адреналиновая конфета

Чайльд стонет, когда двигает рукой по члену, опираясь другой на запотевшую стенку душевой, уткнувшись в неё мокрым лбом. Волосы липнут, потемнев до ржавчины, по ним катится тёплая вода. Она же бьет в подставленную спину, пока Тарталья дрочит на Сяо. На Сяо — своего красивого соседа. Он выглядит как какое-то бледное божество, тонкое и грациозное. Но удар у него поставлен хорошо, бьет больно, как дьявол. Для Чайльда Сяо становится и адом, и раем. Потому что они в очередной раз дерутся по какой-то совсем глупой причине, потому что Чайльд из-за своего характера выводит на драку, а Сяо отвечает с лёгкостью. Дерутся на полу комнаты, благо, не снося ничего со столов и даже не уронив стулья. Просто валяются, собирая пыль, в попытке ударить друг друга, которые в итоге прекращаются. Чайльду нравятся драки, поэтому что сейчас, что во многие прошлые он осознает — у него стоит. Стоит на Сяо и на то, какая у них близость во время драк. Прижимаются близко-близко, дышат горячим друг другу в лицо, зажимают ногами. В этот раз Сяо обхватывает его талию своими потрясающими мускулистыми изящными ногами. И хочется заплакать от того, насколько они хороши. Хочется оказаться между них лицом, чтобы познать рай. Он представляет, как отсосал бы Сяо и кусает себя за губу, чтобы прервать новый стон, избавляясь от ненужного в их случае возбуждения. Пока за тонкой дверью, в другой комнате, раскрасневшийся от драки Сяо ищет свой телефон, выпавший из кармана.