Чертёнок, что подарил мне рай

Рука нещадно болела, а парень не имел возможности что-либо с ней сделать. Кое-как он повернулся на другой бок и оказался лицом к лицу с Арсением. Ещё пара миллиметров и они бы соприкоснулись носами. То ли ощущение дыхания учителя на своей коже, то ли осознание близости, то ли ещё что-то повлияло на Антона, но его тут же бросило в жар, а минуту спустя затрясло от холода. "И чё это? Как в сопливых фильмах? Ну всё должно закончиться тем, что мои ноги подкосятся, и я упаду от переполняющих меня чувств. Фу, блевать охота..." Мгновение, и глаза напротив распахнулись. Брови нахмурились, выражая полное непонимание. Но, тем не менее, рука ещё с минуту продолжала опоясывать парня и не спешила убираться. Вскоре пришло осознание, и мужчина резко отдернул её. - А... Антон? - М? - Что это всё значит? - Это у вас спросить надо. Не я ж вас валил на кровать, лапал, обнимал, кусал вчера... - Бляяяяя.... - Ай-яй-яй, Арсений Сергеич, как вам не стыдно? - Да завались, Шастун! После вчерашнего можно. - Вы помните все это? - Угу... - Может встанем уже? - Может... Антон резво вскочил на ноги, но они предательски задрожали, и парень рухнул на кровать. "Реально как в сопливых фильмах..." - Антон, ты в порядке?- обеспокоенно спросил мужчина. - Наверное...,- вкупе с неестественным цветом его лица и мурашками по всему телу, вышло не слишком убедительно. - Ты бледный какой-то... - Да нормально всё, холодно просто. - Так... Залезай под одеяло, я сейчас градусник принесу. - Ну не надо! - Ты и температуру мерить боишься? Оставив учителя без ответа, Антон натянул одеяло на голову и отвернулся. А Арсений, с трудом расставшись с кроватью, отправился за градусником и теплым чаем. "Опять возится со мной... Зачем? Ой, надо ж Ире написать, наверное. Или не надо. Да ладно, сама разберётся, не маленькая." Сам того не заметив, парень заснул, но вскоре сон его был потревожен. Чьи-то руки заботливо сняли одеяло с макушки, открывая путь кислороду, и подоткнули его точно так же, как делала мама. Те же руки поставили градусник, обжигая кожу холодом его наконечника, и убрали волосы с лица. Антон сквозь лёгкую дрёму все чувствовал и осознавал, но всё-таки решил дальше притворяться спящим, как бы он это ни отрицал, происходящее ему нравилось. Через несколько минут послышался растерянный шепот: - Тридцать девять и восемь... И чего делать? - Ничего. Дать мне спокойно помереть,- ответил Антон. - Так ты не спишь, королева драмы! - А схуяли я королева? Я ж не баба. Этот вопрос остался незамеченным. - Сейчас я загуглю, что с тобой делать надо, а ты пока чай пей. Я на тумбочку поставил. - А чего это вы такой заботливый? - В смысле? - Блять, в коромысле! Ну в прямом. Вы думаете, все учителя лечат своих учеников, пошлости шепчут в пьяном бреду?- парень поиграл бровями и принялся пародировать Арсения,- "Антон, ты такой горячий! Ммм... Хочу тебя". Что вы там ещё говорили? - Не напоминай. Пожалуйста. И вообще забудь! - Хорошо, Арсений Сергеич, я постараюсь,- улыбка, растянувшаяся чуть ли не до ушей не внушала доверия,- но так всё-таки... К чему такая забота? - Я твой опекун, и должен обеспечить тебе достойное существование. - А, типо отец, папа,- взгляд стал хитрее, и в зрачках заиграли огоньки,- папочка, да? - Фу, блять! Никогда так не говори больше. Фу... - Как? Папочка? - Шастун! Заставлю тебя пить самое противное лекарство из тех, что есть дома. Поверь, где-то завалялся Энтеросгель. - Не-не-не, я не вынесу этого. - Ну вот мы все и решили. Арсений опять ушел, а Антон понял, что ему становится заметно хуже. Все тело ломило, трясло, виски сдавливала ноющая боль, стало невыносимо холодно. Руки ходили ходуном, и выпить горячий чай, не разлив его на себя, было практически непосильной задачей. - Так, я тут что-то нашел,- ещё из коридора начал говорить Попов,- во-первых тебе надо много пить, во-вторых, тебе нужно жаропонижающее, которое, к счастью, есть. Будешь у меня Парацетамол пить, если не поможет ещё за каким-нибудь в аптеку схожу. И отдыхать тебе надо. А, и самое главное, тебе нельзя перегреваться, поэтому прости, но из-под одеяла придется вылезти. - Ну нееет, мне и так холодно, а без одеяла я вообще загнусь. - Ну или есть ещё один вариант. Он мне хорошо в детстве помогал. Можно натереть тебя водкой. - Чего? Какой водкой? - Обычной. Не поверю, что ты не знаешь, что это такое. Уверен, ты ее пьешь