Викторион

Ночью затрубили эльфийские рога, но человек этого не услышал. Вымотавшись за день, он спал как убитый и проснулся лишь, услышав оглушительные звуки воя и рычания. Вскочил, спросонья протер глаза и выглянул в окно. Звери были повсюду. Взбесившиеся волки, лисы, олени, лендоры, вильяики и къяли заполонили улицы. Животные стаями нападали на выбившихся из строя эльфов и клыками рвали на части. Вот на глазах у Виктора огромный волк впился в шею споткнувшемуся о бревно эльфу… А затем олень рогами протаранил трех смельчаков со щитами, и тех добили примчавшиеся къяли. Мелкие вильяики через щели залезали в запертые жилища и открывали двери кровожадным лисам. Хаос. Вопли раненных. Визг, рычание и вой зверей. Все сливалось в ужасающую какофонию, от которой хотелось держаться подальше. Виктор стоял у окна, вцепившись в подоконник, и не решался выходить наружу. Внутри безопаснее. Вдруг раздался мощный голос Фьюдиса, песня эльфа поднимала боевой дух сражающихся. Тут же у Виктора в голове зазвучал призывный голос: идти, идти, идти! Но страх останавливал. До некоторой поры. Ведь уже вскоре не до конца понимающий, что происходит, Виктор — его несли взбунтовавшиеся ноги — бежал следом за отрядом. И старался не приближаться близко, так как в отряд нужно было записываться заранее. Передвигались они по секретному подземному выходу из города. Состоявшая в отряде Элландрия первой заметила человека, но решила, что он сам скоро вернется. Но Виктор все продолжал и продолжал идти за ними. Наконец эльфийка не выдержала. — Виктор, — окликнула она, — тебе лучше вернуться в город! — Но… — Виктор помотал головой, — я хочу с вами. — Если это была битва с мерсами, я бы и слова не сказала, но сейчас даже эльфам тяжело. Тебе нужно вернуться, немедленно! К собственному удивлению Виктор заупрямился. — Нет, — сказал он. — Я не вернусь. Я должен… — Я не смогу постоянно защищать тебя, быть рядом. Если на тебя вдруг нападет… — Элландрия, — перебил Виктор. — Меня обучали драконьему дыханию. Не надо меня защищать. — Не надо? — повторила она. — Да, — твердо ответил он. — Я позабочусь о себе сам. И быстро побежал вперед. Там Диалан раздавал указания. Виктор расслышал лишь несколько слов, голос эльфа заглушил приближающийся лавиной грозный рык. Готовые к столкновению, эльфы мгновенно натянули тетивы своих длинных луков. И едва из зарослей выскочила рыжеватая рысь, как воины пустили в нее десяток стрел. Шансов уцелеть после такого не было. Элландрия заметила, как лицо Виктора исказилось болью. — Здесь те, кто сможет убить животных, — произнесла эльфийка, увидевшая шанс отослать Виктора. — Докажи, что и ты сможешь! — Я смогу убить, — протянул он. Его голос предательски дрогнул. — Слушать всем! — объявила Элландрия. — Следующего убьет Виктор! Долго ждать не пришлось, к ним уже вдалеке несся бешеный волк. Уложить такого можно и одной стрелой, главное попасть. Виктор приложил стрелу к луку, и древко заходило туда-сюда в его трясущихся руках. Он не мог. Не мог убить животное. Это было выше его сил. Когда зверь был совсем близко и грозил броситься на человека, выстрелил Диалан, за ним пустили десяток стрел остальные. — Пошли, — бросила Элландрия. Говорить ему «я же предупреждала» она не захотела. — Я вернусь вместе с тобой в город. — Нет, нет, нет. — Виктор качал головой. — Я… Я должен… Со всех сторон послышались топот и рычания зверей. Эльфы создали плотное кольцо вокруг растерявшегося человека. В это время над их головами закружились крупные, с разноцветными перьями птицы. Пугающе широкий размах крыльев… Готовые впиться острые, как