На что ты готов ради денег?

Полночь. На город спустились сумерки. На улицах практически никого нет. Енгён стояла посреди улицы на тротуаре, осматривалась, поглядывала на время на дисплее телефона и ворчала. Под вечер заметно похолодало, а она не обратила на это внимание и вылезла в широкой футболке и старой ветровке. Енгён обзывала себя дурой и злилась ещё больше. Где этот водитель? Она тут уже полчаса стоит. Может, это был розыгрыш? А она повелась. Дурёха. Квон отвернулась от дороги и просунула руку в карман. Не нащупав пачку сигарет, она стала злая как черт. Похоже, забыла дома. Сейчас возвращаться за ними не хотелось. Мало ли, вдруг водитель подъедет, а ее нет. Почесывая макушку, она стояла и думала, что ей делать. Тут она увидела приближающийся свет фар и обернулась. Едет. Девушка подошла ближе к дороге и попыталась заглянуть через стекло внутрь. Не видно ничерта. Когда машина остановилась, она подошла поближе. Стекло опустилось и она увидела человека в странном ярко-розовом костюме с чёрными перчатками на руках. Капюшон был надет на голову, а водитель склонил голову так, что Квон не видела лица. Енгён впала в ступор. — Квон Енгён? — голос низкий, безэмоциональный. Енгён похлопала глазами и только через пару секунд поняла, что надо отвечать. — Да, — Квон не сводила с него взгляда. Как-то он её пугал. — Пароль. — А, — Енгён замялась и мысленно дала себе подзатыльник. Чего это она ведёт себя как тряпка. Надо собраться, но Квон так и стояла и открывала и закрывала рот как рыба. Водитель чуть повернул голову к ней. Боже, да говори уже. — Тише едешь — дальше будешь. Дверь открылась. Енгён подошла к салону и увидела там несколько человек. Они все были без сознания. Тут ей стало страшно. Она повернула голову к водителю. Тот никак не отреагировал и ждал, когда она залезет внутрь. Енгён посмотрела на водительское зеркало. Она увидела лицо того человека. Точнее маску. Очень странную черную маску и изображенным на ней кругом. А ещё на ней был надет респиратор. Мужчина внезапно вскинул голову и смотрел на неё через зеркало. Квон вздрогнула. Что за черт. Она ещё раз обвела взглядом весь салон. Может, не поехать? Это секта какая-то? Это так люди потом пропадают? Она ещё раз посмотрела на зеркало. Мужчина до сих пор смотрел на неё. Енгён вздохнула и молча села в машину, думая, что она потом будет сожалеть об этом. Дверь захлопнулась. Квон села и стала наблюдать за водителем. Тот нажал на какую-то кнопку и пошёл газ. Все, теперь надо валить. Енгён бросилась к двери, стараясь её открыть. Машина была с блокирующимися дверьми, так что ей не выбраться. Девушка в ловушке. Захотелось спать. Енгён противилась. Если уснёт, то потом не проснётся. В панике от безысходности она стала осматривать весь салон. Никаких идей в голове не было. Спать хотелось сильнее. Нет, нельзя. Надо что-то придумать. Живо. Она металась, а потом плавно осела на кресло. Руки будто свинцом налились. Веки становились тяжелее. Последнее, о чём она успела подумать о том, что будет делать её отец, если она пропадёт. Последнее, что она увидела — это то, как, обернувшись, на неё смотрел водитель.

