Плохое влияние

И снова я сердечно извиняюсь за долгое молчание! Всё те же проблемы как со временем, так и с вдохновением. Увы, тяжеловато настроиться на нужную волну. Спасибо всем читателям, которые всё ещё заинтересованы данным рассказом! Сумерки сгущались, окутывая каждый сантиметр одной из самых обычных лондонских улочек… Джон Леффертс неторопливо вышел на крыльцо школы танцев и огляделся по сторонам. Ничто не предвещало беды: опустевшая улица, приятный стрекот сверчков, доносившийся из парка на противоположном конце улицы; бархатно опускающаяся на землю темнота… Всё это приносило небывало умиротворение, и, казалось, все тревоги и невзгоды ушли навсегда. Прошло ровно два года с тех пор, как исчез его сын Дейв Леффертс. Пройдёт ещё несколько недель, и Джон обязательно вспомнит об Алекс, девушке Дейва, которая так же бесследно пропала три года назад. Она была не просто девушкой его сына – он воспринимал её как родную дочь. Кроме того, Александра Пирс была одним из лучших танцоров «Брейкин Пойнт», группы, которую он – Джон Леффертс – сформировал много лет назад. Как раз три года назад и произошёл медленный распад «Брейкин Пойнта», когда исчезла из общей жизни участников Алекс. Они должны были выступать на ежегодном баттле, однако произошло нечто действительно странное – Александра всё то время то ли была в заложницах, то ли заблудилась где-то в пространстве, но буквально через год после этого казуса девушка вернулась. Джон не видел её воочию – по словам Уилла, ещё одного участника их коллектива, Алекс была жива и здорова в тот день своего возвращения, и ей не терпелось встретиться с Дейвом. О причинах своего отсутствия она так и не успела рассказать… А затем произошла вещь из рода совсем вон выходящих: пропал и его сын. Вместе с той же Алекс. По официальной версии они разбились на машине, однако никаких тел или вообще останков жертв автокатастрофы не было обнаружено – лишь изрядно помятая тачка. Что самое смешное, девушка точно так же и пропала в первый раз. Мистика, да и только! Безусловно, мистер Леффертс горевал… Только сейчас, спустя два долгих затяжных года, он нашёл в себе силы, чтобы вновь заняться формированием группы в память об его сыне и девушке, которую он смело мог назвать своей дочерью. Хоть это был уже совсем не тот «Брейкин Пойнт», Джон Леффертс чувствовал какую-то небывалую радость, как это было до исчезновения Алекс и Дейва… Джон, последний раз бросив взгляд на тёмные кроны деревьев в парке, направился к своей машине. Когда он уже готов был открыть дверь, боковым зрением мужчина заметил странный отблеск слева, за углом здания, из которого только что выходил. С особой осторожностью он повернул голову, всей душой надеясь, что ему всего лишь показалось. Вдали виднелись две длинные тени, растянувшиеся прямо до машины мистера Леффертса. Без всяких сомнений, за углом кто-то был, и этот кто-то пристально наблюдал за Джоном. Их было двое – юноша и девушка. Дейв и Алекс… Казалось, что у Джона вот-вот случится инфаркт. Он покачнулся, чувствуя резкую колющую боль в области сердца. Схватившись за него, он, ощущая слабость в ногах, прошептал, с трудом справляясь с собственным языком: – Дейв? Алекс?.. Вы… Закончить ему не удалось. Из тени действительно вышли эти двое, которых мужчина знал уже много лет – Александра Пирс и Дейв Леффертс. Джон почувствовал, как ноги буквально приросли к асфальту. Такого поворота событий он ни сколь не ожидал. В состоянии оцепенения он даже не заметил, как блеснули в темноте красноватым недобрым огоньком глаза сына и как исказилось в алчной улыбке лицо светловолосой