Я нужен тебе?

      Утро.       Сегодня Антон проснулся с хорошим настроением, на удивление самому себе. Хотя кому ещё удивляться, если он один как лавровый лист в тарелке борща. Но даже это не особо испортило ему настроение. Вероятно, так радостно он себя чувствовал потому, что спал вчера до часу дня, а потом целый день смотрел какое-то юмористическое шоу по телевизору. Именно поэтому ранее пробуждение он принял достаточно адекватно. Однако, вчера вечером появилась ещё одна составляющая хорошего сегодняшнего настроения. Вчера Попов сообщил радостную новость о том, что сегодня у Антона сокращённый день и, конечно же, парень был вне себя от радости. Ну не внешне, но внутренне точно.       Антон резко встал с кровати и так же резко сел обратно. Ох, уж это низкое давление, откуда оно взялось вообще? Как пришло в лет двенадцать, так до сих пор при нём. Шастун всегда говорил, что это явно была акция «почувствуй себя дедом под шестьдесят» и он, конечно, себя таковым и чувствовал.       После того, как резкое потемнее в глазах и головная боль прошли, Антон побрёл в ванную. Став перед старенькой, в местах пожелтевшей, раковиной, он уставился в грязное зеркало. В зеркале он наблюдал своё «прекрасное» лицо и тонкую шею. Он присмотрелся и неудовлетворенно шикнул. Его лицо было болезненно бледным, и на фоне всего остального сильнее всего выделялись острые скулы. Он подумал немного освежить себя и решил сбрить лёгкую щетину. Взяв бритву с полки, он принялся за дело. Через десять минут, в зеркале он видел всё того же себя, только больше похожего на молодого парня. Теперь он, довольно кивнув, пошлёпал босыми ногами в сторону кухни.       Заварив себе недавно купленный чай, за тридцать рублей, он довольно улыбнулся. Открыв холодильник, он достал оттуда булочку с маком и положил её на стол. Наконец-то он позавтракает. Теперь, с самым лучшим, как ему казалось, настроением за последнее время, он принялся есть булку и запивать её чаем.       Через пять минут с трапезой было покончено, поэтому сытый Антон отправился одеваться.       Он достал персиковый свитшот и чёрные джинсы. Одевшись, он нацепил кольца с браслетами и побежал к выходу. Как только парень закрыл дверь, у него зазвонил телефон. Звонил, что очень неожиданно, Попов. Антон недоверчиво глянул на экран, и обречённо выдохнул:       — Алло? — неуверенно произнёс парень, думая, или же попросту надеясь, что мужчина ошибся номером.       — Здравствуй, ты ещё дома? — своим чертовски идеальным, впрочем как и всегда, голосом, поинтересовался мужчина.       — Э… — Шастун завис от такого вопроса. Парень, слово забыв, где он, осмотрелся вокруг. — Нет, но я ещё в подъезде… А что? — с нотками недоверия спросил он. Ну а как иначе? Не только эта глыба льда тут хитровыебанная.       — Скинь мне свой адрес. Я пришлю машину, — спокойно отчеканил мужчина, не нуждаясь в словесном согласии.       — Чё? — громко выкрикнул Шастун, но вспомнив о том, что его скандальная соседка напротив, вероятно, ещё спит в семь утра, сказал тише: — Арсений Сергеевич, зачем? — испуганно спросил блондин. Он засуетился, думая, что может, он уже опоздал?       — Шастун, не задавай посторонних вопросов, — раздражённо фыркнул мужчина, и, чуйка Антона подсказывала, что он недовольно нахмурился.       — Но всё-таки… — не договорил Антон, понимая, что его вопрос поняли и без окончания.       — Меня раздражает, что человек, с которым я нахожусь большую часть дня, смердит стариками, — брезгливо произнёс Попов, так толком и не ответив на вопрос. — Привыкай, бестолочь. Отныне и до дня твоей зарплаты ты будешь ездить на машине за мой счёт. Она будет у тебя в одно и то же время, — начальник замялся, видимо, обдумывая время прибытия такси. — Пожалуй, в семь будет сносно, — говоря больше сам с собой, произнёс Арсений Сергеевич.       — Пожалуй… — выдавил из себя парень, всё ещё обдумывая происходящее. Видимо, голова от шока варила плохо, поэтому он выкинул шутку: — Арсений Сергеевич, а вы уверены что от меня воняет стариками из-за автобуса? И вообще, зачем вы меня нюхаете? — закончив, парень натянул гаденькую улыбочку, пользуясь тем, что Попов её не видит.       — Антон, мой дорогой, незаменимый, внеорбитно прекрасный, неописуемо полезный сотрудник. Если ты осмелишься ещё хоть раз выкинуть похожее подобие на шутку, то я лично отправлю тебя в пешее эротическое, — злобно процедил слова мужчина.       — Мой бесконечно прекрасный, гениальный, оригинальный, а самое главное добросердечный Арсений Сергеевич, — сказал Антон и замялся.       Его Арсений Сергеевич? Это было весьма опрометчивое заявление. Но, несмотря на свои стремительно краснеющие щёки, Антон на этом, не остановился:       — Не потому ли вы злитесь, что в каждой шутке есть доля правды? — закончил Антон, поиграв бровями. Если он и флиртовал, то только со стеной, ибо даже какой-нибудь тёти Зины рядом не было.       — Антон… — закипая, как супчик на плите, зашипел Попов.       — Ладно, я понял, не злитесь, а лучше улыбнитесь, — успокоил босса Шастун. Поэт херов. А какая рифма! Каким отчаяньем сквозит от этих строк! М-да, если чем-то и сквозит, то только от Антона и только идиотизмом.       — Шастун! — яростно выкрикнул мужчина. На миг, Антон почувствовал себя как нашкодивший школьник. — У меня нет времени на то, чтобы с тобой трепаться. В конце концов, имей совесть. Если с кем-то хочешь поговорить, то говори с бабками на лавочке у подъезда. Живо скинь свой адрес! — за всё время своего монолога, он не разу не понизил голос. Орал так, будто Антон пытался только что его изнасиловать.       — Я понял, — в пол голоса промямлил Антон. Да, он расстроен. И ничего что он сам до этого довёл. Просто не нужно принимать всё так близко к сердцу. А Антон… У него просто тонкая душевная организация! Поэт, как никак. Вот именно. Никак.       Пока Антон усердно занимался самокопанием, Арсений молча бросил трубку. Когда парень всё-таки пришёл к выводу, что он лох, и причём именно лох, а не любитель одесского хлеба, он превратился из чучела жирафа (если они существуют, конечно) обратно в человека. А сразу после, он отослал Попову свой домашний адрес. Начальник же ограничился сухим: «Жди на улице». М-да, не густо.       Антон медленно двинулся вниз по лестнице и, как обычно, навернулся на последней ступеньке. Быстро поднявшись с колен (как драматично) он отряхнул с джинсов пыль и, как будто ничего не произошло, покостылял дальше. По ощущениям в ноге, было похоже на то, что он сломал её к чертям собачьим. Но он же мужик, а не баба какая-то! «Поболит и пройдет» лучше лекарство из детства Шастуна. Собственно говоря, открыл сие чудо его отец, а на всякий случай, чтобы вообще беспроигрышно было, изобрёл ещё и «если будешь ныть, пиздюлей отхватишь». Ох, уж это счастливое детство!       Стоя у подъезда, парень достал пачку сигарет и выудил оттуда одну никотиновую палочку. Он поджёг сигарету, что была удержана меж двух пальцев, и с удовольствием затянулся. Через десять минут у подъезда остановилась чёрная BMW.       Антон открывал и закрывал рот, слово рыбка на суше. А судя по машине, Арсений Сергеевич перепутал обычного бычка с золотой рыбкой. Шастун аккуратно подошёл к машине и открыл дверь спереди.       — Извините, вы за мной? — не веря своему счастью до конца, поинтересовался Антон. Он начал чуять, что за эту машину у него сегодня будет два конца, и, если что-то пойдет не так, то один будет в нём. Хотя, что может быть не так? Это же такси. А это же Шастун! Ну, тогда не логичный исход вполне логичен.       — Шастун Антон Андреевич? — поинтересовался мужчина, аля «рожа кирпичом». Хотя на самом деле это больше смахивало на пафосный «poker face».       — Он самый…       Тупой. Именно этого и не хватало в ответе. Какой ещё «он самый»? По лицу водителя было понятно, что Антону пора где-то спиздить внука. Сказал бы ещё «я за него», тогда можно сразу в дом престарелых.       — Тогда садитесь, — сказал мужчина, даже не поднимая взгляд на Шастуна. Антон, можно сказать, был рад немногословности водителя и спокойно сел в машину.       Мужчина сразу поинтересовался, что любит слушать Антон, и не хочет ли он включить свою музыку. Парень хоть и хотел, но понимал, что если сейчас он включит «Пошлую Молли» или «Френдзону», то водитель явно не оценит выбор Шастуна. Поэтому, он ограничился предостережением о том, что не приветствует шансон.       Водитель понятливо кивнул и включил какую-то классическую музыку. Не то, чтобы Антон удивлён, но кто сейчас слушает классику? Но он довольно быстро отпустил нить мысли и прикрыл глаза. Конечно, он спал вчера целый день. Но сегодня он не выспался, поэтому, через минуту он погрузился в сон.       Как не странно, проснулся Антон от того, что его трясли, ухватившись за плечо.       — А, да?.. Я…Что? — бессвязно бормотал парень, еле открыв глаза. Водитель невозмутимо произнёс:       — Мы на месте, — ёмко, но не менее понятно, чем долгий монолог.       — А… Ладно… — тихо сказал Антон и потянулся к ручке двери. Как только он открыл дверь, он вспомнил о нормах приличия и сконфуженно произнёс: — Спасибо вам.       А после, вышел из машины и захлопнул дверь.

8:33

      Парень подошёл к входу здания и вытащил телефон из кармана. Лишь мельком взглянув на время, он сжал мобильник и на эмоциях выкрикнул:       — Агх! Я уверен, это проклятие! — ныл Антон, а люди вокруг косились на него с таким видом, будто он прокажённый. Он зло зыркнул на дамочку, что смотрела на него и шептала что-то на ухо своей подруге. Какие же люди глупые. Вечно пялятся так, что ты чувствуешь себя животным в клетке       Парень не выдержал, и крикнул женщинам:       — Чего смотрите? Тут вам не зоопарк!       После этих слов парень почувствовал, что этот выбор явно повлияет на развитие истории в будущем. Ведь он выбрал путь старого деда. И он вот вообще не удивится, если однажды над ним начнут всплывать таблички, на которых будет написано что-то вроде: «У вас недостаточно очков милого парня. В будущем, это скажется на отношениях персонажей к вам».       Шастун отвёл взгляд от насупившихся женщин и быстро пошёл к входу. Он летел к ступенькам (удивительно, что не с них) и недовольно бурчал себе под нос что-то о вселенской несправедливости. С яростью распахнув стеклянную дверь в офис, он нервно шагнул внутрь. Уже не замечая светящихся людей вокруг, он ровным шагом побрёл к кабинету Арсения Сергеевича. Почему-то у него был настрой рвать и метать всё и даже всех вокруг.       Как только парень переступил порог кабинета, в него устремилась пара злых глаз. Но парень, будучи уже на взводе (всё ещё непонятно от чего конкретно) сказал только сухое:       — Здрасьте.       Шаст сам от себя такого бесстрашия не ожидал, а что уж говорить о начальнике?       — Антон, — высокомерно окликнул его мужчина и сложил руки на столе. Антон испуганно застыл у дивана, но стоял так недолго. Через несколько секунд парень поднял голову, и скептически поднял бровь:       — Что? — чётко и до ужаса металлическим голосом спросил Шастун. Мужчина лишь сильнее сжал пальцы на локте.       — Ты решил строить из себя идиота? — задал вопрос Попов, тоже подняв бровь, тем самым отзеркалив лицо Антона.       — Строить? А вы, разве, меня им не считаете? — раздражённо спросил парень и бросил куртку на диван.       — Раньше не считал. Теперь задумываюсь, — плюнул мужчина и сжал челюсти от подступающей злости. — Ты в какие игры со мной играешь, а, Шастун? — задал риторический вопрос мужчина и медленно встал с кресла.       — Ах, вот что для вас игры. А я то думал это что-то более интимное, — ядовито, словно змея яд, выплюнул Антон.       