Потерявши голову, по волосам не плачут

      Эта поездка в Токио по работе не была чем-то необычным для Тэхёна, однако показала ему насколько большие перемены в жизни и в нем самом произошли за последние пол года. Поначалу все было, как обычно. Он собирался, неторопливо складывая в чемодан вещи, накормил Ёнтана и поменял ему лоток, сел в такси и выехал из дому не ощущая видимого беспокойства. Хэми не смогла проводить его в аэропорт из-за занятий в университете (летом она брала дополнительные уроки игры на скрипке), однако написала перед самым отлетом, чем скрасила минуты ожидания посадки. Проблемы начались спустя час. Тэхён настолько привык к ее присутствию, что сам себе казался голым в толпе людей, но с этим он еще мог справиться. Физически неуютно ему стало аккурат на следующий день. Он проснулся от ноющего ощущения внутри и долго не мог понять в чем проблема. Как только он погрузился в работу, это странное чувство пропало. А на следующий день возникло вновь и уже не исчезало, лишь усиливаясь. Только тогда Тэхён понял, что скучал по Хэми. Он тосковал, словно не видел ее больше года.       С самого момента начала их отношений время, проведенное порознь, неминуемо сокращалось, и все последние недели они с Хэми встречались каждый день. Без исключений. Тэхён перед началом рабочего дня заезжал к ней, чтобы увидеться хотя бы на пару минут, и, если получалось, забирал после работы. Хэми могла прийти к нему без предупреждения и играть в его квартире на скрипке, изредка, виолончели. Они постоянно ужинали вместе и после расставались до утра следующего дня. Однако времени проведенного вместе все равно было недостаточно. Тэхёну постоянно хотелось большего. Он сам себя ругал за жадность, но пресытится никак не мог. То душевное спокойствие и внутренний комфорт, который дарила Хэми, вызывал в нем эмоциональную зависимость. Время американских горок прошло и, казалось, Тэхён нашел свою тихую гавань, где мог жить всю жизнь.       В итоге ему пришлось задержаться в Токио на два дня дольше положенного, и это стало неприятной неожиданностью для них обоих. Хэми постоянно была на связи. Вечером они обязательно созванивались, утром и в обед списывались, но, как только наступали перерывы в общении, на него нападала аппатия. У Тэхёна складывалось ощущение, что он заболел. Работать было тяжело, бесконечные встречи и проблемы возникающие по ходу дела раздражали. Усталость накатывала волнами и по вечерам даже казалось, что у него повышалась температура.       Он буквально считал часы до отлета.       Хэми ждала его в аэропорту. Широкий хлопковый сарафан сидел на ней слишком свободно, а глаза горели радостью, когда она махала ему рукой. Тэхён ускорил шаг, стараясь обгонять и не задевать пассажиров, мысленно ругаясь на них за медлительность. Ему не терпелось дойти до нее поскорее. Обойдя последнюю стойку, он почувствовал жгучее нетерпение. Забывшись, как мальчишка, Тэхён бросился к ней. Он никогда не был настолько эмоциональным в отношениях, чтобы импульсивно бежать на встречу или чтобы ладони жгло от нестерпимого желания коснуться. А сейчас все поменялось и ему было совершенно плевать на всех, кто глазел на него. Хэми шмыгнула носом, уткнувшись ему в шею и, в ответ на крепкие объятия Тэхёна, точно так же, с силой сжала его. — Боже, как же я скучал… — голос зазвучал непривычно из-за переполнявших эмоций. Тэхён отодвинул Хэми от себя и обхватил ее лицо руками, бегая взглядом от глаз к губам и обратно. Она еще не плакала, но первая слезинка грозилась вот-вот сорваться. Хэми прикрыла глаза и прижалась щекой к его ладони сильнее. — Прости, что задержался, возникли кое-какие проблемы с арендой здания… — Не важно, — Хэми сказала это очень тихо, на выдохе, словно задержала дыхание до этого. — Главное, что ты вернулся. — Она улыбнулась ему и снова потянулась за объятиями, заползая ладошками под пиджак.       