Every hunter wants to know where the bird is

Он был парнем, у которого начались месячные. Тринадцатилетний Локи время от времени замечал маленькие пятна крови на своём нижнем белье, но никогда не придавал этому особого значения, пока одним ранним утром не проснулся в окровавленной постели. Когда Локи откинул одеяло, он увидел засохшие красные следы на внутренних сторонах бёдер, поэтому сразу побежал в ванную комнату, совсем забыв об испачканном постельном. Внизу живота неприятно тянуло, а кровотечение не останавливалось. На уроках сексуального просвещения в школе им рассказывали о половом созревании у мальчиков и девочек. Потом пару раз они говорили с родителями об этом дома. К своим годам он уже был достаточно наслышан обо всем, что касалось этой темы. И то, что с ним происходило сейчас, было подозрительно похоже на менструацию. Но по словам всех взрослых, месячные в таком виде были только у девушек. Тогда почему они начались у Локи, он же был парнем. Локи также знал, что мальчики начинают взрослеть позже чем девочки, и что у них это происходит немного по-другому. Но он не ожидал, что все случится именно таким образом, ведь о подобных вещах никто не рассказывал. Приняв душ, он поспешил назад в свою комнату, чтобы поменять постельное. Открыв дверь, он увидел испуганную маму, стоящую посреди комнаты. Наверное, она пришла, чтобы его разбудить, как делала это каждое утро, кроме выходных. Локи ещё никогда не выдел её такой растерянной. Она тихонько подошла к нему и крепко обняла. — Малыш, что произошло? Локи не мог подобрать слов, потому что сам все ещё не разбирался в сложившейся ситуации. Однако, всё-таки сказал маме, что плохо себя чувствует. Она предложила ему обратиться к врачу, и он без раздумий согласился. В поликлинику они поехали втроём, оставив близнецов на Филиппа. Мама сидела рядом с Локи на пассажирском сиденье и держала его за руку. Папа периодически смотрел на них своим обеспокоенным взглядом в маленькое зеркало. Когда они приехали, Локи сначала направили к терапевту. Выслушав все его жалобы, врач выписал ему направления к урологу и проктологу, рассказав о возможных кровотечениях из мочевыводящих путей, кровотечениях при геморрое и анальных трещинах. В первую очередь они пошли к урологу. Локи было очень некомфортно от одной мысли о том, что кто-то незнакомый будет трогать его там. Но он понимал, что без квалификационной помощи они с родителями самостоятельно не разберутся в этом, поэтому не скрывал, что до этого замечал следы на белье и правдиво отвечал на все вопросы, которые задавал ему врач. Локи было приятно, что он не давил на него и не требовал немедленных ответов. Это помогло ему немножко успокоиться и расслабиться. Локи был удивлён, когда у него попросили разрешение на его осмотр. Он кивнул врачу, и тот провёл его за ширму, попросив снять всю одежду до пояса и прилечь на кушетку. Когда он был готов, врач приступил к осмотру. Локи изо всех сил старался не думать о болезненных ощущениях. Но, кажется, все шло более чем нормально. Он смотрел в потолок, пока врач выполнял все необходимые манипуляции. В один момент он отстранился. С непонятным выражением лица он попросил Локи оставаться на месте и вышел из кабинета, объяснив свой уход тем, что ему нужен совет. Следующие два часа прошли в суматохе. Локи всё ещё лежал на кушетке полураздетый, пока в кабинете появлялись разные специалисты. Кто-то спрашивал у него разрешения, кто-то молча осматривал, не особо думая об его чувствах, а потом недовольно кивал и уходил, но самое главное и обидное — ему никто толком ничего не объяснял. Родителям тоже. Он знал, что они безумно переживают, поэтому молча терпел всё, что происходило. Но всё же Локи чувствовал себя каким-то уродцем. Он не хотел больше оставаться тут, но ему казалось, что это никогда не закончится. Наконец-то папа, все время сохранявший спокойствие, не выдержал и потребовал объяснений. — Прошло уже целых два часа! Сколько ещё вы будете издеваться над моим сыном? Вы можете в конце концов обьяснить, что происходит?! Врач, который осматривал Локи первым, вежливо попросил папу успокоиться и потом снова вернулся к обсуждению. Через пять минут, когда все его коллеги вышли, он сказал Локи, что уже можно одеваться. Но, похоже, отпускать его пока никто не собирался. Врач, заняв своё место, открыл его историю болезни и начал спрашивать родителей об аномалиях в развитии его половых органов. Мама