Истекая кровью

Прошла неделя с того, как закончился предпоследний этап экзамена на чунина. Все, кто прошёл, тренировались каждый день, готовясь к решающему бою. Команда №7 не выделялась — всё так же тренировались, не покладая сил. Какаши взял под своё крыло Учиху, обучая новой технике. Все это время Наруто не встречался ни с кем из своей команды — он был поглощён своими тренировками. Без сенсея у него не оставалось времени на мысли о ком-то ещё, кроме Итачи. Да, в сенсее Наруто не нуждался — мысль о том, что кто-то кроме Итачи будет его тренировать, вызывала неприятное чувство, похожее на измену. Наруто впервые испытывал это — и не понимал, что за мерзкое, скребущее чувство живёт внутри. Хотя он и думал, что ему никто не нужен, чтобы выучить новые джитсу, требующие чакры, кто-то всё же был необходим. Узумаки всё так же думал об Учихе каждый день — хотел узнать, где он, чем занят, хотел встретиться, взглянуть ему в глаза. Даже если бы это означало смерть самого Наруто. Да, он поглощал всю информацию о клане Учиха, хоть это и было адски трудно в одиночку. Узумаки выкладывался полностью на тренировках, но это помогало справиться только с частью эмоций. А жажда крови — то, что было в нём от лиса и самого Наруто — никуда не девалась. Когда он был совсем на грани — ему приходилось резать своё же тело. Нет, боль ему не нравилась. Он не делал это из-за ненависти к себе — ему нужно было видеть кровь. Ему было нужно это чувство — что он причиняет боль, пусть и самому себе. Это чувство было прекрасным, если учитывать, что убивать кого-то в Конохе безнаказанно он не мог.

***

— Почему ты хочешь меня убить? Я живу ради тебя... — прохрипел задыхающийся блондин. — Ты не достоин этого. Ты слабак, который едва достоин смерти от моих рук, — сжав крепче горло, сказал ниндзя. Его алые, как кровь, глаза смотрели из-под лба. Вокруг была толькополная темнота, лица не было видно. Блондину ничего не оставалось, как ослабить руку, что держала своё горло. Голова повисла, глаза налились слезами. Изо рта пошла кровь. Тело обмякло, голова гудела от роя мыслей. Казалось, ещё чуть-чуть — и она взорвётся. Вдруг Учиха швырнул Узумаки на пол. Наруто вскочил с кровати. На часах — час ночи. Он тяжело дышал, весь в холодном поту. — Как же достали эти сны... Когда уже всё это закончится... Посидев ещё немного на кровати, размышляя над сном, Наруто всё же поднялся и вышел на улицу — тренироваться.

***

Придя на полигон и разминаясь, Узумаки почувствовал чей-то взгляд. Оглянувшись он встретился с пустым, надменным взглядом Гаары. — Зачем ты пришёл? — Помнишь, ты говорил, что мы сразимся на экзамене? Этому не сбыться. Так что давай сделаем это здесь и сейчас. — Хорошо. Я принимаю твой вызов. Гаара стоял напротив него — пустые глаза, песок шевелится у ног, жаждая крови. Наруто выдохнул и провёл пальцем по лезвию катаны. С ним он не собирался сдерживаться. — Ну что, начнём? — выдал Суновец. И песок тут же рванул в сторону Узумаки. Наруто не ответил — только оскалился, как лис. Секунда — и песок рванулся в сторону Наруто. Блондин пригнулся, рванул вбок, провёл катаной по барьеру песка — металлический лязг, как нож по кости. Песок пытался схватить ногу, но не успел. Тренировки Наруто по тайдзюцу не прошли даром. Он уже сзади: бьёт под рёбра, локтем в висок, кулак в горло — всё без чакры, чистое тайдзюцу — быстрое, рваное. Но песок блокирует удары — словно чужие руки. Гаара не двигается — всё делает песок. Наруто хмыкает, катана мелькает — разрезает песок, но не кожу. Бьёт ногой в грудь — Гаара даже не шелохнулся. Только улыбка шире. — Ты слабее песка, Узумаки, — голос Гаары глухой, будто из-под земли. — А ты слишком много болтаешь, — Наруто облизал кровь с губы, задетой песком. Скорость — вот где он силён. Он почти не виден. Катана — продолжение его руки. Он бьёт по шее, уходит в перекат, режет по боку. Песок не успевает за всем. Тайдзюцу рвётся между всплесками песка — удары по рёбрам, по коленям. Гаара морщится. Песок мечется бешено. Лезвие всё ближе к коже. Наруто тяжело дышит. Глаза пустые, но живые. Капли крови стекают с лезвия. Это ещё не конец. Выпад — и катана у горла Гаары. Тот не двигается — только песок закрывает лицо. — Ещё шаг — и ты без головы, — оскалился Наруто. Гаара хрипит что-то, но песок отступает. Он впервые понимает: этот парень — не как все. Он может резать. И он будет резать. — Я не проиграю... Я буду жить вечно... — бормочет красноволосый. Рука начинает превращаться в лапу биджу, покрываясь песком. Наруто понимает: ещё секунда — и вместо Гаары будет Шукаку. — Ты же понимаешь, что, пользуясь силой биджу, ты слабак, который сам ничего не может. Просто ничтожество, неспособное справиться! Наруто сбивает Гаару с ног и наваливается сверху. Бьёт его кулаком в лицо — раз, два, три — пытаясь привести в чувство. Спустя минуту Гаара сбивает песок с лица — глаза мутные. — Ты прав... Я проиграл... Я недооценил тебя... Но почему ты помог мне? — Потому что я понял — мы похожи. Очень похожи. Спасибо за бой. Знай — только ты и ещё один человек достойны моей полной силы. Наруто вытер кровь с губы, встал и исчез в листве. А Гаара остался — один, с новой мыслью в голове. Я недостаточно силен, я все еще слабее Итачи, мне нужно больше тренироваться, такими темпами, я точно проиграю и кошмары станут явью.