На что он злиться? Сам не понимает. На то, что утром ему сказал Попов? Нет. Он ведь и похлеще слышал. На то, что вновь не успел к назначенному времени? Нет. Он привык за двадцать лет. На то, что мало поспал? И это тоже мимо. Утром его настроение было лучше некуда. Но ответ более чем очевиден. Он просто устал. От всего и всех. А ещё, конечно, не забудьте о том, что его настроение по жизни скачет ловчее, чем у девушек в ПМС.       — О-о-о-о, — зло протянул Арсений Сергеевич и блеснул токсичной улыбкой, — Значит, ты хочешь что-то более интимное? У меня есть предложение для тебя. В недрах этого кабинета есть до ужаса интимные бумаги на подпись и не менее горячие контракты на сто страниц, которые ты очень сексуально будешь проверять до глубокой ночи, — он закончил свой монолог и довольно улыбнулся, словно нашкодивший и не пойманный кот, который изуродовал всю мягкую мебель в доме.       — Я… — попытался что-то сказать Антон, но не смог. Он буквально тонул в своём негодовании. — Но вы ведь обещали сокращённый день! — яростно прошипел парень.       — Что-о-о? — с непониманием протянул слово Попов и приложил руку к щеке. А через несколько секунд он наигранно сделал вид, что понял, о чём идёт речь. Однако этот цирк долго не продлился и, из практически милого лица, оно приняло зловещее выражение. — Я ничего не обещал, поэтому за работу.       — Ну как же, конечно, я и не сомневался, — с раздражением произнёс Шастун.       — Давай, пулей к кофемашине и обратно. Не забывай, тебя ждёт самый весёлый день в твоей жизни, — сказал мужчина, схватив куртку парня и вешая её на вешалку.       — Что вы, что вы. Я запомнил. Я сейчас мигом принесу вам ваш любимый прекрасный кофе, — парень натянул улыбку на лицо (а так хотелось пакет на голову Попову) и направился к двери. Его тут же окликнули:       — Антон, если принесёшь плохой кофе — уволю к чертям собачьим, — безразлично поставил перед фактом Попов.       — Да уж лучше к собакам и чертям, чем с вами, — пробубнил Антон и вышел из кабинета.       Он грозно шагал к офисной кухне и представлял, как он подсыпает яд в будущий кофе. На кухне он заметил Серёжу и поспешил ретироваться вон.       Не успел он юркнуть за дверь, как услышал:       — О, Тотошка, ты куда собрался?       Парень состроил разочарованную гримасу, но обернулся уже с полуулыбкой:       — Приве-е-е-т, — виновато протянул Антон. — А я тебя не заметил, — нагло врал Шастун, потирая затылок. Мужчина недоверчиво поднял бровь, а потом всё же улыбнулся.       — Ладно уж. Бывает. Что, Арсений послал? — спросил мужчина, хватая стакан с кофе. Парень легко кивнул, и пошел по направлению к кофемашине. Он не удержался и тихо сказал:       — Я бы тоже его послал. Только в пиз… — не успел он договорить, как в комнату с визгом залетела Фролова.       — Мальчики-и-и, — взвизгнула она и потрясла телефоном в руке. — Угадайте, у кого сегодня свидание?       Парни уставились на неё, а их лица были искажены в немом вопросе.       — Вы что, дурачки? — девушка уставилась на них в ответ. После красноречивой тишины, она ответила: — У меня свидание! Поняли?       Парни переглянулись и через мгновение рассмеялись. Антон наконец расслабился, и, пока окрылённая Оксана щебетала о предстоящем свидании с некой Ириной… стоп. Что?       Антон напрягся, пытаясь разглядеть сарказм в речи Оксаны, но ничего приблизительного к сарказму не нашёл. Поэтому он тяжело выдохнул и решился спросить:       — Оксан… — замялся в начале он, а потом уловил заинтересованный взгляд двух пар глаз и продолжил. — Ты… э-э-э, тебе нравятся девушки? — парень с опаской поднял взгляд на девушку, а та лишь покачала головой.       — М-да, я конечно тебе об этом не говорила, но я думала ты сам догадался. Или у тебя радар барахлит, а, рыбак? — проговорила Оксана и ехидно улыбнулась.       — Так я ведь гей, а ты лесб… — не задумываясь сказал парень, а потом резко оборвал предложение. Фролова довольно хихикнула, а Серёжа закатил глаза и нахмурил брови. Парень, удивленный такими реакциями, склонил голову.       — Серёженька, — прозвучал зловещий голос Оксаны, — ты мне должен тысячу, — закончила она и мило улыбнулась. Мужчина фыркнул и всем своим видом показал недовольство. Шастун лишь часто моргал, уставившись на ребят.       После длительной тишины, Серёжа всё же подал голос:       — Мы поспорили, гей ты или нет. Я говорил, что нет, — Матвиенко апатично закончил фразу и уставился на чашку кофе у себя в руках. Антон кинул испепеляющий взгляд на коллег и нервно поправил волосы.       — Но зато в нашем офисе об этом можно говорить практически со всеми! — попыталась разрядить обстановку Окс. Антон непонятно посмотрел на Оксану, а та неловко хихикнула.       — Что ты имеешь ввиду?       — Как это что? — девушка недоверчиво окинула собеседника взглядом, ожидая подвоха. — Ты правда не заметил? — прикрикнула администратор, широко распахивая глаза. Антон лишь отрицательно качнул головой. Серёжа шикнул на девушку и обернулся к двери.       — Антон, ты либо слепой, либо тупой, — совсем не дружелюбно отозвался Матвиенко. Парень лишь скептически закатил глаза на подкол от коллеги.       — Так, не ругайтесь! Не заметил, ну и что? Это никому не навредило, — начала ворчать Окси. — Антон, наверное ты уже понял, но всё же, практически все работники нашего офиса представители сексуальных меньшинств, — сказала девушка Антону. Парень задумчиво кивнул, продолжая смотреть на туфли Оксаны.       — А что на счёт Попова? — задал вопрос Шастун. Его девиз по жизни «сначала делай, а потом можешь думать, сколько душеньке угодно!»       — Кхм, — понизила голос коллега. — Антон, эта тема не приветствуется в нашем офисе. Не думай даже спрашивать об этом у кого-то из офиса! — девушка погрозила Шастуну пальцем, чуть нахмурив брови.       — Это настолько криминально? — не веря, переспросил парень. Его глаза загорелись искрой интереса, а мозг сам по себе начал составлять план по выведению Попова на чистую воду.       — Это насколько криминально, что равно тому, что я подойду к сборищу гомофобов и скажу, что я лесбиянка, — доступно объяснила Оксана. Антон с неумолимым интересом посмотрел на дверь, ведущую из кухни прочь, и мысленно потёр ладоши.       — Антон, ты понял? — с волнением переспросила коллега и сделала шаг вперёд. Матвиенко проследил за взглядом Шастуна и сказал:       — Окс, перестань давить на него. Он уже смыться хочет из-за твоего монолога, — весело заметил армянин, так и не уловив суть взгляда Антона. Блондинка устало вздохнула и отошла от парня на несколько шагов.       — Да-а-а, я понимаю Оксан, — запоздало ответил Шастун и ухмыльнулся. Девушка разочарованно отвела взгляд, а Серёжа понимающе посмотрел на Оксану.       — Ну, короче, до встречи! Удачного дня, ребят, — доброжелательно кинул парень и, схватив стаканчик с кофе, вышел из кухни. Антон теперь уже бодро направлялся в кабинет начальника. Быстро зайдя внутрь, он подошёл к столу и поставил напиток.       — Ты стал энергичнее, — без эмоций заметил босс. — Кофе моего по дороге хлебнул? — задал он вопрос, на который ответа не требовал. — Хотя знаешь, за то время, что тебя не было, ты вполне успел бы сходить в кафе и выпить кофе там, — с явной претензией заявил Попов.       — После таких претензий действительно хочется выпить, но не кофе, — мило, словно признавался в симпатии, съязвил Антон. Мужчина раздражённо сказал:       — Знаешь, у меня к тебе столько претензий, что ты просто сопьёшься, — не оставил без ответа комментарий Антона Арсений Сергеевич. — Но я тебе вот что скажу — делай что хочешь: пей, кури, принимай, колись, нюхай, только в нерабочее время. И будь добр, чтобы не случилось, как бы ты не провёл ночь и вечер, приходи на работу. Я тебе не за красивые глаза и острый язык плачу, — улыбаясь, сказал начальник. Антон не мог не сказать что-то в ответ. Он хотел, чтобы последнее слово было за ним.       — Мой язык не только острый, Арсений Сергеевич. Но, увы, вы этого не узнаете, — пожал плечами парень и отвёл взгляд.       — Антон, если я захочу, то узнаю, — поднял игривый взгляд Попов. — Но сейчас, я хочу, чтобы ты наконец приступил к проверке документов.       Вот она, птица обломинго собственной персоной. А все гадали, как же она выглядит! Запомните дети, не водитесь с дядями, которые ломаются как семиклассницы. А иначе, вы не дождетесь дня, когда эти самые дяди, наконец, снимут чёртово нижнее белье. Антон, кажется, уже повёлся. Но он думает, что это не на долго. Так было всегда. С чего бы сейчас что-то менять? Единственное, что Антон меняет по собственной воле, это мелодию на будильнике и трусы. И то, с трусами до конца не ясно, по собственной воле, или, всё же, из-за общественных устоев.       Пока мужчина серьёзно смотрел на бездушный (как и он сам) кусок бумаги, Антон обречённо вздыхал над очередным тупым (как и он сам) предложением. У парня создалось впечатление, что Попов ему специально накидал бесполезных и глупых контрактов, чтобы тот сначала словил знатный кринж, а потом начал морально подыхать.       — Ты можешь стонать тише? — раздражённо прошипел начальник и поднял на блондина убийственный взгляд. Антон же подумал, что если он пошутит, ему станет легче:       — Такой функции нет, могу только громче, — с абсолютно спокойным лицом сказал парень. Мужчина окинул его странным взглядом, а потом произнёс:       — Милый мой, либо ты закроешь свой рот сам, либо его закрою я, — кажется, мужчина совсем не шутил. А Антону было скучно. Смертельно скучно. Поэтому он предпочитал сегодня умереть от руки этого прекрасного мужчины, нежели от скуки.       — Арсений Сергеевич, вы сегодня такой инициативный! Получается, чтобы раскрутить вас на секс, мне всего-то нужно ещё тут поработать? — с козырей пошёл Антошка, как бы ему не пришлось копать себе могилу вместо картошки.       — Если не закроешь рот, не дойдет даже до петтинга, — неожиданно для Антона спокойно ответил мужчина. Антон покраснел, но сделал вид, будто ему по барабану. Вот и вывели ментального девственника на чистую воду.       Попов издал довольный смешок и продолжил разгребать документы. Антон недобро зыркнул, но заткнулся.

***

      Антон в очередной раз чуть не заснул. Нет, сейчас не совсем поздно, но документы до чёртиков скучные, а ещё скучнее их проверять. Парень зарылся рукой в волосы, поправляя кудри. Он отнял взгляд от документов и пристально зыркнул на Попова. Тот, сидя с идеальной осанкой, которая и не снилась Антону, тоже проверял документы. Складывалось ощущение, что у него вместо документов анекдоты, ведь проверял он всё с довольным видом. Шастун обречённо опустил голову, готовясь опять проверять документы.       — Едь домой, я сделаю всё сам. Водителя уже вызвал, — равнодушно произноснёс босс. Сказал то, что говорят, когда заботятся, но таким голосом, будто ничего милого и не произносил.       — Как это? Я ещё не закончил, — якобы протестовал Антон. Нужно вовремя прикинуться дурачком, чтобы узнать то, что тебя интересует.       — Я же сказал, я закончу всё сам. Слушай внимательнее.       — Как скажите, — легко согласился парень. Ещё бы. Ему ведь отдых, а не билет на БДСМ вечеринку предложили.       Он вальяжно поднялся из-за стола и также вальяжно подошёл к вешалке. Накинув на себя куртку, он обернулся к Попову.       — Разрешите откланяться, генерал-майор.       — Антон, вали отсюда, скотина, — раздражённо воскликнул мужчина.       — Так точно.       Парень, заливисто смеясь, покинул кабинет.       Ему предстояло многое. Нужно лишь держаться на плаву. И он это прекрасно понимал.