Викторион

Мужчина и эльфийка шли быстрым шагом по лесным просторам. Девушка легко маневрировала между ветками. Она поддерживала темп, а он делал всё, что в его силах, ― пытался не отставать. Сказать, что у него плохо получалось ходить тут ― промолчать. Он постоянно спотыкался, терял равновесие, падал и катился, как клубок, вниз. Элландрии не раз приходилось ловить его на лету и ставить на ноги. Её это сильно раздражало: так они только задерживались в пути. Но все эти проблемы не мешали наслаждаться пейзажем. Первое, что бросалось человеку в глаза ― множество оттенков зеленого. От махровых и мягких, но в тоже время скользких стволов деревьев, до пушистой травы. Каждый куст как живой двигался от ветра, что гулял тут в роли хозяина. Всё пахло цветами и душистыми травами. Несмотря на то, что кроны деревьев закрывали от солнца большую часть леса, ни одного тёмного участка тут не было. В лесу кипела жизнь: его обитатели постоянно мелькали то тут, то там. С могучих деревьев доносилось ласкающее слух пение птиц. Причудливые звери бегали вокруг, не боясь путников. Животные скорее с интересом разглядывали их, стараясь учуять и запомнить путников как гостей. Одни зверушки, встав на задние лапы, едва доставали человеку до колен, другие возвышались над ним и казались особенно опасными. Гуляли повсюду величавые олени, с необычными рогами, концы которых светились нежным белым. Трава в местах, где ступали их копыта, поднималась и озарялась таким же светом. Мимо проносились зверьки, похожие на собак, только меньше и с голубовато-синеватой шерстью, покрытой узорчатыми завитушками. Человек не мог поверить своим глазам. Он разглядывал каждое животное с восторгом ребёнка. Однако мысли его были далеко. Столько вопросов хотелось ему задать спутнице, но никак не хватало смелости. Эльфийка между тем взяла флейту и начала играть, но звука не последовало. «Видимо, предназначено для эльфийских ушей», ― подумал человек и, собравшись с мыслями, решился спросить: ― Те с красными глазами… Кто это? Мы еще их встретим? Элландрия проигнорировала вопрос. Тогда человек повторил громче и тверже. Эльфийка окинула его грозным взглядом, но всё-таки ответила: ― Это были мерсы. Мы защищаемся от них каждый день. Они появляются здесь с одной целью ― надругаться над нашим миром. Они уничтожают всё на своем пути. Их ненависть к эльфийскому миру безгранична. Как безгранична и ненависть магов и ведьм. Сейчас, на этой тропе, мы их вряд ли встретим, они не ходят по дорогам. После её объяснений ему стало не по себе. Наличие стольких врагов напугало не на шутку. От этого он, отчего-то убежденный, что за ними следят, начал постоянно оглядываться, но уже не ради созерцания природы. Ему просто было страшно. Они продолжили путь, не останавливаясь. Эльфийка часто играла на бесшумной флейте. Зачем и почему ― не отвечала. Ноги человека наливались усталостью, всё чаще заплетались и всё сильнее болели. Жажда одолевала, обжигая горло. Человек расстегнул рубашку, надеясь, что поможет. Так хотелось плюхнуться на мягкую траву, закрыть глаза и забыться в блаженном сне. В конце концов, человек не выдержал. ― Я больше не могу, ― пожаловался он, ― всё болит. ― Осталось чуть-чуть, за водопадом будем на месте. Упоминание водопада дало ему второе дыхание. Пройдя сквозь густые заросли, они, наконец, вышли к шумящему потоку падающей с высоты воды. Человек подбежал к воде и жадно зачерпнул ладонью сколько смог. Сейчас для него обычная водичка сродни вкуснейшему напитку. Утолив жажду, он замер, вглядевшись в размытое отражение в воде. ― Виктор, ― тихо произнес он своему отражению, а затем повернулся к Элландрии и громко выкрикнул: ― Я вспомнил! Виктор! Меня зовут Виктор! Эльфийка его воодушевления не разделяла. ― Что-то ещё вспомнил? ― Всё, больше ничего. Меня зовут… ― Виктор, я поняла, ― холодно перебила Элландрия. ― Если еще что-нибудь вспомнишь, сразу сообщи мне. Надеюсь, это будет более полезная информация.