***

Проснулась Енгён от яркого света. А ещё играющей на фоне музыкой. Девушка нащупала рукой мягкое одеяло. Хотя она засыпала в автомобиле. Погодите, что происходит? Квон открыла глаза и тут же зажмурилась. Болят. Очень сильно. Девушка приподнялась и стала протирать их. Повторно открыв глаза, она увидела голубые штаны. Потом футболку. Затем олимпийку. Она скочила и стала осматриваться. Она лежит на кровати в большом просторном помещении в бело-голубых тонах. Вокруг неё так же много не понимающих людей на многоэтажных кроватях. Что происходит? Люди потихоньку стали вставать и осматриваться. В том числе и Енгён. Квон заметила, что у каждого человека на олимпийке есть свой порядковый номер. Она посмотрела на свой. Семьдесят два. Енгён стала ощупывать карманы и поняла, что у нее с собой нет телефона. Она подошла к кровати, перевернула одеяло, скинула подушку. Телефона нигде нет. Она пригладила свои волосы и вздохнула. — Ах ты сука! Квон мигом развернулась в сторону звука. В центре образовалась толпа людей. Енгён подошла и протиснулась вперед, чтобы взглянуть на происходящее. В центре круга, образованного людьми, были двое: девушка и мужчина. Девушка лежала на полу и смотрела на мужчину. Её рот был перепачкан в крови. Перед ней расхаживал мужчина и самодовольно улыбался. Жирный, отвратительный. С левой стороны лица, ближе к шее, была татуировка змеи. Порядковый номер — 101. У девушки 067. — Да, не ожидал тебя здесь увидеть. Ты смотри какой взгляд. Злобная как всегда, — он стал приближаться к девушке. Та встала и смотрела прямо на него. — Ну да, ты не из тех, кто легко сдается. Ты стойкая. Я кормил тебя, дал крышу над головой. А ты меня подставила. Енгён перевела взгляд на девушку. — Ты уже забрал у меня больше, чем я была должна, — Квон заметила, что у неё приятный голос. Она переключила внимание на девушку. — Если это так, что же ты сбежала? — Никуда я не сбегала. Я просто стала независимой. Он рассмеялся. Мерзко, противно. Енгён сжала зубы до скрежета. Он замахнулся, попытался ударить ее, но она увернулась. Тогда он подошел, схватил за воротник и ударил в ногу, что девушка упала. Все охнули. Она попыталась встать и он ее швырнул. Потом подбежал и пнул в живот. — Независимая стала? Боец сопротивления? Так иди и размахивай флагом. А, ну да. Ты же с севера. Значит, будешь размахивать флагом Северной Кореи, — урод улыбнулся, а она оскалилась. Так она с севера. Интересно. Он хотел снова ее ударить, как подбежал другой мужчина и оттолкнул его. Схватил девушку за грудки и начал кричать: — Этот шрам на шее. Ты та карманница! Верни мои деньги! Где мои деньги?! — начал вопить он. Квон закатила глаза и стала пробираться сквозь толпу. Ладно, всё. Она терпеть не может насилие. Сначала один, потом второй. Может, она и карманница, пусть не набрасываются как собаки. — Отойди, — шикнула на него Квон. Мужчина развернулся и посмотрел на неё. Енгён подошла и убрала его руки. — Хватит её бить. — Да она- Он не договорил. Его сбоку пнул тот самый мужик с татуировкой змеи. Он начал медленно и угрожающе настигать. Как её отец. Он сначала одарил презренным взглядом Квон, а потом его. — Вы кто такие, — спросил он. — Ты кто, блин такой. Кричавший до этого дрожащей рукой поправил волосы и, несмотря в глаза, неуверенно ответил. — — Я Сон Гихун из Ссанмундона, * — Слышь ты, Ссанмундоновец, я с этой мразью не закончил, — он продолжил наступать. — Тебя тоже касается, — он резко повернулся в сторону Квон. Та никак не отреагировала. — Ты, урод, вообще кто этой такой? — он вернулся обратно к мужчине. — Ну а ты ей тогда кто такой? Ты похож на мерзкого бандита, который издевается над бедной девушкой! Это ты ей сказал украсть мои деньги? Сто первый побежал на мужчину. Тот отскочил и стал что-то вопить, чтобы ему помогли. Люди начали шептаться. Енгён посмотрела на девушку. Та по-прежнему сидела на полу и по очереди смотрела на них троих. Раздался странный звук. Похож на гудок. Мужчина повернулся в сторону звука и хотел побежать, но остановился и уставился. Остальные тоже. Квон повернулась, чтобы посмотреть, что там такое. Металлическая дверь открылась. К ним вышли несколько человек в знакомых Квон ярко-красных костюмах. На лицах были маски. У большинства были круги. Только у одного был квадрат. Они остановились. Все замолкли. Квадрат вышел раньше всех. — Я хотел бы от всей души поприветствовать всех вас. Все вы примите участие в шести разных играх на протяжении шести дней. Тот, кто победит во всех играх — получит крупный денежный приз. — А с чего бы нам вам верить? — все обернулись. — Вы нас усыпили, отняли телефоны и кошельки, привезли в это непонятное место. А теперь говорите, что хорошо заплатите за несколько игр. Думаете, мы вам поверим. Квон хмыкнула и подметила, что мужчина говорит верно. — Мы предприняли все эти меры, чтобы сохранить ваше прибытие сюда в полной тайне. Как игры закончатся — все вернется на круги своя. — Почему вы скрываете свои лица? — Таким образом мы обеспечиваем полную конфиденциальность и анонимность. Прошу нас понять. — Мы вам не верим. С чего мы вам должны верить? В следующую минуту на экране была рассказана подробная информация про это мужчину. Номер 218. Далее показали еще несколько людей. Все разинули рты. Каждый, кто находился в этом зале, был на грани нищеты. — Вы хотите вернуться к своей нищете? Енгён поняла, что не хочет возвращаться домой не из-за нищеты. Она не хочет возвращаться домой, потому что там отец. Квон прослушала сказанное далее и очнулась только тогда, когда свет заполонил комнату. С потолка появилась огромная копилка-хрюшка. Сумму не сказали. Заинтриговали. Ну что, Квон Енгён, сыграешь?

