Сердце Скорпиона

      Пятая глава.       Гермиона проспала. В очередной раз за последние пару месяцев. Работа над расшифровкой новых заклинаний забрала много сил. Хотя, положа руку на сердце, больше ее волновала Пэнси. Подруге было плохо и Грейнджер не знала, что с той творится. Она обязательно поговорит об этом с Гарри.       Звонок в дверь прервал метания волшебницы между кухонным столом, шкафом и туалетным столиком. Она не успела допить кофе, из одежды на ней только брюки и кружевной бра, но хотя бы девушка успела выровнять тон кожи и слегка подрумяниться. На ходу натягивая халатик, Гермиона открыла дверь. Как всегда идеально выглядящий Драко лениво осмотрел ее с головы до пят.       — Без комментариев! — отрезала Грейнджер, пропуская его в квартиру.       — Именно это ты будешь говорить папарацци на неудобные вопросы. И если ты не хочешь, чтобы мы задержались еще на пару часиков, то халатик стоит запахнуть. — он выразительно посмотрел на оголившуюся от движения грудь. Несмотря на то, что на ней была бра, девушка покраснела. Она всегда краснела от его намеков и взглядов.       Малфой сел в любимое кресло и с небольшой усмешкой посмотрел вслед закрывшейся двери спальни. Иногда, чтобы добиться задуманного, стоит выбирать обходные пути. А терпению он научился уже давно.       Гермионе хватило пять минут, чтобы закончить приготовления. Она еще раз критично посмотрела на себя в зеркало. В отличие от большинства коллег, волшебница предпочитала маггловский стиль в одежде и только накинутая на плечи мантия напоминала о том, кто она в действительности. Небольшая волна волнения прошлась по телу, когда гриффиндорка осознала, что ждет ее впереди. Несколько месяцев игры на грани и придется приложить силы, чтобы все осталось в рамках договора. И Драко ей в этом помогать не будет. Это он ясно дал понять.       Мужчина привычно сидел на кресле, задумчиво глядя прямо перед собой. Даже звук открывшейся двери не сильно его отвлек. Он начал говорить, не глядя на нее:       — В пятницу благотворительный аукцион, там будет наше первое официальное появление. Сегодня я тебя провожу на работу и заодно встречусь с несколькими важными членами совета. Завтра у нас ужин в Ла Рошель. В среду интервью по поводу законопроекта, но есть высокая вероятность, что спрашивать будут не только про него. На всякий случай я подготовлю список возможных вопросов и варианты ответов… — словно читая с бумажки, говорил блондин.       — Я могу отвечать на вопросы и без твоих подсказок, — не выдержала и перебила его гриффиндорка.       — Все что касается проекта, конечно, но вдруг спросят, какое мороженое я люблю?       — Ты его не любишь, — глядя на его широкую улыбку, Гермиона прикусила язык. — Интервью посвящено законопроекту и моим представлениям необходимых изменений, об этом я и буду говорить.       Слизеринец усмехнулся. Ее уверенность в том, что она держит все под контролем его немного забавляла. В любом случае, ответы уже подготовлены.       — Платье тебе пришлют в ближайшие несколько дней.       — Что? — иногда ее голос мог пробирать до мороза. Предполагая что-то подобное, Малфой начал уверенно говорить:       — Грейнджер, это событие сезона, наш первый официальный выход, колдо будут на первой полосе, ты же не позволишь мне выглядеть скупердяем, неспособным купить своей девушке соответствующий наряд?       — Позволь тебе напомнить, что я и так была приглашена, и у меня есть в чем пойти, так что нет необходимости в таких жестах, — Драко подавил тяжелый вздох. Он уже представлял ее в зеленом с серебряной вышивкой платье. Как декольте лодочкой будет подчеркивать нежные плечи, а узкая юбка — упругую попку. И как будет его снимать. Чтобы она не думала и не планировала, в пятницу он его снимет.       Мужчина закинул ногу на ногу и сказал:       — Сейчас ты туда идешь в новом положении, — слизеринец видел, как она закипает. — Так принято в наших кругах.       — Из-за ваших «кругов» мы и попали в это «положение», — протянула она слова, явно передразнивая Малфоя.       — Они думают, что скоро ты в него вольешься, так что привыкай говорить о нем как о своем. Идем, мы уже опаздываем, — в два шага преодолев расстояние между ними и сжав Грейнджер в объятиях, волшебник аппарировал. Они появились в большом холле министерства магии. На них сразу уставилось множество заинтересованных лиц.       — Отпусти меня, — сквозь зубы прошипела Гермиона. Малфой разжал объятия, чтобы сразу же взять девушку под локоть и в какой-то старой аристократичной манере проводить ее до лифта.       — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, — дорогу им преградил мистер Нотфлик — один из ярых ее критиков, сегодня сияющий доброжелательной улыбкой. — Как поживаете? Дорогая коллега, в последнее время я так редко вижу вас в нашем отделе, надеюсь, все в порядке? Мне бы хотелось обсудить ваш проект перед слушанием.       «В смысле?!», — волшебница ошеломленно захлопала глазами, боясь в запале высказать все, что думает.       — Думаю, Герм ммм мисс Грейнджер попытается найти время в своем расписании, — Драко взял инициативу в свои руки. Гермиона наблюдала со стороны, практически не вмешиваясь, в это словесное представление лжи и лицемерия. Ее ненавистник, который раньше никак иначе как «маггловская выскочка» не называл, рассыпался в похвалах и лести. Осознание, как статья в действительности повлияла на Нотфлика и ему подобных, пришло неожиданно. Когда вскроется правда, ей придется многое решать. Но только сейчас она стала понимать, какие возможности принесла эта ситуация. Завершив разговор обещанием обговорить ее проект более подробно, волшебники отправились к лифтам.       — Мне еще нужно увидеться с несколькими людьми. До завтра, — Драко слегка прикасаясь, поцеловал губы задумавшейся ведьмы. Гермиона замерла, немного испуганно глядя на него. От легкого, быстрого прикосновения по телу пробежало миллион мурашек. И он заметил, как она задрожала. Как будто специально медленно массировал большим пальцем ладонь в его руке и не отпускал, пока не спустился лифт. Зная, что гриффиндорка ничего не скажет перед стоявшими рядом магами. Для него все было игрой, и Гермиону это несказанно злило. Двери лифта наконец-то открылись, и она молча зашла внутрь. Чародейка старалась не обращать внимания на пялящихся на нее людей, шушукающихся коллег и с прямой спиной вошла в свой кабинет. На столе стояли ее любимые цветы, чей аромат она почувствовала от самых дверей. Нежно-сиреневые бутоны пионовидных роз заворожили не только своим запахом, но и расцветкой. На лице засияла глупая улыбка, и вспомнился голос Драко и его описание, что значит быть девушкой аристократа. И Грейнджер цветы действительно порадовали, пока она не увидела пергамент со списком вопросов и комментариев. Попытки Малфоя контролировать все на свете уже не знали границ. Гриффиндорка отложила бумагу и еще раз глубоко вдохнула чарующий аромат букета.       Рабочий день пролетел быстро, как и следующий. Драко был прав, некоторые двери для нее действительно открылись, но шепот сопровождал ее куда бы она не пошла. Зависть, презрение, любопытство — такой спектр эмоций в свой адрес волшебница давно не видела. Плотный график и сверхурочная работа не позволяли Гермионе отвлекаться ни на проект Малфоя, ни на помощь Гарри. Понимая необходимость использовать каждую свободную минуту на разработку и продвижение своих идей, заместитель руководителя Отдела магического правопорядка не могла тратить время на ужины в ресторане. Грейнджер отправила сову с извинениями Драко и отправилась домой, взяв нужные документы. Ей удалось поработать чуть больше часа, когда кто-то постучался в дверь.       — Ммм, привет, наверное, ты не получил мое письмо, — начала говорить Гермиона, но мужчина ее перебил.       — Нет, его-то я как раз получил, — без приглашения он вошел внутрь.       — Ты не понял, что я написала? — надеясь на то, что блондин не придумал что-то, что ей может не понравится, спросила волшебница.       — Грейнджер, у нас был запланирован ужин и он состоится, — твердо заявил Драко. Одно движение палочкой и документы ровной стопки переместились со стола на маленькую тумбочку у окна. Еще одно — и появились приготовленные в лучшем магическом ресторане Британии блюда.       — Зачем ты это делаешь?       — Забочусь о тебе?       — Мы не в твоих аристократических кругах, незачем играть, — усталость сквозила в ее голосе. В отличие от него, девушка понимала, что ничем хорошим их роман закончится не может. И продлевать агонию отношений она не хотела. Но по упертости слизеринец мог дать фору любому гриффиндорцу.       — И что же тебе непонятно? Почему я посылаю тебе цветы, приношу еду, забочусь о тебе, хотя ты так отчаянно сопротивляешься и придумываешь глупые отговорки, почему мы не можем быть вместе? — холод его серых глаз напомнил, каким ведьма его запомнила в школе.       — Ты привык получать то, что хочешь и когда что-то, кто-то, — Гермиона специально выделила последние слова отчаянно пытаясь достучаться до голоса разума мужчины, — выскользнул из твоих рук у тебя возникает потребность это вернуть. Любой ценой. Нужно или нет, тебе плевать. Словно приз в игре.       Казалось, что жесткие слова никак не задевают аристократа. Все то же выражение лица, все та же поза, только воздух вокруг них словно в присутствии привидения резко охладился. Напряжение между ними можно было резать ножом. Как бы не было больно это говорить, Грейнджер должна была. Так будет лучше для него. И она продолжила. Некоторые вещи лучше решать сразу:       — Когда тебе не нашли свободный столик в ресторане, ты купил целое заведение. Когда захотел показать мне русский балет — привез танцовщиц в отель. Когда я пожаловалась на коллегу — того уволили. Драко, я так не могу, это слишком много для меня.       — Мне не плевать, — отрезал мужчина, проигнорировав все остальное. — Я зайду за тобой в пятницу в восемь.       Волшебник аппарировал, оставив за собой последнее слово, как делал всегда. Обессиленная Гермиона опустилась на диван. Она обидела его, но может это к лучшему. Ведьма не верила словам, которые сама себе говорила.       На интервью по ее проектам, молодой репортер спросил про то, как они начали встречаться. Вопрос номер два в им подготовленном списке.       ***       Если бы нужно было выбрать самый худший день, то Пэнси назвала бы среду. Она никак не могла закончить давно начатую картину, у нее болели глаза, а родители желали видеть ее на семейном ужине. В этом месяце вне расписания. Что означало не так уж много вещей. И каждая из них ничего хорошего художнице не сулила. Оставив бесполезные попытки подобрать нужный оттенок несчастных роз, волшебница отложила кисть. Мало ей неприятностей, так и Поттер затих. И в его случае это еще хуже, чем типичные для него попытки помочь и спасти.       Близился вечер — значит можно идти готовиться к «тихому» семейному ужину. Двух часов как раз хватит, чтобы нарисовать идеальное лицо аристократки, подобрать вечернее платье и соответствующие украшения, выбрать подходящие случаю духи. Все как всегда.       Ведьма вышла из камина в темной гостиной Паркинсон-холла. Наверное, они были единственной чистокровной семьей, оформивших поместье в багровых и золотых тонах. Цвета должны были олицетворять по-настоящему царскую роскошь, блеск и изысканность, только результат был далек от задумки. Ничего кроме раздражения они не вызывали. Как гриффиндорцы жили в подобии аляпистых цыганских шатров Пэнси и представить не могла. Хотя может поэтому все свои проблемы те пытались решить не мозгами, а палочкой и кулаками. За редким исключением.       «Госпожа, прошу проследовать за мной», — отцу стоило немалых денег найти чистокровного мага на место дворецкого, но ему было плевать. Лорду не смеют прислуживать просто домовики, хотя и тех хватало. Она проследовала за мужчиной в столовую — не менее помпезную и вычурно безвкусную. Пэнси заняла место по левую руку от главы семьи и принялась ждать. С последним ударом часов в комнату зашли родители. «Появление лорда — это половина впечатления», — отец любил повторять эту фразу. И даже в поместье среди родных следовал своим заветам.       — Дочь, — первым приветствовать должен всегда старший мужчина. Женщины ждут очереди. Сначала мать, потом она. Официоз на этом не закончился. Пару слов о погоде, чуть больше о новых приобретениях в коллекцию оружия — «все аристократы что-то собирают», — в очереднойраз промелькнуло в голове. Целого первого блюда заслужило обсуждение мистером Паркинсоном предстоящего благотворительного вечера Малфоев с плохо скрываемой завистью. Даже участие Люциуса в делах Волан-де-Морта казалось бы никак не повлияло на его положение. Спасибо Поттеру и Грейнджер. Хотя главная новость воскресения немного улучшила настроение отца. Единственный наследник древнего рода связался с грязнокровкой. В их семье такое невозможно. «Ну да, до магглорожденных я еще не докатилась», — хотя в роду Паркинсон полутонов не существовало, и Поттер для них бы был ничем не лучше. Под чтение лекций о морали и традициях девушка ела говядину. Десерт оставили на падение нравов современной молодежи — излюбленная тема в последние годы. Пэнси иногда задавалась вопросом, каким чудом ей хотя бы на время удалось сбежать из-под контроля. Видимо, не обошлось без дяди Макса и его доли в семейной фирме. Тот обожал племянницу и единственный мог повлиять на брата, хоть и не во всем.       Привычно безмолвно девушка просидела целый ужин, пока не подали кофе — время «обсуждения» планов. Точнее момент выслушать приказы.       — Завтра возвращается Адам, — в этот раз смелость начать разговор взяла на себя мать. Молодая женщина заискивающе улыбалась мужу, хоть фраза предназначалась Пэнси. Ее тяжелые темные волосы были уложены наверх, в ушах сверкали бриллианты, тяжелые духи с древесными нотками щекотали нос. Теперь по всем правилам должен следовать ответ дочери. Она ограничилась кивком головы.       — Хоть он и устанет с дороги, мистер Випер любезно согласился сопровождать тебя на благотворительный вечер. Я сказала, чтобы он зашел за тобой в семь.       Мать не могла дать ему разрешение на аппарацию, но одно то, что этот человек знает, где она живет, выбило девушку из колеи. Сердце билось так громко, что казалось его слышно на другом конце стола. Только ничто не должно отражаться на лице истинной леди. Пэнси слегка кивнула.       — Мы обговорили с его отцом некоторые нюансы договора и думаю, через две встречи уже достигнем определенных подвижек — по тому, как гордо звучал голос отца, ведьма поняла, что тот смог продать ее подороже. Остались только мелочи — место и время проведения свадьбы, где они будут жить, сколько детей постараются завести… Не было и речи, чтобы не соблюдать традиции аристократов. С каждым предложением все тяжелее было дышать. Она снова почувствовала себя маленькой девочкой, натворившей что-то неподобающее. Каким-то чудом ей удалось досидеть вечер, не испортив отцу жизнь. Для этого было достаточно просто молчать. Когда родители попрощались с ней и вышли за двери, Пэнси продолжила сидеть на месте и ждать. Прошло не так уж и много времени, когда мать вернулась и села на свое место.       — Я не хочу, — тихие слова вырвались из горла.       — Подожди, — недовольно поморщилась волшебница и заколдовала комнату от прослушивания.       — Я не хочу, — уже громче и тверже сказала молодая ведьма.       — Дорогая, Адам — очень хорошая партия. Ты же знаешь в наших кругах не так много достойных мужчин, тебе бы стоило быть благодарной, — интересно она сама-то этому верила. — Остались сущие формальности перед подписанием брачного договора. Только представь себя в великолепном свадебном платье с фамильными бриллиантами на шее!       — Я не люблю его, — глупое оправдание в аристократических кругах. Чувства к браку не имели никакого отношения. По-крайней мере, в их роду. Удивляться ответу не стоило:       — При чем здесь любовь? Ты должна выполнить свои обязанности, — на этот раз ее голос звучал холодно и твердо.       — А если я найду…       — Полукровку? — Пэнси неверяще уперла свой взгляд в мать, и та продолжила, — Ты правда думала, что мы не знаем? Пришло время заканчивать свои юношеские игры и повзрослеть, Пэнси Элоиза.       Считая разговор законченным, женщина поднялась и пошла в к дверям.       — Ты же знаешь, что он сделал мне. Что он сделал со мной — слова брошены ей в спину. Словно последний крик умирающего в надежде на спасение. Не у них в семье.       Мать обернулась и печально, хотя может это Пэнси только кажется, сказала:       — Ты должна выполнить свои обязанности. Для этого мы живем.       Она вышла из комнаты, не дожидаясь ответа.       Если бы художница писала автопортрет, самым правильным названием стало бы бездна.       Девушка вышла из-за стола и, проигнорировав все правила, аппарировала. Несмотря на то, что была только середина недели, перед Элизиумом собралась большая компания молодых людей. Паркинсон могла бы зайти к Блейзу, она могла бы позвонить Грейнджер. Черт, если бы она сказала Поттеру, что тот ей нужен, он пришел бы. Только сейчас ведьме нужно выбраться из бездны, и в этом они не могли помочь. Но было средство, способное вытащить ее. В вечернем платье, на высоких каблуках, с бриллиантами в ушах девушка поспешила в Лютный. В переулке сновали торговцы и покупатели, шлюхи и их клиенты, люди и не-люди. Память услужливо напомнила про мракоборца, чье имя Пэнси уже забыла и который чуть не изнасиловал ее. Плевать, ведьма практически у цели. Заколотив в деревянную дверь, шатенка принялась ждать. Денег с собой у нее не было, но она надеялась, что пушер возьмет серьги. «Потом я их выкуплю».       Наконец-то торговец открыл и смерил ее долгим взглядом.       — Мне как обычно.       — У меня ничего для вас нет.       Он захлопнул дверь перед самым ее носом. Ведьма неверяще смотрела на грязное пятно на старой древесине. «Что за?», — и с силой, совершенно неоответствующей ее хрупкому образу, заколотила в двери.       — Какого дементора… — яростно начала говорить она, но торговец перебил ее.       — Начальник авроров настоятельно посоветовал ничего вам не продавать, — с кривой усмешкой произнес коротышка.       — Я заплачу вдвое, — что делать с Поттером она решит позже, сейчас же ей нужно ее спасение.       — Хоть впятеро, здесь нет идиотов. И можете не искать у других, мракоборец был очень убедителен.       Пэнси не верила своим ушам. Еще один, пытающий контролировать жизнь чародейки, мужчина сделал то, что посчитал нужным. Без ее ведома. Волшебница понимала, что торговец не врет, и Поттер действительно мог повлиять на всех распространителей в Лютном. Она молча аппарировала домой.       Телефон Паркинсон нашла в спальне. Несколько долгих звонков и сухой текст автоответчика, но оставлять сообщения девушка не собиралась. Волшебница набрала номер еще раз. Звонок раздался из гостиной. Фурией она выскочила из спальни и не сдерживая эмоций закричала:       — Какого черта! Это не твое дело!       Мужчина устало посмотрел на нее. Растрепанная прическа, следы грязи на полах длинного платья, ярость, готовая прожечь его насквозь. Судя по всему, она пыталась купить отраву и, видимо, его меры помогли.       — Я сказал, что помогу тебе, — уверенный в своей правоте сказал Гарри.       — Твоей помощи я не просила, — если бы из глаз можно было посылать молнии, он уже пылал бы самым сильным огнем.       — Нет, не просила, но она тебе нужна.       — Мне не нужно, чтобы и ты что-то решал за меня, — прошипела слизеринка.       Аврор не реагировал. Дин только начал готовить антидот к зелью и нужно просто подождать. После того, как Пэнси примет его — будет проще. Он позаботится о ней.       Молчание раздражало. Мужчина просто смотрел на нее и никак не реагировал. Не кричал, ничего не спрашивал, не убеждал, а просто смотрел. Словно родитель, следящий за истерящим ребенком и ждущий, когда же тот замолкнет. От этого образа только сильнее накатили волны ярости.       — Убирайся, не желаю тебя видеть.       «Все, что зависимые делают, как реагируют и что говорят, все это — не они, а зелье», — слова Дина всплыли в голове. Понимая, что сейчас девушка его не услышит и не поймет, Поттер исчез.       