девушки. Они не отвечали, продолжая непрерывно, немигающими глазами смотреть на мистера Леффертса. Тот более не мог произнести ни слова. Рот мужчины чуть приоткрылся, но слова так и остались непроизнесёнными. Так могло продолжаться ещё достаточно долго, если бы не… – Дейв? Что ты делаешь? Джон, наконец, почувствовал неладное в поведении этих двоих, когда его сын начал медленно надвигаться на мужчину. Последний стал пятиться, но вскоре упал, споткнувшись о мелкий камешек, который никак не мог заметить. – Кто вы такие, чёрт подери?! Ему ответили лишь неприятный звук вонзившихся в плоть зубов хищника и звук непрерывно капающей на асфальт крови. * * * «Внезапная смерть директора школы танцев. Необъяснимые нападения продолжаются», – так гласил заголовок на первой же полосе свежего номера «Ежедневного Пророка». Люциус Малфой нахмурился. А ещё более насупленным он стал, когда углубился в чтение статьи. И чем дальше он читал, тем мрачнее становилось выражение его лица. Что ещё за беспредел? Вампиры в мире маглов? Куда только смотрит Министр Магии?! Их что, устраивает тот факт, что эти жалкие людишки – маглы – будут что-либо заподазривать? Да и эти вурдалаки тоже хороши… На кой чёрт они решили, что им теперь всё дозволено?! Тёмный Лорд пал. Да, действительно, это так. Они теперь свободны. Им не нужно бояться, что он подумает под страхом смерти перетянуть их на свою сторону. Но! Эти грязные животные явно перегнули палку… А ещё, кроме возмущения из-за халатности Министерства Магии и дерзости со стороны вампиров, Люциус испытывал нечто странное, когда всматривался в фотографию, на которой мужчина с совершенно пустым и ничего не выражающим взглядом неподвижно лежал, что было редкостью – обычно мертвецов на колдофотографиях не запечатлевали. Отнюдь не это беспокоило мистера Малфоя. Он не мог оторвать взгляда от снимка, понимая, что ему к тому же и не отделаться от мысли: Люциус знал этого магла. Хорошо знал. Иначе это лицо не казалось ему настолько знакомым. Леффертс. Кто ты? Как ты со мной связан? Внезапно до мистера Малфоя дошла догадка… И как он мог целых два года не помнить, кто он такой?! Как он только мог возомнить себя каким-то Люциусом Малфоем, когда сам всё это время был Дейвом Леффертсом?! * * * – И вот такую новость вы держали от нас в секрете? – в негодовании набросилась на старост Слизерина Эллис Макензи. – Почему мы всегда всё узнаем последними?! Это полная дискриминация! – Успокойся, Эллис. Мне лично всё равно, какие там твари к нам пожаловать собрались, – отмахнулась от однокурсницы Алекс. – Раздражает, правда, что хлопот по этому поводу слишком много… Было солнечное утро. Все ученики Хогвартса воодушевлённо болтали, отложив в сторону недоеденные завтраки: о какой еде может быть речь, если только пару минут назад директор объявила неожиданную новость – в их школу уже сегодня вечером прибудут вампиры, которые будут учиться наравне со всеми остальными студентами! Бесстрастность на лицах сохраняли лишь старосты факультетов, которые были данной новостью больше огорчены, нежели обрадованы, как их однокурсники. Некоторые, вроде Рона Уизли, пребывали в скверном настроении – видать, не очень приятно будущее общество вампиров. Александра Пирс апатично уплетала завтрак, выслушивая недовольство своего факультета: уж совсем они обиделись за то, что она и Драко не осведомили ребят раньше, чем это сделала профессор МакГонагалл. – Да отстаньте вы уже! Как стервятники ведь, честное слово, – рявкнул Малфой на каких-то третьекурсников. Те, презрительно хмыкнув, поспешили прочь. – Вы не понимаете самого главного. – Астория