сказала, что никаких серьезных нарушений выявлено не было. Папа уже начал злится, поэтому медик не стал тянуть время. — Я прошу вас успокоиться. — Он немного нервно улыбнулся. — Дело в том, что Локи интерсексуал. Ему присущи признаки обоих биологических полов. Мы с коллегами пришли к выводу, что его половой член небольшой, но это является вариантом нормы, однако, яички всё же немного недоразвиты. Они меньше размером, поджаты, разделены, поэтому визуально больше напоминают большие половые губы. Между ними скрыты клитор, маленькие половые губы и влагалище. Данная интерсекс-вариация проявляется во время полового созревания под действием гормонов и является довольно редкой, ведь половые органы в этом случае развиты довольно хорошо. Теперь перейду к вопросу о кровотечениях. Матка и яичники тоже развиты хорошо, об этом свидетельствует наличие менструаций. Малое количество выделений объясняется началом становления менструального цикла. Сейчас этот процесс приходит в норму, поэтому количество выделений резко увеличивается. Из этого вытекает, что у Локи здоровая и рабочая женская репродуктивная система, и я думаю, что в будущем он сможет выносить и родить ребёнка. Можно сделать пластическую операцию, чтобы и его наружные половые органы имели вид женских… Врач продолжал говорить дальше, но Локи уже его не слушал. Он слишком устал за сегодня. Родители продолжали задавать вопросы, а врач — охотно на них отвечать. В какой-то момент их беседа благополучно закончилась, и они поехали домой. На обратном пути никто не проронил ни слова, потому что все были шокированы. Мама всё также сидела рядом, но теперь уже обнимала и гладила по волосам. Он слышал её неровное дыхание, наверное, она плакала, но это невероятным образом его успокаивало. Ведь он сейчас не один, родители рядом. Папа изо всех сил пытался делать невозмутимый вид, правда, после всего, что произошло, у него это плохо получалось. Локи понимал, что им всем нужно будет поговорить об этом ещё раз, но не сейчас. Немного позже, когда все придут в себя и приведут свои мысли в порядок. Дорога домой оказалась на удивление короткой. По приезду Локи с мамой пошли в дом, а папа остался во дворе, чтобы загнать машину в гараж. Как только они зашли, в коридоре появился Филипп. На нём был мамин розовый фартук со смешными барашками, а его мелкие волнистые пряди выпали из собранного пучка и аккуратно спадали на лицо. А в доме пахло чем-то очень-очень вкусным. — Что случилось? — Он возмутился и встал в позу свирепой мамочки. — Оставили на меня этих маленьких обезьян, а сами уехали, так ничего и не объяснив! Локи заметил, что руки брата были в муке, и понял, что ему ужасно хочется есть. Утром они быстро перекусили и сразу поехали в клинику. — Дорогой, мы ужасно устали. Мы обязательно поговорим об этом, но только позже… — Мама разулась и устало вздохнула. — Ну, а обедать будете? — Филипп все не унимался. — Я ведь старался! — Если честно, я бы не отказался. — Немного заулыбался Локи. — Ужасно голоден. — А я знал, что ты не откажешься! Прошу к столу! Все члены их большой семьи ели молча, кроме близняшек, которых Филипп ранее благополучно отправил в обеденный сон, и самого Филиппа, что рассказывал, какие же только ужасы ему пришлось пережить, пока отсутствовали их безответственные родители. Несмотря на то, что он много придумывал и фантазировал по этому поводу, в глубине души ему нравилось возится с одинаковыми проказниками. Родители знали, что на него можно положиться, поэтому когда он их выручал, часто поощряли. Этот союз определённо был выгодным для обеих сторон. — Ладно, Филипп! Перестань воображать! — Папа снял очки и потёр глаза. — Обед, конечно, вкусный, но не позволяй себе лишнего. — А я и не воображаю! Честное слово, всё так и было! Вы что не знаете этих маленьких чудиков? — Дорогой, в том то и дело, что они маленькие! Им всего-то по три года! — Мама засмеялась и заправила его выпавшую прядь за пробитое ушко. — Значит, вы мне не верите? Ладно… Пока все относили свои тарелки из столовой на кухню, Филипп сидел на своём месте и продолжал причитать. — Не расстраивайся! — Папа похлопал его по плечу. — Как-нибудь рассчитаемся! Вся эта уютная атмосфера достаточно расслабила их. Филипп снова упрашивал папу, разрешить ему самостоятельно прокатиться на машине, пока тот читал что-то в гостиной. Получив отказ в очередной раз, он пришёл на кухню и смешно жаловался маме. Но