Кошмарное возрождение

Не смея больше задерживаться, мужчина подлетел к осевшей девушке, вспарывая ей глотку. Из-за приложенной силы, удар также проломил шейные позвонки, отчего голова повисла лишь на паре сантиметров кожи и сухожилий. Девушка умерла в то же мгновение, сломанной куклой повалившись на пол. Сюй Цзе позволил себе расслабить тело, всё ещё взбудораженное такой короткой дракой. Уже давно его перестала мучить вина, совесть и стыд за убийство людей, особенно в мире, где всё живое и неживое пытается убить тебя, покалечить, изуродовать или нанести серьёзные увечья. Защитный круг, образованный вокруг «слабого звена» их группы, начал распадаться. Се Янь не мог расслабиться также, как и Сюй Цзе, вложившего много сил на столь стремительные атаки, сканируя местность вокруг. Коридоры были пусты, красные ковры потемнели от влаги, от которых разило затхлостью и плесенью. Доски распухли от влаги, будто паркет, меж щелями которого осталась вода, всё невысыхающая. Обернувшись, Се Янь присел на корточки перед проблемным элементом их группы. Недоверие начало таять, но вопросов становилось всё больше. Мог ли этот слабый, тщедушный человек иметь возможность видеть будущее? Столь сильная способность, которую никто ни у кого не видели… Они словили джекпот. Юноша перед ним всё ещё сидел у стены, глядя в никуда, размеренно и чересчур ритмично дыша, явно вторя спокойному дыханию Су Чжаня, сидящего также на корточках рядом, будто намеренно вдыхая и выдыхая воздух, столь громко и заметно. Им нельзя оставаться здесь, необходимо двигаться дальше, к сожалению или радости Се Яня. Мужчина схватил парня за руку, поднимая рывком на ноги и слегка встряхнув, заставляя взглянуть себе в глаза. — Мы поговорим об этом, как только найдём безопасную зону, Чжоу Минхуа. Вопросов к тебе всё больше и больше, поэтому постарайся уже сейчас сформулировать понятный ответ на будущие вопросы, — хлопнув парня по плечу, Се Янь развернулся, глазами находя Сюй Цзе. — Профиль, — кинув одну единственную фразу, мужчина стремительно подлетел к сокоманднику. Давно привыкнув к такому поведению капитана, Сюй Цзе без каких либо вопросов открыл профиль, позволив капитану вглядеться в едва упавшие очки здоровья и рассудка, — возьми «Сознание» у Ли Чжуна, рассудок должен упасть через время вновь, потому что мы… — Нашли предмет задания, не так ли? — перебил капитана упомянутый им же парень. Как только эта фраза пролетела по коридору, оглушающе громко прозвучал голос Системы.

[Позвольте поздравить вас, игроки! Вы обнаружили первый предмет задания, в происхождении которого скрываются многие загадки и интриги — драгоценная картина «Домик у озера», расположенная в восточном крыле здания. Вы явно не так просты, как может показаться остальным игрокам. Раскройте тайну происхождения этой картины и найдите следующие подсказки.]

— Нужно уходить отсюда, — проговорил до сего момента молчавший Су Чжань, обходя замершего на одном месте Чжоу Минхуа, который, наконец, обратил внимание на людей вокруг. — Почему? Зачем нам надо уходить? — напряжённо спросил юноша, сжав ладони до покраснения. Ответа сначала не было, но тишину, наступившую после его вопроса, заставила группу нахмуриться.

[Ли Чжун, нашедший первый предмет задания, для Вас включается усложнённый режим. Цель задания движется в Вашу сторону. Позвольте пожелать удачи в выживании!]

[Се Янь, нашедший первый предмет задания, для Вас включается усложнённый режим. Цель задания движется в Вашу сторону. Позвольте пожелать удачи в выживании!]

[Су Чжань, нашедший первый предмет задания, для Вас включается усложнённый режим. Цель задания движется в Вашу сторону. Позвольте пожелать удачи в выживании!]

