не такой как все

-Нет!!! Не надо! Перестань! Больно! Я сейчас умру — от диких воплей подпрыгнули казалось все присутствующие. Нарука, терзаемая неведомой агонией, билась в истерике, неистово стуча ногами по полу. Отчего с бедного Сасори уже семь потов сошло в тщетных попытках вколоть блондинке успокоительное. -Нет, пожалуйста, не делай этого. Нет!!! Спасите кто-нибудь ...Саске — жалобно всхлипывала близняшка, извиваясь в объятиях испуганного Шукаку, который честно пытался ее удержать. К радости или к несчастью, громкая связь в главном штабе работала исправно, цинично транслируя в эфир громкие стенания близняшки. *** Крики Наруки застали Учиху в оружейной. Брюнет как раз намеревался взять один из мечей, что подарил ему дядя. Вот только до рукояти ладонь так и не добралась. Ярость, заполнившая сознание, стала повелительницей его действий. Юноша даже не понимал, что берет реликвию клана, точнее меч сам волшебным образом оказася в его руке. А дальше, неведомая сила вселилась в его тело и Саске окончательно отринул жестокую действительность. *** Фугаку едва ли смог восстановить сбившееся дыхание и унять ноющую боль. Короткая стычка с пробудившимся шаринганом едва не отправила главу на тот свет, чего уж говорить о покалеченных воинах. Тяжелым взглядом проводив спину уезжающего на байке отрока, мужчина на мгновение прикрыл отяжелевшие веки, уже представив какой переполох вызовет городе столь безумная выходка. *** Громкий рев мотора предусмотрительно возвещал округу о приближающейся опасности. Смело выжимая все 200, Учиха не думал тормозить, мастерски пуская разогнавшуюся махину в занос. А путь был не близок. Старое здание больницы пустовало еще с рождения нынешнего главы клана. Многие представители темной элиты больше не хотели понапрасну терять своих подчиненных из-за плохого оборудования и сильной отдаленности больницы от места разборок и поэтому, как говориться, скинулись всем миром (тех, кто не захотел заставили). Новую больницу в короткий срок построили прямо в центре, считай под боком у администрации, и, оборудовав по самому последнему слову техники, пустили в обиход, тогда как старое продолжало облезлой глыбой чахнуть на самом верху небольшого холма. К слову, Учиху мало волновал сей устаревший факт, он лишь прибавил газу, съезжая с главного проспекта на широкое шоссе, вгоняя в панику и без того запуганных жителей, стоило тем глянуть ему на спину. *** Проступившие капли крови Фукудзаки любовно промокнул пропитанной раствором тряпочкой. Не скрывая восхищения, доктор раз за разом скользил по великолепно проделанной работе. «Ничего моя королева, ты скоро освободишься о несовершенных пут. Ты будешь совершенством» - смаковал свою работу доктор. Жаль, «королева» больше не могла оценить его трудов. *** Замершие от испуга, прислужники закрытой общины с тревогой наблюдали за стремительным приближением чужака. Сходу вышибая хлипкие ворота, а затем и главные двери обозленный представитель клана Учиха намеревался отомстить всем, кто находился в злополучном здании. Автоматная очередь не заставила себя ждать, щедро одаривая вторгнувшегося рецидивиста сотней разрывных пуль. «Вот тебе и мирные служители бога?! Вооружены до зубов» - сурово оценил обстановку Гаара, на слух определяя накалившуюся обстановку. Замечательно, что приятель оставил включенным микрофон. Дело пахло жареным! Жуткие звуки, доносящиеся из динамика, не на шутку напугали всех присутствующих, отчего глупая выходка грозила перерасти в настоящую войну. Множество кланов незамедлительно последовали к месту разборок, едва завидев на дороге мчавшегося Учиху с Аматерасу за спиной. Собственно, появление древней реликвии стало главной причиной развернувшейся баталии под стенами больницы. *** Спилберг отдыхает в сторонке! Да, вряд ли именитый режиссер остался бы в полном здравии, если б воочию оценил картину развернувшейся бойни. Люди гибли быстрее, чем успевали нажать на курок. Обращенные в паническое бегство, неудавшиеся судьи божьи позорно прятались по углам и добровольно выпрыгивали из окон, стоило оказаться в поле зрения беснующегося дьявола во плоти. Иного сравнения только поискать! Скалящийся в кровожадной ухмылке, с почерневшей кожей, весь