Человек привыкает ко всему.. или нет?

- Шастун, немедленно встал и вышел к директору!! - раздаётся над Антоном, выдёргивая его из сна. Он открывает глаза, и видит перед собой учительницу русского. Она стоит над ним, скрестив руки и поджав губы. Антон оглядывает класс, который в свою очередь глядит на Антона. Шла уже четвёртая неделя его работы, если этот ад так можно было называть. Он категорически не высыпался. Причин, по которым он не перестал ходить в школу, было две: первая - грёбаное желание всё таки получить аттестат, хоть какой-нибудь, чтобы были шансы поступить хоть куда-то,правда с каждым днём это желание исчезало, а вторая - меньше времени проводить дома. Отец вечно был либо сильно бухим, либо сильно злым. И в том и в другом случае дома оставить было просто напросто опасно. Антон встал из-за парты, и , не обращая внимания на осуждающий взгляд учительницы, протопал к двери. - И свой внешний вид приведи в порядок! Обвешан кольцами... как... И капюшон сними! - раздалось ему в спину. Он мысленно послал учительницу на три весёлые буквы, и хлопнул дверью. Школьный коридор встретил его пустотой и потрескавшимися стенами. Где-то в конце коридора орал учитель. Антон поднялся на четвёртый этаж и остановился перед дверью директора. А точнее директрисы - Тамары Игоревны - большой женщины средних лет. Антон медлил, борясь с диким желанием повернутся и просто уйти. Но пересилив себя, он нажал ручку и приоткрыл дверь. Ученики любили шутить, что директорский кабинет - не школа. Видимо именно на это место уходили все деньги, которые собирались «на шторы». В кабинете были отделаны стены, стоял приличного вида стол, а сама Тамара Игоревна восседала за ним в удобном кресле. - Зайдите! - среагировала она на приоткрывшуюся дверь кабинета. Увидев Антона, она скривилась и сказала: - Ааа, Шастун. Ну проходи. Антон зашёл, сел на стул около стола и уставился в стену на против. Опустившись на стул он снова захотел спать и сейчас прилагал все усилия, чтобы просто не отрубиться. - Твоё поведение, Шастун, очень сильно не соответсвует уставу школы. Почему ты считаешь, что имеешь право спать на уроках, уходить с уроков, вообще не приходить, не говоря уже о невыполнении домашнего задания? - проговорила директор. Антон пожал плечами. Не услышав ответа, директор посмотрела на парня поверх очков, и постучала ручкой по столу. Антон перевёл взгляд на ручку, вздохнул и сказал: - у меня.. времени нет. - Времени нет?! - взорвалась Тамара Игоревна: - может просто надо спать по ночам, а не... чем ты там занимаешься? В игры играешь? Или с друзьями по подворотням шаляешься? - она начала говорить про вред компьютерных игр, про важность образования, и про то, что Антону и так делают поблажки из-за его ситуации. Так что Антон должен быть благодарен школе, за то, что его ещё не выгнали. И всё это было на повышенных тонах, под раздражающий стук ручки по столу. На протяжении всего монолога Антон рассматривал стену на против, на которой висели грамоты и ещё какая-то административная фигня. Его начало раздражать всё: и противный тембр директора, и стучащая ручка, и противный яркий жёлтый свет, прописанный во всех школах по нормативам, и все эти заслуги школы. Он крутил кольца на пальцах и думал. Думал, что придётся видимо бросить школу, иначе он просто не вытянет; думал о том, что пришла квитанция за коммуналку с большим долгом, и им могут отключить горячую воду, и нужны деньги; и что дома заканчивается месячный запас дошика и кофе. И что наверно пора переходить на энергетики, потому что кофе уже не спасает. И что отец опять вчера напился и орал что-то про отцовские обязанности и воспитание, когда Антон вернулся с работы утром. Когда директор замолчала, Антон выдержал паузу, а после тихо проговорил: - ну так выгоните. Вас никто не заставляет меня учить. - видимо Тамара Игоревна сочла это за наглость, и сразу вся покраснела. Антону стало даже чуточку смешно, но он продолжил: - Ведь наверняка есть закон, по которому я могу покинуть школу по собственному желанию, если мне исполняется 18 лет? - Ты хочешь бросить школу и остаться без образования?! - Да. - Антон поднялся - напишите мне пожалуйста, как это сделать, куда прийти и что заполнить. До этого момента я в школу больше не приду. Всего доброго. - Антон вышел за дверь, оставляя Тамару Игоревну сидеть с разинутым ртом. Выйдя из школы Антон побрёл к дому. Идти было особо некуда, а выспаться надо. После разговора, и своего твёрдого решения он чувствовал себя свободно. Школу он не любил никогда. После того, как в пятом классе он очередной раз попытался подружиться, а в итоге оказался головой в унитазе, он разочаровался и в одноклассниках. Почему его не любили, он не знал. Может быть сказывалось влияние родителей на детей: взрослые явно не любили его родителей. Ну отца-то понятно за что, а вот маму... Улица встретила Антона тёплым весенним воздухом и пасмурным небом. Дышалось легко и по весеннему, и парню даже стало радостно. Антон уже подходил к дому, как раздался телефонный звонок: звонил Дмитрий Темурович. Антон быстро нажал на зелёную кнопку и приложил телефон к уху: - да? - Антон.. ты просил звонить тебе, как что случится.. приезжай в больницу, пожалуйста, надо поговорить. - Хорошо, а что.. - Антон, давай в больнице. - отрезал Дмитрий Темурович, и сбросил. Сердце предательски ускорило темп. Антон повернул в противоположную сторону и почти побежал по направлению к больнице. Пешком до неё было примерно минут двадцать, на автобусе было бы быстрее, но деньги надо экономить. В вестибюль больницы Антон почти-что влетел. Около стойки регистрации стоял Дмитрий Темурович, и Антон бросился к нему, пытаясь разглядеть на лице ответ на свой вопрос: «всё плохо или нет?». Лицо было хмурым и немного усталым. - Что?! - Пойдём-ка ко мне в кабинет. Всё тот же белый кабинет почему-то сегодня выглядел каким-то серым. Может из-за пасмурной погоды, а может из-за внутреннего беспокойства Антона. Дмитрий Темурович сел на стул, снял очки, протёр их, снова надел, и посмотрел на раскрытую медицинскую карту и снова снял . Антон застыл перед его столом, подавляя в себе желание стукнуть по столу рукой. Наконец Дмитрий Темурович посмотрел на Антона, и сказал: - состояние твоей мамы ухудшается.