Знания — сила (любви)

— Как хорошо, что коро… Осы больше нет, — со вздохом произнесла Сверчок, удобно расположившись на животе Шелкопряда. Тот согласился, слабо вникая в слова. Было так приятно просто слышать голос драконицы, этот приятный тембр, размеренный тон с ноткой неутолимого любопытства. — Я наконец-то смогла пообщаться с сестрой, которая оказалась моей матерью. Мда, это откровение меня крайне сильно удивило в своё время. Но самой интересной частью была встреча с отцом, — и её голос стал с радостью описывать счастливое семейное воссоединение. Синь не разобрал, что именно та говорила, но изо всех сил пытался показывать участие. — Это было второе из самых приятных событий в моей жизни, — с улыбкой сказала драконица. — Теперь же они навёрстывают упущенные годы заботы и… игр, — томно добавила Сверчок. От резко сменившегося тона Шелкопряд прокашлялся, синея с поразительной скоростью. Было так забавно видеть эту реакцию. Чтобы сделать вещи… пожёстче, Ядожалка добила: — Интересно, как ощущает себя Краснокрыл после годов под предводительством Осы? Мы его столько лет не видели… Видимо, она нашла для него крайне важное применение. Под драконицей издался жалкий стон, а между лап появилось знакомое чувство эрегированного самца. Обиженный Синь отворачивал взгляд от улыбавшейся Сверчок. Бедный эмпат не мог перестать вставлять других драконов в захламившие мозги мысли о сексе. Даже домой Шелкопряду было страшно возвращаться, так как одного образа его родственников хватало для разворачивания извращённых сцен в голове. На самом деле Ядожалка сама нередко задумывалась, каково это: терять контроль над телом, прекрасно осознавая то, что ты делаешь. Что-то похожее она испытывала во время минета, но довольно быстро забывалась. Хотелось если не самой это испытать, то хоть послушать того, кто через это проходил. Тормошить болезненные события прошлого напрямую совершенно не хотелось, потому драконица остановилась на своём отце. Что-то необъяснимым образом привлекало в этих извращённых идеях, и хотелось услышать наиболее подробное описание. Потому, дав своему парню направление, Сверчок попросила: — О чём думаешь? — невинно спросила драконица, но улыбка портила сцену. — Расскажи, пожалуйста! Я так давно не слышала твоего приятного голоса! Обида всё ещё горела в глазах Шелкопряда, но он придумал, как отплатить своей девушке той же монетой. Собрав волю в кулак, дракон схватил Ядожалку передними лапами, не выпуская извивавшуюся скорее для вида, чем для чего-либо ещё, и начал выбирать первую историю. Сделав свой выбор, Синь начал выкладывать свои мысли: Первое время Краснокрыл очень переживал своё насильственное переселение. Так хотелось вновь увидеть Кузнечик… Но королева всегда находила повод не отпускать самца. Иногда это были рутинные задания, иногда что-то посерьёзнее, вроде поиска новых нарушителей порядка, а иногда это было непонятное сопровождение. Величественная Ядожалка могла и сама справиться с любой угрозой, как думал самец. В крайнем случае она могла «вселиться» в нападавшего и погасить конфликт в зародыше. Дракон и понятия не имел, что припасла для него драконесса… В ничем не примечательный день «телохранительства» королева начала слишком пристально осматривать Краснокрыла, о чём-то размышляя. Вдруг Ядожалка рявкнула: — Ложись на кровать. Дракон встал в ступоре, недоумевая. Зачем ей приказывать словами, если она может просто взять контроль над его телом? — Живо! Боясь ощутить на себе укол хвоста, самец расположился на просторной, хоть и слегка жёсткой, кровати. На самом деле эта часть мебели выглядела слишком… не по-королевски: прочный кусок дерева с различными орнаментами, практически без постельного белья. Было неудобно лежать на ней, но куда деваться. Королева вскоре присоединилась к нему, прошептав на ухо: — Теперь ты часть моего гарема, — и припала мордой к паху Ядожала. Их первая ночь длилась необычайно долго: сказывалось новизна Ядожала и длительное воздержание королевы. После первых двух эякуляций Краснокрыл уже не соображал от слова совсем, потому драконессе приходилось работать за двоих. Но с учётом того, что получала она в два раза больше удовольствия при минимальных усилиях, жаловаться было не на что. Где-то в середине ночи самец потерял сознание, держась лишь на импульсах, подаваемых спорами Иноразума. После столь бурной ночи королева даже разрешила дракону отдохнуть на пару дней, в течение которых тот отсыпался, переживал любовный кризис и возвращал себе либидо. С этого момента Краснокрыл был частым участником любовных утех королевы Осы. За время совокуплений дракон много узнал как о сексуальных практиках, так и о множественных фаворитах Ядожалки. После похода на отравленные джунгли их спектр резко расширился, дополняя гарем яростными Листокрылами и более спокойными Шелкопрядами. Для проходящего мимо зеваки сцена вызвала бы лёгкий холодок по всему телу: десяток драконов ублажают королеву, друг друга, с этими пустыми белыми глазами и топорными выражениями на мордах. Когда Оса была побеждена и Краснокрыл вернулся к своей любимой Кузнечик, дракон был готов показать все свои полученные знания, занимая драконицу на долгие и долгие часы. По окончании рассказа Синь взглянул на Сверчок. Та жалко проскулила, отчаянно работая лапой в своей щёлке. Судя по небольшой лужице, образовавшейся под ней, страдала она довольно долго. Довольный проделанной работой, лазурный принц со своим синим конём отправился ей на помощь.