[Сюй Цзе, нашедший первый предмет задания, для Вас включается усложнённый режим. Цель задания движется в Вашу сторону. Позвольте пожелать удачи в выживании!]

[Чжоу Минхуа, нашедший первый предмет задания, для Вас включается усложнённый режим. Цель задания движется в Вашу сторону. Позвольте пожелать удачи в выживании!]

— Глупый ягнёнок, ты разве не слышал? Система уведомила о нахождении первого предмета, да ещё и раскрыла, кто это сделал. Но из-за того, что это первый предмет, который игроки обнаружили за последние двенадцать часов… Сейчас сюда сбегутся если не все, то большая часть игроков. И они не будут так дружелюбны к незнакомцам, как мы. «Если нанесение увечий о пол считается «милосердием», то я могу считаться благодетелем для офисной девушки», — пронеслось в голове Минхуа. Чжоу Минхуа истерически улыбнулся, понимая, что, кажется, у него и правда проблемы со слухом — он явно не слышал голос Системы. Не было ни уведомления, ничего, что помогло бы ему. Оглядев окружающих его людей, его взгляд остановился на самом загадочном для себя человеке — Су Чжань. Он не выглядел удивлённым, ни разочарованным, ни обрадованным, как, например, вскользь замеченный им Ли Чжун. — Но куда нам тогда идти? — слегка дрожащим голосом спросил он, пытаясь держаться около стены, дабы никто не заметил странности, происходящие с ним. На ум, почему-то, пришла комната, в которой он очнулся впервые, — И что такое «предмет задания»? Это является чем-то важным? Се Янь нахмурился. — Предмет задания — это важный предмет, которым может оказаться всё, что угодно. Оно имеет прямое или косвенное отношение к разрешению нашей задачи, прописанной у каждого в профиле. Предлагаю заглядывать туда чаще, это может невольно спасти тебе жизнь. Чжоу Минхуа сглотнул, глядя прямо в глаза капитана. Серые, с оттенком грозы, они затягивали как водоворот, образовавшийся в океане и грозивший затянуть вглубь случайных людей. — Нам нужно собраться и решить, куда идти. Я предлагаю пойти, всё же, налево, противореча правилу «если потерялся в лабиринте — иди всегда по правой руке», — предложил Су Чжань, заставляя людей обратить на себя внимание. Чжоу Минхуа тяжело вздохнул, отводя взгляд. Задумавшись, он не заметил, как все вокруг начали двигаться. Из головы всё не уходили слова капитана. Истерика и паника постепенно уходили из его головы, остались только размышления. Прямое или косвенное отношение, да? В тот же момент Минхуа вспомнил, как часто говорил цель про побег, и про то, что ему не стоило быть в той комнате, в которой очнулся, как часто обращался к нему так, будто он был женщиной. В разуме всё вертелось, будто в отдельные фразы и слова мыслей попали в смерч, но Чжоу Минхуа всё не мог зацепиться за что-то одно. Ему всё казалось, что он уж-то, кажется, встречал предмет задания, разве нет? — Не стой на месте, нам надо идти, — толкнул его Сюй Цзе. Чжоу Минхуа встряхнулся. — Почему предмет задания объявили не сразу же, как мы подошли к картине? — Этот вопрос удивил всех в группе, но Се Янь сразу начал объяснять. — Уведомление приходит лишь в том случае, если сам игрок понимает, что нашёл предмет задания, поэтому все более или менее опытные игроки стараются подозревать под этим всё, что только можно. Иногда это приводит к печальным последствиям. Например, как у нас сейчас. Может ли быть предметом задания… То самое свадебное платье? Не зря же цель задания, если тот убийца ею был, ко всем относился, как к девушке (Чжоу Минхуа не хочет думать, что и он тоже попал под эти «все»). Искал ли он… девушку, сбежавшую прямо перед алтарём?

[Позвольте поздравить игрока Чжоу Минхуа с нахождением второго предмета задания — Платье сбежавшей невесты, находящееся в восточном крыле здания! За нахождение нескольких предметов задания за столь короткий промежуток времени, игроку Чжоу Минхуа присуждается звание «Везунчик»! Усердно работайте, чтобы найти следующую подсказку!]

