peccatrici adulterium sine amore

***

      млеет-удивляется.       если положить Лёше руку на живот — вся ладонь накроет весь живот.       если обнять Лёшу крепко двумя руками — его не будет совершенно видно.       если ладонь на ладонь положить — лёшина ладошка будет меньше в несколько раз; как-будто сравнивают лапки волка и хомячка.       Олег становится рядом с ним, голову опускает, наклоняется, но Лёше всё равно надо встать на носочки, чтобы поцеловать мужчину. неуклюже и быстро чмокнуть. и пускай для своих семнадцати Лёша очень высокий, но он всё равно на две головы ниже Олега.       Лёша подходит, обнимает, утыкается лицом ему в грудь, обхватывает за спиной, чувствует обнимающие в ответ большие и сильные руки и дрожит-млеет.       в голове плывёт от фантазий.       а потом сам Лёша плывёт, когда горячие ладони гладят его по спине. когда к широкой груди льнёт. когда склоняется над Олегом — большим, разгорячённым и возбуждённым.       от большой руки на своём члене Лёша тает, теряет голову, стонет сильнее; скользит взглядом по накаченной груди, по животу с прессом, по сильным мускулистым ногам; смотрит на бога-идола, любуется и сильно-сильно прижимается к горячей груди, от которой уже будто бы пар идёт.       самым впечатляющим, конечно же, для парня был член Олега: он заворожённо и с восхищением смотрит на него всякий раз, еле двумя руками может его взять и с лёгким страхом думает, как же они будут с Олегом заниматься сексом.       Олег нежный, Олег внимательный, Олег неторопливый. Лёша лежит у него на груди, прижимаясь к горячему торсу всем телом, а большие руки мужчины держат его под ноги.       — Лёша-а…       — да?       у парня в глазах искрится пламя, возбуждение. он смотрит на мужчину с благоговение, бёдрами посильнее обхватывает его ноги, руки ставит на широкую грудь, которую просто так не обхватишь, и смотрит-смотрит-смотрит…       сгореть перед ним дотла хочется, раствориться в прах, превратиться в пыль.       эта внутренняя восхищённость тем, насколько Олег больше — гложет, травит, убивает. хочется себя вывернуть, заставить объясниться, почему так расхерачивает мозги при виде голого Олега, почему так млеет от объятий, почему трясёт, когда к телу прижимается чужой возбуждённый член. душа в этот момент нема, тело тюрьма и деться некуда.       — мальчик мой…       Лёшу трясёт, глаза закрываются, руки слабеют. чужие ладони скользят и ложатся на ягодицы, сминая нежную светлую кожу чуть ли не до синяков. одной рукой Олег берёт лёшину ладонь, сжимает, а затем переплетает пальцы. ладошка Лёши маленькая и нежная, а у Олега большая и мозолистая, но прикосновения не жёсткие, не дискомфортные, мягкие и приятные.       на широких сильных плечах удобно. в ямочку между ключицами можно уткнуться. забыться. раствориться и вдыхать запах горячего тела. расслабиться.       но огромный член двигается внутри тела, и забыться не получается.       получается лишь застонать и слушать с придыханием мальчик мой на ухо.       млеет-удивляется.

***