***

Енгён стояла в очереди на подписание контракта. Надо сыграть в игру и ты получишь деньги. Отличная возможность покрыть долги и свалить от отца куда подальше и начать новую жизнь. Очередь двигалась очень медленно. Енгён устала стоять и ждать. Перед ней стояло пару человек. Квон закинула голову назад и уставилась на потолок. Из динамиков играла приятная расслабляющая музыка. Пока она задумалась, подошла её очередь. Енгён взяла лист в руки и прочитала правила. Всего лишь три пункта. Она прочитала каждый, взглянула на человека в костюме, подписала, отдала бумагу и ушла подальше от толпы. Когда с подписями было окончено всех собрали и повели в игровую. Они вышли в помещение, которое было куда больше по сравнению с тем, где она очнулась. Очень много ходов и лестниц. Все в пастельных тонах. Разнообразие проходов и развилок напугало Квон. Она вспомнила про одну картину, на которой изображено множество лестниц, перевернутых в разных направлениях*. Смутно знакомая музыка из динамиков, похожая на классическую, увеличивала тревогу. Вот вроде ничего страшного, но атмосфера нагнетает. По крайней мере, на неё. Все стали подходить через розовые панели с экранами. Нужно было подойти и улыбнуться. Когда подошла Квон, то она не захотела улыбаться. Она просто посмотрела в камеру, сфоткалась и пошла дальше, проигнорировав просьбу механического голоса. Их отвели в большое помещение, которое напоминало природу. Первое, что попалось сразу -это огромная кукла в виде девочки. Все люди разбрелись по помещению. Квон встала посередине. — Первая игра: тише едешь — дальше будешь. Вы можете продвигаться вперед пока кукла поёт. Участники, которые будут двигаться — выйдут из игры. В целом несложно. Квон хрустнула пальцами и помассировала затекшую шею. Игра началась. Кукла отвернулась и начала петь. Люди пошли. Енгён в том числе. Двое парней побежали. Когда кукла замолчала и повернулась, тот, с осветленными волосами, не удержал равновесие. — Игрок 324 выбыл. Выстрел. И он упал. Все были в шоке. Что только что произошло? Кукла повернулась дальше и запела. Друг того парня подбежал к нему. Он увидел, как его товарищ истекает кровью. Отшатнулся, развернулся и побежал. Еще один выстрел. Квон ужаснулась. Теперь ясно, что происходит с выбывшими игроками. Их расстреливают. Люди обезумели. Они развернулись и побежали назад с криками. Квон тоже хотела убежать, но заметила, что те, кто не двигался, остались живы. Чтобы в тебя не попала пуля, нужно не двигаться. Енгён зажмурилась. От каждого выстрела она вздрагивала сильнее. Лишь бы не шелохнуться. Пули свистели. Людей расстреливали как на скотобойне. Постепенно все стихло. Правила снова были озвучены. Игра обрела новые краски. После массового расстрела никто не хотел двигаться. Кроме деда. Какой-то дед пошёл вперед, пока все боялись. Он обогнал всех. Люди поняли правила игры и пошли дальше. Выстрелы продолжались. Кукла чуть ускорялась. Квон медленно шла. Было страшно. Люди падали. Время поджимало. Еще чуточку. Когда осталось совсем чуть чуть, Квон рывком добежала и тут же упала. Через несколько секунд время вышло. Всех остальных застрелили.

***

Енгён сидела на своей кровати. Она обдумывала происходящее. Как же так. За проигрыш можно лишиться жизни. И именно поэтому они держат все конфиденциально. Квон посмотрела на экран. Больше половины выбыли. Люди были взволнованы. Кто-то стал умолять на коленях. Люди в масках что-то говорили, Квон их не слушала. Как уйти домой? Кто-то сказал про голосование. Действительно. Если большинство проголосует против, то мы вернемся домой. Тогда показали снова стеклянную свинью и упавшие деньги. Деньги за погибших. Енгён посмотрела на некоторых окружавших ее людей. У них блестели глаза. Они хотели получить эти деньги. Она подняла глаза вверх. Да, сумма не маленькая. Купюры продолжали сыпаться. Половина была заполнена. Двадцать пять с половиной миллиардов. А если пройти все игры, то можно выиграть 45,6 миллиардов вон. Голосование. Настала очередь Енгён. Она подошла, посмотрела на кнопки. Зеленая и красная. Да или нет. Либо она остается здесь, либо идёт домой. Енгён знает, что она выберет. Она нажимает на красную и отходит сторону. Сто человек выбрали играть дальше и сто человек решили прекратить игру. Остался один человек. Тот самый дедушка. Он подходит, смотрит на обе кнопки. Чуть размышляет и нажимает. На красную. Енгён радуется и еще девяносто девять человек разделяют ее чувства. Она едет домой.