[Система находит действия игрока Чжоу Минхуа жульническими, потому, на игрока Чжоу Минхуа накладывается «Проклятье неудачника». Система просит всех игроков играть честно!]

В коридоре стало тихо. Чжоу Минхуа, всё ещё задумавшийся, медленно брёл за группой людей, как внезапно в него крепко вцепились чужие руки, сжимая, казалось, их до синяков, уже даже не синих, а чёрных. Болезненно скривившись, юноша поднял взгляд. Перед ним стоял хмурый Се Янь. — Какой же ты проблемный. Веди к комнате, где платье. Чжань, Сюй Цзе, защитите, — капитан раздавал каждому по заданию, отвлекаясь от Минхуа, но никуда далеко его не отпуская от себя, — Ли Чжун, таблетку «Сознания». Вероятно, его рассудок сейчас находится на опасной границе, учитывая, что прошлая таблетка подняла ему не так много, раз Система наложила на него проклятье. — Чёрт, у этой Системы есть чувство юмора! — напряжённо-смешливо воскликнул Сюй Цзе, вставая недалеко от юноши, — Дать ему звание «Везунчика» и сразу же наложить на него проклятье, да ещё и неудачника! Су Чжань, молча слушая всё, что говорят его сокомандники, начал говорить. Медленно, будто смакуя эту фразу. — Так быстро понять, что это был предмет задания… Кажется, ты не такой уж глупый. Покажи свои показатели удачи. Кажется, ты наша путеводная звезда, а не жертвенный ягнёнок. Несмотря на слова человека рядом, Чжоу Минхуа всё не мог увидеть улыбку в этих чернильных глазах, несмотря на искривлённое в ней лицо. Но Чжоу Минхуа понять не мог, как эти люди открывали «профиль» и пользовались им. Было ли это окно видно только для обладателя этого профиля? Или была возможность временно показать его другому человеку? Но, грубо говоря, сейчас Минхуа был бесполезен. Даже дураку было бы понятно, что Чжоу Минхуа отличался от окружающих его людей, и, конечно же, сейчас можно было сделать вывод, разочаровывающий и вгоняющий в тоску — его счастливое время, когда он держал команду в неведении, закончилось, и закончилось с оглушительным треском. Лицо невольно искривилось в недовольном гримасе, брови нахмурились, в их изломе читалась тревога и нервозность, наряду с нерешительностью, уродующие молодое и нежное лицо юноши. Его взгляд из-под бровей казался тяжёлым, отчего смотрящий на них Ли Чжун, который стоял в отдалении, вздрогнул. Но Су Чжань лишь смотрел на него, не отрывая взгляда от перекошенного в тревоге и побелевшего лица, рассматривая то, каким уродливым оно стало. На секунду показалось, что Чжоу Минхуа стало ещё хуже, чем было десять минут назад. — Давай же, поторопись, — прищурившись, продолжил Су Чжань, — нам всё ещё нужно осмотреть второй сюжетный предмет, который ты нашёл. В чужих словах так и слышалась доля иронии. Чжоу Минхуа молчал. Не мог вымолвить даже и слова. Он не знал, как выпутаться из этой ситуации, но вся его тревога исходила из страха быть покинутым командой, ведь было понятно, что в одиночку ему не выжить — это показал ему опыт последних десяти часов. — Я… — Чжоу Минхуа замялся, — Я не могу показать свой профиль, чтобы ты мог взглянуть на мои параметры. Тьма в глазах Су Чжаня сгустилась, этого не видел никто, но каждый ощущал, как вокруг опустилась температура на пару градусов. Юноше казалось, что Су Чжань всё-всё знает. Знает даже то, что когда-то Минхуа в детстве украл паровую булочку со стола, прежде чем мама приготовит ужин. Чжоу Минхуа продолжил: — Я попросту не понимаю, как открыть профиль. Прости меня, старший. Его перебили, толкнув в спину. — Не стойте на месте, нам надо двигаться! Давай, ягнёнок, двигай ногами к предмету, — Сюй Цзе поторапливал его, заставив отвлечься на пару мгновений. Зрительный контакт между Су Чжанем и Чжоу Минхуа был прерван. Неловко переминувшись с ноги на ногу, Минхуа направился в комнату, где всё началось. Су Чжань смотрел им в след, оставаясь на развилке коридоров, контролируя ситуацию вокруг и не замечая, как внимательно на него смотрит Се Янь.