всё-таки Локи не отпускало. Он не понимал, чего хотел больше сейчас: поговорить об этом или остаться наедине. Когда близнецы проснулись, он поблагодарил Филиппа за обед и пошёл в свою комнату. Да, ему определённо нужно было поговорить с мамой сейчас. Конечно же, он понимал, что она устала, но у него было столько вопросов. Кажется, она и только она смогла бы ответить на каждый из них. Он снова пошёл в ванную, принял душ, поменял прокладку. Мама быстро показала ему, как ее крепить еще утром. Ему было немного неудобно с ней, ведь она недостаточно плотно прилегала и натирала. Он очень надеялся, что найдётся альтернатива. Вернувшись в комнату, Локи потрогал матрас. Он уже полностью высох, поэтому Локи взял чистый комплект постельного белья и принялся его заправлять. В дверь тихонько постучали. Это точно была мама. — Малыш, ты как? — Она подошла и помогла ему с пододеяльником. — Мы можем поговорить об этом, если хочешь… Я просто… Не хочу давить на тебя. Когда они покончили с постельным, присели на большую кровать. Мама снова обнимала его и гладила по волосам. Она начала этот разговор первой. — Малыш, мы с папой не станем любить тебя меньше, что бы не случилось. Я понимаю, что тебе тяжело сейчас, но я на твоей стороне. Всегда есть и буду. Я рядом. Я люблю тебя и буду любить тебя любым, мой дорогой зайчонок. — Мама ещё крепче обняла его и поцеловала в макушку. — Мамочка, я совсем ничего не понимаю. Я чувствую себя каким-то уродцем. Я… Я просто хочу быть нормальным, таким, как все. — Малыш, я знаю, что сейчас тебе невероятно трудно. Но ты должен понять, что в этом нет твоей вины. Необязательно быть таким, как все, чтобы чувствовать себя хорошо. Ты такой, какой есть. И это прекрасно. Зачем же тогда подстраиваться под чужие стандарты? Я никому не позволю давить на тебя и сама не стану торопить с решением. Врачи сказали сегодня достаточно, но я хочу прислушаться только к твоему мнению, ведь только ты знаешь, в каком теле тебе будет уютней. Мышонок, я хочу, чтобы ты знал, что я все также сильно буду любить тебя независимо от твоего решения. — Но я совсем не чувствую себя девушкой, несмотря на то, что у меня есть эти органы. — И это абсолютно нормально, ведь твои половые органы не определяют тебя. Только ты сам можешь принять правильное решение относительно своего пола. Ни мы с папой, ни врачи не имеем права решать за тебя, кто ты — мужчина или женщина. — Мне намного комфортнее в мужском теле, но я же могу оставить все, как есть? Я не хочу, чтобы мне делали операции, если в этом нет необходимости. — Конечно, малыш. Это твоё тело. — И ещё… Ещё мне кажется, что мне нравятся парни… — Он немного поднялся и с испугом посмотрел маме в глаза. — Это как-то между собой связано? — Малыш, спасибо тебе за доверие. — Она тепло заулыбалась, и, кажется, Локи отпустило. — Это абсолютно нормально, но я не думаю, что это связано. Тебе же нравились парни ещё до того, как ты узнал о своей уникальности? — Да, это правда. — Локи немного нервно засмеялся. — Если хочешь, мы можем почитать об этом вместе… Baby, do you understand me now Sometimes I feel a little mad Well, don't you know that no-one alive Can always be an angel When things go wrong I seem to be bad I'm just a soul who's intentions are good Oh Lord, please don't let me be misunderstood If I seem edgy, I want you to know That I never meant to take it out on you Life has it's problems and I've got my share And that's one thing I never meant to do 'Cause I love you Baby, don't you know I'm just human And I've thoughts like any other man And sometimes I find myself alone and regretting Some foolish thing, some foolish thing I've done But I'm just a soul who's intentions are good Oh Lord, please don't let me be misunderstood If I seem edgy, I want you to know That I never meant to take it out on you Life has it's problems and I've got my share And that's one thing I never meant to do 'Cause I love you Baby, don't you know I'm just human And I've thoughts like any other man But sometimes I find myself alone regretting Some foolish thing, some foolish thing I've done But I'm just a soul who's intentions are good Oh Lord, please don't let me be misunderstood 'Cause I'm just a soul who's intentions are good Oh Lord, please don't let me be misunderstood Oh Lord, don't let me be misunderstood Don't let me be, don't let me be misunderstood No, no, no, no, no, no, no, no, no, no, no