У Тэхёна подобное было впервые. Всю свою сознательную жизнь он жил с чувством ненужности и бесполезности. В его семье все крутилось вокруг одного человека — матери. Она часто сосредотачивалась только на себе самой и своих желаниях, замечая Тэхёна только, когда ему удавалось сделать нечто значительное, вроде получения первого места на школьных соревнованиях по плаванию или высшего балла по успеваемости. Только в такие моменты, мать обращала на него свое внимание, расхваливая и гордясь успехами сына перед всеми знакомыми. Тэхёну нравилось, когда она гладила его и целовала в щеку, говоря только о нем без умолку. Ему тогда казалось, что это высшая степень любви матери к ребенку. Об отце у него сохранилось мало воспоминаний и появлялся он там эпизодами, например, когда Тэхён чем-то не оправдывал ожиданий и заслуживал трепки. Отец любил мать, причем любил безумно и страшно, жертвуя всем ради ее комфорта. Даже интересами собственного ребенка.       Во взрослом возрасте Тэхён часто сравнивал себя с отцом, понимая, что они оба жили ради одного маминого доброго слова. Жили, постоянно ожидая одобрения и заслуженного проявления любви. Став самостоятельным финансово и более-менее свободным, Тэхён все продолжал добиваться внимания, только теперь уже не только от собственной матери, но и от девушек, сотрудников, даже знакомых. Он хотел заслужить расположение, стать достойным, постоянно выпрыгивая из штанов, удивляя. В нем все еще жила эта детская потребность получить любовь. И раз за разом он, не получая ее в ответ, винил во всем себя, в следующих отношениях делая еще больше и разочаровываясь все сильнее и сильнее.       С Хэми же было по-другому. Для нее было не важно, что Тэхён сделал, кем был и сколько зарабатывал. Ей нужен был он сам. Без всей мишуры, слепого желания угодить. Ей почти удалось разорвать порочный круг, в котором он варился годами.       Вечером, когда Тэхён немного отдохнул, они вдвоем решили прогуляться с Ёнтаном в парке. Передвигаясь от одного светлого пятна фонарей к другому, он внезапно понял, что сильнее его чувств к Хэми, только страх потерять ее насовсем. Тэхёну казалось, что уйди она от него, и он умрет. Все собственные минусы теперь бросались в глаза намного отчетливее, нежели раньше. Причислял к таковым он и свой возраст. Вернее из-за него Тэхён и переживал больше всего. Ощущал он себя в последние дни неважно, вечно надумывая пока еще не существующие проблемы. Отсутствие нормального регулярного секса тоже делало свое дело, но Тэхён не готов был бежать впереди паровоза своих инстинктов. Не за счет отношений с Хэми. Девушка шутливо ворчала на Ёнтана и пыталась отнять у него резиновый мяч. А Тэхён смотрел на ее профиль, размышляя о том, какими способами мог бы привязать к себе посильнее? Что он мог для нее сделать такого, чтобы ей и в голову не пришло искать другого? Следом начиная заниматься самобичеванием, за эти же мысли. И так до бесконечности, пока они не поднялись в квартиру.       Хэми безусловно заметила его рассеянность и молчаливость. Он постоянно отвечал невпопад, совсем не играл с собакой и смотрел на нее странным нечитаемым взглядом. Меланхолия, охватившая после прилета Тэхёна, странным образом передалась и ей. — Что с тобой? — Хэми сжала его ладонь, призывая к ответу. — Не хочу, чтобы ты уходила, — честно ответил он, привлекая ее за руку к себе. — Может останешься еще хотя бы на часок? — Тэхён смотрел прямо в карие глаза и видел в них свое отражение. — Но только на час. — Хэми улыбнулась и чмокнула его в губы, собираясь во что бы то ни стало развеять плохие мысли. — Если честно, я тоже не хочу уходить. Тебя так долго не было. — На этот раз поцелуй длился дольше, потому что Тэхён не дал ей отстраниться. — Посмотрим фильм? Или может потанцуем? — Тэхён, опьяненный ее мягкостью, стал качаться в