Гринграсс заговорщицки подмигнула брату с сестрой. – Проблема в том, что вампиры всегда отличаются невероятной природной красотой. Практически все они жуткие красавицы и красавцы. – И что дальше? – возведя глаза к потолку, откликнулся Драко. – А то, что многие в Хогвартсе, наверняка, найдут среди них свою Судьбу. Правда, Алекс? – Причём тут я? – недоумённо спросила слизеринка. – Мне, на самом деле, нет никакого дела до этих новеньких. Лишь бы завтрашний поход в Хогсмит не сорвался… * * * – Я искренне не понимаю, почему в школе развели такой переполох! Чувствую себя как в курятнике. – Алекс свирепо взглянула на кучку девочек, что восторженно переговаривались, то и дело поглядывая на поворот, из-за которого как раз появились две слизеринки: Астория Гринграсс и Александра Пирс только что освободились после довольно долгих и нудных занятий, каждое из которых сопровождалось вышедшим из-под контроля поведением однокурсников. Что слизеринцы, что гриффиндорцы – все студенты (за редким исключением) будто с ума посходили: девочки, по мнению Алекс, вели себя как наивные дурочки, потерявшие последние капли самообладания. А ведь вампиры ещё не прибыли! Что будет, когда они наконец появятся в Хогвартсе? Эти глупые идиотки сразу упадут к ногам кровососов? Поведение парней тоже оставляло желать лучшего: Лонгботтом напялил дурацкую бабочку, которая делала его похожим на деревянного болванчика; Уизли нервно поправлял волосы, будто в любой момент в классную комнату могла нагрянуть стая вампирш. Все эти нелепые жесты вызывали лишь смешки и издёвки со стороны старост Слизерина. Так было по началу. На последнем уроке Алекс чувствовала себя по-настоящему утомлённой. Под конец она испытывала лишь опустошённость, которая выражалась в раздражении и агрессии по отношению ко всему окружающему. Астория же была в совсем ином расположении духа – девушка вроде и поддерживала идеологию дурочек-однокурсниц, однако вела себя гораздо разумнее… – Не ты одна, – хмыкнул кто-то позади слизеринок. Алекс проследила за реакцией той самой стайки девочек, которую только что одарила уничтожающим взглядом, – казалось, одни вот-вот упадут в обморок, а другие уже озарились самыми ослепительными улыбками, какие только можно было представить – а затем и сама повернулась к адресанту последней реплики. Она готова была возвести глаза к потолку, но всё же сдержалась из-за элементарных правил приличия: вот и первый вампир, встреченный ею заочно! Она сразу поняла, кто перед ней предстал: наглая и самодовольная улыбка, взъерошенные светлые волосы, которые, несмотря на всю свою небрежность, придавали причёске определённый шарм и стиль; изумрудные глаза, что будто насмехались над светловолосой девушкой. Взгляд впился точно в Алекс. Складывалось впечатление, что незнакомец не замечал восхищённых девиц, стоящих позади слизеринок, хотя их было довольно-таки трудно игнорировать. – Что, прости? – терпеливо переспросила Пирс. – Я тоже не понимаю всей этой возни. – Вампир вальяжным шагом – прямо ещё один Малфой – подошёл к ней ближе. – Хм, а ты явно не в духе. Мне даже страшно от одного твоего взгляда, – криво улыбнулся он. – Вот и правильно, потому что как раз таки меня бояться стоит, – процедила сквозь зубы Алекс. – Да-а? – Он поднял одну бровь. – Алекс, прекрати! Он же наш гость! – вступила в разговор Астория. – Эм-м… Она не всегда такая… – Темноволосая попыталась улыбнуться незнакомцу. – Алекс? – будто смакуя каждую букву имени, проговорил тот. – Я запомню это имя, дорогая: всё-таки тебя бояться нужно в будущем, – усмехнулся он светловолосой девушке. – Неужели