чаще, чем воду. - Ой, ну не надо мне сейчас лекции читать. Осознавая, что высокая температура накрывает его все больше и больше, парень шумно выдохнул и собравшись с силами всё-таки согласился на водку... Через пару минут Арсений появился в дверном проёме с двумя бутылками в руках. "Нихрена себе поворот событий" пронеслось в голове юноши вместе с чувством, что зря он на это согласился. - А знаете, я передумал. - Нет, Тошенька, пути назад нет. - Уфффф... - парень шумно выдохнул и откинул одеяло,- только можно побыстрее, холодно пиздец. - Хватит при мне материться! Я всё-таки твой учитель. - А так и не скажешь... - Чего? - Ничего! Арсений Сергеич, давайте быстрее, пожалуйста! Попов открыл бутылку и засучил рукава. - Раздевайся. - А? - Мне кофту твою натирать с джинсами? - Почему бы и нет... Вздыхая, возмущаясь и еле шевеля руками, одна из которых вообще работать отказывалась, Антон всё-таки стянул с себя всю одежду, оставшись в одних трусах. Такая картина не могла не интересовать Арсения. Он проскользил взглядом по хрупкому худому телу. Казалось бы, такого эффекта этот парень на него производить не должен, но мужчине стало заметно жарче. Тонкой струйкой учитель налил немного водки на ключицу Шастуна и начал быстро круговыми движениями втирать ее в кожу. - Ааа... Арсений Сергеич, чё за подстава? Бляяяя... Вы её из морозилки достали, чё она ледяная такая!? Сука... - Тш-ш-ш... Тихо, тихо. Потерпи чуть-чуть. Пока Арсений проделывал те же действия с остальными частями тела парня, Антон продолжал извиваться, шипеть и материть учителя на чем свет стоит. Оставалось натереть только нижнюю часть спины и ноги, но организм Попова дал сбой. Проходя поясницу, он решил, что лучшим решением будет пройтись по самому-самому низу-низу спины и запустил уже смоченные в водке руки под резинку боксеров, скорее массируя, чем интенсивно втирая. Наверное, к счастью, нарушая траекторию, пальцы мужчины начали оглаживать тазобедренные косточки Антона. Не сказать, что подростку это не нравилось, скорее было странно, непонятно и ново. И очень холодно! - Арсений Сергеич! Побыстрее, молю вас! - А, да,- вернулся в реальность географ,- ещё немного... Чтобы закончить, ему потребовалось не больше пяти минут. - Всё. Можешь обратно кутаться в одеяло. - Ага, спокойной ночи. - Сейчас час дня... - А у меня ночь. Почти провалившись в сон, парень услышал, как Арсений положил что-то на тумбочку и попросил выпить жаропонижающее, но он решил сделать это попозже. Сильно попозже. Сейчас безумно хотелось спать. *** Арсений сидел на кухне и нервно грыз печенье, пытаясь понять, что на него нашло. Руки до сих пор чувствовали те ощущения и пахли спиртом, да и не только руки. Вся квартира воняла так, будто здесь уже неделю кто-то в запое. "Проветрить надо, наверное... А как? Там Антон спит, не выгонять же его из спальни... Сейчас окна открою - холодно будет. Ладно, выветрится как-нибудь..." Прерывая сложные мыслительные процессы, прозвучал звонок в дверь. - Только этого сейчас не хватало... Лишь бы не опека, пожалуйста,- пробормотал себе под нос Попов и пошел открывать. - Добрый день,- на пороге стояла Александра и приветливо улыбалась. - Да, здравствуйте, Саша. - Я вам тут заключение принесла. Всё хорошо, теперь вы официально опекун Антона. А ... Чем это от вас пахнет? - Лекарствами. Понимаете, Антон просто заболел, и... - Нет-нет, это точно не лекарства. Арсений, вы пили? - Что? Нет! Пойдёмте я вас чаем угощу, печеньем... И все расскажу. - Ладно, пойдем...- скептически смотря на мужчину, Александра разделась и прошла на кухню. - В общем,- начал Попов,- мне в детстве, когда температура высокая поднималась, хорошо помогало обтирание спиртом, вы о таком не знаете? Вот, и я предложил Антону этот вариант, он согласился, и вот теперь вся квартира благоухает пара́ми водки. - Ну бабушка вроде так делала, но я даже не знаю... - Саша, посмотрите на меня, я похож на алкаша? - Нет, но... - Что "но"!? Вы же смотрели, проверяли, все хорошо. Все просто прекрасно! - Да, но мы говорим о благополучии ребенка. Можно к Антону сходить? Где он вообще? - Спит в комнате, там пахнет ещё сильнее. Удостоверившись в том, что подростку, кажется, действительно ничего не угрожает, и мужчина вполне вменяем, Саша отдала заключение Арсению и засобиралась обратно в опеку. - Саша, спасибо. Правда, огромное спасибо. Любая другая меня, наверное, послала бы