стороны, имитируя танец, но Хэми, захохотав, повисла на его руке, затормаживая. — Нет, уж! Танцевать с тобой я отказываюсь! — Девушка освободилась от его рук и пошла на кухню. — Это еще почему? — Тэхён догнал ее на углу, вновь захватывая в плен. — Потому что, когда я танцую, то выгляжу как робот. — Хэми зачесала его челку в бок и задержалась ладошкой у кромки роста волос на затылке. На самом деле танцевать она не хотела совершенно по другой причине. Тэхён выглядел слишком сексуально, двигаясь в такт музыке и его взгляд в эти моменты всегда выветривал все мысли, кроме одной. — Лучше посмотрим фильм. Чур выбираю я!       Тэхён думал, что ей все еще было некомфортно рядом с ним в физическом плане, особенно во время танца. Поэтому сдался сразу. Ему в принципе было все равно, чем заниматься, главное чтобы Хэми оставалась рядом. Выключив в гостиной свет и взяв последнюю пачку сладкого попкорна, они вдвоем уселись на диван. Ёнтан улегся сбоку от Хэми. Разморенный почесываниями, утомленный долгой прогулкой, пес задремал. Тэхён не особо следил за тем, что происходило на экране, сосредоточившись полностью на Хэми. Она полулежала у него на плече, забравшись с ногами на диван, хрустела попкорном и посмеивалась с французской комедии. Время застыло для Тэхёна на этих моментах. Он ощущал тяжесть ее тела, слышал как бьется сердечко, чувствовал слабый запах шампуня, исходящий от волос. Стоило хоть немного сместить фокус чувств и ему точно придется бежать в ванную… Тэхён посмотрел на экран, как только Хэми тихонько засмеялась у него на груди, чтобы отвлечься. Комедии с Луи де Фюнесом были его любимыми. Она знала об этом, поэтому, скорее всего, и выбрала именно этот фильм. Хэми всегда думала о нем, будь то выбор закусок или музыка…       Нежность душила его, не находя выхода. Тэхёну стало нестерпимо жарко, и он приник губами к ее ямочке на правой щеке. Девушка замерла от неожиданности, а потом серьезно посмотрела на него. — Тэ, — нежно позвала она, и Тэхёну показалось, что он начал плавиться, как восковая свечка, — Ты какой-то горячий. — Тебе кажется, — ответил он и склонился чтобы поцеловать ее как следует, потому что очень хотелось. Потому что Хэми была слишком очаровательной, когда переживала о нем. — Нет, не кажется. — Девушка немного отодвинулась, окончательно садясь.       Тэхён разочарованно вздохнул. Манящие губы теперь были вне досягаемости. А Хэми тем временем положила одну ладонь на его лоб, вторую приложив к своему, сравнивая температуры их тел. Тэхёну было до одури приятен тот факт, насколько стал ей безразличен фильм, когда забота о нем вышла на первый план. Следом за тоненькой ладошкой последовали губы. Хэми прижалась к его лбу и затем оставила влажный поцелуй на щеке, озвучивая вердикт: — У тебя точно температура. Ты, кажется, заболел, — голос ее был спокоен, но в нем ощущалась убойная доза заботы. — Это пустяки. Переработал, — начал он, поглаживая руку девушки и перебирая ее пальчики в своих. — Температура наверняка не высокая, к утру пройдет. — Тэхён лишь растянул губы в счастливой улыбке, думая о том, насколько сильно любит ее. — Нет, нет! Так не пойдет. — Хэми заторопилась, выпархивая из его обьятий и убегая в спальню.       Тэхён только цокнул языком, немного раздраженный ее отсутствием в такой приятный момент. Девушка вышла из комнаты и быстрым шагом прошла в кухню, чтобы взять воду. Он проследил за ней, перекатывая голову по спинке дивана. Двигаться совсем не хотелось. — Вот выпей. — Она протянула ему бутылку воды и вложила в рот таблетку. — Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? — Хэми провела рукой по его волосам, пуская тысячи импульсов по всему телу. — Болит, — соврал Тэхён, притягивая желанное тело поближе, меж расставленных в стороны ног, и умалчивая о том, где и что конкретно у него болит. — Давай ты еще выпьешь противовирусное что-нибудь? Ох, надеюсь, это не грипп, — Хэми разговаривала с ним очень ласково. Отсветы от экрана телевизора очерчивали ее нахмуренные брови и сжатые в беспокойстве губы.       