вы оказались настолько любезны, что даже привели мне закуску? – Парень наконец-то обратил внимание на вникающих в каждое слово девочек, что по-прежнему не смели двигаться с места, ненавистно глядя в спину старосте. – Так, Астория, пусть они уйдут, – властным тоном обратилась к подруге Пирс. – Ну, как скажешь, – сердито бросила ей Гринграсс. – Эй, нечего глазеть! – набросилась она на девочек. Судя по звукам удаляющихся шагов и недовольного бормотания, компания во главе со слизеринкой ушла из этой части коридора. – Как это трогательно, сейчас расплачусь! Девчонка, спасающая других глупеньких девочек от кровожадного вампира! – Парень раскатисто рассмеялся. – Я ведь только пошутил. – Знаешь что, – уже тихим и переходящим в шипение голосом начала Алекс. – Ещё одно слово, и… Дальше произошло то, от чего у Алекс невольно закружилась голова, сознание будто заволокла дымка тумана, и девушку озарила внезапная вспышка дежавю. – Пошёл вон! – произнёс прямо из-за спины девушки чей-то голос. Такой раздражённый. Такой мягкий. Такой знакомый. Такой… Александра обернулась. Довольно симпатичный на вид тёмноволосый парень положил руку на плечо обескураженной девушке, отчего у той по коже пробежались мурашки: дело было и в холоде, исходящем от нового вампира (да-да, Алекс сделала такое заключение ещё с первых его слов), и в странной энергии, которая словно передалась слизеринке через это прикосновение. Голубые глаза парня недобро блеснули, когда он встретился взглядом со светловолосым вампиром. – Ты слышал, что я тебе сказал, Кайл? Пошёл вон отсюда, – властным голосом обратился он к провинившемуся. Тот, порываясь что-то сказать, всё же повиновался и, бросив многозначительный взор в сторону Пирс, пошёл в обратном от неё направлении. Алекс развернулась лицом к своему спасителю, если можно было так сказать, и кокетливо улыбнулась. Как ни странно, но настроение вмиг поменялось. Мир словно изменил свои краски… Ей захотелось очаровать этого юношу. А ещё она не могла отделаться от чувства, что видела его раньше. Интересно, какую же роль он сыграл в её прежней жизни, до забвения, если при одном только взгляде на него голова приятно кружилась? – Мы определённо где-то уже встречались, – сохраняя игривую улыбку на лице и в то же время внимательно вглядываясь в лицо незнакомца, начала Алекс. – Отнюдь, – заметил тот. На лице промелькнула тень ухмылки. Между этими двоими воцарилось безмолвие. Они просто заворожено глядели друг на друга, и это длилось каких-то несколько секунд, прежде чем Алекс произнесла: – Эм-м… Мне пора… Она попыталась обойти парня слева, но он, сделав лёгкий шаг вправо, вновь оказался напротив девушки. Машинально слизеринка отступила вправо, одновременно с этим и симпатичный вампир проделал то же движение, только влево. Оказавшись лицом к лицу, юноша и девушка, чувствуя неловкость, рассмеялись. Спустя мгновение незнакомец отступил назад и галантно указал Алекс руками на путь перед ней. Более не глядя на вампира, слизеринка прошло мимо него и, только заворачивая за угол, она чуть повернула голову в сторону – темноволосый парень пристально за ней наблюдал. * * * Леффертс?! Какого чёрта?! Драко Малфой чуть было не ругнулся вслух, повернув за угол и увидев прямо перед собой стоящих боком к нему Алекс и Дейва Леффертса! Он едва успел снова спрятаться за стеной, прямо за поворотом. Впрочем, эта парочка будто и не заметила боковым зрением резкого молниеносного движения. Осторожно, стараясь оставаться незамеченным, Драко выглянул из-за угла и впился взглядом в темноволосого парня. Да, действительно, Леффертс. Точнее, его