***

Приближалась годовщина отношений Росянки и Ивы. Ради такого знаменательного дня суровая тёмно-зелёная драконица решила сделать особый подарок. Он будет приятным — очень приятным, — а также простым в создании. Надо было лишь кое с кем договориться… «В смысле вы не хотите?! Почему?!» — прокричала Росянка отвергнувшим предложение лианам. Те аж дёрнулись слегка от столь громких слов. «Рас-стения любить симбиоз-з…» — прошипели они. — «Что мы получим вз-замен?» — не унимались лозы. — «Я слышала», — начала драконоловка, — «что у чужаков много деревьев…» Последняя фраза вызвала ажиотаж среди выжившей флоры отравленных джунглей. Растения понимали своё жалкое положение. Они нуждались в «новой крови». И ради этого они могли выполнить любые странные прихоти драконицы. «Ладно, хорошо», — Листокрылка вздохнула. — «Я принесу вам семена… Через несколько дней. Только пожалуйста, подготовьте всё заката солнца», — после чего драконица улетела по своим делам. Растения уже были готовы. Уже был придуман и подходящий сюрприз-подарок для их любимой листомантки. Росянка всегда пыталась помогать растениям отравленных джунглей. Всё-таки это был единственный оплот, неподвластный проклятой Осе. Ну и помимо этого… ей просто нравилось медитировать рядом с ними. Ощущать их благодарность и защиту всем телом. Под её многочисленными тирадами и заботой растения сами начали осознавать, насколько полезны могут быть эмоции. Из рассказов Листокрылки вырисовывалась картина наиболее симбиотического общества. Растения не могли понять, почему эта драконья слабость вызывала такой неожиданной эффект. Пока что всё, что они замечали — многочисленные факты в их пользу. Неужели драконы смогли поднять симбиоз на новый уровень? Фауна не понимала, потому приходилось лишь продолжать наблюдать. И сейчас подвернулся прекрасный момент узнать кое-что новое. Растения прекрасно слышали, как пары листомантов совокупляются. По словам Росянки, этот процесс приносит необычайное удовольствие и сближает. Этой ночью лозы, лианы да драконоловки смогут напрямую участвовать в этом процессе. Была бы возможность, растения сейчас трепетали бы от предвкушения ближайших событий. Но они просто ждали… Наступила ночь. Небосвод освещался одной крохотной луной, покинутой своими собратьями-звёздами на тот момент. Флора готовилась к временной спячке, набирая силы для следующего дня. Наконец-то небольшие животные получили шанс выдохнуть с облегчением: теперь были хоть какие-то шансы не быть сожранным. Впрочем, эти детали не волновали одну сидевшую в гордом одиночестве драконицу. Росянка сидела на торчащем из земли полом бревне. Судя по внешнему виду, то успело пробыть в таком состоянии не одну сотню лет, и удивительно, как оно вообще выдерживало вес Листокрылки. С куска дерева открывался вид на ручеёк, куда-то тихо шедший. Росянка успела выместить свою злость на ближайшей кучке камней, что успела звучно полететь в сторону воды. А её всё не было. Гнев сменился скукой, затем пошло беспокойство. Но драконица заставляла себя ждать, убеждая в безопасности здешней округи. И ведь действительно, что с этой спокойной Листокрылкой могло произойти? Это не опрометчивый и тупой Мечехвост, что норовит приблизиться к любому растению на опасно близкое расстояние. Она здесь всё детство прожила, а сейчас в отравленных джунглях