Каждый сам выбирает

Праведный гнев овладел Оптимусом, направляя каждый удар его клинка, и Мегатрон почувствовал на себе, на что действительно способен Прайм. Всё его тело уже было исколото и порезано, в то время как лидер автоботов не пропустил ни единого удара и не получил ни одной царапины. Лорд недооценил своего соперника, но быстро исправился и начал грамотно просчитывать свои движения. Это незамедлительно дало свои плоды и следующий яростный удар автобота он с лёгкостью парировал и ударом сначала кулака, потом ноги отшвырнул Оптимуса назад, после чего, открыл по нему огонь из пушки. Первый же выстрел попал в плечевой сустав Прайма и он временно отступил, укрывшись за зданием.  — Признайся Оптимус, тебе не одолеть меня,— прокричал Мегатрон, продолжая стрелять. Ещё несколько попаданий и здание обрушилось бы, лишив автобота укрытия. Взгляд Прайма упал на прокладывавшийся рядом подземный газопровод. Там стоял грузовик с железными трубами в прицепе.  — Ты так уверен в этом Мегатрон?— Оптимус высунулся и дал синхронный залп из своих импульсных винтовок. Они полетели прямо в лицо десептикона и тот закрылся рукой, чья крепкая броня поглотила весь урон. Но стоило руке опуститься, как взгляду открылась толстенная труба, летящая прямо в него. Мегатрон быстро среагировал и одним ударом разрубил трубу на двое, но и тут был подвох. Половинки трубы разлетелись в стороны не попав в цель, но за сразу за ними «прилетел» меч Оптимуса и если бы Мегатрон вовремя не увёл голову, то точно потерял бы её. Но он успел и лезвие проскользнуло по лицу, оставив на нём раскалённый порез. После неудачного удара мечом, Оптимус развернулся на 360 градусов и нанёс удар кулаком в лицо Мегатрона, чуть не сломав его дентопластины. Тот в полу оглушённом состоянии начал наводить пушку, но автобот вонзил один из мечей в руку Мегатрона, а вторым взмахнул по запястью и срезал с него пушку. Орудие упало на землю и автобот пнул его куда подальше. Злость Мегатрона сразу же достигла предела и не заставила долго ждать ответных и максимально жёстких мер. При очередном ударе Прайма, он остановил его кулак в своей ладони и завернул руку, вывихнув её из сустава, после чего незамедлительно нанёс серию ударов в голову. Оптимус пошатнулся и последним ударом с ноги, Мегатрон отправил его в полёт до ближайшей стены. Лорд победоносно и гордо встал над почти поверженным противником, насмехаясь над ним.  — Ну что Прайм, всё ещё думаешь, что ты ровня мне? Скажи мне перед смертью, какого это — окончательно проиграть? Оптимус не ответил ему и скрытно активировал винтовку, когда Мегатрон попытался бы вонзить свой клинок в него, он собирался выстрелить тому в голову. Он скорее всего сам бы погиб....но выполнил бы своё предназначение. Меч Мегатрона воспылал огнём и он замахнулся для последнего удара, который ознаменует его безоговорочную победу в затянувшейся войне. Вот только его ликования прервал чей-то измученный голос.  — Сам скоро узнаешь, Мегатрон! Предводитель десептиконов посмотрел в сторону, откуда исходил голос. Сейбер доползла до отрубленной пушки и с трудом подняв её, нацелила на Мегатрона, нависшего над Оптимусом. Его удивлённый и растерянный взгляд вселил в неё чувство удовлетворённости, желанной мести. Она дёрнула за выпавшие из корпуса провода и пушка выстрелила прямо в своего хозяина. Мегатрон даже не успел ничего предпринять, как заряд попал ему в грудь и прожигая бронью, отшвырнул к тому самому прикладывавшемуся газопроводу. В целях безопасности все трубы проходили под землёй, но часть, длинною в 10 метров, выпирала наружу, чтобы к ней соединяли остальные трубы и только потом замуровывали в землю. Мегатрон повалился на этот небольшой отрезок и своим телом сломал трубу. Газ сразу же высвободился из тесных стен, а раскалённые края раны Мегатрона подожгли его. Прогремел сильнейший взрыв, скрыв в своих огненных объятиях тело десептикона. Цепочка взрывов начала проходить по остальному — подземному газопроводу, озаряя всю базу фонтанами огня, бьющими прямо из-под земли. Наконец Рэтчет смог навести злосчастный мост на позицию автоботов и открыв портал, сам забежал в него. Осмотрев всё и оценив обстановку, он первым делом освободил Бамблби, хотя если бы кто-то сделал это раньше, возможно, что исход боя был бы совершено другим.  — Помоги Оптимусу, я посмотрю что с хранителями,— скомандовал медик,— нужно быстрее уходить, сюда летят ещё люди и они не будут разбираться, кто есть кто. Би помог Оптимусу встать и вместе они принялись затаскивать зелёного здоровяка, а Рэтчет добежал до Смоукскрина с Сейбер и положив свой медицинский чемодан на землю, достал из него портативное диагностирующие устройство.  — Давно это случилось?  — Несколько минут назад,— уточнила Сейбер,— Ты можешь ему помочь? По предварительному анализу, шансы на выживание были 13,4%, но преждевременно расстраивать её ещё сильнее медик не хотел.  — Я сделаю всё, что смогу, но не здесь. Давай сначала с тобой закончим. Рана Сейбер хоть и частично перестала «кровоточить», но по прежнему была крайне серьёзной и угрожала её жизни. Рэтчет достал специальную малую стазисную камеру и прикрепив к ноге автоботки, включил её. Небольшое поле окружило рану и замедлило все процессы в ней, практически полностью остановив их. Медик поднял её на руки и отнёс обратно на базу, уложив рядом с Арси. В это же время разведчик с лидером затащили Балкхэда в портал, и как назло, только тогда он начал приходить в себя. Рэтчет позвал к себе Бамблби, чтобы помочь перенести Смоукскрина.  — Ооочень осторожно поднимаем, как те двигатели тогда. Он и так еле держится нельзя, чтобы ещё и мы навредили.  — Понял тебя. Они занесли павшего на базу и медик сразу же присоединил его к системе жизнеобеспечения. Все автоботы покинули базу людей и портал закрылся за ними. Почти все вехиконы к этому моменту так же эвакуировались, а истребители спешно покинули воздушное пространство. * * *  — А расскажи мне о себе. Кем ты был во время войны?  — На всяких должностях побывал, в основном, был очень удачливым рядовым, а потом, постепенно стал полевым медиком — самоучка, если хочешь.  — И в чём же заключалась твоя удачливость?  — Помню например один случай в первое время моей службы. Автоботы крепко засели в останках крепости и мы целую неделю не могли их от туда выкурить. В итоге, нашему командиру это всё надоело и он послал нас всех на штурм. На пол пути защитники крепости начали поливать нас огнём из стационарных турелей и малокалиберных миномётов. Я с ещё пятью солдатами укрылся в воронке от авиабомбы и начал отстреливаться от туда. Турели не могли нас достать и пришлось миномётчикам. Поблизости один за другим начали греметь взрывы и в конце концов, одна из мин таки попала в нашу воронку. Среди нас был один здоровяк, массивный такой, не знаю как он вообще столько времени выживал, не попасть в него можно было разве что специально. Так вот, мина угодила ему прямо в голову, но при этом не взорвалась. Просто поцарапала, отскочила и упала в центре воронки. Ну мы естественно принялись во всю паниковать и орать. Сейчас я конечно со смехом вспоминаю этот случай, но тогда было реально страшно. Мы пулей вылетели из укрытия, но там в нас сразу начали стрелять турели и мы точно так же забрались обратно. Опять видим эту мину, опять орём, а один вообще споткнувшись, упал на неё. Он подобрал её и попытался выбросить из воронки, но в итоге, она прилетела прямо ко мне в руки, ещё и горячая была. Я тогда вообще чуть не закричал как девчонка и со страху, не глядя кинул её подальше от себя вверх и закрыл глаза. Через непрерывную пальбу прогремел взрыв и нас засыпало градом осколков. Открываю глаза, а мы все живы. Пока приходили в себя, рядом пробегали остальные, радостно заваливая нас хвальбой. Угадай, что случилось?  — Ну не томи уже.  — Оказалось, я случайно закинул мину прямо к автоботам, она упала у какой-то ослабленной опоры и почему-то взорвавшись, обрушила стену, которая рухнув, завалила платформу, где были установлены турели. После всего этого нас ещё к награде хотели приставить, хотя мы все как один отказались.  — Действительно огромное везение. Я представляя, как шесть взрослых парней кричат и мечутся в стороны,— Сельендис не удержалась и засмеялась, на что Нокаут ей предложил.  — Ну-ну, теперь ты расскажи что-нибудь из своего цикла. В этот момент с ним связались с помощью комлинка.  — Нокаут, будь готов принять раненных,— говорил Блэкаут,— их много, множественные критические повреждения. Все снаружи.  — Откуда столько?!  — Расскажу на месте. Приготовь всё и приходи. Связь прервалась и Нокаут запустил всё имеющееся у него в медотсеке оборудование, а после, хотел позвать на помощь Блэр, но вспомнил, что она ушла с Шоквейвом.  — Где ты, когда нужна мне,— проворчал медик.  — Что случилось, кто с тобой связался?  — Снаружи, на полосе как я понимаю, куча раненных. Не знаю даже откуда они взялись. Так ещё и моей возможной помощницы нет на корабле. Не задумываясь, вехиконка сразу предложила свою помощь.  — Так я могу тебе помочь.  — Тогда пошли.....