможными прибаутками, от которых ситуация приобретала вид игры маньяка с обречённой на гибель жертвой. А помня сгоревшего Боско, можно было твёрдо заявить, что так оно и было. И потому Эрик старался ограничиваться безопасными фразами, чтобы в определённый момент не всколыхнуть ненужные воспоминания саба. Несмело открыв рот, Алан принял первую порцию и начал послушно жевать. И сам уже без просьб безмолвно попросил добавки. Бизнесмен, чьё сердце буквально растаяло от вновь зародившейся в нём нежности, принялся кормить мальчика с вилочки, с мягкой улыбкой наблюдая за тем, как жадно, но в то же время чуточку стесняясь такой жадности, проголодавшийся юноша съел всё до конца, особенно наслаждаясь непривычным для него мороженым, и выпил чашку чая. - Ну вот и молодец, - одобрительно похвалил мужчина, когда последняя капля чая была выпита, и отвернулся, чтобы поставить приборы и сервиз на поднос. Попутно он с невольным удивлением почувствовал, насколько сам "изголодался" по подобной заботе, ведь раньше все его силы уходили на заботу о Роне. Теперь же этот юноша вновь позволил ему ощутить себя нужным и сильным. Очнувшись от своих мыслей, Эрик бодро произнёс. - Ну а теперь будем стелиться. - Угу... - внезапно отозвался юноша и Слингби, вскинув брови, развернулся и изумлённо хмыкнул. Насытившийся, истощённый морально волнениями Алан крепко уснул, свернувшись калачиком на пёстром покрывале. Эрик тихонько сел в кресло напротив кровати, наблюдая за спящим. Подмечая, как трепещут реснички, как мерно вздымается худенькая грудь, как забавно юноша морщит носик во сне, мужчина впервые по-настоящему поблагодарил Уильяма за сей щедрый дар. Мальчишка был очарователен. Чёрт побери, он даже не осознавал того, насколько был притягателен и мил, и от этого становился Эрику ещё роднее. Нет, бизнесмен никогда не забудет своего первого саба, память о нём будет жить, покуда сам мужчина не уйдёт в мир иной. Однако на этом свете для него началась новая жизнь, которую Слингби должен прожить достойно. А Алан спокойно (наверное впервые за все эти дни) и мирно спал; казалось, в доме бизнесмена нашёл приют настоящий ангел. Израненный в неравной битве Добра со Злом, сломленный, униженный, утративший крылья. Но Эрик дал себе слово, что не будет он Наставником, если не вернёт юноше утерянное. И не научит новой, лучшей жизни. Укрыв сладко сопящего мальчика получше, мужчина тихонько вышел, оставив в комнате гореть небольшой ночничок над кроватью. Отнеся поднос на кухню, Эрик вымыл посуду и вернулся в гостиную. Налив себе снова бренди, он отдал честь бокалом портрету Рональда и на миг ему показалось, что юноша с фотографии вздохнул с облегчением и улыбнулся ещё шире. Рон, уже не удерживаемый болью Слингби на этой земле, по-настоящему обрёл свободу, и теперь его ждал новый мир, где слёзы горя и беды остались в прошлом. Выпив махом бренди, Эрик почувствовал небывалый прилив сил несмотря на то, что не спал уже несколько ночей. Впереди мужчину ждала генеральная уборка, чтобы юноша наутро проснулся не в свинарнике, а в доме, достойном маленького небожителя. Повязав голову чёрной банданой со скрещенным костями (привет из рокерского прошлого), бизнесмен надел фартук и, вооружившись моющими средствами и шваброй, пошёл в атаку на бардак. Дел было много...