peccatrici adulterium sine amore

***

      ластиться.       когда Олег ещё не полностью превращается, когда полнолуние только подходит, у него сильнее заостряются клыки, волосы становятся темнее, чуть гуще и жёстче. он ходит немного нервный и с дичайшими перепадами настроения, от которых может полезть в драку, а потом сходить на «Отелло» и поплакать. он заламывает себе пальцы, обкусывает губы, не может усидеть на месте и сконцентрироваться на чём-то. при малейшей неудаче он раздражается и психует.       зато в канун полнолуния у них самый нежный секс: Олег заботлив, внимателен и нежен. он особенно долго и с аккуратностью растягивает Лёшу, изредка даже языком, медленно двигается и доводит его до оргазма дважды: сначала своим членом, затем пальцами. кончает Олег в первый и последний раз мальчику на живот, слушая чужой скулёж и вой своего внутреннего зверя, что кричит моё! мой мальчик! моя сучка! мой-мой-мой!..       за несколько часов до захода солнца Олег заканчивает все свои дела, оставляет в спальне на Лёшиной половине кровати свои самые дорогие вещи в частности самого Лёшу, такие как амулет и охотничий нож, целует парня в лоб, надевает дешёвую, старую и изношенную одежду и уходит.       как-только последние ало-жёлтые лучи пропадают за горизонтом, рядом слышится волчий вой, и Лёша радостно улыбается, чувствуя теплящееся в груди чувство нежности и трепета.       он оставляет свои книги и идёт готовиться.       Олег всегда в это время хочет только одного.       приходя в лес спустя несколько часов, огромный чёрный волк трусцой выбегает из-за деревьев. на его морде следы крови, а от самого зверя пахнет еловым запахом и мускусом. завидев и почуяв чистого, нежного и своего мальчика, волк облизывается, стирая с морды остатки крови, и подходит к Лёше ближе.       у того остаются влажные следы языка на лице и руках.       мокрый большой нос пихает его к поваленному дереву, на котором уже давно стоят пометки-следы когтей, и Лёше ничего не остаётся, как прижаться к дереву животом и наклонится. наклониться так, чтобы длинная-предлинная рубашка оголила его голые ноги и ягодицы.       к спине прижимается огромная горячая грудь, покрытая шерстью, а уха касаются вполне человеческие губы, оставляя на ухе и под ним следы нежных поцелуев.       первый толчок получается грубым и больным, но человеческие поцелуи успокаивают. когтистые лапы с обеих сторон от тела стоят близко, словно ограничивают-защищают. из глаз брызжут слёзы, но Лёша чувствует себя в полной безопасности, привалившийся к грубой коре дерева, пока его собственный волк ластиться.       поскуливает-постанывает в шею, утыкаясь мокрым носом и вопрошая можно ли дальше?...       можно.       нужно.       шерсть мягкая-шёлковая. о неё приятно тереться щекой, пока огромный волчий член разрывает изнутри. это приятно-возубждающе, но слегка больно. Лёша не протестует, не отталкивает, не запрещает, потому то его волк нежно вопрошает-скулит, чтобы начать-продолжить-закончить. волк внимательный и участливый.       но в основном своём он втрахивает парня в бревно, то слабо прикусывая загривок и утыкаясь в него холодным носом, то нежно целуя человеческим дыханием ухо.       ластиться.

***