куда подальше... И у меня вопрос есть, вы не знаете, случайно, как можно отца его найти? Я что-то совсем не представляю... - Да не за что. А насчёт отца... Можно по базе посмотреть. Напишите мне его полное ФИО, возраст хотя бы примерно, я поищу. - Спасибо большое. Девушка улыбнулась и скрылась за дверью. "Уффф... Хоть что-то хорошее за день..." Арсений хотел проверить Антона, но его планы поменял ещё один неожиданный посетитель. "А это кто? Больше я точно никого не жду." Как только дверь открылась, на мужчину вихрем налетел татуированный брюнет, и впился в губы. - А я по тебе соскучился. Думал, придёшь вчера. А не пришел. - Прости, Эд, я тоже соскучился,- он ответил на поцелуй, углубляя его. - Простых извинений недостаточно. - Знаю. Но в спальне ребенок спит. - Так,- Выграновский отошёл на несколько шагов от Арсения,- у тебя дети есть? - Нет,- он сократил расстояние между ними,- я его опекун. Просто так вышло. Можем на кухне. - Ясно. Можем. Очень даже можем,- с этими словами парень стянул с Попова кофту и снова увлек в поцелуй. - Арсений Сергеич,- Антон как никогда вовремя зашёл на кухню,- а ой, я кажется помешал. - Нет, нет,- Арсений не мог признать, что это невинное (ага, да) существо, укутанное в одеяло, может мешать,- что ты хотел? - А вы будете квартиру украшать? - Чего? - Ну там ёлка...шарики, огоньки... - Шастун, ты бредишь? У тебя температура опять поднялась? - Нет, понизилась, наверное. Меня больше не знобит. Но всё-таки про шарики... Красиво же. И огоньки - красиво. - Ну хорошо, раз красиво, значит украсим. - О, хорошо. Я пойду тогда, да? - Иди. Таблетки выпил? - Нет. - Пей. - Ага. Как только парень скрылся из виду, Эд непонимающе уставился на хозяина квартиры. - И что это было? Какие шарики-фонарики? - Ну ребенок, что с него взять... - Кто ребенок? Вот этот кабан? - Ну скорее жираф... - Да хоть горный козел! Потом как-нибудь встретимся. Явно недовольный, парень оделся и ушел, хлопнув дверью. "Ну и ладно. Но обидно, конечно... Попов, чё с тобой? Ты выбрал бредни этого мальчишки, вместо офигенного секса! Капец..." - У тебя все хорошо?-спросил Арсений, заходя в спальню. - Ага. А вы не чтобы отмазаться от меня побыстрее согласились? Ну, просто мы с мамой всегда так красиво квартиру украшали, а когда я маленький был, она меня снежинки учила вырезать. А у вас все серое такое, что прям не празднично, а уже декабрь, и вообще... Ну типо ощущение праздника же должно быть, да? Вот вы так не думаете? А вам не надоело, что я к вам на "вы"? Как много "вы" получилось... Ну так вот, про Новый год. Надо такую гирлянду повесить длинную-длинную и на батарейках, чтобы от розетки не зависела. И, кстати, вы чай такой вкусный сделали, покажете как? Простите. Я как-то много всего бессвязного наговорил... Мужчина бы слушал и слушал болтовню этого по-детски наивного сейчас мальчишку. Похоже, болезнь на него так действует... "Такой забавный". Сидя на краешке кровати и не сводя глаз с Антона, учитель подмечал каждую деталь, каждое изменение в нем. У парня оказалась очень подвижная живая мимика и глаза стали почти круглыми, а лохматая челка смешно падала на лоб... Ещё в самом начале его рассказа уголки губ Попова поползли вверх, и так и остались тупой блаженной улыбкой на его лице. - Не извиняйся. Покажешь, как снежинки вырезать? - Конечно. У вас бумага есть? Уже около часа они мучались с бумажными снежинками. Ну, как мучались... Антон нарезал уже целую кучу размером чуть ли не с кровать, а у Арсения худо-бедно получилось сделать не больше трёх. - Антон, как ты это делаешь!? У меня какие-то квадраты с дырками получаются! - Ну я не знаю... Я же вам уже миллиард раз показывал! У вас просто руки из жопы растут, просто смиритесь. - Ну спасибо, помог. - Всегда пожалуйста. А можно я музыку включу? - Угу. - Только вот где мой телефон?.. - Сейчас принесу. Я его на зарядку поставил. - Ой, спасибо. "Двенадцать пропущенных от Иры... Может всё-таки написать? Ладно, потом." Вскоре из динамика телефона послышались знакомые слова.

Я в глазах твоих видел снег в океане,

Этим снегом с тобой никогда мы не станем...

- К черту эти снежинки! - Арсений психанул и достал ноутбук,- давай украшения заказывать.

И пускай все расстает...

- Ну эта слишком жёлтая. - А эта? - А эта синяя... - Дайте я сам найду. - Да пожалуйста, пожалуйста, ищите, юный дизайнер.

Мы чужие с тобой и другими не станем...

- Станем...