Пэнси не помнила, как прошел четверг. Кажется, она пила, кажется это не помогало. В пятницу было только хуже. Домовики из поместья, присланные с украшениями, помогли ей одеться и сделать какое-то подобие прически. Понимание, что совсем скоро ведьма увидит Випера давило словно ярмо. Художнице нужны были силы. «Это лекарство, оно поможет», — с этими словами девушка вытащила склянку из старых запасов, спрятанную среди красок.       Свобода, сила, храбрость — эмоции пронеслись по ее телу, стоило только принять зелье. Теперь она готова, теперь она выдержит. Звонок в дверь, на часах уже семь, пришло время.       Адам не изменился — зачесанные назад светлые волосы, гладко выбритые щеки, самодовольством искрили болотного цвета глаза. Он небрежно держал в руках букет голубых и белых гортензий, опираясь плечом на дверной косяк.       — Не пригласишь?       — Нет.       — Я спрашивал только из вежливости, — и не давая шанса на сопротивление, он прошел в квартиру, бросив на столик у дверей цветы.       — Миленько, — мужчина бросил пару быстрых взглядов на картины и повернулся к ней. — Я рассчитывал на более горячий прием.       — Я рассчитывала, что ты сдохнешь, но у каждого свои разочарования, — искренне ответила художница. Даже Трелони бы поняла, как она его разозлила.       — А ты все та же языкастая сука, — он то думал, что оскорбил ведьму, но та лишь усмехнулась, словно победила в каком-то важном для нее состязании. Паркинсон выглядела прекрасно, но этот ее нрав. Хотя ломать сильных было интереснее всего. Он займется ею после подписания договора.       — Нам пора, — мужчина протянул руку. Снимать для него анти-аппарационные чары волшебница не собиралась, как и перемещаться с ним.       — Где дверь, ты знаешь, — язык силы — единственное, что он понимал. И подчиняться ему она не собиралась. Недовольство проскользнуло на его холеном лице, но мужчина молча вышел. Она еще ответит за это.       Ведьма перенеслась рядом с оперой вместо подготовленного зала для аппарирующих. Один из способов провести меньше времени вместе, небольшой отдых перед новой встречей.       — Ты такая предсказуемая, — Адам стоял за ее спиной и усмехался, видя, как она вздрогнула.       — Как ты… — Пэнси не договорила фразу, ненавидя себя за тонкий голос, в котором так явственно слышался страх.       — Твоя дорогая мама обмолвилась, что ты можешь захотеть подышать воздухом перед аукционом, — расстояние между ними было слишком маленьким. И здесь никого не было. Магглы обходили все здание оперы из-за отталкивающих чар, а волшебники использовали камины, специальные комнаты для перемещений и лишь часть из-них аппарировала снаружи и проходили главным входом.       — Отойди от меня, — гораздо громче, чем рассчитывала сказала девушка.       — Иначе что? — усмешка не покидала его лица и он схватил ее за кисть руки. — В прошлый раз ты так не возражала, — ненавистные воспоминания появились перед глазами словно картинка в книге. Теперь было две картинки. К ублюдку, стоящему перед ней, прибавился аврор в темном переулке. Как здесь.       — Обездвижить девушку — это единственный способ, как ты можешь её затащить в кровать, — ненавистью исказилось красивое лицо аристократа. Он замахнулся и дал ей пощечину. В голове все перемешалось. События прошлого и настоящего слились воедино. Казалось она проживает это уже в который раз. Больше Пэнси не чувствовала себя сильной. Наоборот. Все, чего художница боялась, промелькнуло в сознании и воплотилось в монстре перед ней. Шатенка видела, как тот поднимает руку для второго удара и не могла пошевелиться. Лишь с какой-то покорностью готовилась принять еще одну пощечину. В ранних сумерках они не заметили, что недалеко был кто-то еще. Ее спаситель.       Темноволосый маг перехватил занесенную руку и ударил Випера. Похоже, сильно, раз тот согнулся и закатив глаза свалился в обморок. Мужчина проверил его пульс. Знакомый голос спросил, все ли с ней в порядке. Как для него типично.       Страх отпускал. Теперь она в безопасности. Паркинсон потерла глаза, силясь сфокусировать взгляд. Удавалось слабо. Пэнси что-то ответила, стараясь не смотреть на него, чтобы тот не заметил зрачки ее глаз и не понял, что произошло. Черт, это придется объяснять. Нужно как-то, чем-то отвлечь и привести себя в порядок.       — Забыл где вход для авроров?       К удивлению волшебницы, Поттер не стал ничего спрашивать, а взял Пэнси за руку и повел к главному входу. Странно, но так вовремя. Он флиртовал с вейлой на ее глазах. Словно специально. Да, они ничего друг другу не обещали, но волна раздражения поднялась в душе рассерженной девушки. И хостесс не отказывала себе в удовольствии пообщаться с волшебником подольше. Шатенка больше не могла это терпеть, но наконец-то его пропустили. В холле собрались гости и голос Блейза отвлек ее буквально на мгновение, но и его хватило, чтобы мракоборец исчез. В своем стиле. Пришел, спас, а что делать спасенным уже не его заботы.       — Твои родители в зале, а тебя нужно привести в порядок, — от внимательного взгляда друга нельзя было скрыть ни след пощечины, ни расстрепанные волосы, ни ее состояние. Он взял волшебницу за локоть и повел в дамскую комнату. ***       Поттер уже должен был быть на приеме, но поступившая информация от источника в Лютном помешала его планам. Ничего страшного не случится, если мужчина пропустит официальную часть. Внутренний голос говорил, что даже если он там вообще не появится, все будет в порядке, но Гарри обещал. Мракоборец поработает еще чуть-чуть и пойдет. Тем более данные, что начальник штаба получил, были слишком важными, чтобы оставить их на помощников. Привычка все записывать и систематизировать появилась у него недавно. Только с повышением, большим числом авроров, за которых он теперь был ответственен, и магической безопасностью всей страны. Чем четче ему удастся сформулировать задачи, тем больше шансов на успех. Если следы брюнетки терялись, но американец периодически всплывал. Никогда дважды на одном месте, но даже то немногое, что удалось выяснить могло прояснить картину. И начать стоило с внешности. Первые свидетели говорили, что он похож на Поттера. Потом тот видимо начал использовать какие-то маскирующие чары, потому что никто больше не мог даже назвать цвет волос мужчины. Только акцент выдавал в нем возможного преступника. Хотя с последним Гарри не был уверен. Даже если его схватят прямо сейчас, не было причин надолго оставлять того в камере. Палочка больше нигде не всплыла, ничего запрещенного он не покупал, даже в переулке непростительные американец не использовал. Максимум — свидетель.       Сегодня же появилась информация о втором бриллианте и в отличии от Гнарека, продавец позволил исследовать камень. С учетом того, что там можно было найти при более внимательном обыске лавки, тот бы и подарил, но аврору хватило и этого. По камню никакой информации не нашли, тот был чист. Даже если его украли, ни в одной системе мира драгоценного камня не было. Но в тот же день подходящий по акценту тип совершил несколько покупок. И список артефактов и зелий лежал на столе. Все отвары были широкораспространенные, в большинстве лечащие, пару энергетиков, восстанавливающие. Ничего необычного. Что касается артефактов, то знакомых названий там не было и первым же заданием для помощников стал поиск информации. Стажеры, начавшие работать в аврорате, наивно грезили о дуэлях, сражениях, спасении мира, в реальности большую часть времени проводили в библиотеках и архивах. И только на втором месте был тренировочный центр. Это задание как раз для них — найти всю информацию, обработать ее, подготовить отчет.       Мерцающая гончая влетела в кабинет и голосом Дина Томаса произнесла:       — Сэр, вы нам нужны в штабе.       Это было паршиво. Мракоборец быстро поднялся и вышел из комнаты. По дороге он отправил своего патронуса рабочей группе с приказом подготовиться. Даже если они сегодня не понадобятся, лучше быть на страже.       Штаб представлял собой огромную комнату. В центре на огромном столе находилась карта Британии, фиксирующая использование непростительных заклинаний. Это была новинка, которая до сих пор совершенствовалась. Ее возможности были ограничены и если волшебник специально зачаровывал свою палочку, то отследить его было сложно. Как сейчас. Пока он шел от двери к карте, он заметил два всплеска. Идентифицировать место не удавалось. Только отголоски проклятий.       