Вся его болезнь, казалось, была завязана только на самой Хэми. Он зарылся лицом прямо в мягкую ткань ее сарафана на животе, промычав отрицательно и пытаясь унять участившееся сердцебиение, а потом просто вдохнул поглубже. Девушка вплела свои пальцы ему в волосы на макушке, медленно перебирая пряди. Чтобы утихомирить разошедшееся воображение от ее действий и близости, Тэхён оторвался, подняв взгляд наверх, к лицу. Сейчас он, как никогда сильно, не хотел отпускать ее от себя. Ему было невыносимо от неизвестности, маячившей вдали. Всю командировку он мучался от одного и того же — шаткого будущего. Мужчину съедало изнутри от одной только мысли, что через год или два, а может и раньше, Хэми его разлюбит, уйдет, найдет другого… Боязнь быть брошенным полностью поработила его и готова была сломить окончательно. Тэхён смотрел на нее серьезно и сосредоточено, не двигаясь, словно статуя, а затем в его глазах мелькнула робкая надежда, и он произнес: — Может ты смогла бы остаться у меня сегодня? — Он сказал это импульсивно, не думая. Чтобы не сойти с ума окончательно, ему нужна была эта уступка с ее стороны прямо сейчас.       Хэми явно не ожидала такого. Она даже не могла моргнуть, продумывая свой ответ, пока Тэхён смотрел на нее умоляя согласиться. Внутри мужчина уже успел пожалеть о сказанном. Он боялся, что Хэми могла понять его совершенно неправильно. — Хорошо, я останусь, — ее слова вышли неестественно тихими, а щеки налил румянец, который не скрыл даже полумрак комнаты. — Только предупрежу родных, что переночую у тебя. — Ты уже рассказала матери обо мне? — не понимая зачем, но Тэхён спросил об этом. Все-таки тема знакомства с родителями Хэми его тоже волновала не меньше, чем сама Хэми. — Нет, но мама знает, что я встречаюсь с парнем. — Она улыбнулась, видя, как поменялся в лице Тэхён. — Подумала, что вечно прикрываться друзьями глупо, и рассказала. Ты же не против? — Девушка заглянула ему в глаза, ожидая ответа. — Нет. — Тэхён расплылся в ответной улыбке, чувствуя некоторо облегчение.       Хэми не отказалась от его предложения и, более того, ее родители знают о нем. Пусть это была полуправда, но он все равно был счастлив, забыв на время о своих переживаниях по поводу возможного расставания. Девушка при нем позвонила матери и сказала, что не будет ночевать сегодня дома, а Тэхён, в этот момент беззастенчиво слушавший их разговор, растекался лужицей сладкого ликера на ковре гостиной. Сегодня он хотел просто переночевать под одной крышей, никакого тайного подтекста в свои слова Тэхён не вкладывал. Ему просто нужно было знать, что Хэми рядом.       Внезапность принятого обоими решения провести ночь вдвоем, принесла некоторые неудобства. Хэми пришлось надеть одежду Тэхёна, которая была слишком велика для нее. Она чувствовала себя неловко в огромной темно-зеленой футболке и постоянно спадающих штанах, которые приходилось придерживать за поясную резинку, вызывая в Тэхёне бурю эмоций и умиления. О чем-то таком он всегда мечтал, еще со студенчества. Пообещав самому себе, что обязательно купит ей пижаму в ближайшее время, Тэхён раз пять попросил прощения за неимение в гардеробе более маленького размера одежды, вконец вогнав девушку в краску.       Пока Хэми была в душе, Тэхён взял запасной комплект постельного и сначала перестелил свою кровать, а затем стал застилать и диван в гостиной. Проведя добрых пол часа в ванной, Хэми как раз и застала его за этим занятием. Она выглядела слишком прекрасно и соблазнительно с влажными волосами и одетая в его вещи. Тэхён невольно задержал взгляд дольше положенного, буквально слыша, как трескаются и разбиваются его планы на эту ночь о долгое воздержание и физическую жажду. Однако честность и благородство всегда побеждали. Поэтому он сделал над собой усилие, чтобы не выглядеть в ее глазах совсем уж конченым животным, и перевел взгляд на одеяло в своих руках. Пару раз тряхнул им в воздухе, расправляя окончательно и отметая горячие фантазии подальше в угол. Жар будто снова вернулся и охватил его, наплевав на принятое жаропонижающее.       