стало безопасно даже для чужаков из этой «Пайрии». Так что же она так долго-то?! После магического топа передней лапой послышался шорох за кустами. Листокрылка пыталась за короткий промежуток времени привести в себя в порядок, и даже преисполнилась в этом. Выходившую светлую божественную драконицу встретила вполне себе державшая себя в лапах взрослая Росянка, хоть и ненадолго. Рассмотрев под светом луны свою возлюбленную, листомантка раскрыла пасть в немом удивлении: драконица выглядела как во снах. До блеска чистая чешуя, украшавшие уши белоснежные серьги вместе с изумрудными браслетами. Крылья были украшены золотыми цепями, как и рога. Ива начала хихикать, как только заметила ступор на морде своей подруги, и направилась прыжками к ней. Элегантно допрыгав до Росянки, драконица бесцеремонно повалила ту на землю, смеясь. Только тогда листомантка начала приходить в себя. — Ты… Ты где была?! — попыталась возмущённо спросить Листокрылка, уже не так уверенная в своих доводах. — И… Откуда ты столько украшений достала? Выглядит круто… — прошептала та, надеясь, что не было слышно. Отхихикавшись, Ива рассказала о том, как встретила королеву из другого материка. Она была белоснежная-белоснежная, почти слепящая под лучами солнца. Видимо, по доброте сердца, когда Листокрылка рассказала той о своей возлюбленной, Ледяная решила нарядить драконицу. Также, когда уже повечерело, Иву окружили лианы. Они бросили ей под ноги какую-то странную вещь, после чего скрылись. Драконица показала странное бесформенное переплетение веток Росянка, но та тоже недоумевала. Что могли учудить эти растения? Отмахнувшись от этой мысли, листомантка просто продолжила общаться со своей девушкой, теряя ощущение времени. Забывшись в разговоре, а затем в объятии, драконицы и не заметили, как к ним постепенно приближались зелёные щупальца. Было слишком поздно, когда Росянка спохватилась: два резких движения спустя Листокрылки оказались в воздухе. Одна яростно ревела, а другая молча недоумевала. Лианы успели услышать сотни оскорблений в свою сторону, но их воля была непоколебима. На попытки связаться с ними флора отвечала упорным безмолвием. Это лишь сильнее злило Росянку, и драконица начала яростно раскачиваться, пытаясь разрезать ухватившее её растение когтями. Но как бы та ни старалась, добиться успеха не получалось. Когда совладала с собой и начала осматриваться, то заметила ужасающую деталь: к ним приближались драконоловки. Массивные кувшиноподобные растения с торчащими из закрывавшегося горлышка распылителями медленно ползли к обездвиженным «жертвам». Росянке не доводилось встречаться с ними вживую, но она слышала истории о растениях, что своим ароматом расслабляли дракона, чтобы затем спокойно внутри себя переварить. И сейчас она на практике узнает, каково потерять рассудок от дурманящего запаха и быть при этом переваренным заживо. К Иве одна из этих штук уже приблизилась на опасно близкое расстояние, протягивая свой распылитель. Листомантка хотела предупредить свою возлюбленную о назначении этого отростка, но лианы завязали ей морду. Драконоловка раскрыла толстое щупальце, и одарила Иву потоком своего запаха. Первое время Листокрылка кашляла, инстинктивно закрываясь от сильного аромата, но долго задерживать дыхание не получилось. После нескольких минут воздействия