точная копия. Двойник. Настоящий Леффертс сейчас лежит в гробу, на кладбище Малфоев. Уж это Драко знал точно. Да и было нечто, что значительно отличало этого двойника от бывшего парня Алекс – слишком он походил на аристократа. Движения. Кривая усмешка. Небрежно взъерошенные волосы… И клыки, которые даже издалека были прекрасно видны. Вампир. Точно. Ведь именно сейчас они и прибыли… Но что же это получается? Почему он одно лицо с Дейвом Леффертсом? И, конечно же, Алекс наткнулась именно на него, а не на какого-нибудь другого вурдалака! Ещё и светскую беседу развели… Драко сжал кулаки. Показаться им на глаза и громко отчитать Алекс? И сразу сказать этому Ромео, чтоб держался от неё подальше? Нет. Пожалуй, лучшим будет, если Алекс ничего не узнает. Тем более, Драко собирался затронуть тему её бывшего парня, которого уже в живых нет. Сестре точно не следовало знать, что Леффертс мёртв. А уж про то, что этот вампир – его копия – и подавно. Перетерпеть бы эти их дурацкие милые улыбочки… Алекс прямо сияет. На него, на Драко Малфоя, она ни разу так не смотрела… Либо ненависть, либо презрение, либо равнодушие. Чаще всего – непроницаемое выражение лица, когда вообще непонятно, о чём думает эта девчонка. Но что это тогда? Судьба над ним насмехается? Лучше бы этот выскочка был копией Тёмного Лорда или его, Драко, папочки… * * * Большой зал был освещён тысячами свечей, плавающих над четырьмя длинными столами факультетов. Столы были заставлены сверкающими золотыми тарелками и кубками. Церемония, по сути, должна была полностью соответствовать правилам распределения, проводившегося в первый день сентября. Ученики пока что только приходили в помещение, которое в этот день выглядело особенно мрачным, несмотря даже на то, что небо было застлано мелкими звёздами. Новеньких нигде не было видно. Судя по всему, они, как первокурсники, толпились где-то в вестибюле, ожидая команды войти внутрь. Алекс едва не опоздала, забежав в Большой зал одной из последних. Она села бок о бок с Малфоем, но тот даже не поприветствовал сестру, ведя увлечённый разговор с Асторией. Как показалось девушке, когда она подошла к своему столу, парень стал разговаривать ещё громче и задорнее. Не подавая удивления от подобной странной демонстрации безразличия, Пирс отвернулась от брата и устремила взгляд на преподавательский стол. Профессор МакГонагалл и профессор Фостер отсутствовали. – Говорят, ты уже успела познакомиться аж с двумя новенькими, – заговорщицким голосом обратилась к Алекс Миллисента, сидящая прямо напротив. – О, да. Уже готова разбивать всем сердца, – загадочно улыбнувшись и стараясь, чтобы это прозвучало как можно громче, откликнулась староста. – Прошу вашей тишины! – Когда МакГонагалл успела появиться, да ещё и так незаметно? – Итак, я думаю, ни для кого теперь не секрет, что сегодня к нам прибудут новые ученики. Я надеюсь, все уже знают, что это не просто ученики, они – вампиры. Такое событие – первое за всю историю Хогвартса. Ещё профессор Дамблдор хотел, чтобы Хогвартс стал домом для всех волшебников, независимо от происхождения, и он искренне желал, чтобы все они жили в мире и согласии. И теперь мы приглашаем сюда на обучение вампиров. На ночное обучение. Все новые ученики будут распределены на наши четыре факультета, но учиться им предстоит исключительно ночью. Прежде чем они войдут сюда, я должна сказать несколько слов насчёт правил поведения. Ни один ученик не должен будет находиться вне пределов своей общей гостиной после девяти вечера. Это правило не распространяется лишь на старост. Они обязаны будут патрулировать