покрытый кровью вершитель правосудия любого мог довести до клиники, а, уж, если прибавить сюда абсолютно неестественные кровавые глаза, то его вовсе перестали воспринимать как человека. Ведомый жаждой мести, каратель не знал ни пощады, ни жалости! Покрытый кровью клинок с одинаковым равнодушием обрывал жизни как с беспорядочно стрелявшим мужчин, так забившимся по углам женщин. Раскаяния было. Лицемеры! Они притворялись невинными овечками, но стойло смерти явить свой лик, как благочестивая маска раскалывалась надвое, являя отвратительную суть. Готовые подставить друг друга, они лебезили, хотели откупиться, то вовсе угрожали страшным судом! Даже прятавшиеся в самом дальнем закутке девицы оказались ничем не лучше истерично визжавших служительниц бога. Багровый от крови клинок в одно мгновение оборвал их никчемные жизни, а после удовлетворенный мститель пропал из поля видимости уцелевших камер, словно его тут и не было. *** Огонь мщения слегка поутих, позволяя разуму владеть ситуацией. Постепенно брюнет стал понимать где находиться, а главное, что ищет. Тусклый свет подвала скудно освещал мрачные коридоры, если бы не обострившееся до сверхъестественного зрение, то Учиха окончательно заблудился в проклятом лабиринте, где очередной проем мало чем отличался от предыдущих. Вдруг перед глазами промелькнула узкая металлическая дверь, Саске с надеждой прикоснулся к массивному препятствию. Одно движение руки и неприступная преграда грудой искореженного металла валялась в сторонке. Предчувствие его не обмануло, тесный коридор привел в просторное темное помещение, если бы не слабый отблеск больничной лампы, Саске подумал, что ошибся в расчетах. Холодный свет манил к себе, вселяя в душу слабый огонек надежды. Робкие шаги. Боги, как же мучительно трудно приблизиться и страшно... Страшно и больно осознать, что опоздал, потерял нечто бесценное. Кулаки сжаты до крови. Он с трудом сохранил в себе мужество продвигаться вперед, стойко подавляя подкатывающую истерику. Неуверенный взгляд скользит по холодному металлу стола. Смятение. Зрачки расширены до предела. Сердце колотится в груди, угрожая разорваться от переполняемых противоречий, смешавшихся в единый ни с чем не сравнимый коктейль ужаса и восхищения. Он потрясен, повержен! Он забыл, как дышать. -Правда она бесподобна! - с трепетом кто-то бормотал за его спиной. Саске не знал, что ответить. В отблесках холодно метала, увитое шелковыми лентами и прикрытое тонким шифоном, предстало совершенство. Взгляд блаженно скользил по совершенным изгибам, подмечая новые, открывшиеся в необычном контексте детали. Мраморная, лишенная (кроме головы) всякой растительности, кожа соблазнительно поблескивала яркими искорками золота. Розоватые слегка набухшие соски не дурно аккомпанировали не менее пухлым, покрытым коралловым блеском губам, пробуждая в груди нечто темное — греховное желание, как-то по-особенному прикоснуться столь манящей поверхности, а с другой, призывало часами зачарованно любоваться прекрасным творением, трепетно ухаживать за непревзойденной статуей, молиться на безупречный лик. «Ангел» лежал неподвижно, отстранено, лицо вовсе светилось от умиротворенности. Казалось, еще мгновение пушистые ресницы встрепенуться будто пугливая бабочка и совершенная кукла обернется человеком. -Ангел небесный не меньше! Кто сказал, что высшие создания бесполые, они имеют две сути женскую и мужскую, и потому идеальны.— лепетал доктор, ступая с узкий круг света. -Что вы с ним сделали — с трудом выдавил из себя слова изумленный брюнет, замечая алеющий в низу живота вертикальный шрам. Ревность жестким смычком ударила по натянутым нервам. Да, как он посмел прикоснуться к его собственности! -Ничего... хотел, даже провел первые приготовления! — меланхолично произнес доктор, ласково поглаживая еле заметный шов — но плоть открыла мне глаза. Эти меркантильные святоши ничего не понимают! Они глупцы, если пожелали загубить такое чудо! -Я забираю его —приказным тоном сказал, обозленный Учиха. Новость, что к его сокровищу прикоснулся какой-то долбанутый мудак буквально вывела его из равновесия. Черные миазмы вновь стали порабощать его тело. -Это невозможно! Нет, он так прекрасен. Внешний мир