И я не забыл, ты должна мне интересную историю. Оба выбежали в коридор и в последствии выбрались наружу. * * * А вдалеке от корабля, подоспело подкрепление людей, застав разрушенную почти до основания союзную базу. Но нападавших давно след простыл и им оставалось лишь наворачивать круги, оценивая масштаб разрушений. Внизу, у места последней битвы двух предводителей, через обломки начало просвечивать фиолетовое свечение, привлекая внимание людей. Несколько отрядов и пара свежо прибывших вертолётов собрались вокруг и нацелились на воронку от взрыва газопровода. Мелкие камешки начали скатываться от верхушки завала и чувствовалось, как под землёй что-то двигается. Солдаты насторожились, но от этого было мало толку. Здоровенные обломки бетона и асфальта вылетели из воронки, засыпая всё пылью. Мелкая щебёнка непроглядным облаком заполнила воздух и её засосало в турбины вертолётов, от чего те сломались и заглохли, а один из вертолётов и вовсе вспыхнул. И тот и другой вбились носом в землю, разбивая крутящиеся лопасти об асфальт, оторвавшимися кусочками которых, искромсало нескольких солдат. Наружу выбралась еле различимая «человеческая» фигура с горящими глазами, но через секунду свет потух и фигура, превратившись в какое-то пятно, взлетела в воздух, разогнав воздушной струёй двигателей густой туман за собой. Люди направили свои истребители вслед за инопланетным летательным аппаратом и выпустили несколько ракет в него. Мегатрон завидев угрозу, начал кружится вокруг своей оси, одновременно немного меняя высоту, пилоты людей называли этот манёвр «размазанная бочка». Ракеты наводились на тепло, исходящее из сопл двигателей и соответственно, так же начали закручиваться. В итоге две из них врезались друг в друга и последующий взрыв сбил и две другие ракеты. Мегатрона зацепило взрывом, но он смог уйти от преследователей и направился обратно к Немезиде. * * * Медик и его ассистентка выбежали на полосу, а там, рядами, по степени тяжести, стояли раненные. Отдельно от них, в стороне, еле стоял Блэкаут.  — Так что произошло?!— подбежав к нему спросил медик,— Выглядишь так, будто из ада вернулся.  — Мы штурмовали базу людей…..и как видишь, они дали нам достойное сопротивление.  — На кой-чёрт вы туда вообще полезли?  — Потом. Сейчас у тебя есть дела поважнее.  — Ну так пошли, надо тебя в бактакамеру поместить.  — Сначала осмотри вехиконов, состояние моей конструкция на приемлемом уровне.  — Кого ты пытаешься обмануть?......Ладно, посмотрю, на что они там нарвались. Нокаут внимательно обследовал ранения вехиконов, ему ещё не приходилось сталкиваться с такими повреждениями. После, Сельендис и ещё несколько вехиконов с корабля, помогли Нокауту отнести раненных через мост в медпункт. В первую очередь тех, у кого были ранения от бронебойных танковых снарядов. Этот тип боеприпасов пробивая броню, взрывался внутри корпуса, отрывая целые куски от него. Хватало одного-двух попаданий, чтобы убить любого из вехиконов. Однако к их счастью, танкистам было тяжело выцеливать их конечности, а из-за сложной, угловатой конструкции туловища, снаряды часто рикошетили. Поэтому чаще всего против них использовали кумулятивные боеприпасы. Они легко пробивали броню перегретой жидкометаллической струёй, но и наносимые ими повреждения были точечными и далеко не такими разрушительными. Так что большая часть раненных «отделалась» отдельно взятыми уничтоженными модулями и узлами, которые в основном не были смертельными, но выводили солдата из строя. Сейчас им требовалось лишь замена узлов и недолгий курс реабилитации. Медик указал уложить раненных по койкам и погрузив их в стазис, взялся за ремонт немногим более везучих солдат. Всех же остальных, у кого были лёгкие ранения, отправили к апотекариям. Тем временем Мегатрон добрался до своего корабля, на котором о нём благополучно забыли, и приземлился, чуть не рухнув, из-за повреждения двигательной системы. В толпе вехиконов он сразу заметил Блэкаута и быстрым шагом направился к нему.  — Разжалобить до рядового говоришь?!— прокричал он на пол пути,— Победа была в моих руках, но из-за тебя всё провалилось! Блэкаут обернулся в сторону голоса, а Мегатрон подойдя на расстояние вытянутой руки, попытался схватить его, но тот не дал до себя дотронутся.  — Наш провал — это всецело твоя вина!,— выдал он ответное обвинение,— План заключался в том, чтобы быстро вывезти груз и скрыться до прихода подкреплений людей, но из-за твоей некомпетентности 33 вехикона отдали свои жизни, учесть ещё десятерых неизвестна, а остальные практически небоеспособны.  — Тебе хватает смелости, чтобы упрекнуть меня в чём то, но ты забы….  — Смелость здесь не причём! Только ты не понимаешь, что ТВОЯ, жажда окончательной победы, в итоге привела НАС, к бессмысленному поражению. Впредь, я не намерен принимать такие самоубийственные для наших солдат приказы. Ты назначил меня на пост главнокомандующего армией и я имею полное право оспаривать твои приказы, хоть прямые, хоть косвенные! После такой наглости Мегатрон хотел наброситься на летуна и лично дезинтегрировать его, но он был ранен после поединка с Оптимусом. Хотя Блэкаут тоже был не в лучшей форме, однако окружавшие вехконы смотрели на своего предводитела так, будто готовы были открыть огонь по нему, как только он попытался навредить их командиру, которого они знают то всего пару дней.  — Если хочешь добиться победы,— продолжил Блэкаут,— то тебе надо прислушиваться не только к собственному мнению. Масштабы войны давно изменились, нельзя разбрасываться солдатами, не задумываясь о послед….  — Можешь забыть о своей должности,— скребя дентами перебил его Мегатрон. Он ушёл к мостику, мысленно догадываясь, что рано или поздно пожалеет о том, что не прикончил этого отступника при первой встрече, когда у него была такая возможность. Время лишь покажет — насколько сильно. * *  — Видишь ту красную коробку?— указывая на вторую полку шкафчика,— Достань из неё батарею для резака, она синего цвета.  — Сейчас принесу,— вехиконка побежала к полке и найдя необходимое, побежала обратно, протягивая предмет овальной формы,— Вот, держи. Нокаут вставил батарею и включив плазменный резак, начал вырезать верхний лист корпуса одного из тяжело раненных. Ему нужно было добраться до внутренних систем и побыстрее отсоединить сломанные узлы, пока те не повредили остальные.  — Придержи тут, чтоб не вытекало,— он указал на грудной энергопровод, самый большой в теле любого трансформера, он был повреждён и энергон вперемешку с ещё какой-то жидкостью из сломанного фильтра, вытекал прямо на открытые механизмы. От увиденного Сельендис даже стало плохо, как человеку, если бы тот увидел разорванное и окровавленное тело. Но она смогла сосредоточиться и дрожащими руками закрыла энергоканал, пока Нокаут не залатал его. И так один, второй, третий час подряд. Один раненный за другим. За всё время службы она не видела столько ужасов, сколько за этот отрезок дня. Ей всегда казалось, что у медиков самое завидное место в войне — подправь вмятины, вставь обратно сустав, замени пару деталей и всё. Но сейчас, она всерьёз засомневалась, что смогла бы выдержать хотя бы несколько дней на этом посту. Но Нокаут, не в пример ей, был спокоен и сосредоточен, будто ему действительно надо было просто пару вмятин сгладить, а не собрать чьи-то внутренние механизмы воедино. Прошло ещё несколько часов и когда все раненные получили техобслуживание, то и Блэкаут согласился на заточение в бакта-камеру. Он никогда не одобрял подобное и всегда старался либо просто не подставляться, либо если уж не получилось, то самому себя привести в нормальное рабочее состояние. У трансформеров были некоторые системы саморемонта и за определённый периуд времени, они могли восстановить относительно несерьёзные повреждения. Но сейчас Блэкаут и сам понимал, что вариантов у него не шибко то и много. Нокаут закрепил провода к его затылку, для чего пришлось убрать винт, и закрыв камеру, накликал несколько клавиш на панели управления оборудованием. Камера постепенно наполнилась специально изменённым, сверхпроводящим энергоном, который медленно, но эффективно восстанавливал 85% повреждений. Сознание же самого пациента частично отключалось, переводясь в спящий режим. Иными словами — его погружали в искусственную кому.  — Кажется закончили?— спросила Сельендис. Медик посмотрел показатели стазисных камер и устало рухнув на стул, подтвердил её предположение:  — Похоже на то. Показатели в норме, процедура реабилитации начнётся автоматически,— протирая двумя пальцами глаза,— Спасибо за помощь. Ты отлично справлялась.  — Ну да, пожалуйста,— она присела рядом,— И вот так проходит каждый твой рабочий день?— по её лицу всё ещё можно было понять, что увиденное сегодня, она ещё долго не забудет.  — Не бери в голову. В первое время я тоже начал бояться любой синей капли жидкости, хоть отдалённо напоминавшей энергон, но со временем привыкаешь. Стыдиться нечего. На этом корабле постоянно так, днями напролёт никто ничего себе даже не поцарапает, а потом случается что-нибудь серьёзное и всё, до конца дня не выходишь из лазарета. Так и служу для нашего высшего блага…...