***

На месте оказалось ничего особенного — простое белое грязное платье. Ничего не намекало на то, что это был сюжетный предмет, кроме того, что платье в принципе валялось в полупустой комнате с одним шкафом да стулом. — Куда мы идём? — спустя продолжительное время, наконец, проговаривает Чжоу Минхуа, сверля взглядом спину шедшего впереди Се Яня. У Минхуа в голове всё крутилось, что, возможно, им стоит найти путь на первый этаж. Было довольно легко догадаться, что это, как и думал раньше парень, был какой-то особняк или, может, коттедж (что было также маловероятно из-за размеров этого здания) и они находились довольно высоко. Весь путь сопровождался поиском каждой встречной комнаты, но он мало что мог дать — большинство из них были пустыми, с каким-то жалким минимумом мебели, как та, в которой было найдено платье. — Ищем новые подсказки, стараясь обходить цель задания стороной, — заместо капитана ответил Сюй Цзе. Ли Чжун вёл всю группу, находясь рядом с Се Янем, — Но, как ты сам видишь, всё не очень-то и радужно, ягнёнок. Сюй Цзе скривился, пока никто не видел. Чжоу Минхуа задумался. Как же эта группа выживала? За всё то время, что он провёл рядом с ними (без малого с десяток часов), они успели произвести на него неизгладимое впечатление. Юноша был готов дать даже первоначальную оценку личности каждого, с кем он напросился в группу. Се Янь, без сомнения, был костяком, главным. Уже было ясно, что у него есть уважение у всех членов их группы, у каждого есть или была с ним какая-то своя история, свой секрет. Он был серьёзным, даже слишком, но именно с ним Чжоу Минхуа ощущал подобие безопасности. Он не казался человеком, который бросит, например, в пылу сражения своего товарища. Он мог отказать в помощи, но, насколько мог уже понять парень, если бы была возможность, то он один из первых бы помог слабому. Минхуа оторвал взгляд от Се Яня, переведя его на Ли Чжуна. С первого взгляда он казался самым слабым членом в команде (до того, как к ним присоединился он, Чжоу Минхуа), но к его мнению прислушивались и осторожно вели с ним диалог. Он обладал простым характером, но в самой глубине его глаз теплилось что-то непонятное, то, что заставляло Минхуа стараться даже не общаться с этим человеком. Этот парень был важным звеном в этой сформированной группе, без которого всё посыпалось бы. Впрочем, такую роль выполнял и Сюй Цзе. Чжоу Минхуа вздрогнул от пронзивших его мурашек, вспоминая то, что было раньше. Опасный человек, но казавшийся балагуром, как коротко для себя охарактеризовал его юноша. Много и часто шутил, давал странные прозвища своим сокомандникам (не раз и не два Чжоу Минхуа слышал, как Се Яня он называл «ледышкой», а Ли Чжуна «щеночком» из-за его схожести с золотистым ретривером, как понял парень), не обращал внимание на холодный тон капитана, иногда действуя безрассудно, но обладающий жуткой, почти животной интуицией, которая успела спасти их уже несколько раз. Будто назло в голове вспыхивают воспоминания о второй встрече и парень почувствовал небольшую фантомную боль в районе лица. — Не отвлекайся, парень, — Чжоу Минхуа слегка пошатнулся, но продолжил идти, не заметив, что остановился. Тело вновь пробили мурашки от тона Су Чжаня. — Прости, старший, — неловко пробормотал юноша, незаметно нахмурившись от тревоги. Неизвестная переменная, сбивающая с толку, вот кем был этот человек. Пока они шли, он, всё же, выведал его имя у Сюй Цзе, незаметно для него, задавая вопросы. Су Чжань почти всегда молчал, но явно имел близкие отношения с капитаном, обращаясь