клинки, когти… Способные прокусить кость клювы… В следующее мгновение Виктор наблюдал, как ловко воины расправляются с врагом. Они осыпали зверей дождем из стрел. И звери замертво падали. Вскоре кольцо распалось, эльфы кинулись расправляться с медведем. Огромный, как валун, он размахивал лапами и рычал, угрожая разорвать каждого. Наконечники стрел не брали его толстую шкуру. Не делали погоды и клинки. Эльфы кое-как совладали с бурым громилой при помощи острых копий. А сверху черная туча из птиц становилась все больше и гуще. Понимая, что с такой тьмой крылатых не совладать, Диалан скомандовал искать укрытие. И отряд побежал. Виктор изо всех сил старался не отставать, лук он бросил в траву за ненадобностью и вытащил меч. Им-то он владеет получше. По пути на эльфов напали несколько зверей. Но и с мечом Виктор был бесполезен: не мог найти в себе смелость пустить его в ход. В это время крупные птицы с криком стали снижаться, готовые пикировать. Виктор резко свернул направо, нырнул в густую заросль и чудом спасся от метивших ему в спину когтей. Там он недолго пробирался вперед, пока не застрял. Дальше хода не было. Виктор увидел пещеру и решил спуститься к ней. Когда он добрался до входа, уставшие ноги дрожали и почти не слушались. Виктор — ему страшно хотелось пить — присел. В груди грохотало, в висках пульсировала кровь. Перед глазами мигало. Его легкие точно прохудились, он никак не мог отдышаться. Виктор глянул в черноту пещеры, и сердце у него ушло в пятки. В липкой тьме блеснули глаза, глаза, которые невероятно быстро приближались. Кто бы это ни был, он бежал к нему. И сомневаться не приходилось, что не с благими намерениями. Виктор вспомнил, что прихватил с собой сонную пыль. Насыпав горсть на руку, он швырнул пыль вглубь пещеры. Это оказалась лиса. Едва выбежав наружу, она тут же упала и заснула. Ободренный волшебным порошком, Виктор неспешно зашел внутрь. Всех, кого встречал по пути, он усыплял сонной пылью. А когда добрался до выхода из пещеры, та была сквозной, увидел облако птиц. Под облаком, внизу, на камне сидел маг в черных одеяниях. Выглядел маг — его охраняли два крупных волка — молодо, лысую голову украшали рога. Элландрия вспомнила про Виктора, лишь заметив, что его нет рядом. И, взволнованная и напуганная, стала спрашивать всех, когда они видели человека в последний раз. Диалан сказал, что видел, как Виктор бросился в заросли. Пару эльфов подтвердили его слова. Тогда эльфийка побежала назад, отыскала следы человека и пошла по ним. Следы привели ее к пещере — темной расщелине, очертаниями краев напоминавшей раскрытый в хищной улыбке рот. С луком наготове Элландрия неспешно зашла внутри и наткнулась на лису. «Неужели убил?» — подумал эльфийка. Присела на корточки, коснулась рыжего, поросшего нетолстым слоем шерсти лисьего бока и фыркнула. «Не мертва. Спит. Он, чтоб его, ее не убил!». Стая птиц с громким криком полетела на Виктора. Он развернулся и побежал, на ходу бросив за спину пыль. Пыль подействовала. Крылатые врезались в него, и все кубарем упали вниз. Виктор быстро, насколько мог, выполз из-под спящих птиц и высыпал последнюю горсточку пыли себе в ладонь. Вот только мага на камне уже не было: остались лишь волки. Свободной рукой Виктор вытащил меч и, понимая, что медлить нельзя, с ревом понесся прямо на хищников. Навстречу ему бросился первый волк. Пыль усыпила его мгновенно, и он серой тушей влетел в человека, повалив того на землю. Второй сорвался с места, готовый вонзить клыки Виктору в шею, и получил две стрелы от подоспевшей вовремя Элландрии. Та стояла сверху и слышала