Но Хэми не собиралась уходить и облегчать ему задачу. Она впилась в него цепким взглядом и продолжала стоять напротив. Тэхёну стало совсем плохо. Вот она, стоит так близко, а ему нужно застилать чертов диван. С другой стороны в голову лезли мысли совсем иного характера. Тэхёну начало казаться, что Хэми пожалела о своем решении остаться у него на ночь и сейчас хочет отказаться от своих слов. Ему думалось, что он перегнул палку и мог чем-то ее задеть, обидеть. Мнительность достигла пика. Пытка неизвестностью оказалась невыносимой, поэтому он повернулся к ней и быстро спросил: — Что-то случилось? — Он искренне интересовался, переживая, что ей может быть не комфортно с ним. — Да, — коротко ответила она, еще не успев понять насколько сильно разочарование успело повлиять на ее ответы. — Ты собираешься спать здесь? — Да, — сказал он, немного растерявшись от вопроса. — Хорошо, — девушка как-то враз сникла, а затем добавила тихо: — Не забудь померять температуру перед сном, пожалуйста.       Хэми развернулась и ушла в его спальню. Ёнтан спрыгнул с кресла, на которое Тэхён его перенес ранее, и засеменил за ней вслед. Оставшись один в комнате, он почему-то совершенно не ощутил облегчения. Скорее даже наоборот.       Тэхён бросил одеяло рядом на ковер, решив, что сегодня не имело смысла укрываться вообще. Он клацнул кнопкой на пульте, и свет погас. Улегшись боком на диван, тут же перевернулся. Усталость от перелета меркла по интенсивности с сжиравшими его заживо мыслями. Что имела ввиду Хэми? Почему расстроилась? Ему хотелось выяснить все прямо сейчас, поговорить откровенно. Он одновременно и хотел этого, и боялся. Проворочавшись так где-то с час, Тэхён смирился с тем, что не уснет и лег на спину, заложив руку под голову. Чтобы хоть как то отвлечь себя, он закрыл глаза. Под закрытыми веками вспыхивал калейдоскоп из ярких образов. Хэми возникла перед ним, одетая в растянутый свитер и водолазку, с собранными в хвостик волосами, разозленная его невнимательностью и дотошностью. Именной такой он ее в первый раз и увидел. Такой она ему запомнилась, врезавшись в память. Следом возникла картинка с их первым поцелуем. Унесенный приятными волнами воспоминаний, он бы, наверное и задремал, но Хэми тоже не спалось. — Спишь? — послышался шепот сверху, разрушив магию, и Тэхён моментально раскрыл глаза уставившись в темноту. Хэми стояла над ним, переклонившись через спинку дивана. Тэхён прекрасно видел насколько взволнованной она была, поэтому незамедлительно ответил: — Нет. — Он смотрел на нее очень внимательно, ожидая, что же произойдет дальше. — Я хотела поговорить с тобой, — выдала Хэми, поправив сползающие штаны в очередной раз. — Я тоже… — признался Тэхён на выдохе и сел. На освободившееся место сбоку присела Хэми. — Я включу свет? — Тэхён спросил, но так как вопрос был риторический, потянулся в пульту регулеровки освещения не дожидаясь ответа от Хэми. — Нет, не нужно. — Она остановила его, схвативши за руку. — Если ты включишь свет, я не смогу сказать, что хочу. — Хорошо, — ответил Тэхён, вновь усаживаясь на место.       Темнота скрывала от него ее лицо. Хэми приложила тыльные стороны ладоней к щекам, пытаясь унять смущение. Следом она тут же резко убрала руки от лица, забираясь на диван с ногами и разворачиваясь к Тэхёну корпусом. Резкостью движений она хотела скрыть нервозность, но только сильнее выдавала себя. — Я не хочу спать в разных комнатах… — слова дались ей с трудом. Она сглотнула несколько раз и продолжила: — Я хочу чтобы ты спал со мной на одной кровати, — Хэми замолчала, нерешительно всматриваясь в лицо Тэхёна. Темнота и помогала ей, и мешала одновременно, не давая увидеть реакцию собеседника, что сейчас молчал.       