к нему по имени. Этот человек вызывал у него тревоги больше остальных из-за того, что его личность было трудно проанализировать. Не было даже понятно, какую роль он выполняет в команде. Коротко вздохнув, Чжоу Минхуа осмотрел коридор, забрасывая вопрос о том, кто же такой Су Чжань, в дальний ящик. Коридор мало отличался от других, но имел невыразимое знакомое ощущение. — Может быть нам стоит спуститься на первый этаж или найти лестницу, ведущую туда? Голос Чжоу Минхуа разлетелся по коридору волной, все повернулись к нему, взглядом требуя объяснений. В очередной раз парень удостоверился, что эта группа, похоже, с трудом выживала всё это время. — О чём ты, Чжоу Минхуа? — Ли Чжун выглядел несколько дезориентированным, — Какая ещё лестница? — Я… Я не знаю, насколько верно моё предположение, но мы находимся явно не на первом этаже, так как все окна расположены достаточно высоко для одноэтажного здания, — с сомнением протянул Чжоу Минхуа, голос становился всё тише, — но разве это не логично? Коридоры, конечно, однотипные и похожи на те, что бывают в отелях, но тогда во всех комнатах должна быть, по крайней мере спальня и дверь, ведущая в ванную комнату. Но мы осмотрели их уже так много, но даже намёка на этого не было, но мы встречали различные ванные комнаты находящиеся отдельно. — И к чему ты ведёшь? — Над парнем навис Сюй Цзе, смотря с некоторой насмешкой и не совсем понимая, к чему он начал рассказывать про устройство здания. — Просто… Раз уж это не отель, то, наверно, особняк? Да ещё и такой большой, значит, здесь должен быть… — Обслуживающий персонал, точно! — Перебил Чжоу Минхуа Ли Чжун, — Как я до этого сразу не додумался? Капитан, смотрите на карту, — парень повернулся к мужчине, держа в руках какой-то кусок пергамента, — из-за своих размеров довольно сложно увидеть всё, учитывая, насколько эти коридоры походят на лабиринт, но, если слова Минхуа верны, то комнаты обслуживающего персонала должны находиться на начальных этажах, ведь кто знает всё и обо всём, но молчит? Все комнаты, которые мы обошли, конечно, были пусты, но были какие-то намёки на бывших жильцов — какая-то одежда, бумаги, документы, но ничего, что напоминало бы о людях, которые должны были содержать это место ранее в порядке. Я уверен, что мы уже несколько раз проходили мимо лестниц, как для обслуживающего персонала, так и мимо, например, главной лестницы, для хозяев этого места, если этот парень прав и это никакой не отель, хоть и напоминает его. Лестниц для обслуживающего персонала должно быть много, но расположены где-то всегда в отдалённом месте, чтобы не помешать, например, хозяевам или их гостям. С каждым новым словом все в группе становились более вдохновлёнными, а Сюй Цзе и вовсе коротко рассмеялся, взъерошив волосы этого парня Ли Чжуна, приговаривая, что он всё правильно говорит. — Если я не ошибаюсь, то мы уже видели какие-то закутки, которые вели в тупик, но было бы слишком глупо, если бы там не было ничего. Возможно… Чжоу Минхуа отодвинулся от всей группы, направляясь к ближайшему такому тупик, осматривая его на наличие потайных дверей или створок, пока, наконец, не сдался, присев на корточки. Заслышав шаги позади себя, он обнаружил, что на него, не моргая, глядит Су Чжань. — Что-то… Не так, старший? — опасливо спросил Минхуа, вновь опустив взгляд, опасаясь глядеть на подошедшего дольше необходимого. — Откуда ты это знаешь, а-Хуа? Дернувшись от такого обращения, Чжоу Минхуа всё равно не поднял взгляда. Так к нему раньше обращалась лишь невеста да родители в