позади топот приближающихся лап, но не отвлекалась. Человек сбросил с себя волка и побежал дальше. Он должен был догнать мага, должен был закончить эту бессмысленную войну. Он бежал по узкому проходу, когда на него неожиданно из-за камня напал маг и вонзил в грудь кинжал. Вонзил до самой белесой рукояти. Вонзил и тут же вытащил. Острая боль пронзила Виктора, из раны как из дырявого бурдюка хлынула кровь, окрашивая красным рубашку. Горло сдавил ком, во рту загулял металлический привкус. Виктор, чтобы не упасть, ухватился за запястье мага. Но тот легко вырвал свою руку и со всей силой толкнул человека на землю. В этом самый момент появилась Элландрия и немедля начала выпускать в спину мага последние стрелы. Сзади нее уже бежал, грозя напасть, волк, и она его слышала, но и не думала останавливаться. Ведь убить мага — важнее всего. И когда пятая стрела вонзилась во врага, тот замертво упал на грудь умирающему Виктору. Аридэйль травами обрабатывала воинам раны и шептала про себя. «Дар, прошу тебя, проявись! Дар, прошу тебя…» Вдруг кулон на ее груди стал обжигающе холодным, и внутри у эльфийки все сжалось. Это был знак, что Виктор сейчас смертельно ранен. Он умирал. Умирал и так нуждался в ее даре, а она ничем не могла ему помочь. Невыносимая боль прожгла ее грудь, накатила на глаза слезы. «Бесполезная! — мысленно ругала себя Аридэйль. — Никчемная! Ты такая…» — Прошу, — взмолилась Аридэйль, — дар исцеления проявись! — Никогда еще она не произносила эти слова с таким желанием. — Проявись! И вот наконец на ее руках стали вырисовываться узоры. Не теряя времени, Аридэйль обхватила руками кулон и начала передавать всю свою силу Виктору. Волк вцепился в ногу девушки, но вскоре его отпустило, и он убежал прочь. Одной рукой держась за раненное бедро, Элландрия трубила в рог до тех пор, пока не появился отряд. Эльфы сначала увидели эльфийку, затем два лежащих в большой лужи крови тела. Диалан сбросил сверху мага, под ним лежал Виктор. Он дышал. Эльфы взялись обрабатывать его с Элландрией раны, а после понесли в город. По Каталлону пролетела радостная весть: война закончилась. — Звери свободны! — ликовали воины. — Опомнились! Животные пришли в себя и больше не нападали. Бледный, в бусинах пота, Виктор лежал в своей кровати без сознания. Его грудь мерно вздымалась в такт тихому дыханию, рот был слегка приоткрыт. Около Виктора, вцепившись в край одеяла, сидела Аридэйль. — Почему ты не просыпаешься? Почему? Почему? — Она не могла найти себе покоя. — Ты ведь исцелен. Исцелен… Проснись, пожалуйста. Хочешь, я станцую или спою? Я все сделаю, только проснись… Девушка стала поправлять подушку, коснулась его холодной щеки и горячо прошептала на ухо: — Виктор, я люблю тебя. Прошептала и поняла, что так оно и есть. Она его любит. Любит. И если он не проснется… если он не проснется, то никогда об этом не узнает. В комнату вошла Иадэль. — Алесдар просит тебя вернуться. — Почему он не просыпается? — почти с вызовом спросила Аридэйль. Иадэль открыла книгу и долго шелестела страницами. После чего наконец произнесла: — Что-то изменит его навсегда… — Что? — Не могу сказать. — Но почему?! — не понимала она. Почему ей нельзя знать? — Аридэйль, — мягко сказала Иадэль, — тебя ждет наставник. По тону Иадэль было очевидно, что спорить бессмысленно. — Ладно, — согласилась Аридэйль, — я пойду. Но когда он проснется, скажите мне, пожалуйста. Сразу же! — Обязательно, — пообещала эльфийка. Аридэйль еще раз посмотрела на Виктора. «Виктор, — прошептала про себя она, — я тебя люблю. Люблю». После чего развернулась и медленно пошла прочь.