коридоры ночью, и следить за порядком. Так что всех нарушителей порядка ждёт наказание. Я прошу вас не злить вампиров. С ними шутки плохи, не сомневайтесь. Я не запрещаю вам вступать с ними в контакт, но будьте осторожны. Не нужно провоцировать зверя на показ его истинного облика. Итак, встречайте! Дубовые двери распахнулись, и под взрыв аплодисментов в Большой зал вошли с полсотни новых учеников, одетых в традиционную чёрную форму (только пока что без символики факультетов). Общие догадки были оправданы. Новенькие, взаправду, абсолютно все были необыкновенно красивы – каждый по-своему. Каждый и каждая мог бы завоевать внимание всех девушек и парней Хогвартса. Впереди всех шёл… Александра узнала его сразу – тот самый вампир, с которым она встретилась ранее. Выходит, он был одним из самых старших. Наверное, главный среди всей этой вереницы вампиров. Вид у него оставался равнодушным и невозмутимым, когда он проходил мимо двух столов Гриффиндора и Рейвенкло под восхищённые возгласы девочек. Он даже не удосужился посмотреть по сторонам, всё так же уверенно шествуя в сторону преподавательского стола. Остальные новенькие следовали его примеру. В глубине души, к удивлению самой слизеринки, Алекс надеялась, что он бросит один случайный взгляд на стол змеиного факультета. Отнюдь. Она уныло повернулась к однокурсникам, в то время как последние продолжали заворожено следить за поведением вампиров. Пирс перехватила взгляд Малфоя – взгляд, полный удивления: парень явно был взволнован, наблюдая за темноволосой девушкой, очень похожей на уже знакомого Алекс вампира. Да что там, это было просто феноменальное сходство! Должно быть, они приходились друг другу братом и сестрой! Пирс раздражённо пихнула Малфоя локтём в бок. – Что?! – недовольно пробурчал слизеринец. – Ничего, – процедила сквозь зубы сестра. Наконец, толпа подошла к появившемуся из ниоткуда табурету, на котором уже покоилась Волшебная Шляпа. Рядом стояла профессор МакГонагалл, держащая в руках свиток пергамента. – Мёрфи, Рикардо, седьмой курс! – громко объявила она. Это выглядело, по крайней мере, нелепо, – взрослый парень, садящийся на трёхногий табурет и надевающий ветхую, всю латанную-перелатанную шляпу. Алекс затаила дыхание, ожидая, какой же вердикт вынесет для её нового знакомого Волшебная Шляпа. – СЛИЗЕРИН! Все соседи девушки взорвались аплодисментами, Пирс последовала их примеру. Она не отводила взгляда от Рикардо Мёрфи, пока парень-красавец не занял место на другом конце стола змеиного факультета. – Ну вот куда он? – возмутилась Эллис Макензи. – Мог бы и к своим будущим однокурсникам сесть. А церемония, между тем, продолжалась… – Гилликрист, Кайл, седьмой курс! К трёхногому табурету подошёл тот самый вампир, с которым уже успела повздорить Александра. «Ну, уж его точно отправят к нам, – с досадой подумала она». Её опасения подтвердились: – СЛИЗЕРИН! Ослепительно улыбаясь и ещё больше взъерошивая и без того лохматые белокурые волосы, Кайл направился прямиком к семикурсникам и устроился рядом с Миллисентой, напротив Александры. – Оу, наша маленькая староста, оказывается, тоже со Слизерина, – гнусливо заметил он, разглядывая сидящую перед собой знакомую. – Что тебя так удивляет? – откликнулась Пирс, отводя взгляд в сторону. – Ну-у… Уж кто-кто, а вот ты явно не похожа на слизеринку. – Заткнись, Гилликрист! Учти, что будешь иметь дело со мной, если бросишь моей сестре хоть ещё одну мерзкую фразочку, – прошипел вампиру Малфой. – Дай-ка угадаю… Драко Малфой, – ехидно улыбаясь, продолжал новенький. – Он самый, – с такой же кривой усмешкой ответил ему