Ликвидатор

Земля VIP-комната в баре «Соблазн» поражала смешением стилей, вызывая у посетителей неоднозначные чувства. Светло-бардовые стены, манящие теплом, вводящие в заблуждение спокойствием. Тёмно-бежевые кожаные диваны, стол красного дерева,.. искусно подобранная мебель, как немой страж мнимого постоянства… И только картина Айвазовского «Девятый вал» пыталась кричать о ловушке для тела и рассудка, но безуспешно. Нежный свет софитов гасил пытливый разум, заставляя забыть,.. отпустить,.. подчиниться… Три неподвижные фигуры, одной из которых придётся снять маску. Открыв дверь, Берк замер, с губ сорвалось чуть слышное: - Мама, - спустя пару секунд более строгим тоном, - что ты здесь делаешь? Адель Моран в лёгком, сером платье, подчёркивающем безупречную фигуру, выглядела загадочной, беззащитной и обречённой, как добровольная жертва, готовая расплатиться за свою ошибку. - Здравствуй, Берк. Извини, что не предупредила о своём приходе, так было нужно. Вампир отметил отсутствие в глазах матери тёплого, согревающего света, ставшего таким родным и привычным. Моран скользнул осуждающим взглядом в сторону Вонга и Доминика, двое мужчин упорно делали вид полной непричастности к происходящему, их время ещё не пришло. Ликвидатор напрягся, атмосфера в комнате давила на нервы. Адель начала без вступления: - Берк, ты должен вернуть Джули в своё подразделение. Морана как ледяной водой окатили: - Мама, и ты туда же. Мужчина непонимающим взглядом уставился на молчаливые фигуры: - Может мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? И почему я позвал Фарион к девяти, а мы собрались в восемь? Тревога вползала в комнату, заставляя тела напрягаться, а сердца биться чаще. Вонг прервал затянувшееся молчание, рассудив, что непонимание грозит серьёзными последствиями: - Берк, она нужна нам. В ней скрыта сила, способная помочь, и эту силу выявил твой отец. Что ж, Моран ожидал чего-то подобного и пришёл подготовленным: на стол упала папка с отчётами по делам с участием Джули Фарион. - Я искал… Ян, ты не поверишь, как тщательно я перечитывал страницу за страницей, пытаясь вытащить хоть крупицу информации о её даре... Ничего. Доминик демонстративно откашлялся, Вонг даже не взглянул на бумаги, Адель сильнее вжалась в кресло, казалось, оно поглотило женщину. - Я склонен доверять чутью твоего отца, Берк. Теперь эта девушка может помочь в расследовании его смерти. И больше ничего: ни объяснений, ни фактов,… ничего… Берк устал, безумно устал быть использованным, чувствовать себя пешкой в игре членов Коалиции, он до сих пор не мог понять, чем вызвано присутствие матери, почему местом встречи стал VIP-бар, зачем здесь нужна Фарион? И, похоже, никто не собирался вдаваться в подробности. Оставалось последнее средство – нападение. Моран скривился в ехидной ухмылке: - Возможно, в выборе любовниц отец и был хорош… Вздох Доминика походил на пощёчину, молчание наставника давило осуждением, фраза ударила по Адель, обнажая горечь предательства. Женщина заговорила, тщательно подбирая слова: - Ты не должен во всём винить отца. Готовясь к дальнейшему разговору, Берк снисходительно улыбнулся. - Я виновата в разрыве отношений с Ричардом. Адель опешила, увидев реакцию сына на её признание, но последующие слова расставили всё по своим местам: - Я знаю, мама. Он изменил, а ты не смогла с этим смириться. «О, Боже, как трудно произносить истины, осознавая, что с предательства только началась цепь ошибок. Ричард, зачем мы скрыли правду от сына? Ты пожалел меня, а Берк до сих пор расплачивается за это». Закончив мысленный монолог с покойным мужем, Адель с силой вцепилась в подлокотники кресла, глаза вампира загорелись недобрым огнём. Холодные, жестокие слова прозвучали в тишине комнаты, разорвав сердце младшего Морана на куски: - Я изменила, а Ричард не смог с этим смириться, - и свет в карих глазах погас, в один миг женщина постарела на несколько лет. А Берк… Берк был морально уничтожен… Невидящим взглядом ликвидатор смотрел на картину Айвазовского,.. шторм, уничтожающий всё живое на своём пути, выхолостил душу ликвидатора, оставив лишь пустоту и сильную, ноющую боль где-то глубоко внутри, как постоянное напоминание о предательстве матери. Пять лет он винил отца, пять лет он находился в заблуждении относительно мотивов его поступков,.. пять долгих, мучительных лет… Но слишком хорошо зная своего сына, Адель не остановилась на достигнутом: женщина молча подошла к тайной панели… «Вот почему встреча назначена в VIP-баре. Тайник… Ответ на один из вопросов», - Берк отметил это автоматически, такие мелочи уже не интересовали Морана. В полном молчании Адель протянула сыну письмо. Ликвидатор считал, что хуже быть не может. Он ошибся… ровный, каллиграфический почерк матери… слова безумной любви и неудержимой страсти… имя счастливчика тщательно перечёркнуто… Сомнений не осталось - письмо писала Адель,.. письмо другому… не отцу… Сын молча вернул листок владелице… - Спасибо, что не спрашиваешь - кто он, – голос женщины дрожал, выдавая эмоции, готовые в любой момент вырваться наружу неконтролируемым потоком. - Ты сама научила меня этому, - равнодушный тон Морана действовал, словно парализующий яд. По выражению лица сына, мать поняла: разговор окончен. Адель судорожно сглотнула, но не смогла промолчать: - Не будешь обвинять меня? Не спросишь, почему? Бекр внимательно посмотрел матери в глаза и тихо ответил: - Я знаю почему, мама… Предательство заложено в женской натуре, и рано или поздно этому суждено было случиться. Ни Доминик, ни Ян не ожидали подобного развития событий. Новая проблема поразила глубиной и масштабами. - Возможно, ты и прав, - еле слышно произнесла Адель, с болью и отчаянием посмотрела на сына, и, пошатываясь, вышла из комнаты. Ян Вонг, опытный член Коалиции был раздавлен, если не сказать больше: - Берк, скажи хоть что-нибудь. Вопрос придавил сильнее: - Вы знали? «О, Боже, лучше бы молчал», - пронеслось в голове Вонга. Вот они – моменты, говорящие красноречивее любых слов. Морану оставалось только усмехнуться своей наивности, глупости и поразительной способности узнавать о важных вещах, непосредственно его касающихся, последним. Похоже, настала очередь Доминика попытаться успокоить или, наоборот, посыпать солью открытую рану. - Берк, ты не должен… Глаза ликвидатора полыхнули зловещим огнём, присутствующие ощутили лёгкую дрожь, они впервые видели младшего Морана таким,.. впервые осознали его силу,.. впервые реально оценили, на что способен сын Ричарда… и это знание не понравилось…обоим… - Чего вы ждёте от меня? Разбитой мебели… или исповеди? Разочарую, не будет ни того, ни другого. В полном молчании потянулись минуты… десять… двадцать… тридцать… сорок… Доминика бесила сложившаяся ситуация. Вонг решил вышибить клин клином: - Милая, добрая, нежная, беззащитная девочка Джули Фарион, похоже, забила на нас. Или я не прав? Берк заставил себя вернуться в реальность, гнев закипел в нём с новой силой. Довольный произведённым эффектом, Ян продолжал, как ни в чём не бывало: - Да, вижу, она способна вырвать сердце, растоптать душу и сделать вид, что так и было. Собственный просчёт окончательно вернул ликвидатора на грешную землю. Фарион открывала новые способы достать мужчину, даже находясь на расстоянии. Морана бесило отсутствие возможности просчитать её поведение. Он ни капли не сомневался в том, что девушка явится на встречу. «Я не могу предугадать её следующий шаг, я не знаю, что она выкинет в ближайшее время. Что ж, ликвидатор, распишитесь в собственной беспомощности против обычной, человеческой женщины». Конечно, по поводу обычной Берк слукавил, но сути это не меняло. Моран находился в бешенстве: - Если вы согласны подождать до завтра, я любой ценой приведу эту девку сюда. Но разбираться с ней будете сами. - Уже можно и в кабинет, - предложил Доминик. Глаза Берка метнули молнии, Ян внутренне порадовался, но виду не подал. - Нет, завтра она придёт сюда сама или я притащу её силой. Доминик тяжело вздохнул: - Блестяще! Эта смертная, сама того не осознавая, рушит планы членов Коалиции Иного мира. Сильна, ничего не скажешь... Я остаюсь до завтра. - Я тоже, - подтвердил Ян. – Берк, только перестань винить её во всём, ты понимаешь, что это не так. - Почему? Разве кто-то успел изменить продажную, женскую натуру, - выдал ликвидатор, и дверь за ним закрылась. «Хорошо, что этого не слышала Адель», - мысль посетила двух оставшихся в комнате мужчин почти одновременно. Доминик тяжело вздохнул: - Похоже, Фарион достанется. Лицо Яна осветила фирменная улыбка: - Поверь мне, я чувствую, эта женщина не останется в долгу… Сейчас меня больше волнует Берк… Кого мы создали, Доминик? - Пока что я вижу машину для контроля смертности на Земле, причём опасную в своей бесконтрольности. ************* Иной мир - Кайла, ради нашего мира услышь