Плохой Санта

День выдался солнечным. Прохладным, но ярким и безоблачным. Малдер стоял у машины, задумчиво разглядывая празднично украшенные дома, и лузгал семечки. Когда на крыльце появилась Скалли, он шустро ссыпал зерна в один карман толстовки, шелуху – в другой, и, отряхнув руки, направился навстречу напарнице. — Привет, — он перехватил у нее сумку. — Прости, что нарушил семейную идиллию рождественского утра. — Как оказалась, не такое уж оно и идеальное. — Что-то случилось? — нахмурился Малдер. — Не бери в голову. Устроив сумку Скалли рядом со своей, Малдер захлопнул багажник и заметил спешащую к ним по дорожке Мэгги в наспех накинутом пальто. — Здравствуй, Фокс, — заулыбалась женщина. — Доброе утро, миссис Скалли, — он приветливо протянул ей руку, но она, проигнорировав его жест, крепко обняла мужчину. В отличии от Билла, она с теплом и уважением относилась к напарнику и лучшему другу своей дочери. — Еще раз с Рождеством тебя. — Спасибо, и вас тоже с Рождеством. — Вот, — она протянула ему бумажный пакет, — приготовила вам в дорогу сэндвичей с индейкой и мой фирменный пирог с вишней. — Ух, ты, спасибо, но, правда, не стоило… — засмущался Малдер. Мэгги лишь отмахнулась: — Мне не трудно. Береги ее, — взглянула она в сторону дочери. — Как всегда, — пообещал мужчина. — Мам, ну, хватит, в самом деле. Ты ж не на войну меня провожаешь… Пока Скалли обнималась и прощалась с матерью, Малдер, почувствовав на себе чей-то взгляд, повернулся в сторону двери дома. В смотровом окне мелькнуло лицо Билла, но тут же скрылось за занавеской. *** — Так куда мы направляемся? По телефону ты мне толком ничего не объяснил, — поинтересовалась Скалли, едва они отъехали от родительского дома. — В Уэстбрук, небольшой городок близ Портленда в штате Мэн. — Мэн? – всполошилась Дана. — Малдер, надеюсь, ты помнишь, что я собиралась лишь на пару дней к маме: у меня с собой нет ничего теплее этого пальто. — Точно, чуть не забыл, — он загадочно улыбнулся и, не отрывая взгляда от дороги, потянулся рукой на заднее сидение. — С Рождеством, Скалли, — он вручил ей подарочный пакет. — Это мне? Спасибо, — Дана искренне удивилась и обрадовалась. — Прости, Малдер, но твоего подарка у меня с собой нет. — Я подожду. — Я только надеюсь, это не Апероль, — улыбаясь предположила Скалли. — Что? Почему? — напарник не понял шутку. — Потому что ты грозился, что подаришь мне его. И научишь делать коктейли. — Серьезно? — Ты уже забыл? А я вот помню, как ты смеялся надо мной, когда я предположила, что Апероль – это разновидность диолы из класса органических соединений, по типу гликоли. И едва не начала строить гипотезу об отравлении, на потеху местным копам. Коротко усмехнувшись, Малдер поджал губы, пряча улыбку. — Знаешь, Скалли, тебе надо чаще отвлекаться от работы, бывать среди людей, — бросив на нее взгляд украдкой, он добавил, — среди живых людей. Оставив его замечание без внимания, Скалли с ребяческим любопытством и предвкушением запустила руки в пакет и достала оттуда ярко-зеленый свитер с вышитой на груди забавной мордашкой красноносого оленя. Видимо, Рудольфа. — Как… мило, — держа свитер перед собой на вытянутых руках, Дана не сразу подобрала нужное слово и покосилась на напарника, стараясь не рассмеяться. Из года в год он не переставал удивлять ее своей «находчивостью» в плане подарков. — Я знал, что ты оценишь, — Малдер продолжал самодовольно ухмыляться, поглядывая в ее сторону и следя за реакцией, словно испытывал ее. — Зеленый – твой любимый цвет. — О да, и именно такой его оттенок, — она согласно закивала головой. — Я, кажется, знаю, почему мы едем в Мэн. — Напарник бросил на нее вопросительный взгляд. — За неимением альтернатив, я буду вынуждена его надеть. — Ой, да, брось, — рассмеялся Малдер, — не будь ханжой. Рассматривай это как один из способов продлить столь внезапно оборванные праздники. — Апероль в этом плане справился бы куда лучше, — задумчиво прокомментировала Скалли. – Ладно, в таком случае где твой карнавальный костюм? — Уже на мне. — Буквально почувствовав на себе скептический взгляд напарницы, перед чьим взором предстали лишь черные джинсы и серая толстовка, мужчина, недолго поколебавшись, все же сознался. — Хорошо, у меня на трусах принт с маленькими Санта Клаусами. — Ммм, да ты подготовился, — Дана понимающе кивнула. — Может, у тебя еще и носки со снежинками? — Какие у вас пошлые мысли, агент Скалли, — отшутился тот, вертя головой по сторонам перед выездом на шоссе. Не смотря на праздник поток машин был весьма плотным. Прежде чем свернуть свитер и убрать обратно в пакет, Дана еще раз взглянула на него и тихо улыбнулась. Малдер всегда умел поднять ей настроение, поддержать и подбодрить, будто интуитивно чувствуя, когда ей это было больше всего необходимо. Отчего же Билл, ее родной брат, за последние годы после каждой встречи оставлял лишь ноющую рану в душе? Подумать над ответом она не успела, так как заметила на дне пакета что-то еще – ее вязанная шапка и варежки. — Ты заезжал ко мне домой? — удивилась Скалли. — Да, — он безмятежно пожал плечами. — Мне было по пути. И не переживай, я не рылся в твоем нижнем белье. — Да, ладно, Санту ты все равно там не нашел бы, — она старалась казаться как можно более невозмутимой, убирая вещи обратно в пакет. Да, они знакомы уже довольно давно, почти семь лет, как они напарники и лучшие друзья, и еще на первом году работы обменялись запасными ключами (на всякий случай, так сказать), но она не могла отрицать, что каждый раз ей была приятна его такая машинальная, в какой-то степени неосознанная, забота о ней. Только вот ей никогда не удавалось посмаковать сей момент – разум неизбежно вступал в непримиримое противоречие с сердцем. Нелегко быть женщиной на мужской работе. Чтобы тебя принимали всерьез, учишься быть жесткой, не подверженной эмоциям, независимой. На ряду с повседневной рутиной из кожи вон лезешь, доказывая, что ты не слаба, что ты достойна равноценного отношения и уважения. Ей повезло с Малдером. Сознательно или нет, но он вел себя так, что рядом с ним она всегда чувствовала себя равной ему. Потому со временем потребность что-либо доказывать сошла на нет, сменившись потребностью не подвести и не разочаровать напарника. Мотивация другая, но итог тот же: профессионализм превыше эмоций.