Драко. – А ну замолчали оба, вообще-то распределение ещё идёт! – рявкнула на них обоих Эллис. – Мёрфи, Белладонна, седьмой курс! Из толпы вышла та самая девушка с чёрными, как смоль, волосами, так сильно напоминавшая Рикардо Мёрфи – всё-таки она и вправду была его сестрой. – СЛИЗЕРИН! – Чёрт, да почему они все со Слизерина? – слышалось возмущение с других столов. Однако дальше пришёл черёд других факультетов – здесь были и вампиры-гриффиндорцы, и вампиры-рейвенкловцы, и вампиры-хаффлпаффцы, со всех семи курсов. Конечно, распределение вышло неравномерным, но на седьмом курсе Слизерина уже училось целых пять новеньких. – А теперь, – начала профессор МакГонагалл, когда церемония, наконец, закончилась, – я представлю новым ученикам их наставников – ребят-семикурсников, которые станут для них верной опорой, помощниками по учёбе и участию в жизни Хогвартса. – Что ещё за наставники? – настороженно пробормотал Драко. В зале почувствовалась некоторая напряжённость. Студенты смотрели друг на дружку, совершенно не понимая, к чему клонит профессор МакГонагалл. А та невозмутимо продолжала: – Эти наставники также являются старостами факультетов… – ЧТО?! – Рон Уизли и Драко Малфой одновременно чуть не поперхнулись, поглощая до последней реплики директора тыквенный сок. – Какого чёрта?! – прошипел слизеринец, обращаясь к Алекс. – Мы согласились быть только стражами порядка. Я не подписывался за то, чтобы быть нянькой для кого-то. Почему нас никто не предупредил?! – Они с радостью помогут новым ученикам освоиться в стенах школы. Так что, уважаемые студенты, не стесняйтесь обращаться к ним за помощью. Если у вас есть какие-нибудь тревожащие вас вопросы, то старосты с удовольствием ответят вам на них. – Угу, конечно-конечно. – Малфой самым, что ни на есть, испепеляющим взглядом уставился на Кайла. – Мы будем просто самыми лучшими няньками! За другими столами тоже слышались недоумённые возгласы, переходившие порой в настоящее негодование. Но профессор МакГонагалл будто не замечала этого: – И я думаю, что новым студентам будет приятно выслушать речь нашей главной старосты – Старосты школы Александры Пирс. Она выступит от лица всех наставников. Пожалуйста, Александра, слово Вам! – ЧТО?! – Алекс, с каких пор ты Староста школы? – ПОЧЕМУ ПИРС?! – Да что она о себе только возомнила! – Почему ты нам ничего не сказала? – МакГонагалл шутит, что ли? Такие реплики только и слышались со всех сторон, пока Алекс, ощущая себя в трансе, поднялась со своего места. Ученики будто сорвались с цепи. Особенно студенты других факультетов. Слизеринцы были, по-видимому, даже рады, что Староста школы учится именно на их факультете. Александра же не могла понять, с какой такой радости её саму не осведомили об этой должности и какую такую речь она должна сейчас толкнуть? – Что-то я пропустила тот момент, когда она говорила вчера о какой-то там речи и наставниках, – сказала она брату, пока нерасторопно поднималась со скамьи. – Почему я вообще обо всём узнаю последней? – Ну, давай-давай, удиви нас всех, – хмыкнул Гилликрист. Бросив на того презрительный взгляд, Алекс направилась к преподавательскому столу, ощущая на себе сотни непонимающих взглядов. Волнение, которое она испытывала при неожиданном вердикте директора, с каждым шагом всё больше пропадало. Когда Староста школы дошла до подиума и ступила на возвышение, повернувшись ко всем студентам лицом, она почувствовала небывалую уверенность. – Вот честно скажу, узнала о своей должности самой последней в этой школе. Могу с уверенностью сказать, что Грейнджер с Гриффиндора сейчас устроила бы тут целый