Ты думал, я позволю тебе умереть?

— Зульфикар, ты передал страже моё распоряжение насчёт Дервиша аги? — Разумеется, Повелитель. — Отлично. Сегодня после вечернего намаза, как ты знаешь, мы выступаем в поход. Всё уже готово? — Совершаются последние приготовления. — Эх, Зульфикар, — молодой Падишах энергично поднялся с трона и похлопал верного слугу по плечу. — Мы нанесём персам такой удар, что весь мир узрит мощь Великой Османской Империи! Я счастлив, что Аллах подарил нам возможность доказать величие нашей державы в бою! — Вас ждёт ещё много побед, Повелитель. ИншаАллах, правление Ваше будет долгим. — ИншаАллах. ИншаАллах! Ахмед постучал в двери, и те послушно открылись. Уже на пороге он неожиданно повернулся назад и произнёс: «Ты останешься в столице и будешь охранять Валиде, Хюмашах Султан и Кёсем с Шехзаде. Я больше не позволю, чтобы моя семья пережила тот же ужас, что и год назад…». «Как вспоминаю тот день, понимаю, что Кёсем Султан не нужна никакая защита, она сама кого угодно уложит мечом при желании», — усмехнулся про себя Зульфикар и направился в свои покои. *** — Где тебя носит, Айбиге хатун? Госпожа умирает, а ей хоть бы что! — кричал шёпотом, чтобы не услышали служанки, Хаджи ага на лекаршу, вбежавшую в покои Валиде Султан. — Что произошло? — Госпожа упала на пол и стала истекать кровью. Сделай что-то немедленно! Если об этом узнает Повелитель — не сносить нам голов! — Мне нужны чистые тряпки и вода, и принеси для Султанши чистую одежду, а потом выйди, чтобы я провела осмотр. — Я уже всё подготовил. Посмотри на тахте, — прошептал Хаджи, скрываясь за массивными дверьми. «Что же будет с нашей Хандан Султан? Вряд ли ей удастся пережить потерю ребёнка, если так, не дай Аллах, случится. Но если её сын Повелитель казнит Дервиша Пашу, госпожа точно не выдержит. А если она захочет убить себя? А если я не смогу её спасти? Весь дворец погрузится во мрак, Султан Ахмед будет пребывать в глубокой печали… Но что же будет со мной, смогу ли я справиться со смертью моей госпожи и продолжать жизнь на этой грешной земле? Нет! Как я могу думать о подобном исходе! Валиде Султан сильная, она справится, только нужно молиться…», — таковы были мысли бедного евнуха, ожидающего роковой новости от дворцовой целительницы. — Ты можешь входить, Хаджи ага, — прокричала Айбиге хатун из-за двери. — Что же, как наша… — Дорогу, Султан Ахмед Хан Хазрет Лери! — перебил его звучный голос Бюль-Бюля аги. Главный Евнух в ужасе схватился за волосы, глядя на лекаршу, в спешке убирающую окровавленное платье и тряпки. Двери отворились, и на пороге показался молодой Падишах. Его юное, мальчишеское лицо, ещё не покрывшееся щетиной и излучающее улыбку по случаю предстоящего похода, вмиг исказилось гримасой ужаса. Зрачки расширились, а кулаки сжались. — Хаджи ага, что с моей Валиде?! И почему я узнаю об этом только сейчас?! Это был скорее не укор, а порыв страха и волнения за собственную мать. Ага нервно сглотнул. — Понимаете, Повелитель… — тут он замялся. — У Вашей матушки, Повелитель, случился короткий обморок. Такое бывает у женщин в её возрасте. Жизни госпожи ничего не угрожает, можете не беспокоиться, ей нужно некоторое время находится в покое, чтобы придти в себя. Евнух и Султан разом уставились на подавшую голос лекаршу, до этого тихо стоявшую в стороне. — Слава Аллаху, — выдохнул с облегчением Падишах. — Ты получишь вознаграждение, хатун. Хаджи ага об этом позаботится. — Конечно, Повелитель. Хаджи склонился в низком поклоне, смотря на лекаршу, и беззвучно прошептал: «Спасибо». — Повелитель, не сочтите за дерзость, но я хотел бы задать Вам вопрос. — Какой? — проговорил Ахмед, присаживаясь на краешек кровати матери. В воздухе повисла неловкая пауза, но как только ага открыл рот, тишина была прервана тихим шёпотом. — Дервиш… — Валиде, Валиде! Вы меня слышите? Матушка! — Дервиш… Ахмед нахмурил брови и медленно встал с кровати, направляясь к евнуху. — Так что ты хотел спросить, Хаджи? — Признаюсь, Повелитель, я хотел узнать у Вас о Дервише Паше. Некоторое время назад я увидел, как его ведут в Ваши покои, — он виновато склонил голову. — Теперь понятно, почему Валиде внезапно стало плохо, — молодой Падишах начал сверлить слугу взглядом. — Позже ты всё узнаешь. Султан покинул покои, оставив слуг с матерью, и направился дальше по коридору, сопровождаемый громогласными выкриками евнухов. — А теперь говори, что действительно происходит с Госпожой, Айбиге хатун. Что с ребёнком? Целительница боязливо посмотрела на Агу и, сглотнув, промолвила: «Он сейчас на небесах». — А с Султаншей что? Она ведь будет жить?! — Будет. Но её состояние сейчас тяжёлое, ей понадобится много времени, чтобы встать на ноги. Я напишу список всех лекарств, а ты купи их на рынке. Будешь давать Валиде каждый день в определённое время. — Как скажешь. А теперь иди, нужно дать Госпоже побыть в тишине и отдохнуть.

«Как же сказать Хандан Султан всю правду? А что делать, когда она спросит про отца своего ребёнка?»