детстве. — Обычная логика, — нахмурился юноша, взглядом осматривая пол под ногами да плинтус около стен, потрескавшийся где-то и поломанный, пока взгляд не наткнулся на еле заметную щель стыка там, где её быть не должно. — Логика, значит, — будто в согласии проговорил мужчина, в его голосе слышалась насмешка, было сразу понятно, что ему не поверили, — скажи мне, а-Хуа, откуда ты родом? Мы же должны знать, кого подобрали. Чжоу Минхуа злобно зыркнул на говорившего, поднимаясь в полный рост. Подобрали, как же. Он же не шавка какая-то, чтобы его подбирать! Впрочем… Развернувшись, юноша пошёл к смутившей его щели, рассматривая её внимательнее. Взгляд нашёл точно такую же щель и на стене. Неужели это?.. — Не стесняйся, расскажи о себе. Судя по твоему акценту, ты из Чунцина? Ты явно не из Вэньчжоу, — прищурился Су Чжань. Неужели этот мужчина… Хочет его проверить? Отвлёкшись, Чжоу Минхуа несколько растерянно посмотрел прямо в глаза Су Чжаня. Сам Минхуа говорил на стандартном мандаринском, он явно не похож на выходца из упомянутых провинций. Это был, в конце концов, самый распространённый и узнаваемый диалект. Он с трудом понимал тех, кто вырос в Вэньчжоу. Су Чжань подозревает, что он… не человек? Глупость какая. Даже если сейчас Чжоу Минхуа не понимает, почему он может возрождаться, он явно был человеком. Разве нет? — Я вырос и жил всю жизнь в Пекине, — буркнул юноша, оборачиваясь вновь к стене и, зацепившись отросшими ногтями за еле выступающую щель, попытался открыть. Пальцы пронзило неприятное, болезненное ощущение, полного дискомфорта. Потайная дверь отворилась. Почти сразу же к нему подошла вся остальная группа, привлечённая звуком открытия створки. — Дверь на лестницу для персонала, — кивнул Ли Чжун, подходя ближе и рассматривая стык, но почти сразу же он вошёл на лестничную площадку. Се Янь неодобрительно посмотрел на него, но, вскоре, вместе с ним зашли и остальные. Было решено двигаться вниз. Чжоу Минхуа ощущал, как взгляд Су Чжаня впился в его спину, отчего ему стало не по себе, но парень не стал оборачиваться, ускорив шаги, начав спускаться рядом с Сюй Цзе, который, хоть и выглядел опасным, был для него простым и понятным. Внезапно прошла волна мурашек, стало холодно, настолько холодно, что у Чжоу Минхуа замёрзли, кажется, даже кости, вены и нервы, натянутые до предела. Невольно, юноша обхватил себя в попытке сохранить ускользающее, как время, тепло, стремительно и неумолимо исчезающее. Оглядевшись вокруг, Минхуа понял, что ничего не изменилось, ничего, что намекало бы на этот уничтожающий его холод. Он был не в силах сдержать крупную дрожь. Сюй Цзе, до сего момента тихо разговаривающий с капитаном, едва ли заметил, что происходит, даже если они шли рядом. В сердце зародилось неприятное предчувствие. Тело пронзила боль, оседающая на тонкой сети нервов, от ледяного порыва ветра, но никто ничего не чувствовал, кроме Чжоу Минхуа. «С этой лестницей что-то не так,» — пронеслось в голове у него. Опустив взгляд на свои руки, с трудом оторвав их от своего тела, Чжоу Минхуа видел, как сильно они покраснели и кожа начала трескаться, стали видны синие вены, будто у него повысилось артериальное давление. Изо рта, при очередном выдохе, проступило облачко пара. — Что-то не так, — Чжоу Минхуа дёрнул Се Яня за рукав, обращая на себя внимание. Почти сразу же его пронзил взгляд серых глаз, которые… потеплели, как только мужчина обратил на него внимание? — Стойте, — отдал команду капитан и все замерли. Ли Чжун придвинулся ближе к Сюй Цзе, вставшему в боевую