Тэхён же действительно не знал, что думать. Как ему стоит интерпретировать ее слова? Как ответить? Его недавно разнеженный приятными воспоминаниями мозг, теперь работал на своем максимуме, обрабатывая все возможные варианты развития событий. Ему необходимо было уточнить, что она имела ввиду под «спать со мной». — Ты хочешь чтобы бы мы просто спали в одной кровати или спали как мужчина и женщина? — тон, которым говорил Тэхён, был спокойным и угрожающе громким в наступившей тишине комнаты, однако внутри него кипела лава. — Как мужчина и женщина… — незамедлительно последовал ответ, и Тэхён готов был взвыть от того, насколько соблазнительно девушка закусила губу, пытаясь справиться со смущением. Сердце в груди готово было разорваться, но он молчал. — Тэхён? — позвала она, терясь в догадках, и заерзала на месте. — У тебя уже был опыт? — Он опять сбил ее с настроя прямотой вопроса. От его голоса и манеры речи, Хэми ощутила пока еще мелкую дрожь, грозившую перерасти в более масштабное проявление неконтролируемых чувств. — У меня никого не было… — сказала она четко, сцепив в замок руки, безрезультатно пытаясь унять дрожь тела.       Тэхёна не удивил подобный ответ. Он подозревал, что у Хэми еще не было настолько серьезных отношений, но наверняка знать не мог. Поэтому и спросил, чтобы знать как стоит себя повести. Страсть, так долго сдерживаемая им, уже выскочила из клетки и подгоняла бег сердца, срываясь на галоп. — Ты можешь остановить меня в любую минуту, — голос прозвучал непривычно сурово и он пересел так, чтобы оказаться очень близко к Хэми, еле сдерживая себя. — Хорошо? — Тэхён медленно и осторожно провел ладонью поверх ткани выданных ей штанов, проверяя грани дозволенного, и девушка кивнула, совершенно забыв, что возможно в темноте он не увидит этого. — Я доверяю тебе. — Хэми накрыла его ладонь своей и вместе с дрожью, в голос ее проскользнуло предвкушение.       Тэхён медлил всего секунду, после чего Хэми ощутила сладость и мягкость поцелуя. Он всегда начинал целовать ее именно так, с щемящей сердце нежностью, неторопливостью, словно хотел растянуть удовольствие. Она потянулась к нему, скомкав кофту у кромки мужских шорт, в которых с самого начала их диалога уже было тесновато. Хэми было неудобно, Тэхён это почувствовал сразу, как только ей пришлось тянутся к нему за новой порцией ласки. Жадностью похоже страдал не только он один… — Иди ко мне, — шепотом произнес Тэхён, перехватив ее за талию и усадив себе на бедра.       Теперь между ними почти не осталось расстояния, однако Хэми все равно жалась ближе, болезненно давя ему на пах. Тэхён и не предполагал, что она может быть настолько сильной. Казалось, девушка переняла инициативу, первой впившись ему в губы. Прерванный поцелуй возобновился вновь с еще большим напором, но Тэхён быстро переменил настроение. Он замедлил движения языка, впутывая Хэми в сети из совершенно других чувств. Страсть была сейчас неуместна. Если он пойдет у нее на поводу и сильно разойдется, то может сделать больно. А Тэхён хотел, чтобы их первый раз оставил после себя только приятные воспоминания, чтобы она помнила не дикий напор с его стороны, а мягкость и внимательность.       