Granpa's little whore

— Ч-что?! — взвизгнул пацан, шарахнувшись от несчастного бассейна, как от ямы со змеями. — Т-ты с ума сошел?! Не буду я! Рик в ответ на это лишь раздраженно цокнул языком. — Да ладно тебе, п-пес, ты же любишь, чтобы Рики на тебя слюни пускали, чего тебе стоит немного пофоткаться? И заодно заработать мне немного денежек… — Н-нет! — надулся Морти, сложив руки на груди. — Ни за что, э-это аморально, и-и я не хочу! — Эх, Морти, — вздохнул он, закрыв лицо ладонью. — Честно скажу, я в жизни не видел более закомплексованной шаболды, чем ты… Ну давай. Ты ведь у меня такая куколка, все извра… клиенты нашими будут… Кажется, рыбка наконец-то клюнула. Увидев тень сомнения на лице пиздюка, Рик продолжил заговаривать ему зубы похвалами и в конце, чего и стоило ожидать, добился своего. — Н-ну, один раз попробовать можно, — смущенно почесал в затылке Морти. — Т-только попробовать! Раздеваться полностью он, правда, наотрез отказался, но Санчез и не настаивал. С помощью голограмм и нужного фона удалось мастерски скрыть бетонный пол и обстановку унылого гаража, превратив его в цветущую солнечную лужайку, а будущая порнозвезда, забравшись в бассейн, принялась барахтаться там и плескаться, кидаясь хлопьями пены. На лице паршивца появилась полная детской непосредственности ебучая улыбка с ямочками на щеках, как будто его никто и не заставлял фотографироваться, и в то же время сырая насквозь желтая майка так облепила щуплое тело, что… — Д-детка, а можешь развернуться попкой? Д-для кадра надо! Ишь ты. Как ебаться с вибраторами, так ему ничего, а тут — смотрит из-за плеча, стыдливо зарумянившись и опустив ресницы, по нетронутым загаром, молочного цвета бедрам стекает пена, мокрое белье подчеркивает округлость маленьких ягодиц, и видит бог, Рик в какой-то мере понял тех версий себя, что захотели бы вставить этому сученышу как следует…       С его языка чуть не сорвалась команда снимать трусишки, но, пересилив свой порыв к искусству, он велел пиздюку сворачиваться. — Уже все? — удивился тот, так и продолжая стоять раком. — Б-больше не будешь фоткать? — Иди, — отвернувшись, ученый кинул ему полотенце. — Для первого раза мне вполне достаточно! "МортиХаб" ждал его. Убравшись в гараже, Рик сел за компьютер, вдумчиво просматривая кадры и выбирая лучшие. А выбирать нашлось из чего, ведь, не имея опыта фотомодели, его пиздюк, скорее всего, интуитивно чувствовал своей тупой башкой, как лучше встать и повернуться для хорошего кадра. Вот она, блядь, настоящая мечта педофила — невинное дитя, будто бы не понимающее, насколько оно хорошо собой, и беспечно выставляющее голые ножки и не только на всеобщее обозрение… "Отменить". Внутри Рика бурлили смешанные чувства. Собственная идея, казавшаяся такой гениальной, споткнулась на последнем этапе реализации, ведь при мысли о том, что другие Рики будут дрочить на его пиздюка, почему-то вдруг захотелось скрипеть зубами от злости. Уже начав было загружать фото на сайт, он остановил процесс и, выдохнув, от души хлебнул водки. А потом перенес все снимки в отдельную папку и защитил ее паролем. — Пусть пока тут побудут, — буркнул он сам себе, выключая компьютер. — П-потом выложу…

***

— К-куда мы летим? — Увидишь, — как всегда, ушел от ответа Рик, механично крутя штурвал тарелки. Его руки спокойно лежали на руле, а Морти… а Морти представлял, как это часто с ним бывало, его пальцы у себя в заднице. Сесть бы к нему на колени да поцеловать — хорошо так, с языком, чувствуя удушливый запах перегара, а потом сползти на пол и отсосать, заглатывая до горла, а потом Морти хотел бы, чтобы его швырнули на заднее сиденье и трахнули. Жестко и долго, чтобы ноги потом не сходились, он отдал бы все за это, но увы! Это был первый его настоящий Рик, к тому же, не самый плохой, так что парень точно не собирался портить отношения с ним своей ебучей похотью. Ради сохранения мира в семье он старался держать себя в руках изо всех сил, потому что в душе его жила слабая надежда, что хотя бы этот Рик будет видеть в нем чуть больше, чем просто шалаву… И пока, вроде бы, получалось. Они жили, ссорясь не больше обычных Риков и Морти, дед возил его на сделки со всякими стремными инопланетянами — скрывать мозговые волны и даже иногда угощал мороженым, а про ту эротическую фотосессию он уже и не вспоминал. Сначала сама мысль об этом поначалу показалась Морти отвратительной, но потом, чуть остыв, он подумал — а разве ему, годному в этой жизни только для раздвигания ног, не все равно? Ну и пусть. Может, среди любителей подобных фотографий найдется тот, кто захочет увидеться с ним лично и трахнуть — так Морти и решился. После фотосессии Рик больше эту тему не поднимал, и в голову мальчика иногда закрадывалась мысль, что он вообще передумал… — Приехали! О, нет — по коже Морти побежали мурашки при одном взгляде на это здание. — Р-рик, зачем мы здесь? — спросил он, изо всех сил стараясь не закричать. — Д-давай не!.. — Пошли, — старик дернул его за руку. — Мне нужно кое-что узнать!       Сердце забилось, как бешеное. Больше всего юноше хотелось, как коту, вцепиться в кресло когтями и не выходить из тарелки, но Рик тащил его вперед, петляя по коридорам. Серым, длинным, бесконечным коридорам… — Ха, вы гляньте! — О, смотрите, кто вернулся! — Чт-эээ, приятель, уже намучился с этой блядью?! Гнусный гогот обрушился на Морти со всех сторон. Как загнанный зверь, он оглядывался по сторонам, искренне надеясь не увидеть среди десятка одинаковых ненавистных лиц одно, самое ненавидимое — и оно, конечно же, оказалось тут… — Чем обязан? — слегка грубовато спросил начальник цеха, едва мазнув взглядом по Рику и уставившись на Морти так, что внутри все перевернулось. — Мне это, нужна история болезни моего нового пиздюка. Хочу узнать больше о его дефективности! Тут ничего не изменилось — все те же холодные, залитые ярким светом цеха, машины, равнодушно выплевывающие новых Морти в этот жестокий мир. Все те же запахи… звуки… — А нам отсосешь, п-эээ-здюк? Коридоры, из которых нет выхода. Горький вкус таблеток и чуть позже — рвоты. Лязг железных засовов. Запах паленых волос… — Подождешь нас здесь, ладно? Морти едва ли слышал, что ему говорят. Стоило только Рику с ним скрыться, как он быстрым шагом пошел прочь под перешептывания и смешки заводских рабочих. Сначала пошел, потом — побежал… — Перестань скулить. Закрой рот и делай, что сказано! С размаху закрыв за собой дверь туалета, Морти медленно сполз на пол, прижав ладонь ко рту. Его тошнило. Мысли в голове перемешались, и ни одну из них он поймать не мог. Вроде, холодно не было, но его колотило, как на морозе, и не получалось нормально дышать… Добро пожаловать домой.