Дин напряженно смотрел на карту, считывая информацию со стоящего рядом экрана компьютера — еще одна новинка. Поддерживать его работу было сложно из-за магических помех. Маггловские изобретения могли служить волшебникам, но приходилось периодически обновлять их защиту. И чем больше заклинаний вокруг, тем чаще нужно было это делать.       — Что здесь?       — Первый всплеск зафиксирован в 20.30, потом короткий перерыв и серия новых всплесков, — не отрывая взгляд от экрана отчитался маг-исследователь.       — Известно что это?       — Судя по всему Империо. Дай мне еще время, опять тишина, — разозленно проговорил Томас, пытаясь точнее настроить инструменты на случай, если темный попытается еще раз использовать непростительное. На другой стороне сидели статисты, пытающиеся по разбросанным координатам заклятий вычислить примерное месторасположение преступника.       В молчании они провели еще полчаса, вспышек больше не было. Но интуиция подсказывала Гарри, что это не конец. Один из статистов подбежал к ним с листом бумаги.       — Мы вычислили примерный квадрант, — с помощью палочки волшебник увеличил один из районов Лондона. — Погрешность большая, но мы предполагаем, что, возможно, здесь следует начать.       — Опера, — перебил его начальник штаба. Первое, что бросилось ему в глаза. Место, где сегодня собраны весь магический свет. Пэнси. Дьявол.       В штабе возникает выдра:       — Гарри, ты нужен Драко. Срочно.       Еще одна вспышка и Дин успевает ее зафиксировать.       — Авада, — напряженным голосом произносит Томас. — Это опера. Поттер уже послал патронуса команде, чтобы те аппарировали к зданию и без слов перенесся сам.       На улице перед входом только команда авроров, проводящая рекогносцировку.       — Сэр, у входа никого, — согласно плану там должно было быть пять мракоборцев.       — Входим, стандартное построение, всем красный код, — он не знал, что их ждет и дал приказ максимальной готовности. С двумя магами по бокам, Поттер первым прошел дверьми. «Правая рука» проверяла на наличие ловушек и скрытых опасностей, «левая» держала щиты перед ними, его же задачей было устранение угроз. У входа никого. Тоже самое отрапортовали другие команды, проверяющие служебные двери.       В нише стены он заметил девушку. Саммерс подошел к ней, чтобы проверить состояние:       — Жива, под парализующим.       — Оставить, идем дальше.       В следующей комнате несколько лично им отобранных авроров заклинали выбегающих из зала магов. За криками жертв, нападавшие не услышали приближение команды Поттера. Несколько заклинаний и мракоборцы лежали обездвиженные и стянутые веревками.       — Свободные мракоборцы, нужна помощь в опере. Задача: переместить пострадавших в больницу святого Мунго. Среди нападающих есть авроры, возможно под воздействием Империуса, — олень растворился в воздухе, чтобы появиться в штабе и вызвать сюда волшебников. Гостям нужна помощь, даже те, в кого на первый взгляд ничего не попало, вели себя странно.       Несколько патронусов отрапортировали о встреченных по дороге обездвиженных гостях. С ними практически одновременно вышла еще одна группа мракоборцев. Ждать пока придут остальные команды Поттер больше не мог.       — Стандартное построение, — отрывистый приказ готовым к боевым действиям магам.       У входа в зал лежали люди. Они плакали, кричали, держались за голову, тряслись. Под воздействием какого-то проклятья никто из них не мог себе помочь. Сражение происходило на танцполе. Через летающие заклинания он видит блондинку, склонившуюся над телом Малфоя. Над головами голубым сверкает анти-аппарационный щит. К ним летит вызванный темноволосой ведьмой адский огонь. Поттер и другие мракоборцы успевают захватить его под контроль и тот никому не причиняет вреда. Ведьма перемещается прямо у него из-под носа. Блондинка ставит щитовые чары, которые Гарри сносит взмахом палочки, но слишком медленно. Она успевает схватить за талию темноволосого мага, у ног которого в ступоре сидит Пэнси, и перенестись.