Касания были полны нежности, признательности, обожания и любви. От такой долгожданной близости Хэми задрожала только сильнее. Что не укрылось от Тэхёна. Он внезапно прекратил любые движения, просто обняв и нежно коснувшись губами плеча. — Если тебе страшно, то давай отложим, — начал он, возобновляя утешительные поглаживания по спине, испугавшись. — Не думай обо мне, хорошо? — Это не из-за страха. — Хэми отодвинулась и опять поймала его губы своими. Желание сдвинуть ноги только усиливалось, но сделать этого она не могла, поэтому поцелуй вышел скомканным и нетерпеливым. — Это от того, что я хочу тебя. — С каждым новым признанием, держать слова в себе ей становилось труднее. Теперь Хэми даже не думала, что говорит. — Очень сильно… — Я тоже тебя хочу, — шепнул в ответ Тэхён, не менее страстно, но все равно старался сдерживаться.       Диван жалобно скрипнул, когда их объятия стали более требовательными, а движения резче. Горячие широкие ладони Тэхёна пробрались под одежду, обжигая касаниями кожу спины и натыкаясь на хлопковый топ. Тэхён подцепил кромку кончиками пальцев и огладил лопатки, чтобы затем сместить руки на грудь. Хэми не сдержалась и шумно выдохнула в поцелуй, когда он прошелся большими пальцами задевая соски. Ощущения были новыми и яркими, приятная истома пробивалась сквозь ее неловкость и зажатость, делая более мягкой в руках мужчины. — Нам нужно в спальню, — хриплость голоса Тэхёна вновь ударила в голову Хэми самым крепким вином, пьяня не хуже.       Он подхватил ее под бедра и встал с дивана. Хэми прижалась, обхватив ногами поясницу, громко дыша ему в шею. То с какой бережностью и аккуратностью Тэхён донес ее до кровати и опустил на нее, заставляло сердце заходиться в любви и признательности. Мужчина был максимально внимателен к ней, выталкивая возможные сомнения и все другие мысли, заменяя их собою. Хэми, сидя на кровати, видела очертания его тела, когда он снимал с себя одежду, в отсветах городских фонарей, немного жалея, что не посмеет сейчас попросить включить свет в комнате. Когда кровать прогнулась под его весом, она протянула руки вперед чувствуя потребность коснуться, как можно скорее. Хэми прошлась подушечками пальцев по мужской груди, шее и широким плечам, под аккомпанемент громкого дыхания, где-то глубоко внутри желая пойти другим путем, более откровенным и провокационным. Возможно в следующий раз она будет смелее…       Тэхён позволил ей делать то, что хотелось, разрешая удовлетворить любопытство, прежде чем потянул вверх футболку и топ, оголяя по пояс. Ощутив неловкость, девушка прикрылась руками, сделав это совершенно автоматически. Стеснение взяло верх над ней в эту секунду. Именно тогда в голову полезли ненужные мысли по поводу размера собственной груди и предпочтений большинства мужчин, о которых она еще в подростковом возрасте наслушась от школьных подружек. Тэхён же сделал вид, что совершенно не заметил этого. Он, не прекращая легких, почти невесомых касаний, точно так же, как ранее с одеждой, убрал ее ладони, отвлекая наращивающим страстность поцелуем. Спустя несколько минут такого напора Хэми окончательно сдалась, избавившись от излишней скованности в движениях и обмякла в его руках, позволяя уложить себя на кровать, поверх мягкого одеяла.       Впиваясь поцелуем в выпирающие ключицы и спускаясь к ее груди, Тэхён вслушивался в громкие вздохи и тихие полустоны, будто получая награду за собственные старания. Он выцеловывал каждый миллиметр ее тела, неумолимо спускаясь ниже. Внутри же Хэми вместе со всеобъемлющим желанием боролся страх неизвестности, пока Тэхён неторопливо стягивал с нее штаны с нижним бельем. — Люблю тебя, — проговорил он и поцеловал ее коленку. — Безумно люблю, — не унимался Тэхён спускаясь поцелуями по внутренней стороне бедра, и Хэми задержала дыхание, тихонько пискнув, когда горячий язык широко мазнул по клитору.       Это стало для нее переломным моментом, потому что Хэми совершенно потеряла контроль над своим телом, выгибаясь навстречу неожиданной ласке и не переставая ерзать на месте тазом. Она забылась, полностью упустив тот момент, когда Тэхён лег поверх ее разведенных ног, входя одним уверенным движением.       Боли не было. Было приятное ощущение полноты и цельности… а еще чувство безумной Любви.