***

По возвращению домой Енгён была радостной. Однако эта радость быстро испарилась. Все вернулось обратно. Очередная ненавистная работа, алкоголик отец, куча долгов, нависшая над их головами темной тучей. Проблема с деньгами продолжала давить. Отец стал больше избивать дочь. Он решил, что она покроет все расходы. Ему плевать, что она еле-еле зарабатывает на еду, оплату квартиры и его чертово пиво, бутылками от которого он ежедневно кидался на дочь. Синяки Квон не проходили. У неё даже нет денег, чтобы купить хотя бы тональник и замазать им следы побоев на видных участках тела. Да и неважно. Всем было плевать. Енгён стала в два раза больше курить. Мысли о прекращении жизни стали еще настойчивее крутиться в голове. А что её держит? Отец? Да даже если она умрет, он будет волноваться лишь насчет пива. Ему же было плевать, когда дочь пропала на два дня и не выходила на связь. Про мать даже думать не хочет. Енгён сидела на скамье посреди улицы, закинула ногу на ногу и закурила. Сегодня выходной. Он снова напился. Квон рано утром ушла из дома и весь день гуляла по району. Девушка откинула спину и устремила взгляд в небо. А если бы она получила эти деньги, то она могла бы начать новую жизнь. Она могла бы уехать, начать свой бизнес. Уйти и не возвращаться. Ей так надоели стены квартиры, в которой она все время сидит. Ей так надоела красная пьяная рожа отца. Она могла бы исполнить исполнить свою мечту детства — путешествовать по миру. Если она поиграет в оставшиеся пять игр, то получит озвученную сумму. Сорок пять миллиардов вон. Енгён докурила сигарету и потушила ее о скамью. Поправила ветровку и пошла дальше по улице. Она шла и размышляла о том, какого же плохого качества она купила сигареты. В горле першит. Надо бы выкинуть. — Я законопослушный житель из Ссанмундона! Вы за кого меня принимаете?! — знакомые вопли. Енгён посмотрела через окно и увидела того самого мужчину, который орал на ту девушку и нарекал ее карманницей. Тот самый ссанмундоновец. Так это это он разорался? — Вот визитка, которую он мне дал, — он кинул на стол ту самую визитку, которая осталась у нее в кармане. Человек за столом посмотрел на неё, взял, повертел в руках и усмехнулся. — Может, стоит вызвать психиатрическую лечебницу? — Не надо никого вызывать, — Енгён привлекла внимание всех присутствующих. Работники обернулись и посмотрели на неё. Девушка сама не знает, зачем она пришла сюда и стала заступаться за мужчину. — Он не врёт, у меня тоже такая визитка. Квон кинула на стол идентичную визитку. Полицейский сравнил их и посмотрел на девушку. Мужчина, стоящий рядом, переводил взгляд то на зашедшую, то на полицейского. — Если Вы не верите мне, то позвоните! — мужчина снова завопил. Квон начала надоедать его крикливость. Тут дверь открылась и в помещение зашел ещё один человек. Молодой парень. Он посмотрел сначала на мужчину, а потом на девушку. Енгён его не заметила, а мужчина рядом уставился. Полицейский покрутил визитку и набрал номер. Ему ответила какая-то женщина. Енгён и мужчина переглянулись. Женщина послала полицейского и тот положил трубку. Мужчина выразительно посмотрел на стоящих перед ними людей. — Вы просто не- — Пойдемте, — Енгён потащила мужчину к выходу. Тот не сопротивлялся. Кто-то посмеялся, мужчина за столом покачал головой, а вошедший парень смотрел им вслед. — Что Вы делаете? — мужчина одёрнул руку. — Это Вы, та самая, которая заступилась. — А Вы тот самый, который тряс с неё деньги. Помню, — Енгён просунула руки в карманы. — Вы забыли, что это конфиденциально? Если бы Вы продолжали там орать, то они бы действительно вызвали психиатричку. Мужчина замялся. — Как тебя зовут-то хоть? — Квон Енгён — Сон Гихун — Приятно познакомиться. До свидания, — Енгён повернулась и ушла раньше, чем он успел что-либо ответить.

***

Несколько дней спустя, Квон возвращалась домой после смены. Она жутко устала, уже стемнело да отец в это время, вероятно, уже спит в окружении пивных банок. Она поднимается по склону и идет к своему дому. Около дороги стоит какой-то парень. Квон его игнорирует и думает пройти мимо, как он преграждает дорогу. - Извините, Квон Енгён? Девушка поднимает голову и смотрит на него. Выглядит знакомо. А что если это один из тех самых людей, которым ее отец задолжал деньги? - Да, - кивнула Квон. Парень достал свое удостоверение. - Я Хван Джунхо из полиции. Мне нужна Ваша помощь.