загубит его! Пусть он будет тут, в тишине, в поклонении. Я буду о нем заботиться, лелеять, как самое ценное сокровище —капризно возразил доктор. -Игнорируя его желания, подавляя волю - язвительно прыснул Учиха. -Нет, я не подавляю. Я буду боготворить его. Он будет счастлив — истерично восклицал доктор, отодвигаясь к спасительной тележке, где лежали инструменты. -Чушь, он сгниет заживо! — в гневе воскликнул Учиха. -Неправда. Он не умрет, он будет всегда. Ты! Ты такой же как те безумцы! Они... мечтали убить, поливали грязью. Фанатики!!! — брызгал слюной обезумевший садист, всаживая острый скальпель в тело конкурента. Прочный металл, как щепка обломился о покрытую кровью ткань пиджака. Учиха лишь оскалился в хищной улыбке, уверенно наседая на доктора. -Монстр! Дьявол! Изыди! - блеял от беспомощности неудавшийся коллекционер, глупо размахивая курками, будто они могли его защитить. Саске подобно маньяку в подворотне загонял свою жертву в самый темный угол, что бы вдоволь насладиться своей местью. Резкий визг словно музыка сопровождал мучительную агонию, пока мститель по кусочку расчленял дергающегося доктора. Он убивал медленно, стараясь возместить каждую крупицу боли, причиненную его возлюбленному, он не остановился даже, когда жертва перестала кричать, захлебнувшись в собственной крови, терзая безвольное тело, пока от мучителя только мокрое место осталось. И только тогда он был удовлетворен! Бурая кровь смешалась с грязью и неприятно холодила кожу. Тишина пугала. Саске только сейчас понял, что возлюбленный практически не дышит. Робко приблизившись к столу, он упал на колени, ласково целуя холеные пальчики рук, прижимался щекой к прохладной коже. Но кукла лишь бесстрастно отвечала, роняющему кровавые слезы, спасителю холодным безжизненным взором. Пульс не прощупывался! В отчаянии он опустился на грязный бетон, увлекая за собой совершенную игрушку. Сжимая в крепких объятиях, неустанно шепча ласковые слова, сыпля бесчисленные нежности, о рыдающий брюнет просил лишь об одном единственном желании не умирать, не бросать его в одиночестве. Но пустота не может сочувствовать. *** Сизый дым невесомой струйкой устремился в чистые небеса. Каких-то полчаса и заросший зеленью холм стал похож на обуглившуюся головешку. Мирные прихожане оказались не так просты, пока в центральном корпусе чинилась бойня, в соседних корпусах шла чуть ли не самая настоящая война. Автоматные очереди потрошили поблекшую плитку, пока снайперы одиночными выстрелами снимали засевших террористов, попутно прикрывая боевой отряд. Впрочем, сектанты не долго оказывали сопротивление нагрянувшей братии всех кланов округи, стоило исчерпать все боеприпасы, как воинственные служители бога позорно сложили пустые автоматы и покорно позволили себя арестовать прибывшему отряду быстрого реагирования. Глава клана Учиха с мрачной небрежностью разглядывал покрытых слоем пыли разных представителей многоликой преступной общины, к которой собственно принадлежал сам. Кого тут только не было! Бывшие враги со времен пятилетней войны, бесчисленные конкуренты и просто нейтральные ко всему хозяева улиц, не считая многочисленных друзей и корешей небезызвестного Намикадзе Наруто. Постную мину слегка озарила мимолетная усмешка забавности отнюдь не комичного момента. Глава искренне удивлялся, как такой неординарный юноша мог бескорыстно водить дружбу с казалось непримиримыми врагами и соперниками и так ловко излечивать яд обиды за прошлые склоки. «Удивительный ты человек Намикадзе Наруто» - отдал свою дань уважения и симпатии сидевший на выступе ворот Учиха Фугаку. Выгода была неоспоримой! Пригрев под крыло семьи столь ценную невестку, клан фактически получал в союзники всю преступную элиту, что значительно укрепляло власть всего альянса. «Главное сейчас не потерять» - проскользнула беспокойна мыслишка, которую глава клана предпочел немедля отринуть. Чего переживать над последствиями, если не видишь суть проблемы. Крики в главном здании уже давно стихли, а, значит, пора выдвигаться. Вооруженный до зубов отряд с опаской проник внутрь обветшалого корпуса больницы и стыдливо топтался на месте. И немудрено, картина представшая перед очами матерых солдат с легкостью могла