Granpa's little whore

— Опять, — сморщился Рик, сцапав с верстака очередное криво вырезанное сердечко из цветного картона. — Заебал уже, честное слово… Куда ему было деваться от любви пиздюка?! То какую-то дебильную железную дорогу из сувенирной лавки припрет, то сраные букетики с цветами, то эти открыточки — нахуй все это нужно великому гению?! У Рика не было никакого желания тратить время на сентиментальную чепуху. Раздраженно фыркнув, он подвинул к себе кресло ногой и, сев за очистившийся верстак, приступил к работе. Но сосредоточиться ему толком не дали… — Рик, что ты делаешь?! — вдруг появилась на пороге эта, мать его, заноза в заднице. — У нас через час кино уже начинается! — К-какое еще кино? — Обычное! — Морти сердито потряс билетами, зажатыми между пальцев. — Ты сам согласился пойти неделю назад, помнишь? — Ээээ… Санчез растерянно почесал в затылке — возможно, он и соглашался, дабы не слушать раздражающего нытья, но вспомнить этот эпизод, увы, никак не мог — а впрочем, похуй. — Я занят, м-мелкий, — махнул он рукой. — Вообще, как ты смеешь меня отвлекать с такой ерундой?! Тебе должно быть стыдно! — П-прости, Рик, — пацан хлюпнул носом, буквально за секунду сделав такую несчастную кислую рожу, что даже стало не по себе. — Я с-схожу сам…       Да ёб твою налево. Разбросанные детали на верстаке моментально вылетели из головы Рика — почему-то его вдруг страшно взволновала согнутая спина уходящего пиздюка… — А ну, стоять! — рявкнул он, вскакивая. — Через портал быстрее будет!.. Час до сеанса — это оказалось еще дохера. Морти даже успел накинуть пиджачок поверх желтой майки, уложить волосы гелем и напшикаться удушливым одеколоном, точно собрался не в кинотеатр, а на выпускной. Мало было Рику самого факта внезапного отрыва от дел, так еще и фильм этот идиот выбрал самый, блядь, подходящий — «Между Риком и Землей»! Спасибо хоть, что не «Мортисотку» или «Пятьдесят первых приключений»… Все это зашло в чуждую Рику сферу розовых соплей, но он почему-то терпел, даже когда пиздюк повис на нем и впихнул в его граблю свою потную дрочерскую ладошку. Он чувствовал себя неловко, странно, откровенно глупо и искренне надеялся не встретить никого из своих знакомых, дабы потом не словить град насмешек. Бежать было некуда. Полная воображаемых монстров пещера кинозала поглотила их обоих на ближайшие полтора часа как минимум! Все это дерьмо надо было просто перетерпеть. Закинув ноги на спинку пустующего впереди сиденья, ученый лениво хлебал коньяк из фляги и смотрел в основном не на экран, а на Морти. То, как мелкий был поглощен сюжетом, не отрывая взгляда от этих дешевых актеришек с посредственной игрой, было, пожалуй, даже умилительно. Чувствительная маленькая сученька — наверное, эта примитивная незамутненность восприятия и является основой того, почему многих Риков (но не его точно) так иррационально влечет к Морти… — Тебе понравился фильм, Р-рик? — Ага, — буркнул он, а сам в это время думал, что парфюм пиздюка не так уж и дурно пахнет. Было бы неплохо принюхаться к нему непосредственно на голой коже… Морти, даже не подозревая, в какие похабные дебри вдруг зашли мысли его деда, с довольной лыбой шел рядом, продолжая держать его за руку. О чем-то трещал, но Рик слушал в полуха. Наверное, его сбили с пути истинного, но про работу он уже и думать забыл. — С-слушай, пес, м-может, возьмем бутылочку вина, хавки и посидим дома, что скажешь? Морти от подобного предложения засветился так, что аж глазам стало больно — как же просто его впечатлить! Хотелось поскорее скрыться от чужих глаз. Хотелось пережить момент недостойной для Рика сентиментальности в одиночестве… но в последний момент что-то пошло не так. Когда они подходили к своему дому, и у старика на локте уже болтался пакет из ближайшего супермаркета, им на глаза попался черный мотоцикл, расписанный безвкусными черепами и языками пламени. И если Рик только отстраненно отметил, что этот мудак припарковался в неположенном месте, то Морти, испуганно пискнув, почему-то спрятался за его спину… — Что такое? — шикнул он, но ответа не получил. Прямо в их сторону шел другой Рик — в кожаной куртке, с окладистой бородой и повязкой на один глаз. — Здарова, — поздоровался он, вроде, со своим собратом, при этом пытаясь высмотреть за ним притихшего пиздюка. — Приятель, я тут своего Морти посеял, ты его не видел? — Твоего? Нет, — прищурился Санчез. — Я тут вижу только своего, который ведет себя как-то странно… От приподнятого настроения Морти не осталось и следа. Бледный, как прокисшее молоко, он опустил голову и еле слышно сказал: — Р-рик, э-это… это просто мой бывший…