стойку, слегка пригнувшись в коленях, — Осмотрите лестницу, надо найти что-то, что влияет, кажется, только на Чжоу Минхуа. Чжоу Минхуа уже не мог двигаться, юноша стоял, привалившись к стене. Сзади его поддержал Су Чжань, не давая свалиться. Тьма в его глазах не угасала, но на первое место вышла осторожность, с которой он осматривал всё вокруг себя. Ли Чжун оглушительно чихнул, прерывая напряжённую тишину, обхватывая себя также, как и Минхуа ранее. Он тоже начал мёрзнуть. С каждой секундой всё становилось хуже и хуже. Сюй Цзе пришлось прижать парня к себе, чтобы поделиться своим теплом и не дать ему упасть прямо на ступеньки. Сталь и решимость в глазах Сюй Цзе начали гаснуть, заменяясь паникой. Его взгляд дико шарил по стенам, ступенькам, поручням, пока, наконец, на остановился на капитане. — Вниз! Нужно уйти отсюда! Чжоу Минхуа слабо выдохнул, чувствуя, как его подняли на руки, прижимая к болезненно горячему тело. На глазах выступила влага. Стало нестерпимо жарко, даже если его кости ныли от холода. На мгновение ему показалось, что его глаза замёрзли в лёд — было слишком больно, несмотря на огонь по всему телу. Из горла вырвался крик, полный мольбы и отчаяния. Сразу за этим вскрикнул Ли Чжун, также находящийся на руках Сюй Цзе. Впервые Чжоу Минхуа подумал, что Ли Чжун — такой же как и он, страдает также, как и он, чувствует то же, что и он и ему стало его… неимоверно жаль. Этот юноша не заслуживал этого. Скорее всего нет. Минхуа разрывало изнутри ледяным морозом, пока кожа горела от огня. — Хватит! — Минхуа с трудом слышал то, что кричал парень, — Это так больно! Убейте меня! Крики оглушали всех вокруг. Минхуа не мог даже кричать — сорвал горло. Он лишь чувствовал, как, кажется, вновь умирает, поддавшись предсмертной агонии. Он ощущал только тряску от неимоверно быстрого спуска по лестнице. Чжоу Минхуа перестал чувствовать правую руку. С трудом открыв глаза, он попытался повернуть голову к руке, видя перед собой… остатки от руки до локтя, покрытые льдом и ожогами. Его руки были как лёд — разбитыми в осколки, кристаллы льда алого цвета украсили его кожу будто цветок, а выше была сплошь и рядом покрыта волдырями, с каждой секундой начиная обугливаться. Но ему, кажется, стало совсем не больно. Он не думал, что ему больно, несмотря на то, что тело кричало. Минхуа слишком устал, но из глотки всё выходили крики, теперь полные ужаса. — Безопасная зона! Туда! — смутно где-то вдалеке раздался голос Се Яня, а потом вторивший ему голос паникующего Сюй Цзе и едвали паникующий, но холодный голос Су Чжаня. Се Янь ворвался в комнату, пока туда вваливались остальные и захлопнул её. В панике переведя взгляд на свои руки, он видел, как они покраснели и чувствовал, как кожу изнутри разрывают ледяные кристаллы. Подняв голову, он увидел ужасающие последствия их глупости — Минхуа и а-Чжун с трудом дышали, крики прекратились почти сразу же, как только они вбежали в безопасную зону, но всё было слишком плохо. А-Чжун был без сознания, но Минхуа, кажется, мутными глазами пытался что-то донести до него. Мужчина с трудом сглотнул. Сюй Цзе и Чжань были в куда более худшем состоянии, чем он. Су Чжань остался без левой руки, место около шеи покрылось чёрной корочкой ожога, а из плечевого сустава торчали те же самые красные кристаллы, как и у Минхуа и а-Чжуна. Сюй Цзе же почти лишился ноги, но это его, казалось, не волновало. Он, дрожа от болезненных судорог и кристаллов в венах, вливал в Ли Чжуна всё больше и больше зелий. Чжань занимался тем же самым. Всё пошло по большой пизде.