состязаться в жутковатости с нашумевшими декорациями Сален Хилла: кровь повсюду, ни единого выжившего, только изувеченный тела, ошметками раскиданные по всем помещениям больницы, будто здесь не человек поработал, а голодный крокодил. Справившись с приступом тошноты, глава клана самолично спустился в подвал. Бесчисленная череда коридоров, пугая свой тишиной и неопределенностью, подтачивала и без того расшалившиеся нервы. Зато конец лабиринта порадовал очередным сюрпризом. Ибо раскуроченная титановая дверь невольно внушала уважение к ворвавшемуся в нее спасителю, чьи всхлипы Фугаку без труда различил в гнетущей тишине. Тусклый свет зловеще мигающей хирургической лампы недобро выхватывал из темноты рассевшееся на полу чудовище. Глава клана горько вздохнул, печально взирая на преобразившегося сына. - Охренеть - высказал свое впечатление Мадара, выглядывая из-за спины замершего как истукан старшего брата. Создание даже не обратило внимание на столпившийся отряд, казалось, Учихе было все равно что твориться вокруг. Роняя кровавые слезы нерадивый отпрыск безуспешно старался привести в чувство безвольную куклу, которую так нежно прижимал собственной груди. Но «идеальное создание» не подавало признаков жизни, лишь холодно упираясь безразличным взглядом куда-то в потолок. Из шокового состояния невольных зрителей вывел настырный доктор, упорно лезущий вперед, желая помочь пострадавшему: - Фугаку-сан пожалуйста, Наруто еще можно спасти. Позвольте мне забрать его. - Забрать, ты наверное шутишь! Думаешь эта зверюга даст хотя бы приблизиться к нему – едко усмехнулся Мадара, замечая опасный интерес у очнувшегося от горя племянничка. - Приготовься – резким тоном оборвал перепалку глава клана, чей активированный шаринган не предвещал ничего хорошего. Стены подвала вздрогнули и протяжно затрещали под натиском источающей угрожающую ки противников. Мадара только диву давался как у старшего на пару лет родственника еще остался запал, что б так махаться кулаками с молодым поколением. Противники нисколько не жалели себя. Сцепившись словно голодные псы в подворотне и намереваясь порвать друг друга в клочья, два представителя клана Учиха остервенело носились по узкому подвалу проливая свою и чужую кровь, т.к. не редко под их атаки попадались зазевавшиеся солдаты и готовящиеся к обряду жрецы. «Староват я стал для этого» - отметил про себя Фугаку со второй попытки загоняя в ловушку одержимого демонами сына. Стоило умыкнуть из-под носа защитника пострадавшего блондина как, тот как с цепи сорвался, стал крушить все подряд, пробивая хлипкие стены лабиринта, лишь бы добраться до весьма изворотливого доктора Сасори. Грозный рык Мадары и казалось окочурившиеся от страха жрецы, стараясь особо не смотреть на изувеченное тело доктора, приступили к выполнению своей непосредственной задачи. Чтение молитв едва ли смогло заглушить нечеловеческий крик бесновавшегося юноши, который всеми силами пытался сбросить с себя уже обоих братьев, упорно придавливавших его к полу. Последний стих довершил гулкий удар в гонг. Источавший во все стороны темные миазмы меч стал безобиднее обычной ложки, как собственно и его обладатель безвольной тушей лежавший на запачканном кровью полу. Лишь спустя пару минут потерявшего сознание дебошира подхватили на руки не менее опустошенные противники и вынесли на поверхность. На улице давно шла работа по зачистке, оставшиеся отряды и просто присевшие отдохнуть бывалые вояки, дружно наблюдали как заталкивают в мешки тела поверженных врагов работники морга. И тем не менее появление учиховского отряда создало большой переполох, все присутствующие как по команде побросали свои дела, дабы воочию посмотреть на того самого смельчака, что отважился проехать по главной улице с реликвией за спиной. -Это ведь конец для него – обратился Мадара скорее к самому себе, к чем к прихрамывающему брату, несшему на руках проблемного отпрыска. Фугаку не стал отвечать, просто не видел в том смысла. Его пугало наказание и пугали последствия. Уж такой выходки его сыну никто не простит и обыденной выволочкой точно Саске не отделается. «Что же ты наделал, глупый ребенок» - укорял скорее уж себя чем подростка внутренне безутешный отец.