драконица простонала. У Росянки кровь в жилах застыла от зрелища: её любимая Листокрылка теряет рассудок, полностью расслабляясь под воздействием растения, на её глазах. Зрение начали перекрывать горящие слёзы, а тело начало неконтролируемо дёргаться, отчаянно пытаясь выбраться и спасти умиравшую драконицу. Та уже полной грудью вдыхала расслабляющее вещество, отдаваясь их галлюциногенному эффекту. Вскоре и к оставшейся Листокрылке подошла драконоловка, выпуская своё облако наркотического вещества. Росянка сопротивлялась гораздо дольше своей подруги, но судьба была неминуема. Яростные движения начали замедляться, мысли — путаться, а желание сопротивляться — улетучиваться. В конечном счёте от драконицы осталась расслабленная туша в состоянии эйфории. Листокрылки были в полной власти флоры. Наконец-то растения могли перейти к следующему этапу. Начали подползать лозы с гораздо более мягкими, извилистыми и гладкими стволами. Они также начали окружать своих «жертв», но уже с другой целью. Наиболее смелые жгутики начали ползать по открытым телам дракониц, вызывая сладостные вздохи. Другие нашли для себя уязвимые отверстия. Тихое местечко, слабо освещаемое одной луной, начало наполняться томными стонами, иногда приглушаемыми новыми лозами. Стволы входили и выходили из различных входов, делая случайные перерывы, чтобы дать самкам отдышаться. Те же, уже давно не понимавшие, где находятся и что происходит, просто наслаждались процессом. Методом научного тыка лозы нашли самую стимулирующую последовательностью действий: половая щель, рот, анальный проход. На самом деле растениям требовалось гораздо больше опыта, но довести до оргазма они вполне могли. И так протяжённые стоны переходили в кульминацию — громкие рыки — чтобы потом пойти на короткий спад. Когда растения закончили, на небе начало появляться солнце, освещая сию сцену первыми лучами: две драконицы, грязные от своих любовных соков, усталые до полубессознательно состояния, лежали в обнимку, оправляясь от интенсивной работы флоры. Листокрылки уже давно пришли в себя, и осознание того, что пытались с ними провернуть растения, в какой-то степени даже умиляло. Для Ивы это был прекрасный подарок в честь годовщины. Да и для Росянки тоже. Сверчок с покрасневшей мордой наблюдала за лежащими драконицами, иногда озираясь на живые лианы, лозы да драконоловки. Ядожалка просто хотела встретиться с Росянкой с утра пораньше, чтобы попросить совета. Но решила задержаться, наблюдая за завораживающей картиной. Когда возбуждённая драконица подошла слишком близко, лианы, до этого прятавшиеся за ней, резко схватили её, перекрывая морду. Ядожалка не успела опомниться, как оказалась среди грозно-выглядевших стеблей. Когда лозы продолжили свои эксперименты на ней, Сверчок оставалось лишь жалобно стонать, пока на помощь не пришёл жгутик приползшей драконоловки. Что происходило после того, как драконица вдохнула пары растения, она не помнила. Все три драконицы по пробуждении запомнили лишь отдалённо сладкий аромат да приятное чувство удовлетворения.

***

Сверчок дарит Синю подарок: автоматизированный доильный аппарат, на котором самец может улучшить свою выдержку, а также предоставить Ядожалке материалы для дальнейших исследований.

***

Сверчок застукивает Вихря с Холодом во время очередного визита в Приют.