меня, пожалуйста, - голос Ливона звучал умоляюще, но женщина оставалась непоколебимой. Лев поднял глаза к небу, мысленно готовясь к последней попытке: - Архаи не могут справиться с этим кароном, они признали поражение. На свободе разгуливает обезумевший монстр, убивающий всё живое на своём пути. Кайла наклонила голову, нахмурив брови: - Это ещё не доказано, зверя никто не видел. Почему-то в этот момент Ливону в голову пришла мысль, особо не относящаяся к теме разговора: «Где Берк находит таких стерв, и как он с ними строит отношения? Или ликвидатор строит их? Вопрос вопросов, однако». Но быстро отбросив ненужный мусор разума, мужчина произнёс, с отчаянием и мольбой в голосе: - Привлеки Шори, это наша последняя надежда. Лицо Кайлы исказилось гневом: - Я никогда не использовала Шори в подобных целях и сейчас не собираюсь этого делать, - женщина грациозно тряхнула головой, убрав упавшую на лицо прядь, - я многие годы обеспечиваю безопасность своего народа, и нам удаётся жить без насилия и крови только потому, что я – нейтральная Швейцария. - Что ж, нейтральная Швейцария, насмотревшаяся новостей с Земли, пусть будет по-твоему. Только знай, это угроза для всех нас, в том числе и для твоего народа. Часть вины в следующей смерти будет лежать на тебе, Кайла, и этого ты не сможешь изменить… будет слишком поздно, - Ливон резко повернулся и зашагал прочь, понимая, что лесную королеву никто не в силах убедить, разве только ещё одна смерть… Вожак стаи львов был вынужден признать временное поражение: дикие кошки, лучшие из лучших, десятки раз нападали на след зверя, но всегда оставались ни с чем. Чудовище опережало преследователей на один шаг, но этого было достаточно… Льва всё чаще посещала мысль о плане,.. чётком, коварном, бездушном плане, страшном в жестокости исполнения… Но мнения в стае разделились, конечно, обезумевший карон – версия удобная, незаметно усыпляющая разум, и, обостряющая инстинкты охотников, не более… Но для чего? Вопрос, лишивший Ливона сна, но, по-прежнему, остающийся без ответа. ************* Земля Сырым, промозглым утром Джули устало брела по улице, пытаясь прийти в себя. Кто он? Сын Ричарда? Не только. Глава секретного военного подразделения, занявший место отца после его смерти? Не только. Красивый, наглый самец, топчущий чувства других людей в угоду своим целям – не только. Так кто же он ещё? Правда,.. зыбкая, тонкая, так внезапно открывшаяся девушке на уровне ощущений, не давала покоя, автоматически поднимая второй вопрос – кто я? «Да, хороши вопросики в начале рабочего дня. Блеск!» Дойдя до дверей редакции, девушка решила задержаться на свежем воздухе ещё на пару-тройку минут, морально готовясь окунуться с головой в свою основную работу, тем более там накопилось порядочно дел. Внезапно страх закрался в сердце,.. потёк по венам,.. сковал существо… Оглянувшись, Фарион увидела в нескольких метрах от себя рыжеволосого мужчину со шрамом над левой бровью. Судорожно сглотнув и не зная, как с этим бороться, девушка скрылась за дверями офиса. Такер почувствовал её панику… К ощущениям примешивалась злость, генерируя главный вопрос – почему? Бывали минуты, когда у оборотня сводило зубы от желания обладать этой женщиной. Любовь? Такер не знал, но это и не было важным. Он хотел её, хотел безумно и навсегда. Арону понравилась последняя жертва, маг обещал, что скоро… уже очень скоро… Оборотню оставалось терпеливо ждать, гася желание в объятиях других женщин. ************* Порой Максу казалось, что его вывернули наизнанку. Парень устал доказывать очевидную истину: она не могла покончить собой. Но объяснения и разговоры ничего не дали. Факты говорили сами за себя, дело скоро закроют со штампом «Самоубийство». Плюс мужчину в последнее время бесила какая-то чертовщина: пытаясь поговорить с Джули, он натыкался на невидимую стену, не доходя до девушки 15-20 метров. Это раздражало, злило, выматывало. Вот и сейчас, пожалуйста, стой и любуйся издалека. «Похоже, не я один интересуюсь Фарион. Привет тебе, незнакомец». Казалось, Такер прочитал мысли Макса, обернулся, задержал взгляд на пару секунд и зашагал прочь. Воспоминания зацепили далёкий уголок сознания… Красивый, ухоженный, рыжий незнакомец… в подъезде… мнимое самоубийство… Фарион… В этом что-то есть, просто должно быть… Пытаясь держаться на расстоянии, Макс последовал за оборотнем. Бывает и так: мы приближаем смерть, используя себя в качестве приманки.