обзор истории Хогвартса до третьего часа ночи. Многие в зале прыснули. Послышались смешки, особенно со стороны слизеринцев. Пирс посмотрела на Гермиону – та готова была закатить глаза к потолку, но всё же сдерживалась. – А вот мой братец, Драко Малфой, отмочил бы какой-нибудь саркастический анекдот и показал бы его во всех лицах. А я? Что я? Я могу сплясать цыганочку! Зал повалился со смеху. – Мисс Пирс! – оборвал её резкий голос профессор Фостер. – Я это к тому, что говорить красивые речи – это не моё, анекдоты рассказывать – тоже не моё. Но я всё-таки попытаюсь сказать пару слов нашим новеньким. Если вы считаете, что вас кто-то будет бояться в Хогвартсе, то вы ошибаетесь – уже к концу недели бояться будете вы наших ветреных девочек, которые будут при любой подвернувшейся возможности пытаться подлить вам в тыквенный сок любовное зелье, а по утрам под дверью оставлять якобы безобидное печенье в форме сердечек. В общем, добро пожаловать в Хогвартс! Всегда проверяйте качество своей еды и будьте осторожны, когда идёте по коридорам. Почему быть осторожными? А это вы узнаете уже совсем скоро. – Ага, потому что в нашей школе разгуливает дочь убийцы, – выкрикнул с места Невилл Лонгботтом. – Мистер Лонгботтом! – строго прикрикнула на него директор. – Потому что такие растяпы, как ты, Лонгботтом, могут оттоптать все ноги нашим новеньким. С тобой же рядом идти невозможно, – бросила гриффиндорцу Алекс. Слизеринцы довольно загоготали, а Невилл залился краской. – Глупая шутка! – выпалил он. – Как и твой неоправданный выпад на меня… – Так, всё, – МакГонагалл подошла к выглядевшей довольной Алекс, – возвращайтесь на место, мисс Пирс, Вы достаточно наговорили, спасибо. * * * – Не торопись уходить, вампир. Есть разговор. После того как Алекс скрылась за поворотом, Драко тут же вышел из своего укрытия и направился в сторону двойника Леффертса, который, должно быть, провожал её одним из своих алчных вампирских взглядов. – Мистер Малфой? Какая честь, – с долей издёвки в голосе произнёс новенький. – Хочешь сказать, мы знакомы? – Драко напрягся. Не мог же он быть и вправду быть Леффертсом… – Ну таких влиятельных людей, как Вы, мистер Малфой, в мире волшебников не так уж много. – Дейв Леффертс? Ты ли это? – О чём Вы? – Не пудри мне мозги, Леффертс. Как ты встал из мёртвых? – Хм… Моё имя – Рикардо Мёрфи. Я древний вампир из рода Мёрфи. Среди вашей расы мы известны только аристократам. – Мне известны детали насчёт твоей семьи. И я прекрасно знаю, что все Мёрфи поголовно умерли. – Ошибаетесь. Всё знать невозможно. Тем более, мы с моей сестрой слишком долго скрывались. Лишь после смерти Тёмного Лорда и полной смены состава Министерства Магии мы смогли выйти из тени. – Ты напоминаешь мне одного моего знакомого. Поэтому у меня есть некоторые сомнения… – Ничего удивительного. По-видимому, Вы плохо знаете природу древних вампиров, мистер Малфой. У каждого из нас есть в этом мире по двойнику, который нередко может оказаться маглом. Должно быть, Вы знали именно моего двойника. – Вы как-то связаны? – К счастью или же нет, но отнюдь. Мы никак не связаны. Во всяком случае, я ничего о подобных проявлениях не слышал. – Твой двойник как раз таки умер. – Уж не о нём ли говорила девушка, с которой я имел честь говорить ранее? Вы ведь слышали нашу беседу, мистер Малфой. – О нём. Она моя сестра. И знаешь, Мёрфи, мне совсем не хотелось бы, чтобы ты с ней ещё хоть когда-либо заговаривал. – Именно из-за сходства с моим двойником? – Именно. Она в забытье, и ничего о нём не помнит. И не хочет вспоминать. Поэтому держись от неё подальше. – Непременно.